§ 34

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 

В себе и для себя свободная воля так, как она есть в своем абстрактном понятии, есть в определенности непо­средственности. Согласно последней, она есть своя негатив­ная по отношению к реальности, лишь абстрактно со­относящаяся с собой действительность — в себе единичная воля субъекта. В соответствии с моментом особенности воли она обладает более пространным содержанием опре­деленных целей и в качестве исключающей единичности имеет вместе с тем это содержание как внешний, непо­средственно преднайденный мир.

Прибавление. Если мы говорим, что в себе и для себя свободная воля так, как она есть в своем абстрактном понятии, есть в определенности непосредственности, то под этим надо понимать следующее. Завершенной идеей во­ли было бы состояние, в котором понятие полностью реа­лизовало бы себя и в котором его наличное бытие было бы не чем иным, как развитием его самого. Но вначале поня­тие абстрактно, а это означает, что все определения, правда, содержатся в нем, но только содержатся; они суть только в себе и еще не развиты в самих себе в тотальность. Если я говорю, что я свободен, то это я — еще лишенное противоположности в-себе-бытие, напротив, в моральном уже есть противоположность, ибо там я пред­стаю как единичная воля, а добро есть всеобщее, хотя оно находится во мне самом. Следовательно, здесь воля уже имеет в самой себе различия между единичностью и всеобщностью и, стало быть, определена. Однако вначале этого различия ее нет, ибо в первом абстрактном един­стве еще нет поступательного движения и опосредования:

воля, таким образом, пребывает в форме непосредствен­ности, бытия. Существенное понимание, которого здесь на­до достигнуть, состоит в том, что эта первая неопределен­ность сама есть определенность. Ибо неопределенность заключается в том, что между волей и ее содержанием еще нет различия, но сама неопределенность, будучи противо­положна определенному, обретает определение быть чем-

[96]

то определенным: определенность составляет здесь абст­рактное тождество. Благодаря этому воля становится еди­ничной волей — лицом.