Вопросы квалификации преступлений

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 

1. В соответствии со ст. 17 УК РФ совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями или частями статьи Уголовного кодекса, ни за одно из которых лицо не было осуждено.

Фролов, Стоюхин и Пилипцев признаны виновными в вымогательстве чужого имущества, совершенном организованной группой, неоднократно, в период с марта 1995 по апрель 1997 года.

Действия осужденных квалифицированы по ч. 5 ст. 148 УК РСФСР и п. "а" ч. 3 ст. 163 УК РФ. Окончательное наказание назначено на основании ч. 1 ст. 40 УК РСФСР.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила без удовлетворения протест, в котором ставился вопрос об изменении приговора и исключении из него указания о назначении осужденным наказания по совокупности преступлений на основании ст. 40 УК РСФСР.

Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил аналогичный протест по следующим основаниям.

По делу установлено, что осужденные совершили вымогательство организованной группой, неоднократно, в период с 1995 по 1997 год, т.е. во время действия различных Уголовных кодексов - УК РСФСР и УК РФ.

В соответствии со ст. 17 УК РФ совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями или частями статьи Уголовного кодекса, ни за одно из которых лицо не было осуждено.

В случае совершения преступлений во время действия одного из этих кодексов их действия подлежали квалификации только по одной статье: либо по ч. 5 ст. 148 УК РСФСР, либо по п. "а" ч. 3 ст. 163 УК РФ, предусматривающим ответственность за одно и то же преступление - вымогательство, совершенное организованной группой. Признак неоднократности в ст. 163 УК РФ или повторности в ст. 148 УК РСФСР предусмотрен предыдущими частями этих статей и самостоятельной квалификации по этим частям не требует.

Поскольку ч. 5 ст. 148 УК РСФСР и п. "а" ч. 3 ст. 163 УК РФ предусматривают ответственность за одно и то же преступление, содеянное виновными нельзя рассматривать как совокупность преступлений, а следовательно, нет оснований для назначения наказания по совокупности преступлений.

Ссылка в определении Судебной коллегии на то, что отсутствие совокупности преступлений не является препятствием для назначения наказания с применением ст. 40 УК РСФСР, не соответствует закону.

Учитывая, что в соответствии со ст. 50 Конституции Российской Федерации и ч. 2 ст. 6 УК РФ никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление, в целях недопущения ухудшения положения осужденных назначенное им менее строгое наказание по одной из статей подлежит поглощению более строгим наказанием, назначенным по другой статье.

Принимая во внимание, что суд применил поглощение менее строгого наказания более строгим, окончательно назначенный осужденным срок лишения свободы в изменении не нуждается.

В связи с этим Президиум исключил из приговора указание о назначении наказания по совокупности преступлений на основании ст. 40 УК РСФСР.

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ отменено.

Постановление N 1025п01

по делу Фролова и др.

2. Из судебных решений исключено осуждение по ч. 3 ст. 30, пп. "б", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Установлено, что Осминин, находясь в квартире потерпевшей, решил завладеть ее имуществом. Реализуя свой умысел, он нанес ей несколько ударов руками по голове и телу, а потом утопил в ванной. После этого Осминин перенес в прихожую принадлежавшие убитой телевизор, плащ и другое имущество. В это время в дверь квартиры потерпевшей постучали. Испугавшись, он выпрыгнул из окна.

В тот же день Осминин попросил Бакунина помочь перенести телевизор, на что последний, не зная о предыдущих действиях виновного, согласился. Подойдя к открытому окну квартиры потерпевшей, они заметили охранявших квартиру сотрудников милиции и скрылись.

Действия осужденного квалифицированы по пп. "з", "н" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 3 ст. 162 и ч. 3 ст. 30, пп. "б", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Судебная коллегия оставила приговор без изменения.

Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил протест об исключении из приговора осуждение Осминина по ч. 3 ст. 30, пп. "б", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Признав доказанной виновность осужденного в убийстве и разбое, Президиум вместе с тем отметил, что умысел на хищение имущества потерпевшей у осужденного возник, когда он находился в ее квартире. Действия же, квалифицированные судом как покушение на кражу, явились реализацией первоначального преступного намерения, связанного с разбойным нападением, поэтому квалификация его действий как покушение на кражу является излишней.

Постановление N 279п2002

по делу Осминина

3. Для квалификации действий лица, ранее осуждавшегося за незаконное изготовление наркотических средств в крупном размере и вновь совершившего незаконные приобретение и хранение в целях сбыта и сбыт наркотических средств в особо крупном размере, по признаку неоднократности не требуется двух- и более кратного сбыта наркотических средств в особо крупном размере.

Марышева признана виновной и осуждена за незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере и за незаконные приобретение и хранение в целях сбыта и сбыт наркотических средств в особо крупном размере и неоднократно.

16 февраля 1999 г. Марышева у не установленного следствием лица незаконно приобрела за 900 руб. наркотическое средство - героин массой не менее 2 г с целью личного потребления, а также в целях сбыта. Это наркотическое средство она в тех же целях незаконно хранила у себя дома.

На следующий день Марышева путем добавления воды к части хранившегося у нее героина получила не менее 2 мл раствора героина и употребила его путем внутривенной инъекции, а остальное наркотическое средство - раствор героина объемом 3,5 мл массой сухого вещества не менее 0,025 г и героин массой 1,6 г продолжала незаконно хранить у себя дома.

В тот же день Марышева сбыла Б. в счет погашения долга героин массой не менее 0,6 г, тот приобрел его для личного потребления.

По приговору суда Марышева, ранее судимая по ч. 1 ст. 228 и п. "в" ч. 3 ст. 228 УК РФ, осуждена по ч. 1 ст. 228 УК РФ и по ч. 4 ст. 228 УК РФ.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об исключении из приговора указания о совершении Марышевой незаконного сбыта наркотических средств в особо крупном размере, неоднократно, считая, что наличие квалифицирующего признака неоднократности в приговоре не мотивировано, а судом установлен лишь один эпизод сбыта наркотического средства.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила протест без удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии с разъяснением Пленума Верховного Суда РФ в постановлении от 27 мая 1998 г. N 9 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами" (пп. 7, 8) как неоднократные следует квалифицировать действия лица, совершившего два и более раза любое из деяний, предусмотренных ч. 2 ст. 228 УК РФ, а также ранее судимого по чч. 2, 3 и 4 ст. 228 УК РФ и вновь совершившего какое-либо из преступлений, предусмотренных чч. 2 и 3 ст. 228 УК РФ.

Неоднократные приобретение или хранение в целях сбыта, изготовление, переработка, перевозка, пересылка либо сбыт наркотических средств или психотропных веществ в особо крупном размере полностью охватываются диспозицией ч. 4 ст. 228 УК РФ и не требуют дополнительной квалификации по п. "б" ч. 3 ст. 228 УК РФ, однако неоднократность как квалифицирующий признак преступления должна быть указана в приговоре.

По смыслу закона (ч. 3 и ч. 4 ст. 228 УК РФ) и согласно указанному разъяснению Пленума повторение виновным любого из деяний, перечисленных в ч. 2 ст. 228 УК РФ, образует признак неоднократности.

Поэтому отсутствие в приговоре отдельной мотивировки признака неоднократности при фактическом его наличии в действиях Марышевой, квалифицированных по ч. 4 ст. 228 УК РФ, не может являться достаточным основанием для его исключения из осуждения.

Определение N 67-Д01-7вт

по делу Марышевой

4. Действия осужденных обоснованно переквалифицированы с п. "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ на ч. 2 ст. 330 УК РФ.

Установлено, что директор ЗАО "Везге" обратился к своему знакомому 3. с просьбой оказать помощь через арбитражный суд в получении задолженности с АО "Конпрок" за поставленную продукцию. Урегулированием этого вопроса занялся Волков.

Между 3. как представителем ЗАО "Везге" и Волковым был заключен договор, согласно которому ЗАО "Везге" обязалось выплатить Волкову вознаграждение - 30% от суммы задолженности АО "Конпрок", что составляло 108 млн. рублей.

После встречи Волкова с генеральным директором АО "Конпрок" последний перечислил на счет ЗАО "Везге" часть суммы по задолженности.

Во исполнение договора 3. выплатил Волкову 23 млн. рублей, но тот стал требовать уплаты остальной части суммы. 3. заявил, что требуемой суммы у него нет. Тогда Волков, Углава и другие лица стали угрожать 3. похищением, применением к нему физического насилия, убийством, потребовали написать расписку о добровольной передаче принадлежащей ему автомашины и применили насилие, в результате которого 3. был причинен вред здоровью средней тяжести.

В связи с указанными действиями Волкова и его соучастников 3. вынужден был написать расписку о передаче Волкову своей автомашины.

Суд первой инстанции квалифицировал действия Волкова и Углавы по п. "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ переквалифицировала действия Волкова и Углавы с п. "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ на ч. 2 ст. 330 УК РФ.

Президиум Верховного Суда РФ согласился с решением кассационной инстанции, оставив без удовлетворения протест прокурора.

Судебная коллегия обоснованно указала в своем определении, что действия виновного могут быть квалифицированы как вымогательство в случае, если предъявляемое собственнику или иному законному владельцу имущества требование передать ему или указанным им лицам определенное имущество, право на имущество либо совершить в их пользу какие-то конкретные действия имущественного характера было заведомо незаконным. Таких обстоятельств указанного состава преступления по данному делу не установлено.

Между З. и осужденными имелись имущественные отношения, поскольку за оказанную услугу по возврату задолженности потерпевший согласно договору был должен Волкову и другим деньги в размере 30% от суммы задолженности АО "Конпрок".

Поэтому Судебная коллегия обоснованно пришла к выводу о том, что осужденные самовольно, вопреки установленному законом порядку, с применением насилия и с угрозой применения насилия совершили действия, правомерность которых оспаривается потерпевшим, и этими действиями ему причинен существенный вред, и правильно квалифицировала их по ч. 2 ст. 330 УК РФ как самоуправство.

Постановление N 1034п01пр

по делу Волкова и др.

5. Квалифицирующий признак, предусмотренный п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии), вменен осужденным необоснованно.

Материалами дела установлено, что Шиганов ударил ножом Б. в руку. Когда потерпевшего повезли в больницу, Шиганов повернул повозку к реке и с помощью Адмаева стащил потерпевшего на снег, после чего задушил его кнутом, а тело бросил в реку.

Кроме того, Адмаев угрожал убийством О., Т. и Е., если те сообщат кому-либо об убийстве.

По приговору суда Шиганов осужден по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ, а Адмаев - по ст. 33 и п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ, ст. 119 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор оставила без изменения.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об изменении судебных решений и переквалификации действий Шиганова с п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 105 УК РФ, а действий Адмаева - со ст. 33 и п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 5 ст. 33 и ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Президиум Верховного Суда РФ протест удовлетворил, указав следующее.

Признавая Шиганова виновным в убийстве лица, заведомо для него находившегося в беспомощном состоянии, а Адмаева - в соучастии в этом преступлении, суд указал, что беспомощное состояние потерпевшего заключалось в сильном алкогольном опьянении.

Между тем по смыслу закона по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицируется убийство потерпевшего, неспособного защитить себя, оказать активное сопротивление виновному в силу физического или психического состояния. К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.

То обстоятельство, что потерпевший в момент совершения преступления был в сильной степени алкогольного опьянения, не дает оснований считать его находившимся в беспомощном состоянии.

Не может быть принято во внимание и указание суда о том, что в беспомощном состоянии потерпевший находился ввиду полученного ранения.

При таких обстоятельствах следует признать, что ножевое ранение Б. получил в результате действий Шиганова, направленных на лишение потерпевшего жизни, т.е. в процессе совершения убийства.

Постановление N 155п02пр

по делу Шиганова и Адмаева

6. Действия осужденного переквалифицированы с пп. "в", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п. "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ.

По приговору суда Бобылев осужден по пп. "в", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ.

Установлено, что он, работая главным инспектором отдела собственной безопасности таможенного управления, а затем заместителем начальника отдела, заявил Р., ведущему инспектору таможни, о том, что в отношении него имеются компрометирующие материалы, и потребовал 15 тыс. долларов США. При получении денег Бобылев был задержан.

Кассационная инстанция изменила приговор, исключила осуждение Бобылева за вымогательство и получение взятки продуктами на сумму 1234 руб. и смягчила ему наказание.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об изменении судебных решений и переквалификации действий Бобылева с пп. "в", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ на ч. 3 ст. 30 и п. "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил протест, указав следующее.

Согласно ст. 290 УК РФ ответственность по данному Закону наступает в случае получения должностным лицом взятки за действия (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица либо оно в силу должностного положения может способствовать таким действиям (бездействию), а равно за общее покровительство или попустительство по службе.

Однако, как установлено судом, осужденный никаких конкретных действий в пользу Р. или его близких не совершал и не мог совершить, покровительства оказать также не мог.

Из дела усматривается, что какими-либо материалами, свидетельствующими о совершении Р. противоправных действий, осужденный не располагал, а его умысел изначально был направлен на завладение денежными суммами путем обмана потерпевшего.

С этой целью Бобылев лично составил не соответствующие действительности материалы и, используя их, требовал от потерпевшего деньги.

Начальник отдела службы безопасности таможенного управления и его заместитель показали в суде, что с 30 января 1998 г. Бобылева перевели в Московскую западную таможню и по своему должностному положению он не мог контролировать деятельность Р.

Кроме того, ни органы следствия, ни суд не указали, какой ущерб законным интересам потерпевшего могли причинить действия (бездействие) осужденного при неисполнении его требования о даче взятки или какие вредные последствия в случае дачи взятки предотвращались для потерпевшего, если к последнему не было и не могло быть каких-либо претензий в связи с его деятельностью по таможенной службе.

Вместе с тем если вначале Бобылев по службе мог контролировать работу потерпевшего, то затем, на момент передачи денег, они работали в разных подразделениях и осужденный никакого отношения к деятельности потерпевшего не имел.

Таким образом, фактически Бобылев, используя свое служебное положение и злоупотребляя доверием потерпевшего, пытался обмануть его, вводя в заблуждение и заявляя о том, что в отношении него существуют компрометирующие материалы, добиваясь передачи ему 15 тыс. долларов США. Однако преступный результат его действий не наступил, так как он был задержан на месте преступления и поэтому не мог воспользоваться деньгами по независящим от него обстоятельствам, т.е. совершил действия, предусмотренные ч. 3 ст. 30 и п. "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ, - покушение на мошенничество в крупном размере, совершенное лицом с использованием своего служебного положения.

Постановление N 7п02пр

по делу Бобылева