ВИДЫ СУДЕБНО-ПСИХИАТРИЧЕСКИХ ЭКСПЕРТИЗ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 

Амбулаторная

Основная характерная черта амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы заключается в однократном характере психиатрического освидетельствования испытуемого без его длительного экспертного медицинского наблюдения (рис.3).

В гражданском процессе доминируют амбулаторные экспертизы, а некоторые из них, например посмертная, могут быть только амбулаторными.

Стационарная

Стационарная судебно-психиатрическая экспертиза заключается в длительном наблюдении за испытуемым в условиях психиатрического стационара ("на больничной койке"). При стационарной экспертизе помимо клинических применяются также лабораторные методы исследования. Срок стационарного обследования не должен превышать тридцати дней. В случае невозможности вынести окончательное решение в указанный срок, экспертная комиссия выно-сит решение о необходимости продления срока обследования. Копия решения направляется органу, назначившему экспертизу (рис. 3).

а) Основная и дополнительная экспертизы

Основной является экспертиза, назначенная для решения поставленных перед экспертами вопросов. Дополнительной по отношению к ней является новая экспертиза, назначенная в связи с неполнотой или недостаточной ясностью прежнего (основного) экспертного заключения, но при отсутствии сомнений в достоверности его выво-дов. Дополнительная экспертиза проводится лишь тогда, когда неполноту либо недостаточную ясность основного экспертного заключения нельзя устранить с помощью допроса эксперта и последнему требуются дополнительные исследования (рис.3) (ст. 93 ГПК КР).

б) Первичная и повторная экспертизы

Первичная экспертиза проводится впервые по делу в отношении данного лица. Повторная экспертиза проводится вторично в отношении данного лица при наличии сомнений в обоснованности или правильности выводов первичной экспертизы. Процессуальный кодекс формулирует основания повторной экспертизы как "несогласие с заключением эксперта по мотиву необоснованности, а также в случае противоречий между заключениями нескольких экспертов". Однако в последнем случае основанием для повторной экспертизы выступает не сам по себе факт наличия противоречий, а то, что эти противоречия породили у суда сомнения в правильности экспертных выводов. Оценивая противоречивые экспертные заключения, суд вправе признать достоверными одни из них и отвергнуть другие без назначения повторной экспертизы. Следовательно, повторная экспертиза назначается лишь при условии, что без новой экспертизы противоречия устранить невозможно, и это порождает сомнения в правильности всех экспертных выводов (рис. 3).

в) Единоличная и комиссионная экспертизы

Данная классификация строится в зависимости от числа экспертов проводящих экспертное исследование. Единоличная экспертиза проводится одним экспертом, а комиссионная - несколькими (двумя и более) экспертами (комиссией экспертов) (рис.3) (ст. 94 ГПК КР).

г) Экспертизы однородные и комплексные

Однородные экспертизы проводятся представителями одной отрасли науки, а комплексные - экспертами, которые являются специалистами разных отраслей научного знания. Судебные психиатры обычно проводят комплексные экспертизы совместно с судебными психологами, судебными медиками, судебными сексологами, однако в отличие от уголовного, в гражданском процессе они используются в исключительных случаях. Например, при решении вопроса о характере психических расстройств при совершении сделки.

При выборе судебно-психиатрической экспертизы судья обычно назначает комиссионную амбулаторную экспертизу. Если эксперты затрудняются в вынесении решения, они ходатайствуют о назначе-нии стационарной экспертизы. Дополнительная экспертиза проводится по назначению суда в тех случаях, когда необходимы какие-то разъяснения в связи с недостаточной полнотой экспертного заключения. Комплексные судебно-психолого-психиатрические экспертизы наиболее часто назначают обвиняемым, совершившим преступления в состоянии аффекта.

Поводом для назначения экспертизы, как правило, служат особенности поведения, сомнения в дееспособности участника процесса, неожиданность поступков, появление несвойственных ранее форм поведения, жестокость, не соответствующая поводу, а также данные о конфликтной ситуации перед правонарушением. Целью экспертизы является установление наличия или отсутствия расстройства психической деятельности, лишающего дееспособности или установление у обвиняемого наличия или отсутствия временного расстройства психической деятельности (компетенция психиатра-эксперта), физиологического аффекта (нормальной, но чрезвычайно сильной эмоциональной реакции) или иных эмоциональных состояний (компетенция эксперта-психолога) в момент совершения правонарушения. Задачей судебно-психологической (а не судебно-психиатрической) экспертизы является установление у подэкспертного состояния физиологического аффекта.

Сложность экспертной оценки аффективных реакций и связанная с ней частота расхождения экспертных заключений обусловлены рядом причин и прежде всего важностью разграничения сочетания в аффективном деликте нормально-психологических и патологических механизмов. Аффективная реакция в момент совершения правонарушения может возникнуть как у психически здорового лица, так и у лиц с различными нарушениями психической деятельности, сохраняя при этом свойства нормальной психологической реакции (физиологический аффект, эмоциональное возбуждение, оказывающее существен- ное влияние на поведение) или приобретает форму временного рас- стройства психической деятельности (патологический аффект).

Пример. Обследуемый С., 29 лет, обвиняется в нанесении тяжких телесных повреждений своему отцу, от которых пострадавший скончался.

С. окончил 10 классов средней школы, затем учился на курсах плановиков и одновременно работал в должности инженера-экономиста. По характеру впечатлительный, чувствительный, дели-катный. Женат, отношения с женой хорошие, несмотря на слож-ную ситуацию в семье. Отец обследуемого злоупотреблял алкоголем, в состоянии опьянения избивал свою жену. В последнее время С. заканчивал курсы, много работал, очень уставал из-за бессонных ночей, так как отец ежедневно приходил домой пьяный, устраивал скандалы.

В день происшествия отец пришел поздно, в нетрезвом состо-янии, скандалил с матерью, требовал, чтобы она за что-то проси-ла у него прощения, нецензурно бранился, всячески оскорблял мать, бил ее кулаками по голове. С., лежа за занавеской, напряженно при-слушивался; скандал все разгорался. Отец, схватив со стола сапож-ный молоток, стал угрожать им матери. Она громко закричала, после чего проснулся и заплакал маленький сын обследуемого. Крик сына "подействовал как сирена", вызвал страшный гнев. Вскочив с кровати, С. бросился в комнату родителей, подбежал к отцу, набросился на него с молотком. В глазах потемнело, видел только искаженное лицо ребенка, оно то приближалось, увеличиваясь, то куда-то проваливалось, чувствовал, как его "обволакивает туман". Что произошло затем, не помнит. Очнулся в комнате родителей, ощущая, при этом резкую слабость, разбитость, сонливость. Был потрясен, узнав от жены о случившемся. Превозмогая усталость, пытался оказать отцу помощь, но, не дождавшись врачей, уснул.

Из материалов дела известно, что, когда мать обследуемого позвала на помощь и одновременно заплакал ребенок, С. вскочил с кровати и стремительно бросился к отцу, который замахнулся на него молотком. Когда жена С. выбежала из-за занавески, она уви-дела в руках у мужа молоток. С. стоял, наклонившись над отцом, лежавшим в крови на полу. Он был очень бледен, дрожал всем телом. На вопросы жены не реагировал, "глаза его были какие-то остекленевшие, остановившиеся", "он смотрел и ничего не видел", продолжая методично наносить отцу удары молотком по голове. Когда жена вырвала молоток из рук С. и громко закричала, назвав его по имени, он как бы пришел в себя и с удивлением посмотрел на окровавленного отца. При этом был растерян, куда-то порывался идти, вдруг "замер, остановился, как вкопанный". Затем подошел к отцу, нагнулся над ним, тут же как-то боком прислонился к сту-лу и моментально заснул. Окружающие положили его на кровать, но он не просыпался, продолжал спать и в тот момент, когда мимо него на носилках несли отца. Отец был доставлен в больницу в бессознательном состоянии с множественными переломами костей черепа и повреждением мозгового вещества.

При обследовании: патологических отклонений внутренних органов нет. Отмечаются явления вегетативной дисфункции.

Обследуемый в ясном сознании. Во время беседы держится просто, естественно. Подробно рассказывает об обстоятельствах, предшествовавших правонарушению. Помнит, как отец замахнулся на него молотком. Сам момент убийства вспомнить не может, даже приблизительно не смог установить, сколько времени длилось возникшее у него состояние. Угнетен случившимся, тяжело переживает смерть отца.

Заключение: С. хроническим психическим заболеванием не страдает, имеются признаки вегетососудистой недостаточности. В момент правонарушения находился в состоянии временного болезненного расстройства психической деятельности в форме патологического аффекта; в отношении инкриминируемого деяния невменяем.

Комплексная экспертиза такого рода позволяет отграничить болезненные формы аффективных реакций от не болезненных и вынести заключение о вменяемости-невменяемости подэкспертного. Однако, дав заключение о не болезненной природе аффективной реакции в плане отграничения ее от патологического аффекта, психиатр-эксперт не может, не выходя за пределы своей компетенции, оценить ее глубину и влияние на поведение обвиняемого при совершении правонарушения. В большинстве случаев экспертам (психиатру и психологу) приходится сталкиваться с оценкой состояний, пограничных между психиатрией и психологией, при- менять и совмещать знания в области обеих научных дисциплин. В случае, когда эксперты-психиатры предполагают у подэкспертного наличие физиологического аффекта, они могут рекомендовать проведение судебно-психологической или комплексной экспертизы.

Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза существенно расширяет возможности оценки аффективных состояний, включая в нее не только диагностику болезненных расстройств психической деятельности (патологический аффект) и их отграничение от сходных не болезненных состояний, но и определение глубины нормальных психологических реакций, в частности, выраженности эмоционального возбуждения, возникшего в момент право-нарушения. Последнее позволяет квалифицировать состояние обвиняемого как "аффект".