Процессуальные вопросы

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 

11. Прокурор не может принимать участия в производстве по делу при наличии оснований, указанных в ст. 59 УПК РСФСР, в том числе если он является потерпевшим.

Киряков обвинялся в том, что подстрекал других лиц к совершению угроз убийством и причинением вреда здоровью в отношении прокурора, судебных приставов-исполнителей в связи с исполнением ими решения суда.

Он же обвинялся в том, что организовал применение насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. В частности, Киряков руководил насильственными действиями рабочих ОАО "ВЦБК" в отношении судебных приставов-исполнителей и прокурора города, надзиравшего за законностью действий судебных приставов.

Суд направил дело на дополнительное расследование, посчитав факт возбуждения уголовного дела лицом, которое по данному делу является потерпевшим, существенным нарушением норм УПК РСФСР.

В протесте поставлен вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных решений с передачей дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд, но в ином составе судей, поскольку лицо, возбудившее уголовное дело, не было еще на этой стадии признано потерпевшим по делу, а следовательно по делу не допущено существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих направление дела для производства дополнительного расследования.

Президиум Верховного Суда РФ оставил протест без удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. 63 УПК РСФСР прокурор не может принимать участия в производстве по делу при наличии оснований, указанных в статье 59 УПК РСФСР, в том числе в случае, если он является потерпевшим.

По смыслу уголовно-процессуального закона возбуждение уголовного дела является одной из стадий производства по уголовному делу. При этом факт возбуждения уголовного дела не зависит от того обстоятельства, было ли окончено преступное деяние. Следовательно, прокурор, являвшийся потерпевшим по делу, не может принимать участия в производстве по уголовному делу, в том числе в стадии его возбуждения.

Нельзя согласиться с доводами протеста, что на момент возбуждения уголовного дела П. не являлся потерпевшим, поскольку тогда еще не был признан таковым в установленном законом порядке.

По смыслу уголовно-процессуального закона не имеет правового значения то обстоятельство, что юридически П. признан потерпевшим по данному делу соответствующим постановлением только 12 февраля 2000 года, поскольку в соответствии со ст. 53 УПК РСФСР потерпевшим признается не лицо, в отношении которого вынесено соответствующее постановление, а "лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред".

Последующее вынесение соответствующего постановления означает лишь процессуальное закрепление установления следователем факта нанесения такого вреда потерпевшему.

Суд на основании имеющихся в деле материалов сделал правильный вывод о том, что расследуемыми деяниями П. действительно был причинен моральный и физический вред и он являлся потерпевшим по данному делу.

Не имеет правового значения и то обстоятельство, что уголовное дело было возбуждено по факту совершения преступления, предусмотренного ст. 315 УК РФ, а не в отношении конкретных лиц.

Таким образом, поскольку уголовное дело было возбуждено лицом, заинтересованным в исходе дела, суд обоснованно пришел к выводу о существенном нарушении по делу уголовно-процессуального закона.

Постановление N 244п02пр

по делу Кирякова

12. Пересмотр в порядке надзора обвинительного приговора в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного не допускается (ст. 405 УПК РФ).

Судом первой инстанции Сулейманов, судимый 17 марта 1998 года по п.п. "б", "в", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, освобожденный из-под стражи условно-досрочно 11 мая 1999 года, неотбытая часть наказания составила 8 месяцев и 1 день, осужден по ч. 4 ст. 33, п. "и" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 12 годам лишения свободы и по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений Сулейманов окончательно осужден к 13 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Кассационная инстанция оставила приговор без изменения.

В протесте поставлен вопрос об отмене состоявшихся в отношении Сулейманова судебных решений в части, касающейся назначения ему вида исправительной колонии, и передаче уголовного дела в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке ст.ст. 368, 369 УПК РСФСР.

Автор протеста указывал на ошибочность принятого судом первой инстанции решения о том, что Сулейманов должен отбывать назначенное ему наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима, т.к. суд не учел требования ч. 5 ст. 15 и п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ, в соответствии с которыми Сулейманов должен отбывать назначенное наказание в исправительной колонии строгого режима.

Президиум Верховного Суда РФ оставил протест без удовлетворения, поскольку в данном случае фактически поставлен вопрос об ухудшении положения осужденного при новом рассмотрении уголовного дела в порядке ст.ст. 368, 369 УПК РСФСР.

В соответствии с правилами ст. 405 УПК РФ - нормы уголовно-процессуального закона, которая действует на территории Российской Федерации с 1 июля 2002 года, пересмотр в порядке надзора обвинительного приговора в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, не допускается.

Постановление N 448п02пр

по делу Сулейманова

13. Кассационная инстанция извещает о дне рассмотрения дела всех участников процесса, наделенных правом принесения кассационных жалоб, независимо от наличия их просьбы об этом.

При рассмотрении дела в суде второй инстанции осужденный в судебное заседание не вызывался, поскольку не просил об этом в кассационной жалобе.

Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации в интересах осужденного обратился с жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации, считая не соответствующими Конституции Российской Федерации положения, изложенные в ч. 2 ст. 336 УПК РСФСР, о том, что Верховный Суд РФ извещает о дне рассмотрения дела в кассационном порядке тех участников процесса, которые просят об этом.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2001 года указано следующее: "В соответствии с правовой позицией, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в сохраняющих свою силу Постановлениях от 10 декабря 1998 года по делу о проверке конституционности части второй статьи 335 УПК РСФСР и от 14 февраля 2000 года по делу о проверке конституционности положений частей третьей, четвертой и пятой статьи 377 УПК РСФСР, осуществление названных конституционных прав предполагает необходимость обеспечения каждому осужденному при пересмотре его дела в вышестоящем суде возможности знать о поступивших жалобах и протестах, заявлять отводы и ходатайства, знакомиться с позициями выступавших участников судебного заседания и дополнительными материалами, если таковые представлены, давать объяснения, а также быть извещенным о времени и месте судебного заседания.

С момента провозглашения названных Постановлений Конституционного Суда Российской Федерации такого рода возможности должны обеспечиваться участникам процесса, наделенным правом принесения кассационных жалоб, независимо от наличия их просьбы об извещении о дате и времени слушания дела и от уровня суда, в котором это дело подлежит рассмотрению. Иное приводило бы к нарушению права на судебную защиту и ставило бы в неравное положение участников кассационного производства в судах различного уровня, что противоречит статьям 19 (часть 1), 46 (часть 1) и 50 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Ненадлежащее применение соответствующих предписаний уголовно-процессуального закона, в том числе положений статьи 336 УПК РСФСР, а именно как препятствующих реализации заинтересованными лицами их процессуальных прав, может служить основанием для обжалования пересмотра в установленном порядке вынесенных судами процессуальных решений".

Согласно ч. 2 ст. 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" в случае, если Конституционный Суд Российской Федерации признал закон не соответствующим Конституции Российской Федерации, данное дело подлежит пересмотру в обычном порядке.

При таких обстоятельствах Президиум Верховного Суда РФ отменил определение Судебной коллегии и передал дело на новое кассационное рассмотрение, при котором надлежит выполнить требования закона об извещении лиц, участников процесса, о дне рассмотрения дела в суде второй инстанции.

Постановление N 360п2002

по делу Чипурды

14. Кассационная инстанция при отмене или изменении приговора в своем определении должна указать, требования каких статей закона нарушены, в чем состоит необоснованность приговора (ст. 351 УПК РСФСР).

По приговору областного суда Подгайский осужден по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 33 и п.п. "ж", "з" ч. 2 105 УК РФ и по ч. 1 ст. 222 УК РФ. По п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ Подгайский оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления.

Дубоносов, Прошин и Дмитриев осуждены по ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Дубоносов по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 33 и п.п. "ж", "з" ч. 2 105 УК РФ, Прошин и Дмитриев по ч. 1 ст. 30, ч. 5 ст. 33 и п.п. "ж", "з" ч. 2 105 УК РФ оправданы за отсутствием в их действиях состава преступления.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации приговор в отношении Дубоносова, Прошина, Дмитриева, а также обвинительный приговор в отношении Подгайского отменила ввиду нарушения требований ст.ст. 20 и 314 УПК РСФСР. Уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение.

В надзорном протесте поставлен вопрос об отмене определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ и передаче уголовного дела на новое кассационное рассмотрение в связи с допущенными кассационной коллегией нарушениями требований ст. 351 УПК РСФСР.

Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил протест по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ст. 351 УПК РСФСР кассационная инстанция при отмене или изменении приговора в своем определении должна указать, требования каких статей закона нарушены и в чем состоит необоснованность приговора.

Как видно из текста кассационного определения, Судебная коллегия при обсуждении доводов кассационных жалоб пришла к выводу об их обоснованности и, удовлетворяя их в части, касающейся отмены обвинительного приговора в отношении Подгайского, указала на неполноту проведенного судебного следствия, на противоречивость выводов суда о допустимости доказательств, в частности, заключения фоноскопической экспертизы, правильности процессуального порядка приобщения фонограммы к материалам уголовного дела; обстоятельств, связанных с финансированием убийства по найму, и противоречивостью данных предварительного следствия об обнаружении денег и признании их в качестве вещественного доказательства.

Вместе с тем, удовлетворяя кассационный протест и принимая решение об отмене оправдательного приговора в отношении Дубоносова, Прошина и Дмитриева, Судебная коллегия в своем определении не указала на имеющиеся в деле доказательства, не принятые во внимание судом, конкретные обстоятельства дела, оставшиеся невыясненными, не указала, в чем заключаются допущенные судом нарушения закона, не привела каких-либо мотивов, которыми она руководствовалась при отмене оправдательного приговора.

Кроме того, в резолютивной части кассационного определения Судебная коллегия указала, что оправдательный приговор отменен в отношении "Прошина Валерия Дмитриевича" и "Дмитриева Александра Владимировича", а не Прошина Валерия Викторовича и Дмитриева Александра Васильевича, то есть в отношении иных лиц, а не тех, в отношении которых был вынесен приговора суда.

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ в отношении Подгайского, Прошина, Дубоносова и Дмитриева отменено, а уголовное дело передано на новое кассационное рассмотрение.

Постановление N 295п2002 по делу

Подгайского и других

15. Существенные нарушения требований ст.ст. 254, 449 и 450 УПК РСФСР при разбирательстве дела в суде присяжных повлекли отмену обвинительного приговора.

По приговору суда присяжных осуждены Смирнов по п.п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ и по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ и Харчевников по ст. 316 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев уголовное дело по кассационным жалобам потерпевших, приговор суда присяжных отменила по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ст.ст. 254 и 449 УПК РСФСР разбирательство дела в суде присяжных производится только в отношении обвиняемых и лишь по тому обвинению, по которому они преданы суду, при этом вопросы ставятся применительно к каждому деянию, в совершении которого подсудимый обвиняется государственным обвинителем. Не допускается изменение обвинения в суде на существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому обвиняемый предан суду.

Из обвинения, предъявленного органами предварительного расследования Смирнову и Харчевникову, следует, что они обвинялись в разбойном нападении и убийстве К., совершенных по предварительному сговору группой лиц.

Между тем в вопросном листе основной вопрос N 1 о доказанности или недоказанности события преступления и совершения конкретных деяний, имевших место 12 июля 2002 года, поставлен не в соответствии с предъявленным обвинением и позицией государственного обвинителя.

А именно председательствующий судья при постановке вопроса N 1 не описал в нем все действия, которые, по обвинению, были совершены группой лиц по предварительному сговору, в частности не указал как преступные действия Смирнова и Харчевникова, предшествующие посадке потерпевшей Козловой в автомашину, так и роль Харчевникова, выступившего, согласно обвинению, в качестве организатора разбойного нападения на потерпевшую и ее убийства.

Таким образом, основные вопросы N N 1 и 5 о доказанности или недоказанности участия Смирнова и Харчевникова в совершении этих деяний с конкретизацией их действий в соответствии с предъявленным обвинением поставлены не были. Постановка вопросов в нарушение требований ст.ст. 254, 449 и 450 УПК РСФСР не только не соответствовала обвинению, предъявленному Смирнову и Харчевникову, но и ввела присяжных заседателей в заблуждение относительно этого обвинения, поскольку они должны были дать ответы о доказанности или недоказанности совершения Смирновым и Харчевниковым деяний, без учета того, что Харчевников к тому же обвинялся в том, что он являлся организатором разбойного нападения на потерпевшую и ее убийства.

Указанные существенные нарушения требований ст.ст. 254, 449 и 450 УПК РСФСР при разбирательстве дела в суде присяжных повлекли отмену обвинительного приговора.

Дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд, в ином составе судей.

Определение N 7-кпо02-15сп

по делу Смирнова и других

16. Согласно ч. 2 ст. 459 УПК РСФСР председательствующий судья квалифицирует содеянное в соответствии с обвинительным вердиктом коллегии присяжных заседателей и установленными им обстоятельствами.

По приговору суда присяжных Садовничий, ранее судимый за умышленное убийство, осужден по п.п. "з", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ и по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ.

Вердиктом коллегии присяжных заседателей Садовничий признан виновным в том, что 13 марта 2000 года он пришел в квартиру знакомой Б., в процессе общения накинул ей на шею петлю и задушил. После этого Садовничий похитил из квартиры деньги и вещи, принадлежавшие потерпевшей, на общую сумму 24730 рублей.

Кассационная палата Верховного Суда РФ внесла изменения в приговор, переквалифицировав действия осужденного с п. "в" ч. 2 ст. 162 УК РФ на п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ и исключив его осуждение по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 459 УПК РСФСР председательствующий судья квалифицирует содеянное в соответствии с обвинительным вердиктом и установленными им обстоятельствами.

Вердиктом присяжных заседателей не было установлено, что Садовничий совершил убийство для завладения деньгами и вещами потерпевшей.

Поэтому суд не вправе был квалифицировать действия Садовничего по п. "з" ч. 2 ст. 105 и п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ. Действия по умышленному лишению жизни следует квалифицировать по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ, как умышленное причинение смерти, неоднократно.

Поскольку из вердикта не усматривается начало возникновения умысла на хищение имущества потерпевшей, то в данном случае действия Садовничего по завладению имуществом должны квалифицироваться по п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ как тайное хищение чужого имущества с причинением значительного ущерба потерпевшему. Размер похищенного на сумму 24730 рублей является значительным ущербом.

Определение N 6-кп 002-8сп

по делу Садовничего

17. При удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда суд должен исходить из характера и объема причиненных потерпевшему нравственных или физических страданий и в зависимости от степени вины каждого из осужденных определить долевой порядок взыскания.

По приговору суда Колесниченко осуждена по ч.ч. 4, 5 ст. 33 и п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, а Староверов - по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ и по ч. 1 ст. 222 УК РФ, Юртайкин - по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ и Евсеев по ч. 5 ст. 33, п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Постановлено взыскать солидарно с Колесниченко, Староверова, Юртайкина и Евсеева:

в пользу Колесниченко Г.Г. (брата погибшего) 119.919 руб. 68 коп.,

в пользу Колесниченко С.А. (супруги погибшего) 104.639 руб.,

в пользу Колесниченко Г.Н. (отца погибшего) 150.000 руб.

Президиум Верховного Суда РФ отменил состоявшиеся по делу судебные решения в части, касающейся разрешения гражданского иска, а дело передал в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. В постановлении Президиума указано следующее.

Принимая решение об удовлетворении заявленных исковых требований и определяя солидарный порядок производимого взыскания суд не указал конкретные нормы гражданского закона, которыми он руководствовался, не привел в приговоре обстоятельства, которые были оценены судом и повлияли на размер компенсации морального вреда в отношении каждого потерпевшего, чем нарушил требования ст. 1101 ГК РФ.

Согласно закону размер компенсации морального вреда должен зависеть от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств при соблюдении требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание указанные требования закона и учитывая то, что каждый из осужденных имеет различную степень вины в содеянном, суд при удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда должен определить не солидарный, а долевой порядок взыскания.

Постановление N 195п2002

по делу Колесниченко и других