§ 3. Становление нового хозяйственного законодательства Украины : Хозяйственное право - под ред. Мамутова В.К. : Книги по праву, правоведение

§ 3. Становление нового хозяйственного законодательства Украины

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 
РЕКЛАМА
<

В начале 90-х годов Украина, как и другие государства — правопреемники бывших республик СССР, столкнулась с необходимостью создания собственного нового законодательства. Особенно остро эта проблема стала в отношении хозяй­ственного законодательства, так как в от­личие от кодифицированных на уровне

республики уголовного, трудового, гражданского законодательства, собственного хозяйственного законодательства в Украине почти не было, ибо хозяйственные от­ношения в СССР регулировались в основном общесоюзным, а не республикан­ским законодательством. Задача формирования собственного хозяйственного законодательства осложнялась тем, что речь шла о создании нового законодатель­ства, призванного обеспечить формирование и функционирование новой экономи­ческой системы нового государства.Основы нового собственного хозяйственного законодательства Украины были заложены в 1990—1991 гг. после принятия 16 июля 1990 г. Декларации о госу­дарственном суверенитете Украины и Закона «Об экономической самостоятель­ности Украинской ССР» от 3 августа 1990 г., то есть еще в то время, когда Ук­раинская ССР входила в состав Советского Союза.

В 1990—1991 гг. был принят первый пакет актов хозяйственного законода­тельства, на базе которого в дальнейшем осуществлялось реформирование эконо­мической системы. В этот пакет вошли Законы Украины «Об изменении и до­полнении Конституции Украинской ССР», «О предпринимательстве», «О предприятиях в Украинской ССР», «О собственности», «О ценах и ценообразо­вании», «О банках и банковской деятельности», «О внешнеэкономической дея­тельности», «О защите прав потребителей», «О системе налогообложения», «О ценных бумагах и фондовой бирже» и некоторые другие. В отношении содер­жания этот пакет напоминал, скорее, обращение к идеям смешанной экономики, чем к рыночному фундаментализму.

Однако в дальнейшем не без внешнего давления стала проявляться тенденция рыночного фундаментализма или радикальной либерализации экономики. При этом экономическое обоснование законопроектов и прогноз возможных социаль­но-экономических последствий подменялись такими аргументами, как «отстаем от России в проведении реформ» (интересно, что этот аргумент использовали, как правило, лица, страдающие русофобией), «так делается во всем мире», «так де­лается во всех цивилизованных странах» (этот аргумент использовали, как прави­ло, лица, отнюдь не обремененные знанием того, что действительно делается во всех странах).

В части, не противоречащей Конституции и другим законам Украины, про­должали применяться многие акты хозяйственного законодательства СССР — Устав железных дорог (до 1998 г.), Положения о поставках, инструкции Госбан­ка СССР, ГОСТы, СНИПы и т. п.

Появилось новое хозяйственно-процессуальное законодательство, Государ­ственный арбитраж был преобразован в Арбитражный суд, принят Арбитражно-процессуальный кодекс, создан Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Украины.

Если в составе СССР хозяйственные отношения регулировались в основном общесоюзным законодательством, то уже в первой половине 90-х годов они стали в основном регулироваться новым законодательством Украины.

Основные направления реформирования законодательства были в значитель­ной степени предопределены Программой экономических реформ и политики Украины, утвержденной Кабинетом Министров Украины в начале 1992 г., в ко­торой было сказано, что «стратегическим направлением реформ является форми­рование смешанной экономики, опирающейся на многообразие конкурирующих между собой субъектов хозяйствования разных форм собственности» [1]. Повысился уровень коммерциализации законодательства.

В целом хозяйственное законодательство первого поколения обеспечивало расширение прав предприятий, многообразие субъектов хозяйствования различ­ных форм собственности, развитие конкуренции в сфере производства и реализа­ции товаров народного потребления, расширение сферы коммерческого расчета.

Однако кратковременный всплеск деловой активности не привел к экономи­ческому росту, техническому прогрессу, росту благосостояния народа. Наоборот, экономическое и социальное положение стало ухудшаться. В связи с этим уже в 1992—1993 гг. были выдвинуты предложения о корректировке курса реформ. Однако под влиянием внешних сил и армии «самоприбывающих» иностранных советников был продолжен курс на «углубление и ускорение» радикально-либе­ральных реформ. Появились «пакеты» законодательных актов, направленных на реализацию этого курса.

Центральное место в «пакетах» заняли акты, направленные на проведение кампании приватизации государственной собственности и реализацию идеи свер­тывания роли государства в управлении экономикой, сведению этой роли преиму­щественно к взиманию налогов и функциям «ночного сторожа». При этом зако­нодательство о налогообложении с первых же дней обрело фискальный характер. Налоги стали выступать не в качестве экономического регулятора, а по существу в качестве дани, взимаемой специальным дорогостоящим и постоянно растущим аппаратом полицейского типа. В дискуссиях по поводу характера налогообложе­ния и процедуры взимания налогов стали иногда вспоминать о том, как собирал дань князь Игорь с дружиной и чем это закончилось. Постоянными стали требо­вания об изменении налогового законодательства, об увязке его с другими подот­раслями и институтами хозяйственного законодательства, о необходимости обес­печить такой же спокойный автоматический процесс уплаты налогов, каким он был до «перестройки».

В правотворческом процессе постоянно наблюдалась тенденция рассматривать проекты законодательных актов не как блоки, закладываемые в фундамент систе­мы, призванной обеспечить эффективное функционирование экономики, ее разви­тие, направленность на решение социальных проблем, а просто как инструменты реализации новой идеологической парадигмы, инструменты слома сложившегося хозяйственного порядка и замены его так называемым свободным предпринима­тельством. При этом свобода лицами, «делавшими погоду», понималась как право делать все, что предпринимателю представляется выгодным. Еще Г. Гегель назы­вал такое понимание свободы результатом «отсутствия культуры мышления» [2]. Но новые предприниматели Г. Гегеля не читали, а взяли на вооружение лозунг — «разрешено все, что не запрещено». Этот лозунг, возможно, хорош в условиях уже сложившейся определенной системы общественного хозяйственного порядка. Однако в условиях, когда прежняя система уже сломана, а новой еще нет и еще не определились, что должно быть запрещено, реализация этого лозунга откры­вает путь к анархии в экономике. Действительно, его реализация привела к дез­организации хозяйства, катастрофическому падению экономики.

Пытаясь предотвратить полный развал экономики, бросились в другую край­ность — в создание и расширение огромного надзорного аппарата, вплоть до но­вых милицейских структур. В итоге прежнюю систему хозяйственного управления, которое осуществлялось хозяйственными министерствами, отвечавшими за работу подчиненных им предприятий, заинтересованными в положительных результатах их деятельности и решавшими вопросы реализации планов совместно с предпри­ятиями, заменила система надзорных, то есть действительно административных органов, постоянно дергающих предприятия, но не отвечающих за результаты их деятельности. Вместо органов хозяйственного управления, заинтересованных в достижении положительных результатов, командовать предприятиями стали орга­ны, работа которых оценивается отнюдь не по результатам хозяйственной дея­тельности предприятий. Вместо раскритикованной за наличие элементов адми­нистрирования хозяйственно-управленческой системы возникла действительно административная надзорно-полицейская система. При этом численность аппарата этой новой системы, включающей разветвленную сеть органов Налоговой адми­нистрации и налоговой полиции, Фонда государственного имущества, Государ­ственного казначейства, Контрольно-ревизионного управления, Антимонопольно­го комитета и т. д., и т. п., значительно превосходит численность прежнего аппарата управления народным хозяйством. Достаточно сказать, что если при прежней безотказно работавшей системе налогообложения вообще не возникал вопрос о какой-либо особой налоговой администрации и тем более о налоговой по­лиции, то сейчас только в одной Донецкой области численность аппарата налого­вой администрации втрое превышает численность аппарата бывшего одного из крупнейших в СССР Донецкого совнархоза, а численность одной только налого­вой полиции к концу 2000 г. достигла 1200 чел. В связи с появлением в печати сообщения об обсуждении в Российской Федерации вопроса о создании еще и особой налоговой разведки над этим стали задумываться и некоторые украинские налоговики.

В то же время нет органа, который бы помогал предприятиям, оказавшимся в неизведанном ими ранее мировом рыночном океане, в обеспечении экспорта про­дукции, защите их интересов на мировом рынке.

Новые законы посеяли некоторую неопределенность правового положения предприятий и других субъектов хозяйствования. Как грибы стали возникать об­щества с ограниченной ответственностью, названия которых никак не отражали характер их деятельности («Олби», «Ландыш», «Арго» и т. п.). При этом учре­дительные документы формулировались таким образом, что эти ООО могли за­ниматься чем угодно. В форме таких обществ стали создавать банки, биржи, другие структуры, характер деятельности которых требовал специального опреде­ления их статуса.

Некоторые цивилисты активно пропагандировали идею невмешательства госу­дарства в экономику, полагая, что хозяйственная деятельность может быть ка­чественно урегулирована нормами частного права. При этом не давалось объяснений относительно того, что, собственно говоря, понимается под частным правом применительно к регламентации современных сложных хозяйственных отношений.

Прекратилось планирование социально-экономического развития страны, ре­гионов. Но зато появились планы быстрой приватизации государственной собст­венности и традиционный кампанейский подход к этому делу без оценки послед­ствий. Кампанейский подход с соревнованием областных подразделений Фонда госимущества за выполнение и перевыполнение плана приватизации, как и следо­вало ожидать, привел к отрицательным результатам. Открылись каналы для пе­рекачки средств за границу, небывало выросла теневая экономика и т. п.

Все это привело к углублению социально-экономического кризиса, к бес­прецедентной тенизации и криминализации экономики, и на повестку дня, естест­венно, был поставлен вопрос об обеспечении разумного и эффективного госу­дарственного регулирования экономики, гарантировании общественного хозяйственного порядка. Появились попытки реализовать это требование в зако­нотворческой деятельности.

Постепенно стало выясняться, что радикально-либеральные идеи, рыночный фундаментализм не дают ожидаемого положительного эффекта. Известный финансист-мультимиллионер Дж. Сорос опубликовал книгу «Кризис мирового капитализма» (М., 1999), в которой утверждал, что рыночный фундаментализм представляет сегодня большую опасность для общества, чем тоталитарная идео­логия.

В Конституции Украины, принятой 28 июня 1996 г., было указано на необ­ходимость обеспечения социальной ориентации экономики, разработки программ социально-экономического развития как на общегосударственном, так и на регио­нальном уровнях. Указом Президента Украины от 17 сентября 1996 г. был утвер­жден комплекс мер по борьбе с экономической преступностью.

Новую Конституцию трудно оценить однозначно. Наряду с положениями, от­ражающими позиции меньшинства граждан, в частности новой буржуазии и сто­личной бюрократии, в ней содержатся положения, отражающие интересы боль­шинства граждан. К числу последних можно отнести такое принципиальное положение, имеющее прямое отношение к определению содержания и формы хо­зяйственного законодательства, как установление обязанности государства обеспе­чить социальную ориентированность экономики (ст. 13).

Понятие социально ориентированной экономики обычно охватывают экономи­ку посткапиталистическую, постиндустриальную. Это своего рода синтез капита­листических и социалистических элементов, достигнутый в некоторых странах. Имеются разные трактовки сущности социально ориентированной экономики. Однако, как бы она не трактовалась, необходимо признать, что социально ориен­тированная экономика конца XX в. радикально отличается от рыночной экономи­ки XIX в. Радикально отличаются и системы правового обеспечения этих эконо­мических моделей.

Одним из практических следствий выбора социально ориентированной эконо­мики в качестве модели являются положения Конституции, обязывающие Верхов-

Раздел первый

ную Раду, Кабинет Министров и региональные органы власти и управления осу­ществлять планирование в форме разработки общегосударственных и региональ­ных программ социально-экономического развития (п. 6 ст. 85; п. 3 ст. 116; п. 4 ст. 116; п. 5 ст. 116; п. Ъ ст. 119; ст. 143 Конституции). Социальная ориентация требует также целенаправленного государственного регулирования экономики с широким использованием публично-правовых средств. Средствами частноправо­вого характера такая ориентация не может быть обеспечена. Для того, чтобы пла­нировать социально-экономическое развитие и обеспечивать реализацию планов, нужно располагать необходимыми хозяйственными правами по управлению раз­личного рода ресурсами, обладать соответствующей хозяйственной компетенцией . В развитие этих положений Конституции в марте 2000 г. принят Закон Украины «О государственном прогнозировании и разработке программ экономического и социального развития Украины», в котором конкретизированы некоторые ее по­ложения [3].

В процессе законотворческой работы изучался опыт организации планирова­ния в таких странах со смешанной экономикой, сравнимых по масштабам с Украиной, как, например, Франция и Япония. Интересен опыт планирования и «новых тигров» — Тайваня, Южной Кореи. Изучалась практика планирования и в прежних, и в новых условиях, а также соответствующие нормативные акты (Китайской Народной Республики, Социалистической Республики Вьетнам, Рос­сийской Федерации, в частности Федеральный Закон «О государственном про­гнозировании и программах социально-экономического развития Российской Феде­рации» от 23 июня 1995 г.) [4].

Принципиальное значение для многих институтов хозяйственного законода­тельства имеют положения Конституции Украины о собственности, содержащиеся в статьях 13, 14, 41. Эти положения требуют специального всестороннего рас­смотрения. В рамках же данной работы хотелось бы отметить, что развитие в хо­зяйственном законодательстве таких положений, как, например, «земля, ее недра, атмосферный воздух, водные и иные природные ресурсы являются объектами права собственности украинского народа», «собственность обязывает», «собствен­ность не должна использоваться во вред человеку и обществу», также должно со­относиться с решением задачи обеспечения социальной ориентации экономики.

Законодательного развертывания требует норма Конституции, согласно кото­рой государство обеспечивает защиту прав всех субъектов права собственности и хозяйствования (ч. 4 ст. 13). Здесь предстоит усовершенствовать многие нормы хозяйственного и хозяйственно-процессуального законодательства .

Можно согласиться с Ю. А. Тихомировым, что «едва ли в реальной жизни найдется столь же важная и острая проблема, как компетенция» (см.: Тихомиров Ю. А. Теория компетенции // Журнал российского права. — 2000. — № 10. — С. 22—32). К тому же эта проблема может быть отнесена и к категории «вечных» — она была актуальна и в динамичные 60-е годы (см., например: Мамутов В. К. Компетенция государственных органов в решении хозяйствен­ных вопросов промышленности. — М.: Юрид. лит., 1964). 2

При атом можно использовать, в частности, опыт Белоруссии, принявшей в 1998 г. Закон «О хозяйственных судах» и Хозяйственно-процессуальный кодекс.

В Конституции вообще много статей, реализация которых требует издания новых законов. Во избежание дальнейшего увеличения и так уже обширного за­конодательного массива, было предложено регламентировать многие вопросы, требующие решения на основе Конституции, сосредоточить их в Хозяйственном (Коммерческом) кодексе. Это предложение рассматривается в Верховной Раде Украины в контексте обсуждения проекта указанного кодекса.

В ст. 42 Конституции определена обязанность государства обеспечивать за­щиту конкуренции в предпринимательской деятельности. Установлено, что не до­пускаются злоупотребления монопольным положением на рынке, неправомерное ограничение конкуренции и недобросовестная конкуренция. Виды и пределы мо­нополии определяются законом. Статья 92 устанавливает, что исключительно за­коны Украины определяют правовые основы и гарантии предпринимательства, правила конкуренции и нормы антимонопольного регулирования.

Данные положения Конституции имеют фундаментальное значение и должны служить базой развития антимонопольно-конкурентного законодательства, кото­рое рассматривается немецкими, японскими и рядом украинских специалистов как конституция современной экономики. К сожалению, некоторые юристы, в основ­ном преподаватели права, не учитывают радикальное отличие современной эконо­мики от экономики раннекапиталистической и все еще пребывают в уверенности, что правовое обеспечение современной экономики может зиждиться на нормах частного права (даже римского). Это приводит, в частности, к попыткам оторвать регламентацию предпринимательства от антимонопольно-конкурентного законода­тельства, в то время как они органически связаны. И не только в статьях Кон­ституции, но и в реальной экономике.

В Конституции есть и другие положения, требующие развития в хозяйствен­ном законодательстве, в частности положения, касающиеся системы налогообло­жения, разного рода сборов, затрагивающие интересы всех субъектов хозяйство­вания (статьи 92 и 116).

Как свидетельствуют результаты исследований крупнейших современных за­падных экономистов, государство может обеспечить социальную ориентацию мно­гоукладной экономики только в том случае, если состязательный рыночный меха­низм будет функционировать под строгим контролем государства, а всевозможные общественные и социальные службы смогут поглощать большую часть общего на­ционального дохода. В свою очередь, это возможно при двух непременных усло­виях. Во-первых, сам национальный доход, обеспечиваемый высокой эффектив­ностью экономической политики государства, должен составлять весьма значительную величину. Во-вторых, налоги и разного рода отчисления в государ­ственный бюджет и во всевозможные другие общественные и социальные фонды будут составлять большую часть этого дохода [5].

Эта задача может быть решена при наличии законодательства, которое регла­ментировало бы хозяйственную деятельность таким образом, чтобы разного рода налоги, сборы, начисления на фонд оплаты труда, отчисления, относимые на се­бестоимость, представляли собой экономически продуманную систему, обеспечивающую стимулирование производства и обмена товаров. Такая система может быть эффективной только в том случае, если она будет органически увязана с системой регламентации порядка формирования себестоимости, прибыли, рентабель­ности, цен и ряда других экономических категорий. Ее эффективность зависит также от качества регламентации хозяйственного учета и отчетности. Как показа­ла практика, без такой системной регламентации невозможно обеспечить правиль­ное исчисление и взимание налогов и разного рода других платежей, что мы и наблюдаем в настоящее время и в нашей стране, и в других странах СНГ. Необ­ходимо обеспечить разумность и стабильность налоговой системы, гарантии пред­принимателям от произвола органов, взимающих налоги.

Все эти задачи могут быть решены только путём взаимоувязанной регламен­тации основ налогового и основ других институтов хозяйственного законодатель­ства. При этом законы о налогообложении должны преследовать цели регулиро­вания и стимулирования, а не просто фискальные.

Нуждается в совершенствовании и правовое регулирование внешнеэкономиче­ской деятельности, в частности порядок расчетов в иностранной валюте. Опреде­ление основ этой деятельности согласно Конституции (п. 9 ст. 92) осуществля­ется исключительно законами Украины и организует ее Кабинет Министров Украины (п. 8 ст. 116).

Интересно отметить, что Закон Украины «О внешнеэкономической деятельно­сти», принятый еще в апреле 1991 г., оказался одним из наиболее стабильных [6].

Существенные изменения произошли в аграрном законодательстве Украины [7]. Процесс реформирования в сельском хозяйстве идет очень непросто. Здесь, как и в других областях экономики, реформы не дали тех результатов, на которые рассчитывали их авторы. Начавшуюся продажу прав на землю в селах пришлось вскоре притормозить. Появились такие юридические формы хозяйствования на селе, которые реформаторами не проектировались. В Донецкой области, напри­мер, многие десятки сельскохозяйственных предприятий заключили договоры с крупными промышленными предприятиями и вошли в состав последних на правах аграрных цехов. Некоторые трудовые коллективы добились сохранения прежних форм организации сельскохозяйственного производства. Эффективную работу обеспечил, например, государственный птицеводческий племенной завод в Сак-ском районе Крыма [8].

Вобщем призывы учесть имеющийся у нас и в других странах опыт коопе­рации, опыт успешного в определенных условиях коллективного сельскохозяй­ственного производства на земле, которая остается государственной собственно­стью, у правящих кругов понимания пока не нашли. В этом вопросе сказываются ошибочные представления о том, что сохранение государственной собственности на землю диктуется якобы только социалистической идеологией, а не экономиче­скими соображениями. Между тем при реформировании необходимо прежде всего учитывать социально-экономическую эффективность тех или иных форм кол­лективной собственности [9]. В некоторых странах учитывают и то, что общест­венная собственность на землю соответствует предписаниям Ветхого завета — священной книги трех монистических религии, некоторые положения которой нашли отражение в современной социалистической идеологии. Конституция Ук­раины закрепляет многообразие и равенство форм собственности. Однако основ­ным направлением реформаторской политики до последнего времени было вытес­нение государственной и общественной собственности. Пора уже подумать и об обеспечении действительного равенства этих форм.

Все названные вопросы, разумеется, в той или иной мере решаемы. На рас­смотрении Верховной Рады Украины находится несколько десятков проектов за­конов по экономическим вопросам, многие из них приняты в первом чтении. За­конотворческий процесс идет при активном участии ученых-юристов и экономистов.

Хотелось бы отметить, что в последние годы в связи с экономическими ре­формами отряд юристов-хозяйственников вырос количественно и изменился ка­чественно. Если еще 10—15 лет тому назад профессия юрисконсульта рассматри­валась многими как наименее престижная в числе юридических профессий, то сейчас ситуация радикально изменилась. Ныне правовыми проблемами хозяй­ственной деятельности занялись многие из тех, кто был от них весьма далек. Это позволяет обеспечить активное сотрудничество представителей науки хозяйствен­ного права и практиков, причем речь идет о сотрудничестве не только с юристами. Реализация положений Конституции, касающихся хозяйствования, — дело не только юристов, но и экономистов, менеджеров.

Можно отметить усиление правовой подготовки экономистов и экономической подготовки юристов. Появились новые экономике-правовые факультеты, кафедры права в государственных академиях управления.

После принятия Конституции и последовавших вскоре выборов Верховной Рады, Президента положение стало постепенно меняться. В экономической и юридической литературе стали чаще появляться статьи, в которых доказывалась необходимость государственного регулирования экономики и сочетания в этом ре­гулировании публично-правовых и частноправовых начал. В процессе реформ, становления нового законодательства оживилась работа по подготовке юридиче­ских кадров высшей квалификации. Тематика диссертаций стала более адекватной реальному положению дел. Определенный вклад в улучшение ситуации внесла Академия правовых наук Украины (в составе которой было создано, в частности, Координационное бюро по предпринимательству, хозяйственному и коммерческо­му праву). Окрепли кафедры хозяйственного права Киевского и Донецкого на­циональных университетов. Было создано несколько негосударственных учебных институтов экономики и хозяйственного права (в Киеве, Донецке, Симферополе), сформирован новый экономико-правовой факультет в Одесском национальном университете и т. д.

В самом начале процесса становления самостоятельного хозяйственного зако­нодательства возникла необходимость уяснить его принципиальную основу — формой и обеспечением какой системы экономических отношений оно должно вы­ступать. В зависимости от этого должен был решаться и другой вопрос: в какой мере новое законодательство должно быть действительно новым и самобытным и в какой степени можно и нужно использовать собственный прошлый опыт и опыт других стран. Решение этих вопросов требовало глубоких экономико-правовых проработок, экономически обоснованных юридических рекомендаций законода­тельному органу.

В области формирования и развития хозяйственного законодательства в СССР был накоплен больший опыт, чем в какой-либо другой стране. Формиро­валось законодательство, призванное обеспечить функционирование народнохо­зяйственного комплекса как единой гигантской хозяйственной системы, все звенья которой должны были работать синхронно, по единым правилам, единой техноло­гии. Эта система была сложнейшей хозяйственной организацией, обеспечение функционирования которой требовало серьезной профессиональной работы. В связи с этим у юристов, знавших и участвовавших в формировании советского хо­зяйственного законодательства, уровень знания проблем регулирования экономики был довольно высок. И хотя экономическая система и хозяйственное законода­тельство существенно изменились, юристы, прошедшие школу правовой работы в прежней системе, заняли достаточно обоснованную позицию, правильность кото­рой в дальнейшем подтвердила практика.

Поскольку речь шла о формировании нового хозяйственного законодательства нового государства с новой экономической системой, то, естественно, возник во­прос об ориентации этой системы на достижение определенных социально-эконо­мических целей. Так как общей целью высшие органы власти определили форми­рование смешанной экономики, опирающейся на многообразие конкурирующих между собой субъектов хозяйствования разных форм собственности, возник во­прос о возможном использовании опыта тех стран, где уже создана и достаточно эффективно функционирует такого рода экономическая система.

Изучение этого опыта и осмысление собственной повседневной практики осу­ществления экономических реформ позволило прийти к выводу о том, что новое законодательство должно отличаться от прежнего предоставлением радикально большей свободы деятельности субъектам хозяйствования, при условии, что сво­бода эта не может быть беспредельной. Частная собственность и рынок должны быть поставлены в определенные законом рамки, которые обеспечат сочетание частных и публичных интересов. Стало быть, правовое регулирование хозяйствен­ной деятельности не может быть частноправовым, а должно сочетать в себе част­ноправовое и публично-правовое начала [10]. С учётом этого принципа надо стро­ить как содержание регулирования хозяйственных отношений, так и форму, имея в виду, что форма должна способствовать именно сочетанию, а не разделению частноправовых и публично-правовых начал.

Изучение опыта и формы кодификации хозяйственного законодательства в различных странах показало, что во многих странах с развитой смешанной экономикой, в том числе в большинстве стран «семерки», действуют специаль­ные коммерческие или торговые кодексы, а в Японии, кроме того, имеется и инкорпорированный Хозяйственный кодекс. Даже правовая комиссия парламента Великобритании, для правовой системы которой кодексы не характерны, высту­пала с предложением о создании коммерческого кодекса [11].

В то же время в Российской Федерации была взята на вооружение концепция создания «универсального» гражданского кодекса частного права, но, несмотря на решение Президента Российской Федерации о создании также Предпринима­тельского кодекса, проект последнего законодательного воплощения не получил. И хотя данных о позитивных результатах опыта по созданию гражданского ко­декса частного права не было, все же в Украине под влиянием московских циви­листов разгорелась дискуссия о целесообразности раздельной кодификации граж­данского и хозяйственного законодательства.

В самом начале процесса формирования нового законодательства Украины 28 апреля 1992 г. Верховная Рада Украины одобрила Концепцию судебно-правовой реформы. В соответствии с этой Концепцией Кабинетом Министров Украины были созданы рабочие группы по подготовке проектов нового Гражданского ко­декса и Хозяйственного (Коммерческого) кодекса.

Рабочая группа по подготовке Хозяйственного (Коммерческого) кодекса раз­работала первый вариант проекта в 1992 г. Проект обсуждался на научной кон­ференции в Донецке в мае 1993 г., был представлен Министерству юстиции Украины и с участием руководителей управления хозяйственного законодатель­ства этого Министерства обсуждался в октябре 1993 г. в Бонне со специалистами министерств экономики и юстиции ФРГ и некоторыми учеными в Германском фонде международного правового сотрудничества. Концепция и основное содер­жание проекта освещались не только в украинских, но и в российских и немецких изданиях [12]. После обсуждения в Бонне ни Концепция, ни основное содержа­ние проекта не изменились, но был внесен ряд дополнений, уточнений, поправок как в его структуру, так и в отдельные разделы, главы, статьи. Доработанный с учетом замечаний, высказанных в ходе обсуждений в Донецке и Бонне, а также заинтересованными министерствами и ведомствами Украины, в декабре 1995 г. проект был представлен Кабинету Министров Украины.

Этот вариант проекта состоял из восьми разделов, 48 глав и 558 статей. В первом разделе — «Основные начала общественного хозяйственного порядка» содержались главы, посвященные общим положениям регулирования хозяйствен­ной деятельности, общехозяйственным программам (планам), балансам матери­альных и финансовых ресурсов: основам налогообложения в системе государ­ственного регулирования и стимулирования хозяйственной деятельности; защите прав субъектов хозяйственной деятельности; государственной поддержке субъек­тов хозяйствования (дотации, субвенции, отчисления); содействию состязатель­ности и противодействию монополизму в экономике; основным началам бухгал­терского учета (бухгалтерского права). Второй раздел был посвящен статусу различных субъектов хозяйствования, третий — имущественной основе хозяй­ствования, четвертый — хозяйственным обязательствам. Пятый раздел включал статьи, регламентирующие ответственность в хозяйственных отношениях. Нормы шестого и седьмого разделов регламентировали специальные виды хозяйственной деятельности, а восьмого — внешнеэкономическую деятельность.

Структура проекта соответствовала концепции «двух кодексов». Однако в проект нового Гражданского кодекса Украины, подготовленный группой цивили­стов и представленный в августе 1996 г., были включены главы, по своему пред­мету аналогичные некоторым из тех, которые уже были в проекте Хозяйственного (Коммерческого) кодекса. Группу разработчиков проекта нового Гражданского кодекса возглавлял Министр юстиции, который убедил Премьер-министра повре­менить с направлением проекта Хозяйственного (Коммерческого) кодекса в Верховную Раду. При сложившейся ситуации Межрегиональная ассоциация про­мышленников, объединяющая руководителей предприятий наиболее индустриаль­но развитых областей Украины, рассмотрев проект Хозяйственного (Коммерче­ского) кодекса в марте 1996 г., внесла его на рассмотрение Верховной Рады. Однако проект не рассматривался до поступления в Верховную Раду в августе 1996 г. проекта нового Гражданского кодекса Украины. Дискуссия между циви­листами и хозяйственниками выплеснулась на страницы печати [13].

Указом Президента Украины от 17 сентября 1996 г. было обращено внимание на необходимость принятия Хозяйственного кодекса. Проект Гражданского ко­декса был принят в 1997 г. в первом чтении при условии согласования его с про­ектом Хозяйственного кодекса. Но это условие так и не было выполнено. Только 4 декабря 1998 г. Верховная Рада, уже в новом составе, сформировала времен­ную депутатскую комиссию по совместному рассмотрению проектов нового Граж­данского и Хозяйственного кодексов во главе с первым заместителем Председа­теля Верховной Рады. Комиссия должна была состыковать оба проекта. И хотя 8 июня 2000 г. Верховная Рада приняла в первом чтении проект Хозяйственного кодекса, проекты двух кодексов все же в значительной мере не были состыкова­ны. Теперь мы имеем проект Хозяйственного кодекса, принятого в первом чте­нии, и проект нового Гражданского кодекса, из восьми книг которого пять приняты в третьем чтении.

Рассмотрение задерживалось из-за стремления цивилистов-разработчиков проекта нового Гражданского кодекса сделать его универсальным актом частного права. Аргументом при этом служит ссылка на новые гражданские кодексы Ни­дерландов и Российской Федерации. Однако такой аргумент нельзя признать убедительным. Если говорить об использовании опыта Нидерландов, то необхо­димо учитывать, что ни масштабы, ни структура экономики Нидерландов — «страны ветряков и тюльпанов» — не имеет почти ничего общего с экономикой Украины. А спор идет именно об использовании опыта регулирования хозяйствен­ной деятельности. Если речь идет об использовании опыта регулирования хозяй­ственных отношений новым Гражданским кодексом РФ, то судя по оценкам рос­сийских цивилистов и экономистов [14], а главное по итогам хозяйственного развития, на которых несомненно сказалось влияние введенного в действие в 1994 г. радикально-либерального ГК РФ, то этот опыт едва ли можно воспри­нимать как положительный .

Других же серьезных аргументов в пользу целесообразности принятия «еди­ного универсального» Гражданского кодекса по существу нет. Тем не менее во­просы согласования двух проектов до сих пор не решены в полной мере и это, разумеется, сдерживает развитие хозяйственного законодательства. В научном же плане дискуссия о размежевании и согласовании проектов двух кодексов довольно интересна и помогает углубить знания по ряду вопросов. В ходе дискуссии было обосновано, в частности, положение о необходимости различать предмет отрасли законодательства и предмет кодификации. Если первый составляют общественные отношения, которые регулируются правом, то вторым является определенный за­конодательный материал, который так или иначе (несовершенно) регулирует об­щественные отношения и нуждается в систематизации в форме кодификации [15].

В ходе дискуссии были затронуты теоретические проблемы систематизации законодательства, проблемы юридической техники как собственно юридических способов совершенствования законодательства. Обсуждался также вопрос о необ­ходимости интенсификации разработки таких общеправовых категорий, как обяза­тельство, договор, ответственность в контексте проблематики общей теории права: Затрагивались и некоторые проблемы, находящиеся на стыке права и экономики.

В целом дискуссия полезна и ее продолжение может способствовать совер­шенствованию хозяйственного законодательства.

* * *

В процессе становления и развития хозяйственного законодательства прояви­лось влияние различных интересов, разных методологических подходов. Вслед­ствие этого оно противоречиво, рыхла, несовершенно. Но работа продолжается.

В последнее время в стратегии развития наметилось большее понимание не­адекватности радикально-либерального подхода к современной экономике и необ­ходимости продуманного государственного регулирования, которое бы, с одной стороны, обуздывало стихию дикого рынка, предотвращало антиобщественное предпринимательство, криминализацию экономики, разграбление ресурсов, а с другой — ограждало бы предприятия, других хозяйствующих субъектов от ве­домственного беспредела, бюрократической зарегулированности хозяйственной деятельности, чрезмерного фискального усердия, коррупции.

В ноябре 2000 г. в Киеве состоялась организованная администрацией Прези­дента Украины и Национальной АН Украины представительная научная конфе­ренция, посвященная урокам проведения реформ и стратегии дальнейшего разви­тия страны. Выступая на конференции с обстоятельным докладом, Президент Украины Л. Д. Кучма отметил, что реформы были начаты без научного обоснова­ния и проводились под влиянием так называемого рыночного фундаментализма, что привело к негативным результатам. Ошибочным был, в частности, отказ от активной роли государства в обеспечении социально-экономического развития. Л. Д. Кучма отметил также необходимость «создания законодательной базы и стабильных правил, которые лежат в основе экономической деятельности. Опыт, в том числе негативный, учит: правовые нормы должны быть адекватными эконо­мическим, социальным и политическим реалиям, не отрываться от них». Нельзя механически копировать законы других стран, ориентированные на другие эконо­мические реалии [16].

Конференция еще раз подтвердила несостоятельность так называемого част­ноправового или либерально-цивилистического подхода к регулированию совре­менных экономических отношений. В украинских юридических изданиях это от­мечалось уже неоднократно.

Надо сказать, что украинские цивилисты, как правило, опираются на труды тех российских цивилистов, которые исповедуют рыночный фундаментализм, несмотря на то, что итоги применения на практике этой концепции свидетельству­ют о ее неприемлемости как в условиях Российской Федерации, так и в условиях Украины. Интересно при этом отметить новую тактику некоторых российских ци­вилистов: не имея серьезных аргументов против своих оппонентов юристов-хозяй­ственников, они стали на путь охаивания советской школы хозяйственного права. И хотя всем известно, что в советские времена легальной считалась именно циви-листическая концепция, что ее приверженцы постоянно использовали в дискусси­ях в свою пользу, сейчас утверждается, будто бы власти больше жаловали хозяй­ственно-правовую концепцию. Не имея убедительных аргументов в современных реалиях, некоторые представители цивилистической концепции переиздают труды своих предшественников, давая в предисловиях к новым изданиям тенденциозные оценки прошлого. Если бы «старые» цивилисты смогли увидеть социальные последствия широкомасштабного эксперимента по претворению в жизнь либе-рально-цивилистической концепции, то они, наверное, задумались бы над тем, насколько она приемлема в наше время и в наших условиях .

Стоит всесторонне проанализировать в сравнительно-экономическом и срав­нительно-правовом плане опыт реформирования экономики и хозяйственного за­конодательства в странах СНГ за последние 10—15 лет и сделать необходимые научные выводы.

Литература

1.  Правда Украины. — 1992. — 23 апреля.

2.  Гегель Г. В. Ф. Философия права. — М., 1990. — С. 80.

3.  ОФ1Ц1ЙНИЙ В1сник Украши. — 2000. — № 16. — Ст. 657.

4.  СЗ РФ 1995. — № 30. — Ст. 2871.

5.  Леонтьев В. Экономическое эссе. — М., 1990. — С. 17.

6.  Ведомости Верховного Совета УССР. — 1991. — № 29. — Ст. 377.

7.   Янчук В. 3. Аграрно-хозяйственное право — учебная дисциплина // Право

Украины. — 2000. — № 2. — С. 38—42; Аграрное право Украины / Под ред. В. 3. Янчука. — К., 2000.

8.   Как один директор в селе настоящий коммунизм построил //  Комсомольская

правда в Украине. — 2000. — 6 декабря.

9.  Опыт эффективного коллективного сельскохозяйственного производства // Эко-

номика Украины. — 1999. — № 8.

10.  Регулируемая экономика и хозяйственное право // Правоведение. — 1990. —

№ 6. — С. 13 и др.; Знаменский Г. Л. Хозяйственное законодательство Украины. — К., 1996.; Мамутов В. К., Чувгшло О. О. Господарче право заруб!жних краш. — К., 1996.

11.  Оате Магу Агаеп. Типе Гог ап Еп^ИзЬ Соттегаа! Соо!е? // СатЬпо!{;е Ьа^

]оигпа1. — 1997. — Г^оуетЬег. — 56(3). Р. 516—536.

12.  Мамутов В. К. Кодификация хозяйственного законодательства Украины // Го-

сударство и право. — 1994. — № 6. — С. 77—86. Маты<оо V. К. О1е Копгериоп етез ^гисЬапзйезеЫэиЬез с!ег 1Лоате // Мопа1сНеЙе 1иг Оз1еи-горшзсЬез КесЬ1. — 1994 — № 36.

13.  Обеспечение общественного хозяйственного порядка. — Донецк: АПрНУ, 1998. —

С. 166; Розовский Б. Г., Чувпило А. А. Про одну велику неправду // Право Украши. — 2001. — № 1. — С. 127—130 и др.

14.  См., например, Толстой Ю. К. Гражданское право и гражданское законодатель-

ство // Правоведение. — 1998. — № 2. — С. 141—142; Выступления В. Ф. Яковлева, П. В. Крашенникова, Е. А. Суханова, А. Л. Маковского на конференции «Юридические лица: итоги и перспективы кодификации и совершенствования законодательства» // Журнал российского права. — 1998. — № И; Лаптев В. А. Преодолеть односторонний цивилистический подход к регулированию современной экономики // Хозяйственно-право­вые средства детенизации и декриминализации экономики: Сб. науч. трудов. — Донецк: ИЭПИ НАН Украины, 1998. — С. 21—26 и др.

15.  Ющик О. Про визначення предмета Господарського (Комерцшного) кодексу

Украши // В1че. — 2000. — № 5. — С. 20—34.

16.  Кучма Л. Д. Украина: итоги социально-экономического развития и взгляд в бу-

дущее // Урядовий кур'ер. — 2000. — 18 листопада.


<