Предисловие

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 

 

Обычно в виктимологических исследованиях под виктимизацией понимается социальный процесс превращения лица (социальной общности) в жертву преступления и результат этого процесса. По сути дела, понятие виктимизации представляет собой своеобразную характеристику виктимности, которая объективно существует и может быть измеренной количеством случаев причинения вреда жертвам преступлений, а также совокупностью количественных и качественных характеристик потерпевших от преступлений. Таким образом, можно говорить о понимании виктимизации как общей совокупности всех случаев причинения лицу (социальной общности) физического или морального вреда преступлением. В этом значении понятие виктимизации как обобщение всей реализованной виктимности  наиболее соответствует понятию преступности, являющемуся в определенной степени мерой обобщения человеческой деструктивности, реализующейся в преступлениях.

В зависимости от уровня социального взаимодействия преступности и виктимности, его продолжительности и объектно-субъектных связей обычно выделяются следующие виды виктимизации: первичная, вторичная и третичная.

При этом под первичной виктимизацией понимается причинение материального, физического и морального вреда жертве непосредственно в процессе совершения преступления.

Вторичная виктимизация охватывает случаи косвенного причинения вреда жертве, связанного с отношением к жертве социальной общности в целом, лиц из ближайшего социального окружения, органов социального контроля, посредников и персонала, работающего с жертвами. Стереотипная предубежденность в отношении "виновности" жертвы, грубое, невнимательное обращение и негативное отношение к ней как к лицу, чем-то запятнавшему себя,  стереотипы "греховности" жертвы, ее запятнаности совершением преступления, унижение ее чести и достоинства составляют перечень типичных форм вторичной виктимизации, содействующих отчуждению жертвы, ее десоциализации.

Немецкими исследователями выделяется также третичная виктимизация жертвы преступления, представляющая собой использование жертвы представителями правоохранительных органов и работниками средств массовой информации в своих целях и в целях проводимой уголовной политики [].

Практически сегодня в целях виктимологического анализа преступности и ее соотношения с иными видами отклоняющегося поведения мы чаще всего используем понятие первичной виктимизации, оставляя анализ вторичной и третичной виктимизации специалистам по организации обращения с жертвами преступлений и по виктимологической профилактике.  

       В указанном контексте в данной работе мы попытались на основании характеристик феноменологического анализа виктимизации предпринимателей на Юге Украины рассмотреть основные закономерности проявления виктимизации в ее взаимосвязях с организованной преступностью, определить перспективные пути ограничения данного вида активности, снижения его криминогенности.

       Нет нужды говорить о том, что виктимизация, выступая такой же  мерой обобщения для виктимности, как преступность для преступления, может быть выражена в сходных показателях. Это естественно,  поскольку описание первичной виктимизации сегодня представляет собой более глубокий, чем  это представляется возможным сделать на основании данных уголовной статистики, анализ преступности и ее составляющих, проделанный с учетом латентности значительной части совершаемых преступлений. Отсюда при анализе виктимизации мы вправе выделить и рассматривать:

       состояние виктимизации как общий интегративный показатель, описывающий особенности количественного, временного и территориального распределения виктимности и ее структурных элементов на конкретной территории, исчисляемый в абсолютных и относительных (коэффициенты) показателях;

       структуру виктимизации применительно к типам и видам преступлений, а в перспективе - к типам и видам жертв преступлений и типам виктимной активности;

       динамику виктимизации, описывающую процесс и закономерности распределения виктимности во времени;

       географию, экологию и топографию виктимизации, описывающую особенности и закономерности распределения виктимности в пространстве применительно к  экономико-географическим характеристикам регионов, экологическим характеристикам среды обитания социальных общностей, пространственным характеристикам конкретных криминогенных ситуаций.

       Следует отметить, что определенная ограниченность фондов и временных рамок исследования не позволила нам в полной мере осуществить сквозной, комплексный анализ виктимизации предпринимательства, позволяющий оценить проблему в комплексе. Вместе с тем, полученные данные позволяют утверждать, что уровень виктимизации предпринимательства отражает не только опыт общения жертв с правонарушителями, но и виктимные перцепции предпринимателей, их ощущения собственной личной и социальной безопасности, изменения в социальной политике, политике страхования, установках средств массовой информации, общественном настроении в целом.

Следует уяснить, что характеристики виктимизации отражают, как правило, усредненные закономерности распределения преступности с учетом латентной ее части в той или иной стране за прошедшие несколько лет. Это объективно связно с особенностями общественного сознания и отражает нашу потребность как можно дальше дистанцироваться от зла и той информации, которую мы оценивали как травмирующую нас.

Помимо этого, характеристики виктимизации отражают усредненное распределение преступлений, не являющихся тяжкими и обладающих наименьшей степенью латентности.

Главный вывод исследования следующий. В наиболее общем виде можно сказать, что уровни виктимизации предпринимателей всего в полтора раза превосходят уровни зарегистрированных в отношении них преступлений. Вместе с тем, уровень виктимизации населения целиком в 2, 2.5 раза выше количества регистрируемых в отношении них преступлений.  Причем, разрыв тем больше, чем более активно население в борьбе с преступностью и чем менее развито ощущение личной безопасности в обществе.

Указанное обстоятельство вызвано выявленной нами закономерностью существования гомеостатических связей между преступностью и виктимизацией: чем выше преступность, тем ниже виктимизация в случаях, когда общество обеспокоено состоянием преступности, и наоборот, стабильность социальных отношений, понижая страх перед преступностью, выравнивает показатели виктимизации и преступности.

       В этой связи, обеспокоенность предпринимателей защитой собственности, принятие ими дополнительных мер безопасности, выравнивает уровни виктимизации и преступности. С другой стороны, выравнивание уровней виктимизации и преступности обусловлено процессом объективного сращивания предпринимательских структур с преступными группировками и наблюдаемой тенденцией ограничения воздействия организованной преступности на предпринимателей.

       По нашему мнению, предпринимательство как инициативная  хозяйственная деятельность, направленная на извлечение прибыли, в существующих условиях построения украинской государственности имеет дуалистический характер.

С одной стороны, радует активный процесс вовлечения все большего количества населения в процесс занятия предпринимательской деятельностью. Так, в 1999 году в Украине работало 148 тыс.малых предприятий, на которых работает 7 %  занятых в хозяйственном секторе (1,2 млн.чел). Общее количество субъектов хозяйствования превысило 730 тысяч, сосредоточивших свое внимание на торговле, сфере обслуживания, рекламном бизнесе, производстве продуктов питания, финансовой сфере.

Вместе с тем, диспропорции в развитии народного хозяйства, наличие объективных и субъективных социальных и политических процессов криминализации, свидетельствует, что значительное число предпринимателей вовлечено и в занятие криминальной деятельностью. Как правило, каждое второе предприятие уклоняется от уплаты налогов, обороты лиц, платящих т.н. "единый налог" вовсе не поддаются контролю. 40% валового внутреннего продукта Украины вообще находятся в тени. Большинство из указанных лиц так или иначе связано с конвертационными центрами, контролируемыми по экспертным оценкам преступными группировками.

При этом, как правило, предприниматели одновременно выступают как жертвами, так и участниками преступной деятельности. Указанный дуализм определяется: объясняемым совокупностью социальных и психологических факторов стремлением к неконтролируемому обогащению со стороны предпринимателей, а также стремлением криминальных структур и государства обогатиться за счет предпринимателей. Ни для кого ни секрет, что расширение объектов преступных посягательств ведет к увеличению криминализации общества, переориентации преступных групп на работу с лицами, участвующими в сером и черном секторе экономики.

Наблюдается закономерность: чем честнее работает фирма, чем менее руководство и сотрудники предприятия "завязаны" в различного рода "черных" сделках, чем меньше неучтенных средств и имущества вращается на предприятии, тем менее вероятность, что данному предприятию и его руководству в своей деятельности придется столкнуться с криминалом.

Наше исследование процесса виктимизации предпринимательства показало: в процессе развития украинского государства, совершенствования системы социального контроля и трансформации значительной части организованных преступных формирований из "бандитско"-рэкетирских в законспирированные и зачастую легализированные хозяйственные структуры, занимающиеся предпринимательской деятельностью, вектор виктимизации предпринимателей изменился: от массового уголовного вымогательства, - к массовому легализованному "вымогательству" посредством злоупотребления властью. Во многом этому способствовало происшедшее сращивание криминальных капиталов и властных структур. Сращивание предпринимателей и криминальных структур, отмывание денег через предпринимательские структуры также в определенной степени ограничивает виктимизацию предпринимателей.

 Проведенный нами экспертный опрос (опрошено 50 человек: предпринимателей, оперативных работников, адвокатов, специализирующихся на юридическом обслуживании предпринимательской деятельности) подтверждает, что на сегодняшний день большинство торговцев на рынках, лиц, специализирующихся на поставках и реализации импортной продукции, не испытывают проблем с неконтролируемыми теми или иными государственными структурами угрозами со стороны преступных группировок. Предпринимательство превратилось в "дойную корову", которую не стоит только обирать, но и охранять. Указанные мероприятия и исполняют глубоко законспирированные преступные структуры через сеть подставных охранных фирм и фирм-посредников.

К основным угрозам, которые виктимизируют предпринимателей со стороны криминала, относятся:

угрозы системе управления предприятием (саботаж выполнения своих обязанностей сотрудниками, отсутствие четкого распределения между правами и обязанностями управленцев на фирме, в отсутствие жесткой вертикальной подчиненности и информационной иерархии между сотрудниками, неблагонадежность отдельных сотрудников);

угрозы сотрудникам предприятия (угрозы захвата заложников, совершения против сотрудников иных терактов и диверсий, угрозы безопасности передвижения сотрудников, угрозы безопасности семьям сотрудников, угрозы связанные с  социальной незащищенностью сотрудников);

угрозы информации внутри и вне предприятия (непосредственная передача информации третьим лицам, перехват информации по техническим каналам и по линиям почты и телеграфа, разбалансировка системы хранения информации);

угрозы основным фондам и активам предприятия, а также товарам, находящимся в сфере коммерческих интересов предприятия (угрозы уничтожением, порчей или хищением имущества предприятия, уничтожением или разрушением основных средств, средств производства и т.п., мелкие хищения);

угрозы маркетинговой, финансовой, рекламной безопасности предприятия (клевета, оговор, недобросовестная конкуренция, мошенничество с кредитными ресурсами).

В целях проверки распространенности виктимизации предпринимательства в течение апреля-июня 2000 года осуществлен опрос предпринимателей с целью выяснения степени достоверности гипотезы о виктимологическом мониторинге как инструменте  косвенного анализа организованной преступной деятельности.

Опрос проведен в г. Одессе. Методика: телефонное интервью по технологии CATI, используемой Мировым обществом виктимологии и личный опрос. Количество респондентов: 500 человек – телефонное интервью, 100 человек – личный опрос. Методика формирования выборки: определение квоты и распределения лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью среди населения города посредством истребования и анализа статистических данных; отбор телефонов с помощью таблицы случайных чисел; составление карточки для интервьюера, - для телефонного интервью. Случайная несистематичная выборка 100 человек - предпринимателей, занимающихся реализацией товаров на вещевых рынках г. Одессы.

На первый взгляд результаты поражают. Так угрозы насилием в связи с осуществлением предпринимательской деятельности испытывало в течение 1999 года лишь 4 % предпринимателей, угрозы уничтожением имущества предприятия, - лишь 1%. Таким образом, реальные угрозы со стороны криминальных структур в этой области испытывали в 1999 году лишь 5 %  респондентов (№=600).

Около 3 % опрошенных предпринимателей считают, что в районе, где они работают, существуют организованные преступные группировки, мешающие им работать. 77 % - затруднились ответить. И лишь 20 % предполагают, что такие группировки отсутствуют. Возможно, высокий процент респондентов, давших неопределенный ответ, и вызван нежеланием предпринимателей давать характеристики своим "покровителям" со стороны преступного мира.

Вместе с тем, показательны и такие факты: 17 % предпринимателей считают район осуществления бизнеса полностью безопасным в плане защиты от преступления, 60 % - достаточно спокойным и лишь 23 % небезопасным.

Тем не менее, для защиты имущества и личной безопасности от преступных посягательств

27 % предпринимателей     заключило договор с Государственной службой охраны;

21 % заключили договор с частным охранным агентством,

25 % создали собственную службу безопасности,

27 % установили защитные решетки на помещения,

43 % установили охранную сигнализацию.

Тревожным фактором, свидетельствующим в определенной мере о наличии криминальных связей и взаимозависимостей между предпринимателями и преступностью служит высокий уровень создания собственных служб безопасности, ориентированных на решение криминальных проблем без привлечения правоохранительных органов,  а также  заключение предпринимателями, специализирующимися на сфере торговли, сделок с частными охранными агентствами, - в целом 53 %. Учитывая контроль указанных агентств организованными преступными формированиями, уровень скрытой виктимизации здесь может быть достаточно высок. Дань легально выплачивается охранной фирме и дирекции рынка за место, организацию безопасности торговли и имущества и пр.

Таким образом,  несмотря на низкий уровень выявленных согласно данным опроса угроз предпринимательской активности, виктимные перцепции предпринимателей достаточно высоки, что объясняется как обеспокоенностью общим уровнем преступности, так и связанностью определенной части предпринимателей в своей деятельности с легализованными структурами, прикрывающими тот или иной вид "охранной" криминальной организованной преступной деятельности.

Основными формами криминальной виктимизации по предварительным данным являются: хищения имущества, в том числе, личного, вовлечение в коррупционную сеть через конвертационные центры и системы параллельной хозяйственной юстиции, мошенничества, изредка, вымогательства.

По меньшей мере 7 % опрошенных за 1999 год становились жертвами краж и иных форм хищений имущества предприятия; 4 % - жертвами хулиганства, 5 % - вымогательства, поборов, 0,2 % - жертвами телесных повреждений, 12 % - жертвами краж личного имущества, 9 % - жертвами мошенничества. В целом, около 37 % опрошенных становились жертвами преступлений хотя бы раз за указанный период времени. При этом лишь 20 % из них (60 % потерпевших) обращались в правоохранительные органы за помощью в раскрытии преступления. Мотивировка была определена либо неверием в возможности органов охраны правопорядка, либо недостаточно значительным ущербом, требующим внимания правоохранительных органов.

Показательны ответы: "Мы привыкли решать проблемы собственными силами или с помощью друзей".

Анализ данных уголовной статистики по делам о вымогательстве,  а также данных материалов опроса подтвердил, что чаше всего жертвами преступных посягательств становятся предприниматели, специализирующиеся на торговле, и оказании бытовых услуг (60 %). Результаты опроса свидетельствуют также, что, к сожалению, основным виктимизирующим фактором для предпринимателей является сегодня государство и некоторые его органы. Указанное обстоятельство может содействовать вовлечению значительной группы предпринимателей в незаконную деятельность, связанную с активностью организованных преступных формирований.

С одной стороны, проведенный нами выборочный анализ актов локального правового регулирования и действующего законодательства в целом свидетельствует о том, что некоторые формирования сознательно рассматривают предпринимателей как потенциальных правонарушителей, планируя поступление доходов от штрафов. Подобные и множество иных попыток обогатиться за счет предпринимателей, просчеты и недостатки в фискальной политике, подталкивают предпринимателей в руки криминальных структур, криминализируют их бизнес.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о перспективности для организованной преступности развития таких направлений как "параллельная" банковская система (конвертационные центры, схемы уклонения от уплаты налогов), "защита" бизнеса от посягательств со стороны правоохранительных органов и иных органов государственного управления, транснациональные и внешнеэкономические операции.

С другой стороны, высокий уровень коррумпированности, незащищенности предпринимателя со стороны государства подтверждается и тем, что 60% предпринимателей, участвовавших в анонимном опросе признались, что им довелось давать взятки государственным служащим (в большинстве случаев – около 40 % представителям налоговых органов), 25 % отказались ответить на данный вопрос и лишь 15 % утверждали, что давать взятки им не приходилось. Думается, что последняя цифра весьма завышена и объяснима скорее, высокой правовой культурой определенной части предпринимателей, знакомых с возможностью привлечения к уголовной ответственности за дачу взятки.

При этом, объясняя свое поведение, мотивировка дачи взятки была стандартной: вымогательство государственного служащего и полная негативная оценка сложившейся ситуации в государстве.

Недаром, на вопрос, что необходимо сделать для защиты предпринимателей от коррупции большинство (65 %) желало бы усилить режим законности в стране и гарантировать государственным служащим стабильную заработную плату и относительно высокие доходы. 35 % отказались комментировать это, считая процесс борьбы с коррупцией,  заранее обреченным на провал.

Показателен также и ответ на вопрос, посвященный предполагаемым мерам ограничения организованных преступных группировок. По мнению большинства предпринимателей лидеры и участники большинства преступных группировок прекрасно известны правоохранительным органам, однако: "Знают же кого посадить, но не садят".

             Неверие в эффективность правоохранительной системы, пораженность коррупцией свидетельствуют о растущей аномии среди предпринимателей и может быть расценено как тревожный фактор, способствующий о возможности дальнейшей криминализации предпринимательской активности.