3.5.2. Дела об оспаривании отцовства (материнства)

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 

Дела об оспаривании отцовства (материнства) возбуждаются в случае несоответствия записи о родителях (матери или отце) действительному происхождению ребенка от лиц, указанных в актовой записи о его рождении. В таком же порядке оспаривается актовая запись, произведенная с нарушением установленных законом правил о регистрации в качестве родителей ребенка супругов, давших согласие на применение метода искусственного оплодотворения или на имплантацию эмбриона (п. 4 ст. 51 СК РФ).

Правом на обращение в суд наделены практически те же лица, которые перечислены в ст. 49 СК РФ, с той лишь разницей, что такое право предоставлено как лицам, записанным в качестве отца или матери, так и лицам, фактически являющимся родителями ребенка или считающим себя таковыми, даже если они заблуждаются относительно своего отцовства или материнства. Однако в п. 1 ст. 52 СК РФ не указано лицо, на иждивении которого находится ребенок (фактический воспитатель).

Представить ситуацию, когда бы можно было обратиться в суд с иском об установлении отцовства без оспаривания актовой записи, можно лишь в одном случае: если сведения об отце ребенка в актовой записи о его рождении отсутствуют. Такая возможность появилась лишь с введением в действие Федерального закона от 15 ноября 1997 г. №143‑ФЗ «Об актах гражданского состояния» (подп. 3 п. 3 ст. 17). Если же запись об отце произведена, предъявлением иска об установлении отцовства эта запись оспаривается.

По буквальному толкованию ст. 49 и п. 1 ст. 52 СК РФ, в их сопоставлении, можно сделать вывод, что фактический воспитатель ребенка вправе оспаривать актовую запись об отцовстве (но не о материнстве) ребенка только в том случае, если ему известен фактический отец ребенка и целью его обращения в суд является установление отцовства конкретного лица. Если же целью обращения в суд является только исключение сведений об отце ребенка в актовой записи о его рождении, то в таком случае фактического воспитателя следует признать ненадлежащим истцом, поскольку п. 1 ст. 52 СК РФ он таким правом не наделен.

Возможен еще один вариант толкования нормы о субъектах права на обращение в суд с иском об оспаривании отцовства. Фактический воспитатель вправе предъявить иск одновременно об оспаривании актовой записи и установлении отцовства лишь в случае, если запись об отце ребенка произведена по правилам, предусмотренным п. 3 ст. 51 СК РФ. Однако подобное толкование носит ограничительный характер и противоречит разъяснениям, содержащимся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. №9.

Представляется, что несовпадение в ст. 49 и п. 1 ст. 52 СК РФ круга лиц, имеющих право на обращение в суд с требованиями, которые непосредственно взаимосвязаны между собой, можно отнести лишь к технической ошибке законодателя. Какого‑либо иного смысла в подобном разночтении закона не усматривается.

Предметом доказывания является установление факта несоответствия произведенной записи об отце или матери ребенка в актовой записи о рождении ребенка действительному происхождению ребенка от указанных лиц (отсутствие кровного родства) либо факта несоответствия произведенной записи установленным законом правилам о записи в качестве родителей ребенка соответствующих лиц (супругов, давших согласие на применение метода искусственного оплодотворения или на имплантацию эмбриона; суррогатной матери; усыновителей; лица, заведомо признавшего свое отцовство в отношении чужого ребенка, и др.).

Предмет доказывания зависит прежде всего от лица, обратившегося в суд с иском об оспаривании отцовства (материнства), а также от действовавших на момент рождения ребенка (и соответственно на момент регистрации его рождения) правил записи родителей ребенка в книге записи рождений. Правила записи рождений, как известно, устанавливаются в зависимости от того, состоят или не состоят в браке между собой родители ребенка. Поскольку правила записи об отце ребенка в случае рождения матерью, не состоящей в браке с отцом ребенка, часто подвергались изменениям, для правильного определения предмета доказывания необходимо в предусмотренных законом ситуациях установить не само по себе отсутствие кровного родства, а несоответствие произведенной записи закрепленным в законе правилам. Такой предмет доказывания определен семейным законодательством в случаях, когда материальным основанием для записи в качестве отца ребенка является не его кровная связь с ребенком, а так называемое социальное родство при отсутствии генетического (биологического) происхождения ребенка от данного лица.

Закон в ряде случаев заведомо определяет возникновение отцовства и материнства с согласия лиц, не являющихся кровными родителями ребенка, запрещая при этом последующее оспаривание актовой записи лицам, записанным в качестве отца или матери, по мотивам отсутствия кровного родства и не запрещая оспаривание отцовства (материнства) самому ребенку по достижении им совершеннолетия, лицам, уполномоченным на обращение в суд в интересах несовершеннолетнего ребенка, а также самим лицам, записанным родителями ребенка, если последними предъявлен иск по иным основаниям (например, в связи с несоответствием их волеизъявления действительным намерениям).

В последнем случае записанные родителями лица вправе оспаривать актовую запись по мотивам заблуждения (например, лицо желало усыновить ребенка, а не установить отцовство), применения к ним угроз, шантажа, насилия, стечения тяжелых семейных обстоятельств, нахождения в состоянии, когда указанное лицо не способно было понимать значение своих действий или руководить ими либо находилось в состоянии материальной, служебной или иной зависимости и др. Поэтому предмет доказывания в указанных случаях, а также в случаях оспаривания актовой записи, произведенной на основании презумпции отцовства мужа матери ребенка, зависит от того, по какому основанию оспаривается актовая запись об отце ребенка.

В связи с этим суд, принимая исковое заявление, должен установить, относится ли истец к категории лиц, которым предоставлено право оспаривания актовой записи об отцовстве или материнстве по соответствующим основаниям, которые должны быть непременно указаны в исковом заявлении и подлежат уточнению (конкретизации) при подготовке дела к судебному разбирательству.

В зависимости от оснований заявленного требования определяются юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию сторонами. Если предметом спора является лишь несоответствие произведенной записи установленным законом правилам о совершении такой записи безотносительно к отцовству (материнству) конкретного лица, возникает вопрос о пределах заявленных требований (ст. 196 ГПК) и возможности суда выйти за эти пределы, поскольку исключение сведений об отце или матери ребенка при отсутствии сведений о других лицах, имеющих право быть записанными в качестве отца или матери, нарушает интересы ребенка, превращающегося в таком случае в «найденного» по терминологии действующего законодательства.

Желанием установить свое действительное происхождение, основанное на кровной связи с лицами, являющимися биологическими родителями ребенка, довольно часто руководствуются сами дети, которым стала известной «тайна» их происхождения не только в случае усыновления, но и в случае добровольного установления отцовства лицом, которое после расторжения брака с матерью ребенка настаивает на обращении в суд самого ребенка, поскольку само это лицо, записанное отцом с его же согласия, лишено реальной возможности оспаривания отцовства, если это противоречит интересам ребенка.

Этот вопрос может возникнуть и у ребенка, действительным отцом которого является неизвестный ему и его матери донор. Самому ребенку и иным лицам, кроме супругов, давших согласие на применение метода искусственного оплодотворения либо на имплантацию эмбриона, и суррогатной матери, запрета на обращение в суд с иском об оспаривании отцовства (материнства) не установлено. Поэтому в случае обращения в суд с таким иском не самого ребенка, а его опекуна (попечителя), иных лиц, мотивирующих свое обращение в суд необходимостью защиты интересов ребенка и его права знать своих родителей, следовало бы привлекать к участию в деле органы опеки и попечительства, а в зависимости от возраста – и самого ребенка, имеющего право выразить свое мнение относительно заявленного требования (ст. 57 СК РФ). Об обязанности суда учитывать это правило указано в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №9.

На наш взгляд, позиция законодателя, предусматривающего возникновение родительского правоотношения на основании «социального родства», требует более детального законодательного решения спорных вопросов, связанных с возможностью оспаривания отцовства (материнства) и пределами осуществления этого права конкретными лицами, во избежание злоупотребления таким правом и нарушения интересов ребенка и его родителей (как биологических, так и не являющихся таковыми, но воспитавших ребенка как своего родного).

Кроме того, в течение длительного времени остается нерешенным вопрос о праве матери, состоящей в браке, оспорить презумпцию отцовства своего мужа в момент регистрации рождения ребенка не в судебном порядке, а в органах загса путем подачи ею заявления о том, что ее муж не является отцом ребенка. Такое право было предоставлено матери ребенка п. 19 Инструкции о порядке регистрации актов гражданского состояния от 20 января 1958 г., где буквально было указано следующее: «В случаях, когда состоящая в зарегистрированном браке женщина при регистрации рождения ребенка возражает против внесения в актовую запись о рождении сведений о своем супруге на том основании, что он не является отцом ребенка, сведения об отце в актовую запись не вносятся. В актовой записи указывается: „Состою в браке с гр. ... Сведения о нем в актовую запись прошу не вносить, так как он отцом ребенка не является“. Это заявление должно быть подписано матерью ребенка. Ребенок в этих случаях записывается по фамилии матери с присвоением отчества по ее указанию».

С введением в действие Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье с 1 октября 1968 г., Кодекса о браке и семье РСФСР с 1 ноября 1969 г., Инструкции о порядке регистрации актов гражданского состояния в РСФСР от 17 октября 1969 г. вопрос о возможности матери, состоящей в браке, оспорить презумпцию отцовства своего мужа в административном порядке вызвал много споров.

По мнению Е.М. Белогорской, норма, закрепляющая презумпцию отцовства, носит общеобязательный характер и, следовательно, лишает мать ребенка, состоящую в браке, возможности указывать вместо мужа иное лицо либо вообще не указывать отца [

].

Другие авторы полагали, что мать ребенка наделена правом отказа от регистрации ребенка на имя своего мужа [

].

Поводом для разнообразного толкования являлись кодексы союзных республик о браке и семье и инструкции, в которых по‑разному решался этот вопрос до издания Министерством юстиции СССР 28 марта 1984 г. Инструктивных указаний по вопросам регистрации рождения, в соответствии с п. 7 которых оспаривание презумпции отцовства без обращения в суд в указанном случае возможно было только на основании заявления от мужа матери ребенка в орган загса, в котором он подтверждает, что отцом ребенка не является.

В этом случае возможно было одновременно с регистрацией рождения ребенка зарегистрировать и установление отцовства по совместному заявлению матери ребенка и отца, не состоящего в браке с матерью ребенка.

С распадом СССР возникло много проблем, в том числе и возможность получения письменного заявления от мужа матери ребенка в орган загса с целью исключения записи его в качестве отца.

В июне 1992 г. в органы загса было направлено подписанное заместителем министра юстиции РФ письмо, согласно которому по заявлению матери о том, что ее муж не является отцом ее ребенка, орган загса вправе произвести регистрацию рождения ребенка по правилам, предусмотренным для одинокой матери. За период действия указанного разъяснения значительно возросло число «одиноких» матерей, состоящих в браке с отцом ребенка, с целью получения увеличенного на 50% размера государственного пособия, выплачиваемого на ребенка, а также для получения других предусмотренных для одинокой матери льгот.

Аналогичное правило было закреплено и в п. 3 ст. 48 СК РФ, однако Федеральным законом от 15 ноября 1997 г. указанная норма исключена из ст. 48 СК РФ в связи с принятием Федерального закона «Об актах гражданского состояния», восстановившего действие презумпции отцовства мужа матери ребенка и исключительно судебный порядок оспаривания этой презумпции, независимо от наличия или отсутствия спора об отцовстве между всеми заинтересованными лицами (матерью ребенка, ее супругом, не являющимся отцом ребенка, и фактическим отцом ребенка).

Указание в п. 1 ст. 52 СК РФ на исключительно судебный порядок оспаривания отцовства (материнства) в сочетании с закрепленной в п. 2 ст. 48 СК РФ презумпцией отцовства мужа матери ребенка позволяет сделать вывод о том, что первичная запись об отце ребенка при регистрации рождения ребенка у матери, состоящей в браке, должна содержать сведения о супруге (бывшем супруге) матери ребенка, даже если в орган загса подано совместное заявление матери ребенка и фактического отца ребенка об установлении отцовства, и супруг матери против установления отцовства указанного лица не возражает.

Комментируя изъятие п. 3 из ст. 48 СК РФ, О.А. Хазова и другие утверждают, что мать ребенка, не считающая своего мужа его отцом, не вправе требовать, чтобы запись об отце была сделана по ее указанию, и тем самым отказаться вообще от регистрации какого бы то ни было мужчины в качестве отца ребенка, поскольку таким правом наделена только женщина, не состоящая в браке. В то же время зарегистрировать отцовство другого лица, с которым мать ребенка не состоит в браке, по мнению О.А. Хазовой, она может [

].

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации (под ред. И.М. Кузнецовой) включен в информационный банк согласно публикации – М.: Издательство БЕК, 1996.

Такой подход к решению вопроса о происхождении ребенка нелогичен, и высказанная О.А. Хазовой в комментарии к п. 3 ст. 48 СК РФ точка зрения о возможности регистрации рождения ребенка по совместному заявлению отца и матери ребенка, состоящей в браке с другим лицом, является спорной, поскольку противоречит буквальному толкованию содержащегося в п. 2 ст. 48 СК РФ правила о том, что отцовство супруга матери ребенка удостоверяется записью об их браке и супруг (бывший супруг) признается отцом ребенка, если не доказано иное (с отсылкой при этом к ст. 52 СК РФ).

Представляется, что «доказать иное происхождение ребенка» можно лишь в суде, но не в загсе. Полагаем, что во всех случаях первичная запись о рождении ребенка матерью, состоящей в браке, должна соответствовать презумпции отцовства мужа матери ребенка. Последующие изменения сведений об отце ребенка могут производиться лишь на основании решения суда. Такой вывод основывается и на утвержденных Постановлением Правительства РФ от 31 октября 1998 г. №1274 [

] формах бланков заявлений о государственной регистрации актов гражданского состояния, справок и иных документов, подтверждающих государственную регистрацию актов гражданского состояния.

Распределение обязанностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств между сторонами:

• истец представляет доказательства отсутствия кровного родства с ребенком либо доказательства несоответствия произведенной записи установленным на момент регистрации рождения ребенка (или установления отцовства) правилам ее совершения (в зависимости от основания заявленного требования); доказательства об отсутствии либо вынужденности согласия на установление отцовства и др.;

• ответчик представляет доказательства, подтверждающие его возражения против иска, в том числе доказательства неуважительности причин пропуска истцом предусмотренного ч. 5 ст. 49 КоБС РСФСР годичного срока оспаривания актовой записи, если ребенок родился до 1 марта 1996 г.

Стороны могут заявить ходатайство об оказании содействия в собирании доказательств (сведений из родильного дома (отделения), загса, медицинского учреждения, производившего операцию по искусственному оплодотворению или имплантации эмбриона либо имитировавшего беременность с целью усыновления новорожденного ребенка, документов следственных органов, проводивших расследование по факту кражи, подмены ребенка и др.), просить суд о назначении экспертизы.

Необходимые доказательства:

• копия свидетельства о рождении ребенка;

• доказательства по существу заявленного требования (медицинские документы, подтверждающие невозможность супруга иметь детей, письма, документы, подтверждающие согласие супругов на искусственное оплодотворение, заключение экспертизы об отцовстве (материнстве) конкретного лица, наличие (отсутствие) согласия суррогатной матери и др.);

• доказательства отсутствия волеизъявления при записи мужчины отцом ребенка (в зависимости от правовой позиции);

• иные доказательства.