§1. Понятие судебных доказательств и их виды

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 

 

 Суд, прежде чем совершить акт применения права, должен убедиться, что выявленные в суде обстоятельства, на которые ссылается истец, полностью соответствуют действительности. В ином случае исковые требования заявителя будут отклонены.

 Судебное доказательство является важнейшей судебной категорией, без точного и единообразного определения которой невозможна оценка правосудия и его результатов. Поэтому в ГПК РФ включена дефинитивная норма *(223), определяющая понятие судебных доказательств и предмет доказывания *(224). В статье 55 ГПК РФ дано следующее определение доказательств:

 "Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

 Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

 Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда".

 Из названной статьи усматривается, что доказательствами (на практике в абсолютном большинстве) являются сведения (информация) о фактах разбираемого дела (фактические данные, например, о несвоевременной или не в полном размере выплаченной заработной плате). В некоторых случаях доказательствами выступают сами факты, представляющие собой длящийся процесс *(225). Такие факты могут существовать во время судебного разбирательства индивидуального трудового спора (например, о незаконном переводе на другую работу, отстранении от работы (должности) с приостановлением выплаты заработка и др.).

 Необходимо обратить внимание на то, что "факты" и "обстоятельства" находятся в органической взаимосвязи и являются как бы взаимоопределяющими. Это объясняется тем, что под обстоятельствами, обосновывающими требования и возражения сторон, понимаются юридические факты, с которыми регулятивный закон, применяемый по делу, связывает правовые последствия для сторон, в частности, в делах искового производства.

 Рассмотрим некоторые примеры из судебной практики и судебные решения, вступившие в законную силу.

 22 июня 2004 г. Бутырский районный суд г. Москвы рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-725/04 по иску К.Л. к Государственному унитарному предприятию СОК "Отрадное" с иском о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, ссылавшейся на то, что она состояла с ответчиком в трудовых отношениях, занимая должность администратора, и была незаконно уволена в связи с несоответствием занимаемой должности вследствие состояния здоровья в соответствии с медицинским заключением.

 В судебное заседание явилась представитель истицы, которая изменила первоначальные исковые требования и просила суд изменить формулировку основания увольнения К.Л. с подп. "а" п. 3 ст. 81 ТК РФ на ст. 80 ТК РФ, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., судебные расходы в размере 6760 руб.

 Представитель ответчика в суд явился, иск не признал, просил суд отказать в удовлетворении исковых требований.

 В процессе судебного разбирательства судом было установлено, что К.Л. находилась в трудовых отношениях с ответчиком, занимая должность администратора. 2 апреля 2004 г. Бутырским бюро МСЭ г. Москвы К.Л. была установлена вторая группа инвалидности по общему заболеванию. В соответствии с заключением Бутырского МСЭ N 266905 от того же числа об условиях и характере ее труда истица в момент увольнения была нетрудоспособна. На основании данного заключения ответчиком было принято решение о расторжении трудового договора с истицей на основании подп. "а" п. 3 ст. 81 ТК РФ. Приказом N 24 от 14 мая 2002 г. К.Л. была уволена в связи с несоответствием занимаемой должности по состоянию здоровья, подтвержденного медицинским заключением.

 В судебном заседании представитель истицы пояснила, что, по ее мнению, заключение Бутырского бюро МСЭ г. Москвы не может являться основанием для расторжения трудового договора по основанию, предусмотренному подп. "а" п. 3 ст. 81 ТК РФ, поскольку медико-социальная экспертиза является лишь определением потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, а учреждения государственной службы МСЭ г. Москвы создаются и функционируют в системе Комитета социальной защиты Правительства Москвы. Вследствие этого указанное медицинское заключение не может служить основанием расторжения трудового договора. По мнению представителя истицы, уполномоченным лицом, выдающим медицинские заключения, являются клинико-экспертные комиссии амбулаторно-поликлинических учреждений Комитета здравоохранения. В подтверждение своих доводов представитель истицы сослалась на Положение о клинико-экспертной комиссии амбулаторно-поликлинического учреждения, утвержденное приказом Комитета здравоохранения Правительства г. Москвы от 12 февраля 1998 г. N 77. Согласно п. 1.2 данного Положения КЭК амбулаторно-поликлинического учреждения для обсуждения и принятия решения по вопросам определения трудоспособности и профессиональной пригодности и в соответствии с п. 2.1 Положения к компетенции КЭК относится дача медицинских заключений по данным вопросам.

 Представитель ответчика, возражая против заявленных требований, пояснил, что К.Л. представила работодателю справку именно Бутырского бюро МСЭ г. Москвы N 266905 от 2 апреля 2002 г. с заключением о нетрудоспособности, не содержащую каких-либо указаний о возможности для истицы продолжить работу в должности администратора. Поскольку данное заключение является обязательным для работодателя, последним было принято решение о расторжении с К.Л. трудового договора в установленном законом порядке на основании подп. "а" п. 3 ст. 81 ТК РФ.

 Оценивая доказательства по делу в их совокупности, суд полагал, что увольнение истицы было произведено законно и обоснованно, с соблюдением установленного порядка увольнения и при наличии законных оснований.

 В соответствии со ст. 49 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан медицинские учреждения при проведении экспертизы временной нетрудоспособности определяют необходимость и сроки временного или постоянного перевода работника по состоянию здоровья на другую работу, а при наличии признаков инвалидности направляют на медико-социальную экспертизу. В соответствии со ст. 50 Основ и ст. 8 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" рекомендации и решения, выдаваемые учреждениями государственной службы медико-социальной экспертизы, являются обязательными для исполнения соответствующими органами государственной власти, местного самоуправления, а также предприятиями и организациями независимо от форм собственности.

 В связи с изложенным, по мнению суда, администрация ГУП СОК "Отрадное" при получении заключения Бутырского бюро МСЭ г. Москвы о нетрудоспособности К.Л. была обязана руководствоваться данным заключением при рассмотрении вопроса о трудовых отношениях с истицей.

 В ходе судебного разбирательства указанное заключение о нетрудоспособности К.Л. в момент оспариваемого увольнения не было опровергнуто материалами дела. Как следует из ответов и.о. главного врача городской поликлиники N 107 г. Москвы, справка, выданная К.Л. врачом-терапевтом, о том, что имеющиеся у нее заболевания не препятствуют выполнению истицей трудовых обязанностей, признана судом необоснованной, поскольку выдана без учета заключения Бутырского бюро МСЭ о нетрудоспособности К.Л. и без истребования должностных обязанностей истицы из ГУП СОК "Отрадное".

 Таким образом, по мнению суда, в ходе судебного разбирательства ответчиком было доказано, что увольнение К.Л. было произведено законно и обоснованно, поскольку в соответствии с медицинским заключением уполномоченного органа - Бутырского бюро МСЭ г. Москвы - в момент расторжения трудового договора истица была нетрудоспособна, вследствие чего не соответствовала по состоянию здоровья занимаемой ею должности администратора. В связи с этим увольнение К.Л. на основании подп. "а" п. 3 ст. 81 ТК РФ суд полагает соответствующим юридически значимым обстоятельствам дела, законным и обоснованным.

 Учитывая изложенное, суд не нашел оснований считать данную формулировку увольнения К.Л. неправильной или не соответствующей закону, в связи с этим отказал в удовлетворении данного требования.

 Соответственно суд счел не подлежащими удовлетворению требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и возмещении судебных расходов, поскольку действия администрации ГУП СОК "Отрадное" были законными и обоснованными.

 Суд на основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, решил:

 В удовлетворении исковых требований К.Л. к ГУП СОК "Отрадное" об изменении формулировки увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и возмещении судебных расходов - отказать.

 Констатировано, что решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Бутырский районный суд г. Москвы в течение десяти дней.

 Комментируя данное решение суда, отметим, что суд руководствовался прежде всего подп. "а" п. 3 ст. 81 ТК РФ, согласно которому трудовой договор может быть, в частности, расторгнут работодателем в случае несоответствия работника занимаемой должности или выполняемой работе вследствие состояния здоровья в соответствии с медицинским заключением. Доказательства свидетельствовали в пользу этого обстоятельства, которое и предопределило вынесение судом соответствующего решения.

 При оценке доказательств и принятии решения суд руководствовался и ст. 394 ТК РФ, согласно которой по заявлению работника орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может принять решение об изменении формулировки увольнения на увольнение по собственному желанию. Однако суд не нашел таких оснований. К тому же следует обратить внимание на изменение исковых требований представителем истицы. Как можно соотнести одновременные требования, с одной стороны, об увольнении по собственному желанию, а с другой - о выплате заработной платы, за вынужденный прогул и т.д.?!

 Доказательства являются средством установления юридических фактов и обстоятельств, и, поскольку их сфера применения связана с деятельностью юрисдикционных органов, они могут быть названы юридическими доказательствами. Используемые в судебном производстве юридические доказательства называются судебными. "Это обусловлено тем, - отмечает профессор Д.М. Чегот, - что конечной целью представления и использования доказательств является формирование на их основе внутреннего судейского убеждения, которое определяет содержание любого акта правосудия. Собирание, исследование и оценка доказательств происходят в специальной процессуальной форме, присущей именно деятельности судебных органов" *(226).

 Гражданско-процессуальная форма использования судебных доказательств заключается в ряде особенностей, в частности:

 а) в качестве средства доказывания могут использоваться только такие источники, которые предусмотрены ГПК РФ;

 б) доказательства выявляются, фиксируются, собираются, исследуются и оцениваются в порядке, который строго и детально регламентирован законом, и представляют собой единую систему взаимосвязанных требований от момента доказательств выявления до их оценки.

 Носителями сведений о фактах, интересующих суд, или источниками доказательств являются люди, которые располагают интересующими суд фактами (например, работники и работодатели), и в нашем контексте документы (письменный трудовой договор, приказы, распоряжения работодателя, ведомости на заработную плату, акт о несчастном случае на производстве, акт об опоздании работника на работу и др.), являющиеся следами (информацией) интересующих суд событий.

 Доказательства могут являться судебными только в том случае, если они по содержанию сведений (информации) способны подтвердить или опровергнуть искомые факты предмета доказывания и получены из предусмотренных в абз. 2 ч. 1 ст. 55 ГПК РФ процессуальных носителей этих сведений.

 Существуют различные виды судебных доказательств, т.е. их подразделяют по ряду классифицирующих признаков (оснований). К тому же они многочисленны и разнообразны.

 По источнику получения судебные доказательства подразделяют на личные, т.е. такие, источником информации о которых являются люди, т.е. участники гражданского процесса (объяснения сторон, их представителей и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, составителей документов), и вещественные (предметные), к которым относятся письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, т.е. предметы материального мира.

 В зависимости от способа формирования (образования) доказательства подразделяют на первоначальные и производные. Первоначальными считаются доказательства, полученные из первоисточника. Это могут быть показания очевидца (например, при производственном травматизме), подлинные документы (например, приказы работодателя о незаконном удержании заработной платы, незаконном переводе и т.д.). Показания свидетелей также относятся к числу первоначальных доказательств.

 Первоначальному доказательству свойственно то, что между ним и фактом, который он подтверждает, нет посреднического (промежуточного) звена (другого доказательства). Производное же доказательство воспроизводит содержание (существо) первоначального.

 В судебной практике по гражданским делам, в том числе при рассмотрении и разрешении индивидуальных трудовых споров, производные доказательства в большинстве случаев используются для выявления первоначальных доказательств их проверки.

 Юристы-цивилисты отмечают, что при использовании в судебной практике производных доказательств сложились следующие правила *(227):

 во-первых, в качестве производных судебных доказательств может быть использована любая информация, полученная посредством использования современных научно-технических средств (например, ксерокопии звукозаписи признания стороны, сделанные в судебном заседании, и др.);

 во-вторых, отсутствие источника информации дезавуирует производное доказательство. Например, если свидетель не может указать источник получения сведений о причинении руководителю ответчиком прямого действительного материального ущерба, то суд обязан отклонить такую информацию, так как это не может являться доказательством;

 в-третьих, наличие многих промежуточных источников между первоначальным и производным доказательствами предопределяет большую вероятность неточности последнего;

 в-четвертых, производное доказательство истребуется судом при отсутствии первичного доказательства. "Одновременное использование в судопроизводстве по конкретному делу, - писал проф. И.М. Зайцев, - первоначального и производного от него доказательств бессмысленно и недопустимо" *(228). Между тем такая категорическая позиция, видимо, не совсем оправданна. Разумеется, в силу принципа непосредственности судебного разбирательства суд должен стремиться к использованию преимущественно первоначальных доказательств. В то же время все собранные судом доказательства должны проверяться с точки зрения их достоверности и оцениваться в совокупности.

 По характеру вывода и связи между доказательством и фактом, подлежащим установлению, доказательства подразделяются на прямые и косвенные. Прямое - это такое доказательство, из которого (при условии его достоверности) можно сделать вывод о существовании или отсутствии доказываемого факта. Прямыми доказательствами считаются такие фактические данные, которые непосредственно указывают на обстоятельство, входящее в предмет доказывания и имеющее с ним однозначную связь. При этом нужно иметь в виду, что именно к прямым доказательствам первостепенно применимы требования относимости.

 Доказательство, из которого (при условии его достоверности) можно сделать предположительный вывод о существовании доказываемого факта, называется косвенным. Иными словами, такие доказательства всегда содержат большую или меньшую степень вероятности.

 Ввиду того что на основании одного отдельно взятого косвенного доказательства можно сделать лишь предположительный вывод о существовании доказываемого факта, судебная практика выработала следующие правила их применения *(229):

 а) необходимо не одно, а несколько косвенных доказательств для возможного достоверного вывода, т.е. косвенные доказательства используются в совокупности;

 б) достоверность каждого косвенного доказательства не должна вызывать сомнений;

 в) любое косвенное доказательство не должно противоречить другим доказательствам;

 г) все они должны подтверждать и дополнять друг друга;

 д) в совокупности косвенные доказательства должны выявить их непосредственную связь с доказываемым фактом.

 В судебную практику прочно вошло правило о том, что суд не должен ограничиваться перечислением в принимаемом решении доказательств, подтверждающих те или иные имеющие значение для дела обстоятельства, а обязан изложить содержание этих доказательств.