1.3. Директивы

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 

Характеристика директивы как вида актов, при­нимаемых Советом и Комиссией, содержится в ст. 189(3) (н.и. ст. 249) Договора о ЕС:

^Council Regulation 2913/92/EEC of 12 October 1992 establishing the Community Customs Code // O. J. № L 302/1 of 19 October 1992.

 

"Директива обязательна для каждого государства-члена, которому она адресована, в отношении ожидаемого результата, по сохраняет за на­циональными властями свободу выбора форм и методов действий".

Будучи изначально ориентированной на гармо­низацию национального законодательства, директива представляет собой правовую форму, особенности ко­торой и позволяют добиваться желаемого результата сближения национальных правовых норм в установ­ленные сроки. Эти же особенности предопределяют сложности в применении директив. Если непосред­ственное действие регламентов, предусмотренное Договором, не вызывает возражений органов госу­дарств-членов, то принцип прямого действия, авто­матически распространяемый на директивы, создает определенные проблемы правоприменения. Договор не упоминает о прямом действии директив, а устанав­ливает лишь их обязательную силу для государств в отношении цели, оставляя в национальной компетен­ции выбор форм и средств ее достижения. Диффе­ренцированный подход к актам Сообществ, видимо, не случаен и обусловлен особенностями их функцио­нального назначения. Одна из основных функций ди­рективы — гармонизация национального права госу­дарств-членов, в том числе налогового законодатель­ства, и приспособление его к целям Сообществ. Са­ма процедура, предусмотренная Договором (общая цель — национальные средства ее достижения), по­зволяет постепенно сближать законодательные и ад­министративные постановления государств-членов, не нарушая их правовых традиций и учитывая то, что основные действия по реализации решений Сообществ

 

И рассмотрению возникающих в связи с ними споров •существляются национальными органами управления N судом. Впрочем, эта двухступенчатая процедура, по мнению некоторых исследователей, на практике почти не работает, поскольку законодательные пол­номочия Европейского парламента существенно ог-р.шичены инкорпорацией директив в различные сво­ди национальных нормативных установлений и отка-:юм государству-члену "в праве издавать самостоя­тельные правовые акты в тех областях, в которых были изданы директивы (так называемое запретитель­ное действие)"1. Такая оценка вызывает определен­ные сомнения, связанные с тем, что инкорпорация директив, будучи распространенной практикой, не является единственно возможной и объясняется ско­рее центростремительными процессами в Европе, не­жели признанием исключительной эффективности это­го способа восприятия государством решений инсти­тутов Сообществ. Опыт развития государственных со­юзов показывает что сближение национальных пра­вовых систем, осуществляемое в большей степени за счет усилий центральных (объединяющих) органов, приводит к дисгармонии и провоцирует центробеж­ные тенденции. Сбалансированный же подход с вни­мательным отношением к национальной специфике норм и процедур их применения придает процессу сближения законодательства, при сдерживании тем-поп продвижения к цели большую стабильность. Ут­верждение об отсутствии у государства права изда-пать самостоятельные акты в областях, в которых действуют директивы, в своей категоричности не мо-

1 Хир-юлер М., Циммерман Б. Западноевропейские интеграци­онные объединения. Право / Пер. с нем. М., 1987. С. 98.

 

жет не вызывать удивления. Учредительные догово­ры не содержат каких-либо указаний на такого рода ограничения государственного суверенитета и гово­рят лишь о том, что акты государств-членов не дол­жны противоречить решениям институтов Сообществ. Общая цель и национальные средства ее достиже­ния, предусматриваемые директивой, представляют собой наиболее эффективный механизм достижения целей интеграции в сфере правового регулирования налогов. Поэтому большинство актов, принимаемых по налоговым вопросам, — директивы. Они являются той правовой формой, которая обеспечивает решение интеграционных задач и при этом в наименьшей мере затрагивает налоговый суверенитет государств-членов.

Директивы, принятые в отношении налогов, мож­но разделить на две группы:

• Директивы, устанавливающие единые требо­вания к определению элементов налогов государств-членов и закрепляющие порядок взаимодействия их налоговых органов. Например, Директива № 92/12 от 25 февраля 1992 г. об общем режиме, хранении, дви­жении и контроле за товарами, облагаемыми акци­зом; Первая и Шестая директивы о НДС; Директива № 90/435 от 23 июля 1990 г. об общей системе налого­обложения материнских и дочерних компаний в раз­ных государствах-членах; Директива № 90/434 от 23 июля 1990 г. об общей системе налогообложения, применимой к слияниям, разделениям, передаче ак­тивов и обмену акциями в отношении компаний в раз­ных государствах-членах; Директива № 77/799 от 19 декабря 1977 г. о взаимной помощи налоговых орга­нов государств-членов в области прямого налогообло­жения с целью обеспечения необходимых условий для борьбы с уклонением от уплаты налогов и наиболее

 

эффективного налогообложения доходов юридических лиц';

• Директивы, вносящие изменения и дополне­ния в принятые ранее директивы. Например, Дирек­тива № 92/108 о внесении изменений в Директиву N» 92/12 об общем режиме, хранении, движении и контроле за товарами, облагаемыми акцизом; Дирек­тива № 84/386 о внесении изменений и дополнений в Шестую директиву о НДС и т. д.

Среди десятков директив, принятых по налого­вым вопросам, наиболее важными в смысле понима­ния предмета и объема регулируемых интеграцион­ными нормами налоговых отношений являются дирек­тивы первой группы, которые можно назвать осково-полагающими, поскольку именно они содержат те принципиальные положения, на основе которых гар­монизируется налоговое законодательство государств-членов.