3. Правовое регулирование труда в крестьянском (фермерском) и личном подсобном хозяйстве

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 

Ведение крестьянского хозяйства должно осуществляться преимущественно трудом его членов (ст. 58 ЗК РСФСР). Трудовые отношения членов крестьянского хозяйства возникают не на основе заключения трудового договора (контракта) 47 См.: Там же. 48 См.: Мельников Н. Наследование имущества крестьянского (фермерского) хозяйства // Твоя земля. 1999. № 4. С. XY. 49 Там же. работника и работодателя, а вытекают из факта членства в крестьянском хозяйстве. Такой подход находит отражение и на практике. Так, в Инструкции по применению Закона Российской Федерации от 29 июня 1995 г. "О подоходном налоге с физических лиц" (с последующими изменениями и дополнениями)50 выделяются трудовые и приравненные к ним обязанности, под которыми понимается выполнение гражданином работ по конкретной специальности, квалификации, должности на основании заключенного им с организацией или с другим работодателем (например, с частнопрактикующим нотариусом) трудового договора (контракта) либо выполнение трудовой функции в связи с членством в кооперативе, колхозе, крестьянском (фермерском) хозяйстве, общественной или религиозной организации, адвокатуре, а также в связи со службой или учебой. Необходимо подчеркнуть, что приравнивание выполнения трудовой функции в крестьянском хозяйстве к трудовым обязанностям осуществляется в целях налогообложения, ведения налоговой отчетности и т.п., но это вовсе не означает распространения на членов хозяйства КЗоТ РФ и других актов трудового законодательства. Согласно Закону РСФСР от 22 ноября 1990 г. "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", трудовые отношения в крестьянском хозяйстве определяются и регулируются членами хозяйства. В связи со сказанным представляется ошибочной запись, содержащаяся в проекте новой редакции Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", принятом в первом чтении Государственной Думой, о том, что "трудовые отношения членов крестьянского хозяйства ... регулируются законодательством о труде". В литературе было высказано мнение, что для предотвращения споров между членами крестьянского хозяйства и учитывая, что это могут быть не только члены одной семьи, необходимо заключение соглашения между ними об их труде в хозяйстве. В нем следует указать, в частности, на каких условиях (полной или частичной занятости) член крестьянского хозяйства своим трудом принимает участие в его деятельности, и если частичной, то что под этим следует подразумевать. Кроме того, нужно указать, по какой профессии будет работать или какую работу выполнять каждый член хозяйства, условия его перевода с одной работы на другую, как будет вестись учет его трудовой деятельности: поденный, недельный или суммированный за определенный период (неделя, месяц и т.д.), кто и как будет оценивать труд члена хозяйства и как будет (если будет) поощряться выполнение им особых заданий. В соглашении могут быть предусмотрены и другие вопросы, например ответственность члена хозяйства за недобросовестный труд51. Представляется, что если считать крестьянское хозяйство семейным хозяйством, то эти все требования излишне формализованы, хотя для хозяйств "группы граждан" это, вероятно, оправдано. Вместе с тем важно подчеркнуть, что даже в таких хозяйствах это должно быть именно соглашение между членами хозяйства, а не соглашение работодателя (главы хозяйства) и работников (членов). Утверждения, что по отношению к членам хозяйства его глава выступает работодателем и что на трудовые отношения наемных работников распространяется не трудовое законодательство, а законодательство о крестьянском хозяйстве52, представляются в равной степени спорными и не соответствующими действующему законодательству. Ю. Вольдман также считает, что "особенности правового регулирования труда главы крестьянского хозяйства вытекают из особенностей его правового положения. 50 Законодательство и экономика. 1998. № 3. С. 37. 51 См.: Вольдман Ю. Указ. соч. // Хозяйство и право. 1998. № 3. С.50. Примерный договор о труде между членами крестьянского (фермерского) хозяйства см.: Он же. Указ. соч. // Хозяйство и право. 1998. № 4. С. 40-41. 52 См.: Макарова О.А. Указ. соч. С. 12. В настоящее время это единственный индивидуальный предприниматель, который работает не только "на себя", но и на членов крестьянского хозяйства"53. Но с таким же успехом можно сказать, что члены крестьянского хозяйства работают на его главу, т.е. все работают друг для друга, ведь у них существует общая собственность на имущество и доходы. В связи со сказанным представляются надуманными предложения о закреплении в договоре о труде между членами крестьянского хозяйства трудового распорядка (времени начала и окончания работы, перерыва на обед, мер поощрения и воздействия на нерадивых работников), порядка учета трудовой деятельности членов крестьянского хозяйства, оснований их имущественной ответственности за ущерб, причиненный хозяйству, и т.п.54 В крестьянском хозяйстве, все члены которого одинаково заинтересованы в его экономической эффективности и получении доходов, как правило, не возникает вопроса, когда начинать рабочий день, когда его заканчивать и когда делать перерыв на обед, поскольку глава и члены хозяйства, как было сказано выше, работают на себя. То же касается и имущественной ответственности: член хозяйства, причинивший ему ущерб, причиняет ущерб в том числе и самому себе. И даже если причинение ущерба вызвано какими-либо негативными процессами (например, пьянство и т.п.), то это проблема скорее социальная и семейная, чем производственная, и в данном случае тоже сложно говорить об "имущественной ответственности" мужа и отца перед членами своей семьи. Так что в семейном крестьянском хозяйстве в заключении такого "трудового" договора между членами хозяйства большого смысла нет. В партнерских же хозяйствах постановка вопроса об урегулировании в соглашении имущественной ответственности членов хозяйства в случае причинения ими ущерба хозяйству вполне оправдана. Наряду с трудом членов хозяйства Закон РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" допускает применение и наемного труда. Но по этому Закону, напомню, крестьянские хозяйства имели статус юридического лица. В связи с изменением в конце 1994 г. гражданского законодательства возникли сомнения: сохраняют ли право найма работников фермеры, осуществляющие свою деятельность без образования юридического лица? Между тем для таких сомнений не было никаких оснований. Во-первых, с принятием ГК РФ утратила силу норма Закона РСФСР "О предприятиях и предпринимательской деятельности", где содержался запрет на применение лицами, осуществляющими индивидуальную трудовую деятельность, наемного труда (в этом случае они должны были регистрироваться как предприятие). Во-вторых, в самом ГК РФ были нормы, косвенно свидетельствовавшие о допустимости найма работников по трудовому договору индивидуальными предпринимателями (п.З ст. 25 ГК РФ). Наконец, это право фермеров было подтверждено п. 1.1 Инструкции о порядке начисления, уплаты страховых взносов, расходования и учета средств государственного социального страхования, утвержденной 2 октября 1996 г. Фондом социального страхования РФ, Министерством труда и социального развития РФ, Министерством финансов РФ и Государственной налоговой службой РФ55. Причем по смыслу данного пункта крестьянские хозяйства подлежат регистрации в качестве страхователей в обязательном порядке, независимо от того, есть в хозяйстве наемные работники или нет. Этот вопрос решен также Федеральным законом от 6 мая 1998 г. "О внесении изменений и дополнений в статью 15 Кодекса законов о труде По этому Закону сторонами трудового договора признаются теперь не "трудящийся и предприятие, учреждение, организация", а "работник и работодатель", причем последним в равной мере может быть как юридическое лицо, так и физическое. Согласно Закону РСФСР от 22 ноября 1990 г., крестьянскому хозяйству разрешается использовать наемный труд лишь в случаях производственной необходимости. При этом само понятие "производственная необходимость" в Законе не сформулировано. Очевидно, что трактовка этого понятия, которая дается в ст. 26 КЗоТ РФ, неприменима к крестьянским хозяйствам даже по аналогии. Здесь это понятие может толковаться очень широко. Можно согласиться с мнением о неконституционности ограничения приема в хозяйство наемных работников лишь случаями производственной необходимости. "Неконституционным это ограничение является в силу ст. 9 Конституции, согласно которой государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от имущественного и должностного положения и других обстоятельств. При этом запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной принадлежности"57. Ю. Вольдман подчеркивает также, что "ни для какого иного предпринимателя России такие ограничения не установлены. Не установлены они и для любых юридических лиц"58. Кроме того, "за время действия Закона о крестьянском хозяйстве не было ни одного случая привлечения главы крестьянского хозяйства к ответственности за прием на работу наемных работников при отсутствии в этом производственной необходимости и ни одного случая проверки самой производственной необходимости в использовании крестьянским хозяйством наемных работников"59. Таким образом, в новой редакции Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" воспроизводить указанную норму нецелесообразно. Доля наемного труда в крестьянских хозяйствах различна. Так, в Инжавинском районе Тамбовской области в среднем на одно хозяйство приходилось 1,2 наемных работников (возможно, эта цифра столь невелика потому, что "большая часть фермерских хозяйств района прибегает в процессе производства к различным формам сотрудничества с родственниками и соседями на неформальной основе"60). Вместе с тем в крупных фермерских хозяйствах используется значительное число наемных работников, для которых фермеры даже строят специальные жилые дома. Например, в хозяйстве Пешехоновых из Орловской области было 14 постоянных работников, в хозяйстве Зотовых в Шолоховском районе Ростовской области - 1561. Естественно, что в этих условиях регулирование трудовых отношений крестьянского хозяйства со своими наемными работниками приобретает особую актуальность. В ряде практических пособий по организации и оплате труда фермерам рекомендуется заключать с наемными работниками срочные трудовые договоры62. Такая практика находит поддержку и в юридической литературе63. Причем речь идет вовсе не о сезонной или временной работе. Так, например, в брошюре "Оплата труда в фермерском хозяйстве" приведены в качестве приложений некоторые трудовые договоры крестьянских хозяйств - с дояркой, трактористом-машинистом и бухгалтером, и все они заключаются сроком на пять лет. Такая практика противоречит действующему законодательству, так как, согласно ст. 17 КЗоТ РФ, срочный трудовой договор (контракт) заключается в случаях, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы, или условий ее выполнения, или интересов работника, а также в случаях, непосредственно предусмотренных законом. Отношения, складывающиеся между крестьянским хозяйством (его главой) и наемным работником, под перечисленные случаи не подпадают. Заключение срочного трудового договора на длительный срок, во-первых, как уже говорилось, противоречит законодательству, во-вторых, может отрицательно сказаться на предпринимательской деятельности хозяйства, так как могут возникнуть сложности с увольнением работника (при отсутствии его согласия на увольнение), хотя потребность в таком работнике уже миновала. Например, в связи с падежом скота доярка в хозяйстве больше не нужна. Кроме того, пятилетний срок трудового договора несопоставим с более короткими сроками договоров аренды земельных паев, которые составляют 1-3 года. Зачем же фермеру будут нужны лишние работники, если договоры аренды земельных паев не будут возобновлены и, соответственно, уменьшится площадь обрабатываемого участка и объем выполняемых в хозяйстве работ? С другой стороны, сложности с расторжением срочного трудового договора могут быть и у работника, поскольку досрочно расторгнуть его он сможет лишь по уважительной причине или по соглашению сторон. Отсюда следует вывод, что если и заключать в крестьянском хозяйстве срочный трудовой договор, то лишь на время выполнения определенной работы либо как договоры о временной или сезонной работе, которые также являются разновидностью срочных трудовых договоров. Однако надо иметь в виду, что лица, принимаемые на сезонную или временную работу, должны быть предупреждены об этом при заключении договора64. Необходимо также отметить, что действующий КЗоТ, несмотря на то что в него периодически вносятся изменения, не рассчитан на регулирование отношений с участием индивидуальных предпринимателей. Поэтому многие его статьи могут применяться в отношениях фермеров и наемных работников лишь по аналогии. Так, например, во многих статьях речь идет об администрации предприятия. Главу хозяйства лишь условно можно рассматривать как администрацию. В п. 1 ст. 33 КЗоТ РФ говорится о ликвидации предприятия, учреждения, организации. Крестьянское хозяйство таковым не является. Следует либо включить в новое трудовое законодательство специальный раздел о регулировании трудовых отношений индивидуальных предпринимателей со своими работниками (отношения с участием крестьянского хозяйства можно выделить в отдельную главу), либо предусмотреть в нем норму, аналогичную положениям п.З ст. 23 ГК РФ, о том, что к предпринимателям и крестьянским хозяйствам применяются нормы, касающиеся юридических лиц. Отметим также, что рассмотренные выше договоры крестьянских хозяйств с наемными работниками, опубликованные в качестве образцов65, на самом деле таковыми служить не могут, так как в них содержится слишком много противоречий действующему законодательству. Приведем лишь некоторые из них: - в договорах закреплены основания расторжения трудового договора, не соответствующие КЗоТ РФ; 64 См.: Комментарий к Кодексу законов о труде Российской Федерации /Колл. авт. Ю.Н. Коршунов, М.И. Кучма, И.О. Снегирева, Б.А. Шеломов. М., 1997. С. 38, 375. 65 См.: Лубков А.Н., Лубков Д.А. Указ. соч. С. 36-45. - оплата вынужденного прогула в случае незаконного увольнения предусматривается лишь за три месяца, хотя на момент издания брошюры действовала норма КЗоТ РФ об оплате времени вынужденного прогула не более чем за один год, а в соответствии с Федеральным законом от 17 марта 1997 г. "О внесении изменений и дополнений в статью 213 Кодекса законов о труде Российской Федерации" оплачивается все время вынужденного прогула66; - споры, вытекающие из трудового договора, предлагается разрешать не только в суде, но и в арбитражном (!) суде. Есть в этих договорах и другие несоответствия законодательству, что может повлечь нарушение прав наемных работников и их обращение в судебные органы, а это в свою очередь отрицательно скажется на предпринимательской деятельности фермеров. Они будут вынуждены тратить время и силы на участие в судебных заседаниях и нести дополнительные расходы по оплате работникам времени вынужденного прогула в связи с незаконным увольнением, а также сумм компенсации морального вреда, что предусмотрено при незаконном увольнении или незаконном переводе на другую работу в новой редакции ст. 213 КЗоТ РФ от 17 марта 1997 г. В литературе высказывалось мнение, что при регулировании найма труда на первом этапе развития фермерского движения следует отдать предпочтение интересам фермера по сравнению с интересами наемного работника и временно ограничить применение ряда статей КЗоТ РФ о социальных гарантиях работникам67. С такими предложениями нельзя согласиться. Если фермер не в состоянии обеспечить работнику соответствующие социальные гарантии, он может заключить с ним гражданско-правовой договор. Но если работник принят в крестьянское хозяйство по трудовому договору, то он должен быть социально защищен, как и другие рабочие и служащие. Фермер не должен решать свои проблемы за счет других граждан. Некоторые авторы рекомендуют включать в трудовые договоры условия о взаимной имущественной ответственности сторон на случай досрочного расторжения контракта и о возмещении работником фермеру убытков, понесенных им в результате несчастного случая, происшедшего исключительно по вине работника (например, расходы по найму другого работника для обеспечения непрерывного хода работ в напряженные периоды сезона)68. Конкретизируя названные условия, С.А. Калужный указывает, что в контракте может быть оговорено, что "при вынужденном досрочном расторжении контракта работником (нарушении фермером законодательства о труде или условий контракта) фермер должен нести ответственность в виде выплаты работнику заработной платы за предусмотренное контрактом время (не менее, скажем, трех среднемесячных окладов) и возмещения других убытков (полностью или частично), понесенных работником вследствие вынужденного увольнения. При досрочном расторжении контракта фермером из-за прогулов или других серьезных нарушений дисциплины труда работником последний должен возместить фермеру все убытки, вызванные остановкой работы, вплоть до дня найма другого работника, возвратить заработную плату за дни прогула и др." Однако все эти соображения не выдерживают критики. Во-первых, потому, что фермер, как отмечалось, не может заключать с наемными работниками срочных трудовых договоров (кроме договоров о временной и сезонной работе), а должен заключать их на неопределенный срок. Следовательно, о досрочном увольнении уже не может быть и речи. Во-вторых, в отношении увольнения других наемных работников ничего подобного трудовое законодательство не предусматривает. Подобные обязанности, согласно КЗоТ РФ, не возлагаются по контракту ни на работодателя, ни на работника. Так, работодатель не возмещает работнику убытки, понесенные последним вследствие увольнения. Точно так же работник-прогульщик не возмещает организации ущерб за простой, вызванный его увольнением, и т.п. Ущерб от простоя представляет собой, по сути дела, упущенную выгоду (неполученные доходы), трудовое же законодательство (ст. 118 КЗоТ РФ) позволяет взыскивать с работников лишь прямой действительный ущерб, да и то лишь при наличии в действиях работника вины. Что касается взаимной имущественной ответственности фермера и работника, то такие нормы можно было бы (в несколько иной редакции) закрепить в соответствующем договоре, однако это должен быть не трудовой договор (контракт), а гражданско-правовой договор (в обиходе часто именуемый трудовым соглашением). Условия о зависимости оплаты труда от качественного и своевременного конечного результата, которые тоже предлагается отражать в трудовом контракте70, также характерны для гражданско-правовых, а не трудовых договоров. Фермеры и их работники могут не понимать разницы между трудовыми и гражданско-правовыми договорами, но юристы это понимать обязаны и не должны вводить граждан в заблуждение, ориентируя их на то, чтобы включать в трудовые договоры условия, не соответствующие трудовому законодательству, а следовательно, и не имеющие для судов (в случае возникновения споров) юридической силы. Недостаточно урегулирован в действующем законодательстве вопрос о внесении записей в трудовые книжки членов крестьянского хозяйства и наемных работников. Согласно Закону РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", эти записи вносятся главой хозяйства и подтверждаются местной администрацией. Однако такое право было предоставлено главе крестьянского хозяйства в то время, когда само хозяйство было наделено правами юридического лица. Сейчас, когда деятельность крестьянского хозяйства осуществляется без образования юридического лица, а глава хозяйства признан предпринимателем, возникли определенные сложности. Согласно разъяснению Правового департамента Министерства труда РФ от 4 февраля 1997 г.71, индивидуальные предприниматели, хотя они и могут заключать трудовые договоры с наемными работниками, не вправе в то же время вести трудовые книжки этих работников, а трудовой стаж последних у индивидуальных предпринимателей подтверждается справками, расчетными книжками и другими документами. Представляется, что эта Инструкция о порядке ведения трудовых книжек должна быть изменена в плане предоставления индивидуальным предпринимателям и главам крестьянских хозяйств права ведения трудовых книжек. Целесообразно было бы разработать и специальный Порядок ведения трудовых книжек членов крестьянского хозяйства. Пока такой Порядок отсутствует, по мнению Ю.В. Молькова, может быть применена аналогия с ведением книжек на членов кооператива, поскольку оба эти образования (кооператив и крестьянское хозяйство) основаны на институте членства72. Ю.В. Мольков также полагал, что в целях регулирования внутренних отношений в крестьянском хозяйстве, образованном лицами, не являющимися родственниками, его члены могли бы принимать на общем собрании Правила внутреннего трудового распорядка. Он приводил примерную схему разделов этих Правил и кратко раскрывал их содержание. С этой схемой в основном можно согласиться. Однако один из разделов вызывает ряд вопросов. Речь идет о разделе "Порядок приема и прекращения членства в крестьянском хозяйстве", в котором предлагалось закрепить процедуру приема работников в члены хозяйства, условия приема, в том числе испытательный срок, порядок ведения трудовых книжек, основания прекращения членства и процедуру выхода по собственному желанию, основания и процедуру исключения из членов крестьянского хозяйства73. Нетрудно заметить, что в данном случае основное внимание уделяется вопросам, связанным с трудом членов крестьянского хозяйства, и раздел, соответственно, строится по аналогии с порядком заключения и прекращения трудового договора по КЗоТ РФ, включая испытательный срок, а также увольнение (выход из хозяйства) по инициативе члена хозяйства и по инициативе самого хозяйства (исключение). Однако членские отношения включают в себя помимо трудовых также и другие отношения (земельные, имущественные и т.п.). С этой точки зрения предлагаемый подход совершенно недостаточен и прекращение труда в хозяйстве еще не означает прекращение членства. В связи с этим возникает вопрос: а когда же прекращается членство в хозяйстве, т.е. каким числом должна быть внесена соответствующая запись в трудовую книжку члена крестьянского хозяйства? Ответа на него в действующем законодательстве нет. Сейчас он решается в каждом конкретном случае по договоренности между членами крестьянского хозяйства. Представляется, что членство в хозяйстве следует считать прекратившимся со дня, с которого выходящий член просит признать его вышедшим из состава хозяйства. С этого же дня начинается исчисление 5-летнего срока, установленного Законом РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" для выплаты выходящему члену крестьянского хозяйства денежной компенсации его доли в праве общей собственности на имущество хозяйства. Таким образом, членские и трудовые отношения прекращаются, а отношения общей собственности с бывшим членом хозяйства сохраняются до полной выплаты ему компенсации стоимости его доли. Исходя из сказанного, следует признать, что основания и порядок вступления в крестьянское хозяйство и прекращения членства в нем должны быть урегулированы не в локальном нормативном акте типа Правил внутреннего трудового распорядка, а в новой редакции Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве". При обсуждении проекта названного Закона возник также вопрос о том, следует ли вводить ограничения на наем рабочей силы фермерами. В результате появилась запись, которая поддерживается далеко не всеми членами рабочей группы, о том, что "средняя за отчетный период численность граждан, работающих по трудовым договорам (контрактам) в крестьянском (фермерском) хозяйстве, не должна превышать численность работоспособных членов крестьянского хозяйства". При этом огрваривается, что указанные ограничения не распространяются на сезонных работников, а также на лиц, выполняющих определенные работы для крестьянского хозяйства по гражданско-правовым договорам. 72 См.: Комментарий к законодательству о крестьянском (фермерском) хозяйстве. М, 1994. С. 108. 73 См.: Там же. С. 105-106. Вводить подобные ограничения численности наемных работников нецелесообразно. Приведенная формулировка ставит различные крестьянские хозяйства в неравное положение: там, где хозяйство состоит из двух членов, можно нанять только двух постоянных работников, а там, где в хозяйство входят 5-6 человек, увеличиваются и возможности найма постоянных работников, что несправедливо. Первому хозяйству работники, вероятно, не менее (а может быть, и более) нужны, чем второму74. Вынуждая фермеров заключать со своими работниками не трудовые, а гражданско-правовые договоры, законодатель тем самым во многом ухудшает положение самих этих работников, так как они лишаются права на оплату отпусков и периодов временной нетрудоспособности. На заказчика по гражданско-правовому договору не возлагается обязанность обеспечить подрядчику безопасные условия труда, а у работодателя по трудовому договору такая обязанность есть (ст. 139 КЗоТ РФ). Определять количество необходимых им работников должны сами фермеры исходя из принципов экономической выгоды. В условиях безработицы на селе фермеров, создающих новые рабочие места для граждан, необходимо скорее поощрять, чем ограничивать. В личном подсобном хозяйстве наемный труд, как правило, не используется, поскольку в этом нет надобности. Отдельные работы при необходимости выполняются для владельцев ЛПХ отдельными гражданами или юридическими лицами (сельскохозяйственными коммерческими организациями) на основе гражданско-правовых договоров (договор подряда, договор возмездного оказания услуг и т.п.). Труд же самих членов ЛПХ никак не регулируется и не учитывается, поскольку осуществляется как бы для себя (для удовлетворения собственных потребностей в продовольствии). Он во многом аналогичен труду по ведению домашнего хозяйства. Как отмечалось выше, труд в ЛПХ для многих категорий граждан трудоспособного возраста выступает как форма вторичной занятости. Вместе с тем личное подсобное хозяйство нередко именуется в печати средством обеспечения занятости (самозанятости) сельского населения. В данном контексте обычно речь идет уже не о вторичной, а о первичной, основной занятости в ЛПХ лиц, потерявших работу в сельскохозяйственных коммерческих организациях или в других отраслях экономики. Такой подход не совсем правилен, если иметь в виду, что обиходное понятие занятости и юридическое не совпадают. Ни для кого не секрет, что сельские жители, даже фактически потеряв работу в так называемом общественном производстве, крайне редко обращаются в службу занятости для поисков другой подходящей работы. Однако в тех немногочисленных случаях, когда они все же хотят встать на учет в службе занятости в качестве безработных, им порой отказывают в этом (основываясь на актах некоторых субъектов Федерации) по той причине, что у них есть земельные и имущественные паи или личное подсобное хозяйство75. В результате они теряют не только право на получение пособия по безработице, но и другие права, гарантированные законом ( право на зачет периода безработицы в общий трудовой стаж, право на бесплатную профессиональную ориентацию, профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации по направлению органов службы занятости и т.п) Федеральная служба занятости разъяснила, что к числу занятых относятся лица, использующие земельные и имущественные паи для организации крестьянского (фермерского) хозяйства, предпринимательской деятельности либо вошедшие со своими паями в кооперативы76. Таким образом, считать занятыми лиц, использующих земельные паи не в крестьянском хозяйстве, а для расширения ЛПХ, и отказывать им в признании безработными неправомерно. Однако в ряде регионов такие действия все еще имеют место. Складывается парадоксальная ситуация: одни лица считаются занятыми, потому что у них есть работа, другие потеряли работу, но тоже считаются занятыми, потому что у них есть ЛПХ. Но ведь и у первых тоже есть ЛПХ! Нелепость такого подхода проявляется также и в том, что если для всех других занятых, действительно имеющих работу или ведущих самостоятельную предпринимательскую деятельность, эта работа засчитывается им в стаж, то лицам, занятым только в ЛПХ, которым отказано в постановке их на учет в качестве безработных, время работы в ЛПХ в стаж не включается. Как же это можно - считать человека занятым и не засчитывать ему время занятости в трудовой стаж?! В литературе отмечалось, что "самозанятость" сельских жителей в ЛПХ стабилизирует миграцию населения в города и избавляет государство от огромных затрат по борьбе с безработицей77. Однако возникает вопрос, почему опять, в который уже раз, государство решает свои проблемы за счет граждан - владельцев ЛПХ, ставя их при этом в неравноправное положение по сравнению с другими гражданами. В конце концов право на защиту от безработицы — конституционное право граждан (п.З ст. 37 Конституции РФ), и оно должно быть обеспечено и владельцам ЛПХ. Поднятые выше вопросы также целесообразно отразить в проекте Федерального закона "О личном подсобном хозяйстве". И если рассматривать ЛПХ как форму ведения сельскохозяйственного производства в свободное от основной работы время, то при утрате гражданином основной работы нет никаких препятствий для постановки его на учет в качестве безработного со всеми вытекающими отсюда последствиями. Однако такой подход будет правомерен лишь в том случае, если предельные размеры земельных участков для ЛПХ будут установлены исходя из названных ранее принципов и не будут чрезмерными, т.е. когда хозяйство будет действительно подсобным, а не предпринимательским. Что касается возможности зачета времени работы в ЛПХ лицам, не имеющим другой работы, в трудовой стаж для назначения пенсии, то этот вопрос также нуждается в урегулировании. Существует мнение, что Федеральный закон от 16 июля 1999 г. "Об основах обязательного социального страхования"78 дает возможность гражданам, ведущим ЛПХ, самостоятельно уплачивать страховые взносы на обязательное социальное страхование, с тем чтобы иметь право на пенсию, оплату временной нетрудоспособности и на другие формы социальной защиты79. Такой вывод представляется спорным. Названный Закон делит всех граждан на работающих; самостоятельно обеспечивающих себя работой; иные категории граждан. В отношении последних (а именно к ним и могут быть отнесены лица, занятые только в ЛПХ) в ст. 6 указанного выше Закона есть специальная запись: отношения по обязательному социальному страхованию возникают у них в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования. Сегодня таких законов применительно к владельцам ЛПХ нет. Кроме того, возможность самостоятельной уплаты гражданами страховых взносов государственного пенсионного страхования была предусмотрена еще Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе государственного пенсионного страхования"80. Однако Инструкция о порядке ведения индивидуального (персонифицированного) учета сведений о застрахованных лицах для целей государственного пенсионного страхования, утвержденная Постановлением Правительства РФ от 15 марта 1997 г.81, дает закрытый перечень лиц, самостоятельно уплачивающих страховые взносы, и владельцев ЛПХ в этом перечне также нет. Нет их и среди плательщиков единого социального налога (взноса), который вводится с 2001 г. частью второй Налогового кодекса РФ82. Вместе с тем в целях повышения социальной защиты граждан, ведущих личное подсобное хозяйство, можно было бы предложить для обсуждения следующее решение: время работы в ЛПХ засчитывается гражданам, не имеющим основной работы и не зарегистрированным в качестве безработных, в общий трудовой стаж даже без уплаты взносов в Пенсионный фонд России (с 2001 г. - единого социального налога) по аналогии с периодами военной службы, обучения в высших и средних специальных учебных заведениях, периодами ухода за ребенком в возрасте до трех лет или инвалидом I группы и т.п. Для этого необходимо дополнить соответствующими положениями ст. 92 ("Иные периоды, засчитываемые в общий трудовой стаж") Закона РФ от 20 ноября 1990 г. "О государственных пенсиях в Российской Федерации" (с последующими изменениями и дополнениями)83. Однако в этом случае периоды, засчитываемые в общий трудовой стаж, должны быть ограничены (например, в Законе может быть установлено, что они не могут превышать пяти лет). Таким образом будет исключена возможность уклонения трудоспособных граждан от обязанности участвовать в формировании Пенсионного фонда России, за счет средств которого они будут впоследствии получать пенсию, поскольку даже при отсутствии необходимого стажа для получения трудовой пенсии граждане имеют право на пенсию при неполном общем трудовом стаже или на социальную пенсию. В пользу последнего подхода косвенно свидетельствуют данные социологического опроса сельских жителей 16 районов четырех природно- экономических зон Пензенской области. Согласно опросу, 91,4% владельцев ЛПХ хотят, чтобы занятость в крестьянских подворьях включалась в трудовой стаж для начисления пенсий и выплаты социальных пособий, 72,2 % согласны в этом случае расширить размеры своих подворий. Однако только 57% опрошенных готовы отчислить какую-либо долю своего дохода на пенсионное и социальное обеспечение84. В случае реализации высказанных выше предложений в законодательстве нужно будет также определить, на основании каких документов в том или ином случае работа в ЛПХ будет засчитываться в трудовой стаж. Подчеркнем, что если для владельцев ЛПХ этот вопрос пока носит только умозрительный, теоретический характер, то для ряда фермеров он встает очень остро. Многие из них уже столкнулись с этой проблемой, когда по достижении пенсионного возраста обратились за пенсией, а органы социальной защиты населения при подсчете стажа исключили из него периоды, в которые хозяйство не имело прибыли и не перечисляло взносы в Пенсионный фонд. При этом органы социальной защиты основывали свою позицию на Законе РФ о государственных пенсиях, ст. 89 которого определяет, что работа, включаемая в общий трудовой стаж, - это работа, на которой работник подлежит социальному страхованию85. Такое толкование представляется довольно спорным. Приведем ч. 1 ст. 89 Закона о государственных пенсиях полностью: "В общий трудовой стаж включается любая работа в качестве рабочего, служащего (в том числе работа по найму до установления Советской власти и за границей), члена колхоза или другой кооперативной организации; иная работа, на которой работник, не будучи рабочим и служащим, подлежал государственному социальному страхованию (курсив мой. - В. У.); работа (служба) в военизированной охране, в органах специальной связи или горноспасательной части, независимо от ее характера; индивидуальная трудовая деятельность, в том числе в сельском хозяйстве". Как видно из текста, требование о том, чтобы работник подлежал социальному страхованию, относится не ко всем видам работ, а лишь к какой-то "иной работе" и на крестьянское (фермерское) хозяйство (по терминологии данного Закона - индивидуальную трудовую деятельность) не распространяется. Кроме того, неясно, почему работа по найму до установления Советской власти засчитывается в общий трудовой стаж, хотя в это время работник уж точно не делал отчислений в ПФР, а работа в крестьянском хозяйстве - нет. В действующем Законе РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" по данному вопросу имеются противоречивые нормы. В п.4 ст. 25 говорится, что в общий трудовой стаж членов крестьянского хозяйства засчитывается все время работы в крестьянском хозяйстве, а в п.6 той же статьи запись несколько иная: "Время работы в крестьянском хозяйстве членов хозяйства и граждан, заключивших договоры об использовании их труда, засчитывается в общий и непрерывный стаж работы на основании записей в трудовой книжке и документов, подтверждающих уплату взносов по социальному страхованию". Представляется, что в новой редакции Федерального закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" эта проблема должна быть решена однозначно в пользу фермеров: все время работы в крестьянском хозяйстве (в том числе и периоды, в которые хозяйство не имело прибыли и не перечисляло взносы в ПФР) должно засчитываться в общий трудовой стаж, взносы же в ПФР (уплата единого социального налога) могут иметь значение лишь для исчисления среднемесячного заработка членов крестьянского хозяйства при назначении пенсии. Вероятно, соответствующую норму следует включить и в Закон РФ "О государственных пенсиях в Российской Федерации".