Назначение наказания

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 

7. Применение п. 1 постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 26 мая 2000 г. "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" только к лицам, осужденным к лишению свободы реально, а не условно, признано ошибочным.

Фурсов 6 сентября 1999 г. осужден по пп. "г", "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ к трем годам лишения свободы условно с испытательным сроком один год.

Он же 28 мая 2001 г. осужден по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ. Наказание ему назначено в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ и ст. 70 УК РФ.

Принимая решение об отмене условного осуждения и о назначении Фурсову наказания по правилам ст. 70 УК РФ, суд исходил из того, что преступление было совершено лицом, условно осужденным, в течение установленного испытательного срока.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, признав данное решение правильным, указала, что по смыслу постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 26 мая 2000 г. "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" и постановления о порядке его применения лица, осужденные к условной мере наказания, не подпадают под действие п. 1 Постановления об амнистии, поскольку эта группа осужденных выделена особо и освобождение таковых от наказания предусмотрено п. 6 Постановления об амнистии. В то же время применение п. 6 акта об амнистии к приговору суда от 6 сентября 1999 г. в отношении Фурсова ограничено в силу п. 12 указанного акта об амнистии.

В протесте ставился вопрос об изменении судебных решений, исключении из них указания о назначении окончательного наказания по совокупности приговоров с применением ст. 70 УК РФ, а также об отмене этих же судебных решений в части, касающейся назначения Фурсову вида исправительной колонии.

Президиум Верховного Суда РФ согласился с доводами протеста, а выводы Судебной коллегии признал ошибочными по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 26 мая 2000 г. "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" лица, впервые осужденные к лишению свободы на срок до трех лет включительно, должны быть освобождены от наказания.

Приведенные Судебной коллегией доводы о том, что п. 1 названного акта об амнистии распространяется лишь на лиц, осужденных к лишению свободы реально, а условное осуждение является самостоятельной мерой наказания, на которую п. 1 данного акта об амнистии не распространяется, нельзя признать обоснованными.

Статья 44 УК РФ не предусматривает в качестве самостоятельного вида наказания условное лишение свободы.

Условное осуждение в соответствии со ст. 73 УК РФ лишь предусматривает возможность неотбывания осужденными наказания в установленном законом порядке при определенных условиях.

В связи с изложенным из судебных решений подлежит исключению указание о назначении Фурсову окончательного наказания с применением правил ст. 70 УК РФ.

Таким образом, к Фурсову, осужденному по приговору от 6 сентября 1999 г. по пп. "г", "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ к трем годам лишения свободы условно с испытательным сроком один год, могут быть применены положения п. 1 акта об амнистии, в связи с чем он должен быть освобожден от назначенного по этому приговору наказания.

Следовательно, суд по приговору от 28 мая 2001 г. был не вправе присоединять наказание, назначенное Фурсову по приговору от 6 сентября 1999 г., т.е. применять правила, предусмотренные ст. 70 УК РФ.

Постановление N 144п2002пр

по делу Фурсова

8. Приговор отменен ввиду нарушений требований ст.ст. 18, 58 и ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Харченко осужден по п. "а" ч. 3 ст. 162 УК РФ к восьми годам лишения свободы с конфискацией имущества и по ч. 3 ст. 222 УК РФ к пяти годам лишения свободы. Наказание назначено на основании ст.ст. 69 и 70 УК РФ с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор изменила, исключила указание о назначении наказания на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров и постановила считать Харченко осужденным по совокупности преступлений (ч. 3 ст. 69 УК РФ).

Президиум Верховного Суда РФ отменил приговор и определение, указав следующее.

Согласно п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ лицам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, отбывание наказания назначается в исправительной колонии строгого режима. Преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 162 УК РФ, относится к категории особо тяжких.

Кроме того, Харченко ранее был судим за тяжкое преступление, предусмотренное п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ. Эта судимость на момент совершения преступлений по данному делу не была погашена. Кражу чужого имущества осужденный совершил в совершеннолетнем возрасте.

Согласно п. "в" ч. 3 ст. 18 УК РФ при совершении лицом особо тяжкого преступления, если ранее оно было осуждено за умышленное тяжкое преступление, рецидив преступлений признается особо опасным.

Срок наказания при особо опасном рецидиве преступлений не может быть менее трех четвертей максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление (ч. 2 ст. 68 УК РФ).

При особо опасном рецидиве преступлений отбывание лишения свободы назначается в исправительных колониях особого режима (п. "г" ч. 1 ст. 58 УК РФ).

Таким образом, назначив Харченко по п. "а" ч. 3 ст. 162 и ч. 3 ст. 222 УК РФ по совокупности преступлений восемь лет и пять месяцев лишения свободы без конфискации имущества с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, суд не учел указанные требования закона.

Дело направлено на новое судебное рассмотрение.

Постановление N 113п02пр

по делу Харченко

9. Судебная коллегия ошибочно применила положение ч. 5 ст. 69 УК РФ, частично присоединив условное наказание, назначенное по первому приговору, к реальной мере наказания.

По приговору суда от 31 марта 1999 г. Фищенко осужден по пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы условно.

25 сентября 2000 г. Фищенко вновь осужден по пп."а", "в", "г" ч. 2 ст. 162, пп. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ и ч. 2 ст. 222 УК РФ. Наказание назначено на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ и ст. 70 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам приговор от 25 сентября 2000 г. изменила: на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162 и ч. 2 ст. 222 УК РФ, путем частичного сложения наказаний Фищенко назначила 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества; в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, назначенных по пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ и по приговору от 31 марта 1999 г., Фищенко назначила 11 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Согласно ст. 70 УК РФ к наказанию, назначенному по пп. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ, частично присоединила неотбытую часть наказания, назначенного по совокупности пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ и по приговору от 31 марта 1999 г., и окончательно к отбытию назначила 11 лет шесть месяцев лишения свободы с конфискацией имущества.

В протесте ставился вопрос об исключении из приговора и определения указания о применении ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Президиум Верховного Суда РФ протест удовлетворил, указав следующее.

Из материалов дела усматривается, что разбой и незаконные ношение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов Фищенко совершил до вынесения приговора по первому делу, т.е. до 31 марта 1999 г.

В то же время Судебная коллегия ошибочно указала, что в данном случае необходимо применить положение, изложенное в ч. 5 ст. 69 УК РФ, присоединив частично условное наказание по первому приговору к реальной мере наказания по настоящему приговору.

По смыслу закона назначение наказания по правилам, предусмотренным ч. 5 ст. 69 УК РФ, не допускается, если в отношении условно осужденного лица будет установлено, что оно виновно еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора по первому делу.

В подобных случаях приговоры по первому и второму делу исполняются самостоятельно, поскольку судом не должно допускаться ухудшение положения виновного в связи с тем, что за ранее совершенное преступление он осуждался позднее.

Вместе с тем в соответствии с п. 6 постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 26 мая 2000 г. "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" Фищенко, осужденный 31 марта 1999 г. по пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ, подлежал освобождению от наказания.

При таких обстоятельствах Президиум исключил из приговора и определения Судебной коллегии указание о применении ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Окончательное наказание за преступления, предусмотренные пп."а", "в", "г" ч. 2 ст. 162, пп. "а", "б" и "в" ч. 2 ст. 158 и ч. 2 ст. 222 УК РФ, назначено по правилам, предусмотренным ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Постановление N 978п2001

по делу Фищенко

10. Наличие рецидива связано с непогашенной судимостью именно на момент совершения преступления, а не на момент вынесения в отношении лица, совершившего преступление, каких-либо следственных или судебных процессуальных решений.

Кассационная инстанция исключила из приговора указание о признании в действиях осужденного Шагеева особо опасного рецидива преступлений по тем основаниям, что судимость по приговору от 3 ноября 1988 г. к моменту постановления приговора 18 октября 2000 г. считается погашенной.

В протесте в порядке надзора ставился вопрос об отмене определения Судебной коллегии ввиду неправильного применения уголовного закона.

Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил протест, указав следующее.

В соответствии со ст. 18 УК РФ рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

Из этого следует, что законодатель связывает наличие рецидива (в данном случае особо опасного рецидива преступлений) с непогашенной судимостью именно на момент совершения преступления, а не на момент вынесения в отношении лица, совершившего преступление, каких-либо следственных либо судебных процессуальных решений.

При новом кассационном рассмотрении уголовного дела следует тщательно проверить имеющиеся в деле данные, касающиеся прежних судимостей Шагеева, сроков содержания его под стражей, времени освобождения из мест лишения свободы и от наказания.

Вывод о возможном истечении сроков погашения судимости следует сделать после правового анализа содержания ст. 57 УК РСФСР, действовавшей на период освобождения Шагеева от наказания, и ст. 86 УК РФ, действовавшей на момент совершения им нового преступления и вынесения последнего приговора.

Дело направлено на новое кассационное рассмотрение.

Постановление N 360п01пр

по делу Шагеева и Волкова

11. Лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания, а не от уголовной ответственности.

Суд признал, что Моржухина совершила общественно опасные деяния - соучастие в форме подстрекательства к убийству по предварительному сговору, из корыстных побуждений и покушение на соучастие в убийстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с целью скрыть другое преступление.

Установив вину Моржухиной в содеянном, суд первой инстанции пришел к выводу о ее невменяемости на момент рассмотрения дела в суде и освободил ее от уголовной ответственности, применив меры медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа.

Кассационная инстанция оставила определение суда без изменения.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений, поскольку судом неправильно применен уголовный закон, вследствие чего Моржухина без достаточных на то оснований была освобождена от уголовной ответственности.

Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил протест по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 21, п. "а" ч. 1 ст. 97 УК РФ, на которые сослался в определении суд первой инстанции, не подлежит уголовной ответственности за совершение общественно опасных деяний с возможным применением мер медицинского характера лишь лицо, которое во время совершения этих деяний находилось в состоянии невменяемости.

Между тем суд установил, что Моржухина страдает хроническим психическим расстройством в форме расстройства личности истерического (диссоциативного) типа. Данное психическое расстройство не исключало вменяемости на период правонарушения и явки с повинной. Она могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Вслед за правонарушением развилась психотическая симптоматика в форме реактивной депрессии с псевдодементными расстройствами у психотической личности (истерический вариант).

Следовательно, Моржухина, признанная виновной в совершении преступлений в состоянии вменяемости, но лишенная возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими вследствие наступившего после совершения преступлений психического расстройства, не подлежала освобождению от уголовной ответственности за содеянное ею в состоянии вменяемости.

Согласно ч. 1 ст. 81 УК РФ лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания, а лицо, отбывающее наказание, освобождается от дальнейшего его отбывания. В случае выздоровления указанное лицо в соответствии с ч. 4 ст. 81 УК РФ может подлежать уголовной ответственности и наказанию.

Принудительные меры медицинского характера таким лицам могут назначаться судом в соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 97 УК РФ.

Президиум отменил определение, по которому Моржухина была освобождена от уголовной ответственности, и передал дело на новое судебное рассмотрение.

Постановление N 82п2002пр

по делу Моржухиной