§ 2. Фактическое наступление преступных  последствий

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 

1. «Формальные»   и   «материальные»   преступления.

/Понятие «формальных» и «материальных» преступлений относится не к вопросу о том, наступают или не наступают вредные последствия, и не к конструкции составов преступлений1, а только к построению ди сп OB ищи« уго-ловноправовой нормы.

Как отмечено выше, состав преступления с точки зрания особенностей отражения в нем,преступных последствий может »меть только две разновидности: признаком состава является либо фактическое наступление преступного последствия, либо возможность его наступления./

Однако если мы рассмотрим и те, и другие случаи, то увидим, что/не всегда фактическое наступление или возможность наступления вредных последствий находит отражение в дисподации уголовнопіравовой нормы./

1 Мнение о том, что эти понятия относятся к составу преступления (его придерживался ранее и автор настоящей работы), основано на смешении состава преступления и диспозиции уголовно-правовой нормы.

156

 

>>>157>>>

/

/Например, и тяжкое телесное повреждение, и кража, и изнасилование всегда связаны с фактическим наступлением вредных последствий. Но в статье о тяжком телесном повреждении характер преступных последствий прямо указан, и они должны быть установлены судом, в статье о краже характер 'и степень тяжести последствий прямо не указаны, хотя они также должны быть установлены в соответствии с общим понятием хищения, включающим наступление материального ущерба, а в статье об изнасиловании вредные последствия подразумеваются и судам не должны специально выясняться, так как имеется їв в'иду, что характер совершенны« виновным действий уже сам по себе свидетельствует о наступлении вреда.//

/Таким образом, законодатель конструирует уголов-иоправовую норму no-раэному и иногда сам'оценивает характер и тяжесть наступающих вредных последствий, не возлагая этой обязанности на судебнопріокуроірсіюие органы. В этих случаях и образуются так называемые формальные преступления/-'

Различное построение диспозиций основывается на объективных свойствах соответствующих деяний. В основе конструкций «формальных» преступлений, причиняющих фактический ущерб, лежат главным образом случаи, когда последствие наступает неизбежно, одновременно с совершением соответствующего действия (например, оскорбление, привлечение к уголовной ответственности невиновного, изнасилование, дезертирство) . Обычно это последствие носит нематериальный характер, и его установление было бы на практике сопряжено с неустранимыми трудностями. Однако оно фактически есть, и то обстоятельство, что диспозиция не содержит никаких признаков вредного последствия, также не свидетельствует о его отсутствии, как «е свидетельствует об отсутствии объекта преступления тот факт, что обычно объект не упоминается в уголовнопра-вовых нормах1.

1 См. A. H. T p а й н и и, Общее учение о составе преступления, стр. 153 и др. Эта идея высказывалась А. Н. Трайниным весьма энергично. Однако автор пошел дальше и утверждал, что фактическое наступление последствий есть элемент всякого состава преступления, не учитывая, что имеется значительная группа норм, предусматривающих возможность наступления вреда.

157

 

>>>158>>>

«Материальные» преступления также включают наступление вредных последствий в качестве необходимого признака состава. Однако в отличие от «формальных» диспозиции этих составов содержат указания на преступные последствия. Эти дїимтозициіи создаются глазным образом в тех случаях, когда вероятность наступления вредных последствий относительно менее высока. При этом действие, которое в данном конкретном случае не повлекло вреда, недостаточно для уголовной ответственности; если же вред наступил, имеются все элементы состава преступления (убийство, телесное повреждение, уничтожение имущества и т. п.). ґ" /Условное деление преступлений на «формальные» и «материальные»1 имеет существенное значение. Судье, прокурору, следователю необходимо четко знать, в каких случаях обвинение обязано, а в каких — не обязано специально^ доказывать факт наступления вредных по-следствииЭУказанное деление и отвечает на этот вопрос: обвиненте должно специально доказать факт наступления вредных последствий тогда, когда его признаки предусмотрены в диспозиции уголовноправовой нормы2, т. е. в «материальных» преступлениях. J

Рассмотрим основные требования, предъявляемые к судебночпрокуроршим органам при установлении признаков состава «материального» преступления.

2. Факт наступления преступных последствий. Первое и основное требование состоит в том, чтобы установить, действительно    ли   наступило   преступное  последствие. /В умышленных «материальных» преступлениях отсутствие  преступного  последствия   может   повлечь   ответственность лишь за покушение или приготовление к преступлению,    в    неосторожных — полностью    исключает уголовную ответственность.^

Это элементарное требование иногда не соблюдается. В частности, отдельные судебнснпрокурорские работники исходят не из факта, а лишь из предположения о наступлении вредного последствия, что, разумеется, не одно и то же.

1  При этом всеми советскими юристами признается неудачность соответствующей терминологии.

2  О значении последствий,  не   предусмотренных   в диспозиции, см. ниже.

158

 

>>>159>>>

Ю. и другие были осуждены по статье о должностной халатности за ненадлежащую культивацию, прополку и полив хлорка, приведшие якобы к снижению урожайности. Между тем при пересмотре дела в порядке надзора было установлено, что заключение комиссии по определению урожайности, положенное в основу обвинительного приговора, было написано задолго до получения фактического урожая хлопка и будущая урожайность определена комиссией лишь предположительно. Поскольку фактически ее наступило никаких вредных последствий, а по показаниям ряда свидетелей урожай хлопка в их колхозе осенью ожидался хороший, Верховный Суд СССР прекратил дело за недоказанностью обвинения1.

В диспозициях материальных преступлений предусматриваются, как правило, только основные последствия. Если основное последствие отсутствует, то и ответственность за данное преступление наступить не может, хотя бы имели место дополнительные последствия. /Так, если при покушении на убийство способом, опасным для жизни многих людей, кому-либо были причинены телесные повреждения, а потерпевший остался жиїв, то оконченный состав убийства отсутствует. При этом основное последствие можно признать фактически наступившим лишь в том случае, когда имеются все его элементы, а не только, например, нарушено охранительное правоотношение или пострадал предмет посягательства.

Устранение виновным причиненного вреда или добровольное возмещение нанесенного ущерба не может рассматриваться как отсутствие преступных последствий. Однако в соответствии со ст. 33 Основ уголовного законодательства они признаются смягчающими обстоятельствами и должны учитываться при решении вопроса о характере и степени ответственности. Чистосердечное раскаяние признается одним из условий освобождения лица от уголовной ответственности с передачей его на перевоспитание и исправление общественной организации или коллективу трудящихся по их ходатайству. Если же раскаяние сочетается с добровольным устране-

1 См.   «Судебная   практика   Верховного   Суда   СССР»   1952   г. № 11, стр. 19.

159

 

>>>160>>>

ниєм причиненного вреда, to это тем более дает основания для смягчения уголовной ответственности или освобождения от нее.

Следует отметить, что, если даже суд не сочтет возможным полностью освободить такое лицо от уголовной ответственности, он должен учесть факт устранения причиненного вреда при назначении наказания. Верховный Суд РСФСР заменил реальную меру наказания условной в отношении осужденной С., которая похитила около 9 тыс. руб. колхозных денег. В качестве основания для применения условного осуждения Судебная коллегия указала наряду с другими обстоятельствами также на то, что С., продав часть своего имущества, полностью возместила причиненный колхозу ущерб1.

3. Характер наступивших последствий. Недостаточно доказать, что преступное деяние причинило вред; необходимо установить, что наступившее вредное последствие было именно таким, какое предусмотрено данной нормой.

Во многих случаях сам законодатель определяет, какие последствия являются элементами состава, и указывает их признаки в диспозиции. Например, в ст. 23 Закона об уголовной ответственности за государственные преступления вредными последствиями признаются «крушение поезда, авария корабля или нарушение нормальной работы транспорта и связи».

Подробное указание на характер последствий содержится в ст. 150 УК Казахской ССР. Согласно этой статье бесхозяйственность рассматривается как преступление лишь в том случае, если она повлекла «тяжелые убытки или расточение государственного или общественного имущества (срыв плана, падеж скота, гибель урожая, значительную недостачу товарно-материальных ценностей и т. п.)».

Во всех подобных случаях задача судебных и прокурорских органов состоит в том, чтобы установить совпадение признаков фактически наступивших преступных последствий с признаками, прямо указанными в законе. Это простое требование, однако, не всегда учитывается.

1 См. «Советская юстиция» 1960 г. № 3, стр. 83. См. также дело И., «Советская юстиция»  1960 г. №  1, стр. 79.

160

 

>>>161>>>

Встречаются случаи, когда суд исходит только из факта наступления вредных последствий, не обращая внимания на их характер.

По приговору суда Б. была осуждена по ст. 593" УК РСФСР 1926 года за то, что, являясь весовщиком товарного двора, допускала выдачу груза клиентуре без проверки числа мест получаемого груза, в результате чего в ярлыках на вывоз были проставлены неправильные цифры количества мест вывозимого со станции груза. В действиях Б. имелись признаки нарушения трудовой дисциплины. Однако последствия этого нарушения совсем не относились к области безопасности движения поездов, как это требовалось ст. 59ЗВ . Верховный Суд СССР, отменяя приговор, указал, что в результате действий Б. «не только не наступили, но и не могли наступить последствия, предусмотренные диспозицией ст. 59ЗВ УК РСФСР. В данном случае Б. было совершено должностное преступление, подпадающее под признаки ст. 111 УК РСФСР»1.

Характер наступивших последствий имеет существенное значение при квалификации преступления. Так, квалификация телесного повреждения как тяжкого или как легкого почти целиком зависит от этого обстоятельства.

Несколько сложнее дело обстоит в тех случаях, когда характер последствий в законе обозначен не исчерпывающим образом, в частности, путем ссылок бланкетного характера.

Такие бланкетные указания имеются, например, в ст. 19 Закона об уголовной ответственности за воинские преступления, где говорится о вредных последствиях, «для предупреждения которых установлен данный караул или конвой». Здесь уже нужно известное уяснение смысла закона с помощью его толкования.

Предположим, что часовой в нарушение ст. 77 Устава гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил Союза ССР стоял на посту с карабином, в патроннике которого находился боевой патрон. При смене поста он неосторожно зацепил за спусковой крючок карабина. Происшедшим выстрелом был тяжело ранен прохожий.

Вредное последствие нарушения правил караульной службы — налицо. Однако то ли это последствие, кото-

1 «Судебная практика Верховного Суда СССР» 1952 г. № 3. 11.  В. Н. Кудрявцев                                                                              161

 

>>>162>>>

рое предусмотрено п. «д» ст. 19 Закона? Очевидно, нет, ибо в задачу караула не входит предупреждение несчастных случаев с людьми от неправильного обращения с оружием. Поэтому действия часового следует квалифицировать не по п. «д», а в зависимости от обстоятельств дела по другим пунктам этой статьи в совокупности со статьей о преступлении против личности.

Еще более значительные трудности возникают тогда, когда конкретные признаки преступных последствий вообще в законе не указаны. Так, ст. 13 Закона об уголовной ответственности за государственные преступления предусматривает квалифицированный вид утраты документов, содержащих государственную тайну, если это деяние «причинило тяжкие последствия».

Применительно к подобным нормам возникает важный вопрос: могут ли фактически наступившие последствия являться вредом любого рода, или они должны иметь определенный характер и относиться к какой-то определенной сфере общественных отношений?

При решении этого вопроса необходимо исходить из социально-политического смысла установления признака преступных последствий в уголовном законодательстве. Коль скоро соответствующая уголовноправовая норма создана для охраны определенной группы общественных отношений, то, очевидно, под преступными последствиями в этой норме имеется в виду не всякий вред, а лишь ущерб, наносимый данной группе общественных отношений. Поэтому и в этих случаях, хотя в диспозиции нет никаких указаний, состав преступления включает последствия вполне определенного вида.

Например, опасность утраты документов, содержащих государственную тайну, состоит в том, что эти документы могут попасть в руки иностранных разведчиков и быть использованы во вред обороноспособности Советского государства. Особую же опасность для Советского государства представляют такие случаи, когда документы не только могут стать, но и фактически стали достоянием иностранной разведки или иным образом используются для вражеской подрывной деятельности. Исходя из социально-политического смысла ч. 2 ст. 13 Закона об уголовной ответственности за государственные преступления, следует прийти к выводу, что именно

162

 

>>>163>>>

это законодатель и имел в виду под тяжкими последствиями, предусмотренными в указанной норме1.

Следовательно, нельзя квалифицировать по ч. 2 ст. 13 такой случай утраты документов, когда в результате его хотя и наступили вредные последствия, но не относящиеся к области обороны СССР (например, причинение ущерба личности, имуществу и т. д.).

Уяснение характера последствий нередко производится путем судебного и научного толкования уголовно-правовых норм. Именно такому толкованию подвергались нормы об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества, причем как в судебных решениях, так и в теоретических работах неоднократно подчеркивалось, что причинение материального ущерба государству или общественной организации является неотъемлемым признаком состава даниого преступления, хотя этот признак прямо и не указан в диспозиции2.

Представляется правильным следующий общий вывод: вредное последствие, предусмотренное уголовным законом в общей форме (в частности, «тяжкое последствие»), всегда должно быть однородным с совершенным преступным действием, т. е. представлять собою реализацию той опасности, из-за которой это действие (бездействие) запрещено, и являться ущербом тому объекту, который охраняется данным уголовным законом.

Смысл указания в законе на наступление вредных последствий состоит в том, чтобы обеспечить охрану соответствующего круга общественных отношений. Поэтому когда в результате совершенного действия наступает вредное последствие иного рода, расходящееся с характером опасности действия, то вред причиняется не тому объекту, который предусмотрен в данном законе, а другому. В этом случае содеянное нельзя квали-

1  См. В. Д. Меньшагин,   Уголовная ответственность за разглашение  государственной   тайны,     вып.     XIII,     «Труды     ВЮА», стр. 122.

2  См.,   например,    А.  А.   П и он тк о в с к и и,    В.  Д.    Меньшагин,   Курс советского уголовного права, особенная часть, т.  1, М., 1955, стр. 397.

163

 

>>>164>>>

фицировать по норме, предусматривающей наступление тяжких последствий (как указывалось выше, здесь в большинстве случаев будет совокупность преступлений),                                               jy

4. Степень тяжести последстви^густановлшие степени тяжести наступивших последствий имеет весьма важное значение как для решения вопроса о наличии оснований для привлечения к уголовной ответственности, так и для правильного выбора характера и меры

Принудительного ВОІЗІДеЙСТВИЯ на BH'HOBiHOrOyJf

Новое уголовное законодательство существенно ограничивает пределы уголовной ответственности по признаку тяжести наступивших последствий. Например, неосторожное уничтожение или повреждение государственного или общественного имущества, а также личного имущества граждан, недобросовестное отношение к охране государственного или общественного имущества, нарушение ветеринарных правил, нарушение правил, установленных для борьбы с болезнями и вредителями растений, потрава посевов, злоупотребление властью или служебным положением, превышение власти, халатность и ряд других деяний признаются преступными лишь при условии, что они причинили «существенный вред» или вызвали наступление «тяжких последствий».

В других случаях (например, ст. ст. 2, 4, 6, 15, 16, 17, 20, 21, 23 Закона об уголовной ответственности за воинские преступления) тяжкие последствия рассматриваются как квалифицирующее обстоятельство.

Какие же последствия могут считаться тяжкими?

Очевидно, что это является вопросом факта. К компетенции суда относится как установление размеров наступивших последствий, так и оценка их сравнительной тяжести.

Практика выработала ряд сравнительно устойчивых оценок тяжести последствий применительно к тому или другому преступлению. В частности, лишение жизни человека или причинение тяжких телесных повреждений всегда рассматривается в судебной практике как тяжкое последствие. Это вытекает из ряда норм закона, в которых такие последствия признаются разновидностью тяжких последствий. Например, ст. 16 Закона об уголовной ответственности за воинские преступле-

164

 

>>>165>>>

ния карает за нарушение правил вождения или эксплуатация военных машин, повлекшие «несчастные случаи с людьми или другие тяжкие последствия».

Что касается легких телесных повреждений, то они по смыслу самого термина не могут относиться к тяжким последствиям. Однако если легкие телесные повреждения наносятся одновременно ряду лиц (например, при автокатастрофе), то мы думаем, что эту совокупность также можно признать тяжким последствием.

В значительной мере условный характер носит оценка степени тяжести последствий, заключающихся в причинении имущественного ущерба. Границы «мелкого», «не мелкого» и «крупного» хищения устанавливаются только практикой. Вместе с тем эта практика не должна быть произвольной, она должна соответствовать экономическим отношениям и учитывать правосознание трудящихся. Вряд ли можно признать «не крупным» хищение, совершенное на сумму 30—40 тыс. руб., хотя в законе размеры крупного хищения не указаны. Изменение курса рубля, естественно, влечет изменение указанных критериев.

Тяжкие последствия могут носить и нематериальный характер. Выше уже говорилось о тяжких последствиях разглашения государственной тайны или утраты документов, содержащих государственную тайну. Одной из разновидностей тяжких последствий воинских преступлений может быть серьезный ущерб боеспособности войск.

Возлагая на судебные и прокурорские органы как оценку степени тяжести фактически наступивших последствий, так и решение вопроса о том, какая степень тяжести этих последствий достаточна для наступления уголовной ответственности, законодатель исходит из того, что лишь в практической деятельности можно наиболее правильно и всесторонне учесть изменяющиеся условия общественной жизни.

Вместе с тем исходные позиции для оценки степени тяжести последствий содержатся все же в законодательстве. Здесь мы укажем на два основных обстоятельства.

Во-первых, в ряде статей, особенно в тех, которые являются новыми, законодатель иногда частично, рас-

165

 

>>>166>>>

крывает понятие тяжких последствий, приводя их примерный перечень. Выше упоминалось о ст. 16 Закона об уголовной ответственности за воинские преступления. Подобным же образом ст. 17 этого Закона указывает на «катастрофу или другие тяжкие последствия», ст. 18 — на «гибель либо серьезные повреждения корабля, человеческие жертвы или другие тяжкие последствия». Во всех таких случаях понятие тяжкого последствия истолковать уже нетрудно.

Вочвторых, уяснить степень тяжести последствий в известной мере можно с помощью сравнения санкций, установленных за совершение различных преступлений. Если, например, п. «б» ст. 4 Закона об уголовной ответственности за воинские преступления предусматривает за сопротивление или принуждение начальника, повлекшее тяжкие последствия, лишение свободы на срок от трех до десяти лет, то из сравнения этой санкции с санкциями статей о преступлениях против личности можно сделать вывод, что п. «б» ст. 4 охватывает такие последствия, как тяжкие телесные повреждения (но не охватывает умышленного убийства). Разумеется, подобные выводы, которые делаются на основании сопоставления санкций, отражающих степень общественной опасности не только деяния, но и личности преступника, могут носить лишь приблизительный характер.

Наконец, некоторые самые общие правила оценки степени тяжести последствий могут быть даны уголов-ноправовой теорией. В частности, Н. Ф. Кузнецова справедливо указывала на два момента: 1) тяжесть последствий зависит исключительно от характера и степени вредных изменений в объекте. Другие элементы состава (умысел или неосторожность, способ действия, субъект) непосредственно не влияют на эту оценку; 2) единицы измерения ущерба должны быть общими как для простого, так и для квалифицированного по тяжести последствий состава преступления1.

Эти положения необходимо иметь в виду, например, при разграничении «мелкой» и «не мелкой» кражи государственного или общественного имущества. Следует

1 См.  Н.  Ф.  Кузнецова,  Значение  преступных  последствий для уголовной ответственности, стр. 106.

166

 

>>>167>>>

согласиться с теми авторами1, которые подвергают критике встречающиеся в судебной практике попытки квалифицировать как «не мелкое» хищение, причинившее незначительный материальный ущерб, если оно совершено группой лиц, ранее судимым субъектом и т. д. Степень тяжести последствий, являющаяся единственным критерием этого разграничения, не может подменяться другими обстоятельствами.

Степень тяжести последствий имеет существенное значение не только для квалификации преступления, но и для решения вопроса о применении наказания или мер общественного воздействия.

Малозначительность наступивших вредных последствий может являться основанием для прекращения дела за отсутствием состава преступления на основании ч. 2 ст. 7 Основ уголовного законодательства.

Верховным Судом РСФСР было прекращено дело Д. и К., похитивших два рулона толя стоимостью 43 руб. Суд указал, что «стоимость похищенного толя незначительна, при этом толь был возвращен по принадлежности и, следовательно, никакого ущерба государству причинено не было»2.

Характер и степень тяжести наступивших последствий наряду с другими обстоятельствами дела, имеют важное значение при решении вопроса о том, может ли виновный быть освобожден от уголовной ответственности с передачей дела на рассмотрение товарищеского суда или с передачей лица, совершившего преступление, на поруки общественной организации или коллективу трудящихся для перевоспитания и исправления3.

Практика применения мер общественного воздействия показывает, что лицо, совершившее преступление, целесообразно передавать на поруки лишь при условии, что его действия не повлекли тяжелых последствий.

1 См., например, В. Кириченко, Г. Мендельсон, Ю. Т к а ч е в с к и и, Уголовная ответственность за мелкое хищение, «Советское государство и право» 1956 г. № 7, стр. ПО—111. '2 «Советская юстиция» 1960 г. № 1, стр. 79.

3 См. Н. Кузнецова, И. M и к и т и ч, Значение преступных последствий для уголовной ответственности, «Советская юстиция» 1960 г. № 3, стр. 14 и ел.

167

 

>>>168>>>

Верховный Суд РСФСР отменил приговор по делу А., который был осужден за умышленное убийство к пяти годам лишения свободы условно с передачей для перевоспитания и исправления коллективу школы ФЗО. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР указала, что, признав А. виновным в столь тяжком преступлении, как убийство из мести, суд неосновательно принял указанные решения. Приговор суда и определение о передаче А. на перевоспитание и исправление коллективу школы ФЗО были отменены и дело передано на новое судебное рассмотрение1.

Наконец, в том случае, когда уголовное наказание подлежит применению, степень тяжести преступных последствий необходимо учитывать для правильной индивидуализации наказания. Согласно Основам уголовного законодательства признается обстоятельством, отягчающим ответственность, «причинение преступлением тяжелых последствий» (п. 4 ст. 34).

,'**   5. Значение последствий, не указанных в диспозиции.

/Говоря о значении последствий, не указанных в диспозиции, следует различать два случая: а) последствия (Относятся к области объекта .посягательства и б) ощ не относятся к сфере объекта.?

В каких случаях преступные последствия, относящиеся к области объекта посягательства, не указываются в диспозиции? О них говорилось выше:,'это либо дополнительные последствия, либо такие основные последствия, наступление которых признается законодателем бесспорным (в так называемых формальных преступлениях). Значение подобных последствий, как уже указывалась, весьма существенно как для решения вопроса о наличии преступления и его квалификации, так и для определения характера и степени ответственности. Оно вытекает из того, что эти вредные последствия являются элементами составов преступлений/

Иное положение имеет место тогда, когда вредные последствия не относятся к области объекта посягательства и потому не являются элементами состава. Такие последствия не могут определять решение указанных в опросову/Если, например, в результате хищения

1 «Советская  юстиция»   1960  г. № 1,  стр.  79—80. 168

 

>>>169>>>

продуктов магазин на каше-то время перестал работать, что создало трудности в снабжении населения и данного пункта, или в результате нанесения телесного повреждения нарушилась производственная деятельность на том участке, где трудился потерпевший, то эти вредные последствия сами по себе не могут признаваться отягчающими признаками указанных преступлений в плане объективной стороны. Н. Ф. Кузнецова правильно пишет, что подобные вредные последствия «не всегда представляют собой объективные вредные изменения в объектах, охраняемых уголовным законодательством. Сфера дальнейших последствий весьма широка и может относиться к области административных, гражданских, дисциплинарных и моральных отношений»1. Но коль скоро это так, то подобные последствия нельзя вменять в вину в уголовноправовом порядке.

А между тем такие попытки встречались в судебной практике, особенно в (прежние годы. Известно, что в этом смысле расширительно толковался закон от 7 августа 1932 г. По нему квалифицировались, в частности, такие деяния, как хищение снегозащитных щитов на железной дороге, недобросовестная работа по пахоте и севу, ведущая к иорче полей и снижению урожая, полоша сельскохозяйственных машин и т. п. Во всех этих случаях имелись в виду последствия, фактически выходящие за рамки объекта преступления, хотя и представляющие известную опасность для государства (угроза безопасности движения транспорта, уменьшение урожая и др.).

Если такая практика была в известной ІМіере оправдана при существовании института аналогии, то в настоящее время повышение наказания в зависимости от наступления последствия, не относящегося к сфере объекта преступления, представляется нам нарушением требований закона (ст. ст. 32 и 34 Основ уголовного законодательства). Поэтому подобные последствия могут лишь їв той (мере влиять на степень ответственности, в какой они отражают более высокую степень вины (цели, мотивы преступления) и повышенную общественную опасность личности преступника.

1 Н. Ф. Кузнецова, Значение преступных последствий для уголовной ответственности, стр. 196. В дальнейшем, однако, автор четко не определяет своего отношения к указанному вопросу.

169

 

>>>170>>>