XVIII ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ : Международное право Глебов И.Н. : Книги по праву, правоведение

XVIII ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 
РЕКЛАМА
<

Предметом регулирования этой отрасли международного права являются международные отношения, складывающиеся между воюющими сторонами в ходе ведения вооруженной борьбы.

Право вооруженных конфликтов

– система юридических норм и принципов, применяемых как в международных, так и в немеждународных вооруженных конфликтах, запрещающих или ограничивающих использование определенных средств и методов ведения вооруженной борьбы, обеспечивающих права индивида в ходе этой борьбы и устанавливающих международно-правовую ответственность государства и уголовную ответственность физических лиц за их нарушение.

[238]

Право вооруженных конфликтов имеет свою систему, включает следующие разделы: понятие, источники, нормы и принципы; временные и пространственные ограничения применения средств и методов вооруженной борьбы; юридическая защита законных прав воюющих (комбатантов) и гражданского населения, а также гарантии осуществления их статуса. Нормы и принципы права вооруженных конфликтов регулируют временные и пространственные пределы ведения вооруженной борьбы, а также применение тех или иных средств и методов ее ведения.

[239]

В традициях некоторых зарубежных школ прошлого считалось, что вооруженная борьба – это фактическое применение силы, которое не поддается действию каких-либо юридических норм, ограничивающих воюющие стороны. Остатки этой убежденности сохранились и по сей день. Однако любая война порождается политикой. И по ходу истории становится все более очевидным, что война абсолютно недопустима в качестве политического средства. Агрессивная война с точки зрения международного права – международное преступление. Так, ст. 6 Устава Международного военного трибунала к числу международных преступлений относит планирование, подготовку, развязывание и ведение агрессивной войны.

В резолюции ГА ООН от 14 декабря 1974 г. дано определение

агрессии.

Согласно этому определению, под агрессией понимается применение вооруженной силы государством против суверенитета, территориальной неприкосновенности и политической независимости другого государства или каким-либо другим образом, несовместимым с Уставом ООН (ст. 1). Определение содержит как общее понятие вооруженной агрессии, так и указания на конкретные действия, совершение которых составляет акт агрессии. К таким действиям относятся:

a) вторжение вооруженных сил одного государства на территорию другого, любая военная оккупация, какой бы временный характер она ни носила, любая аннексия с применением силы территории другого государства или части ее;

b) применение любого оружия одним государством против территории другого государства;

c) блокада портов или берегов государства вооруженными силами другого государства;

d) нападение вооруженных сил одного государства на вооруженные силы другого государства;

e) применение вооруженных сил одного государства, находящихся по соглашению на территории другого государства, в нарушение условий, содержащихся в соглашении;

f) предоставление своей территории другому государству в целях использования ее для совершения актов агрессии против третьих государств;

g) засылка одним государством вооруженных банд, групп, наемников, которые осуществляют акты применения вооруженных сил против другого государства (ст. 3). Никакие соображения политического, экономического или военного характера не могут служить оправданием акта агрессии (ст. 5, п. 1). Агрессивная война является преступлением против международного мира и влечет за собой международную ответственность (ст. 5, п. 2). Никакое территориальное приобретение или особая выгода, полученная в результате агрессии, не являются и не могут быть признаны законными (ст. 5, п. 3).

Предмет регулирования права вооруженных конфликтов включает международный вооруженный конфликт и вооруженный конфликт немеждународного характера.

Международный вооруженный конфликт –

это вооруженное столкновение двух или нескольких сторон, обладающих международной правосубъектностью, в котором участвуют вооруженные силы:

а) суверенных государств;

б) национально-освободительного движения и метрополии;

в) восставшей или воюющей стороны (признанной в этом качестве) и соответствующего государства.

Борющаяся нация может вступать в сношения с государствами и международными организациями, заключать с ними международные соглашения (в том числе и по военным вопросам), обмениваться с ними официальными представителями. Дополнительный протокол I (1977) распространяет свое действие не только на войны между государствами, но и на вооруженные конфликты, в которых народы ведут борьбу против колониального господства и иностранной оккупации и против расистских режимов в осуществление своего права на самоопределение (ст. 1).

Вооруженный конфликт немеждународного характера –

это вооруженное столкновение, которое не подпадает под ст. 1 Дополнительного протокола I и происходит на территории какого-либо одного государства между его вооруженными силами и антиправительственными организованными вооруженными группами, которые, находясь под ответственным командованием, осуществляют контроль над частью его территории, позволяющий им осуществлять непрерывные и согласованные военные действия и применять положения Протокола II (Дополнительный протокол II, ст. 1, п. 1).

Выделяются следующие критерии вооруженного конфликта немеждународного характера, отличающие его от международного конфликта:

♦ наличие враждебных организованных действий между противоборствующими силами. Характеризующим признаком этого критерия являются политические цели противоборствующих сил;

♦ фактическое участие в боевых действиях вооруженных сил (в том числе полиции) и применение оружия;

♦ коллективный характер выступлений. Это значит, что отдельные, спорадические, анархистские антиправительственные выступления, случаи нарушения внутреннего порядка, возникновение обстановки внутренней напряженности (беспорядки) не могут быть отнесены к категории вооруженного конфликта немеждународного характера;

♦ элемент организации. Это относится в первую очередь к повстанцам, которые должны создавать органы власти, ответственные за поведение повстанческих сил;

♦ обладание частью территории соответствующего государства. Повстанцы должны не только обладать частью территории, но и эффективно осуществлять на ней функции власти, в том числе планировать и вести военные действия.

Перерастание вооруженного конфликта немеждународного характера в международный вооруженный конфликт может произойти в результате иностранной военной интервенции в нарушение норм международного права. Интервенция в поддержку одной стороны вынуждает другую сторону прибегнуть к такой же внешней поддержке.

Субъектами права вооруженных конфликтов являются суверенные государства, борющиеся за свою свободу и независимость народы и нации, некоторые международные межправительственные организации (ООН, ОДКБ, СНГ, НАТО и др.).

Источники права вооруженных конфликтов как специфической отрасли современного международного права значительно кодифицированы.

[240]

Наибольшее значение из ныне действующих международно-правовых актов, в которых сформулированы нормы и принципы этой отрасли права, имеют Гаагские конвенции (1907), Женевские конвенции (1949). В отличие от норм Гаагских конвенций («право Гааги») нормы Женевских конвенций («право Женевы») применимы к последствиям военных действий; они носят императивный характер; на них не распространяется «принцип взаимности», т. е. воюющая сторона не может отказаться от их соблюдения, если даже другая воюющая сторона их нарушает; важность норм подчеркивается еще и тем, что они не могут быть денонсированы в ходе вооруженных конфликтов.

В 1977 г. к Женевским конвенциям (1949) были приняты два дополнительных протокола: Протокол I, касающийся защиты жертв международных вооруженных конфликтов, и Протокол II, посвященный защите жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера.

[241]

В отличие от Женевских конвенций в Протоколе I содержатся следующие положения:

♦ определяется статус не только военного, но и гражданского медицинского персонала;

♦ защита раненых и больных распространяется на раненых и больных из числа гражданского населения;

♦ приостанавливается защита объектов, необходимых для выживания гражданского населения (посевов, скота, источников питьевой воды и др.), а также сооружений, содержащих опасные силы (плотин, дамб, атомных электростанций);

♦ определяется статус объектов гражданской обороны;

♦ запрещаются репрессалии против гражданского населения, памятников культуры, окружающей среды, объектов, содержащих опасные силы, и др.;

♦ регламентируется порядок создания международной комиссии по установлению фактов.

Важное место среди источников права вооруженных конфликтов занимают международно-правовые акты, в которых содержится запрещение применять на войне те или иные виды оружия. Женевский протокол (1925) запрещает применение удушливых, ядовитых и других подобных газов и бактериологических средств; Конвенция о бактериологическом оружии (1972) запрещает разработку, производство и накопление запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия, предусматривает их уничтожение. В 1977 г. государства подписали Конвенцию о запрещении военного использования средств воздействия на природную среду, имеющего широкие, долгосрочные или серьезные последствия. Конвенция о запрещении или ограничении отдельных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие (1980)

[242]

и последующие протоколы к ней не допускают применять оружие, основное действие которого заключается в нанесении повреждений осколками, которые не обнаруживаются в человеческом теле с помощью рентгеновских лучей, а также мины-ловушки, противопехотные мины и зажигательное и ослепляющее лазерное оружие (неизбирательного действия). Конвенция о запрещении применения, накопления запасов, производства и передачи противопехотных наземных мин и об их уничтожении (1997) конкретизирует обязательства государств в отношении минного оружия.

Многие нормы и принципы права вооруженных конфликтов сформулированы и закреплены в решениях ООН. В частности, приняты следующие документы: Основные принципы правового режима комбатантов, борющихся против колониального и иностранного господства и расистских режимов (1973); Декларация о защите женщин и детей в чрезвычайных обстоятельствах и в период вооруженных конфликтов (1974); Основные принципы защиты гражданского населения в период вооруженных конфликтов (1970); Принципы международного сотрудничества в отношении обнаружения, ареста, выдачи и наказания лиц, виновных в военных преступлениях и преступлениях против человечества (1973) и др.

Право вооруженных конфликтов содержит большую группу международно-правовых актов, в которых регулируются вопросы уголовной ответственности за агрессию и другие нарушения права вооруженных конфликтов. Наиболее важными среди них являются: Устав Международного военного трибунала (1945); Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него (1948); Конвенция о неприменении срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества (1968); резолюции Генеральной Ассамблеи ООН о выдаче и наказании военных преступников (1946) и о наказании военных преступников и лиц, совершивших преступления против человечества (1970), и др.

Принципы права вооруженных конфликтов

сформулированы в действующих источниках этой отрасли международного права. Нельзя ожидать от воюющих сторон, от отдельного комбатанта их выполнения, если они нечетко сформулированы и не соответствуют реалиям сегодняшнего дня. Формулировка и юридическое закрепление принципов права вооруженных конфликтов – это объективная необходимость, порождаемая развитием средств и методов вооруженной борьбы, с одной стороны, и науки международного права – с другой. Нормы и принципы права вооруженных конфликтов могут стать правовым барьером на пути произвола и жестокостей в агрессивных войнах, так как определяют правила поведения воюющих сторон; их социальное назначение – в том, чтобы исключить произвол в период вооруженных конфликтов.

Право вооруженных конфликтов не только складывается из ряда отдельных норм, но и представляет собой сложное объединение групп норм, принципов и институтов данной отрасли международного права. Если принципы регулируют всю сферу вооруженной борьбы, то нормы – отдельные области этой борьбы. В своей совокупности принципы создают определенное единство и системность норм права вооруженных конфликтов как специфической отрасли. Конкретную норму права вооруженных конфликтов, ее смысл и назначение можно уяснить лишь с учетом соответствующего принципа.

Некоторые нормы права вооруженных конфликтов для одних государств являются договорными, а для других – обычными. Так, Женевский протокол (1925), запрещающий применение химического оружия,

[243]

подписали не все государства, но бесспорно, что нормы данного протокола есть нормы общего международного права, обязательные для всех государств: для участников протокола – это договорные нормы, для неучастников – обычные. Данное положение закреплено в приговоре Международного военного трибунала в Нюрнберге, в котором отмечается, что законы ведения войны можно обнаружить не только в договорах, но и в обычаях и в практике государств.

Некоторые принципы права вооруженных конфликтов носят общий характер (например, запрещается применять оружие, причиняющее излишние страдания), некоторые – регулируют конкретные ситуации (например, обращение с военнопленными). Таким образом выражена социальная роль принципов, которые призваны: а) защитить отдельную личность во время вооруженной борьбы; б) исключить противоправное поведение воюющих сторон, с тем чтобы сделать вооруженные конфликты менее жестокими.

Этим же целям служат кодификация и прогрессивное развитие права вооруженных конфликтов. Государства обязаны следить за тем, чтобы их внутреннее законодательство соответствовало нормам и принципам права вооруженных конфликтов. Если внутригосударственные нормы противоречат нормам и принципам права вооруженных конфликтов, то государство должно устранить это противоречие, иначе оно будет нести международную ответственность.

Принципы права вооруженных конфликтов можно разделить на три группы:

♦ общие принципы;

♦ принципы, регулирующие средства и методы вооруженной борьбы;

♦ принципы защиты участников вооруженной борьбы, а также гражданского населения.

Общие принципы права вооруженных конфликтов объединяют все принципы этой отрасли права. Например, к ним относятся принцип мирного сосуществования государств, принцип гуманизма, принцип ответственности за нарушение норм и принципов международного права, принцип ограничения средств и методов вооруженной борьбы, принцип разграничения гражданских и военных объектов и др. Все другие принципы права вооруженных конфликтов, имея самостоятельное значение, помогают глубже уяснить сущность принципа гуманизма. Назначение принципа гуманизма при ведении военных действий – защита прав человека.

Принцип гуманизма –

один из старейших принципов права вооруженных конфликтов. Он закреплен в основных источниках права вооруженных конфликтов и оказывает действие на все сферы вооруженной борьбы. Содержанием этого принципа является запрещение воюющим применять насилие, которое не оправдывается военной необходимостью. Принцип гуманизма распространяется на все поведение воюющих, а не только на запреты, касающиеся средств ведения войны. Женевская Конвенция об обращении с военнопленными требует от воюющих сторон гуманно относиться к военнопленным (ст. 13). Конвенция об улучшении участи раненых и больных устанавливает обязательство воюющих сторон обеспечить раненым и больным необходимый уход, оградить их от ограбления и жестокого обращения. Женевская конвенция о защите мирного населения во время войны обязывает воюющих способствовать смягчению страданий, порождаемых войной (ст. 13). Дополнительный протокол I закрепляет положение, согласно которому воюющие в своих действиях исходят из принципа гуманизма (ст. 1).

Таким образом, являясь общим принципом права вооруженных конфликтов, принцип гуманизма охватывает все сферы вооруженной борьбы, касающиеся ее средств и методов, а также и защиты всех категорий жертв войны.

Принцип недопустимости дискриминации

предусматривает, что с индивидами, пользующимися покровительством, следует обращаться без всякой дискриминации по причинам расы, религии, пола, имущественного положения, политических или других убеждений, социального происхождения или другого статуса, либо других аналогичных критериев. При любых обстоятельствах этот принцип действует без всякого различия характера или происхождения вооруженного конфликта, причин, которые воюющие стороны приводят в свое оправдание или на которые ссылаются. Принцип устанавливает, что обращение с индивидом определяется только его состоянием применительно к воинским правонарушениям. Этот принцип закреплен в Дополнительном протоколе I (ст. 1, 9, 43, 44).

Принцип ответственности

за нарушение права вооруженных конфликтов также относится к числу общих принципов. Он включает: а) международно-правовую ответственность государств и б) уголовную ответственность физических лиц.

Принципы использования средств и методов вооруженной борьбы

сформулирован в Декларации 1868 г: единственная законная цель, которую должны иметь государства во время войны, состоит в ослаблении военных сил неприятеля, и для достижения этой цели достаточно выводить из строя наибольшее, по возможности, число людей. В Гаагской конвенции (1907) закреплено, что воюющие не пользуются неограниченным правом в выборе средств нанесения вреда неприятелю (ст. XXII). Резолюция ГА ООН № 2444 (1968) подтвердила этот принцип, подчеркнув, что право сторон, участвующих в конфликте, прибегать к средствам поражения противника не является неограниченным. Дополнительный протокол I устанавливает, что в случае вооруженного конфликта право сторон, находящихся в конфликте, выбирать методы или средства ведения войны не является неограниченным (ст. 35, п. 1).

Содержание указанных принципов раскрывается в отдельных нормах, которые устанавливают общие и специальные запреты на применение определенных видов оружия. Общие запреты обязывают воюющих не применять оружие, которое: действует неизбирательно, т. е. как против военных, так и против гражданских объектов; причиняет излишние повреждения или излишние страдания; имеет своей целью причинить обширный, долговременный и серьезный ущерб природной среде. Специальные запреты обязывают воюющих защищать от военных нападений женщин, детей, раненых и больных; гражданские объекты, необходимые для выживания гражданского населения; установки и сооружения, представляющие опасность.

Принцип разграничения гражданских и военных объектов

также закреплен во многих источниках права вооруженных конфликтов и обязывает воюющие стороны направлять военные действия только против военных объектов.

[244]

Принципы защиты участников вооруженной борьбы и гражданского населения

подразделяются на две группы: принципы защиты законных прав комбатантов, устанавливающие неприкосновенность комбатантов, не принимающих непосредственного участия в боевых действиях (раненых, больных, военнопленных, парламентеров); принципы защиты неотъемлемых прав гражданского лица во время вооруженных конфликтов. Так, резолюция ГА ООН № 2675 (1970) требует, чтобы при ведении военных операций в период вооруженных конфликтов всегда проводилось различие между лицами, активно участвующими в военных действиях, и гражданским населением.

Принцип защиты гражданского населения содержится в таких международно-правовых актах, как резолюция ГА ООН, Основные принципы защиты гражданского населения в период вооруженных конфликтов (1970), Декларация о защите женщин и детей в чрезвычайных обстоятельствах и в период вооруженных конфликтов (1974) и др. Женевские конвенции (1949) требуют от воюющих сторон принимать все необходимые меры для уменьшения ущерба, который может быть нанесен гражданским лицам в результате вооруженных конфликтов. Дополнительный протокол устанавливает, что при проведении военных операций должна проявляться забота о том, чтобы щадить гражданское население (ст. 57).

Принцип ненападения на гражданское население

сформулирован в положениях резолюции ГА ООН № 2444 (1968), п. «в». Пункт4 Основных принципов защиты гражданского населения в период вооруженных конфликтов гласит, что гражданское население как таковое не должно быть объектом военных операций.

В современном международном праве существует

норма об объявлении войны.

Она закреплена в III Гаагской конвенции об открытии военных действий (1907). Российское законодательство также закрепляет эту норму. В случае агрессии против Российской Федерации или непосредственной угрозы агрессии Президент Российской Федерации вводит на территории Российской Федерации или в отдельных ее местностях военное положение с незамедлительным сообщением об этом Совету Федерации и Государственной Думе (Конституция РФ, ч. 2, ст. 87); обязательному рассмотрению в Совете Федерации подлежат принятые Государственной Думой федеральные законы по вопросам войны и мира (Конституция РФ, ст. 106, п. «е»).

Объявление войны

влечет за собой ряд юридических последствий и означает конец мирных отношений между вступившими в войну государствами. Между этими государствами прерываются дипломатические, консульские и иные связи. Статья 18 Федерального закона «Об обороне»

[245]

устанавливает, что состояние войны объявляется федеральным законом в случае вооруженного нападения на Российскую Федерацию другого государства или группы государств, а также в случае необходимости выполнения международных договоров Российской Федерации; с момента объявления состояния войны или фактического начала военных действий наступает военное время, которое истекает в момент объявления о прекращении военных действий, но не ранее их фактического прекращения. Персонал посольств и консульств отзывают из воюющих стран. Венская конвенция о дипломатических сношениях (1961) обязывает государства оказывать содействие персоналу посольств для выезда на родину. В случае необходимости государство должно предоставить в распоряжение персонала посольств перевозочные средства (ст. 44). Защита интересов воюющего государства и его граждан может быть вверена какому-либо третьему государству, избранному для этой цели воюющими сторонами. Ему же вверяется охрана помещений дипломатического и консульских представительств. Через него, как правило, поддерживаются связи между воюющими государствами.

Начало войны

влияет на действие международных договоров, когда-либо заключенных между воюющими государствами. Политические, экономические и иные договоры, рассчитанные на мирные отношения, прекращают свое действие. Начинается фактическое выполнение соглашений, регулирующих ведение войны; особенность таких соглашений заключается в том, что они не могут быть денонсированы во время войны сторонами, участвующими в вооруженном конфликте.

К гражданам страны-противника может быть применен специальный режим; их право на выбор места пребывания и жительства ограничивается; они могут быть интернированы или принудительно поселены в определенном месте (Женевская конвенция о защите гражданского населения во время войны, ст. 41, 42).

Имущество страны-противника конфискуется (за исключением имущества дипломатических и консульских представительств). Имущество, принадлежащее гражданам неприятельского государства по праву частной собственности, пользуется защитой.

Пространственные пределы военных действий ограничиваются пределами сухопутной, морской и воздушной территории. В международном праве различают понятие «театр войны» и «театр военных действий».

Театр войны

– это сухопутная, морская и воздушная территории воюющих сторон, на которых они потенциально могут вести военные действия.

Театр военных действий

– это государственные территории воюющих сторон, на которых они фактически ведут военные действия. В театр войны может входить несколько театров военных действий. Театр военных действий не может распространяться на территории, статус которых определен специальными международными договорами. Так, в соответствии с Женевской конвенцией о защите гражданского населения во время войны не могут быть превращены в театр военных действий санитарные зоны, создаваемые воюющими сторонами. Конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта (1954) запрещает превращать в театр военных действий центры сосредоточения культурных ценностей.

Не могут быть театром военных действий международные проливы, каналы (например, Суэцкий канал – в соответствии с Константинопольской конвенцией 1888 г.). Из театра военных действий исключаются нейтрализованные и демилитаризованные территории. По мирному договору с Финляндией демилитаризованными объявлены Аландские острова. Согласно договору (1959) район Антарктики южнее 60° не может быть превращен в театр военных действий. Согласно Договору о космосе (1967) театром военных действий не могут быть космическое пространство, Луна и другие небесные тела.

Нейтралитет во время войны

означает неучастие государства в войне и неоказание им помощи воюющим сторонам. Нейтралитет государства может быть постоянным или временным, относящимся только к определенной войне, о чем государство может делать специальное заявление. Права и обязанности нейтральных государств, а также воюющих сторон в отношении нейтральных стран в случае вооруженного конфликта регламентируются Гаагскими конвенциями (1907) о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае сухопутной войны и о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае морской войны, а также некоторыми другими международно-правовыми актами. Согласно этим конвенциям, территория нейтрального государства признается неприкосновенной и не может быть превращена в театр военных действий.

В случае сухопутной войны воюющим государствам запрещается проводить через территорию нейтрального государства войска и военный транспорт (железнодорожный, морской, воздушный). Если войска воюющей державы окажутся на территории нейтрального государства, то оно обязано их интернировать. Нейтральное государство обязано не допускать открытия вербовочных пунктов и формирования на своей территории военных отрядов в пользу воюющих, оно не имеет права снабжать воюющие стороны оружием и другими военными стратегическими материалами. Запрещается располагать на нейтральной территории электронные и другие военно-технические объекты воюющих сторон. Нейтральное государство вправе отражать вооруженное покушение на его нейтралитет, оно может разрешить перевозку по своей территории раненых и больных воюющих сторон.

В случае морской войны в территориальных водах нейтрального государства запрещается производить военные действия, в том числе: захватывать торговые суда воюющей стороны; создавать в территориальных водах, портах, на рейдах базы для военно-морских операций; устанавливать военные средства связи с воюющими силами.

Нейтральному государству запрещается: передавать воюющим сторонам военные суда, боеприпасы и другие военные материалы; оборудовать и вооружать в территориальных водах нейтрального государства суда, предназначенные для ведения военных действий после их выхода из этих вод.

Однако воюющие государства могут использовать территориальные воды, порты и рейды нейтрального государства на согласованных с ним условиях. Так, проход судов через территориальные воды нейтрального государства не считается нарушением нейтралитета. В случае длительного пребывания этих судов в территориальных водах (более 24 часов) они могут быть интернированы до окончания войны. Военные корабли воюющих, получившие в порту нейтрального государства топливо, повторно могут получить его не ранее чем через 3 месяца.

Торговые суда воюющих сторон имеют право свободно входить (проходить транзитом) в любые воды, открытые для мирного торгового мореплавания. Они вправе перевозить любые грузы и не могут быть осмотрены или подвергнуты нападению, пока не выйдут из территориальных вод нейтрального государства. Время пребывания торгового судна в этих водах не ограничивается. К режиму нейтралитета в морской войне относится и регулирование борьбы воюющих сторон с военной контрабандой, под которой понимаются материалы и предметы, запрещаемые воюющей стороной к перевозке нейтральным государством для снабжения противной воюющей стороны. В соответствии с Лондонской декларацией о праве морской войны (1909) военная контрабанда делится на абсолютную и относительную (условную). Абсолютную контрабанду составляют материалы и предметы исключительно военного назначения: оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества, военное снаряжение. Относительная военная контрабанда включает материалы и предметы, которые могут использоваться как в мирных, так и в военных целях: это одежда, обувь, ценные бумаги, золото, суда, средства связи, топливо. Медикаменты ни при каких условиях не могут рассматриваться как военная контрабанда. Предметы военной контрабанды конфискуются или уничтожаются, если будет доказано, что они доставляются на территорию неприятеля или на оккупированную им территорию.

Специальных международно-правовых актов, определяющих нейтралитет в воздушной войне, нет. На воздушную войну распространяются общие правила нейтралитета, изложенные в конвенциях; они сводятся к следующему:

♦ воздушное пространство над территорией нейтрального государства неприкосновенно. Запрещается пролет через воздушное пространство самолетов воюющих сторон, преследование самолетов противника и вступление с ними в бой;

♦ приземлившиеся военные самолеты воюющих сторон подлежит задержанию, а экипаж интернируется до окончания войны;

♦ воюющим сторонам запрещается провозить через воздушное пространство нейтрального государства свои войска и военное имущество. Перевозка на самолетах раненых и больных воюющих сторон допускается с согласия нейтрального государства.

Международное право определяет статус физических лиц воюющих сторон.

Комбатанты

(от франц. combatant – воин, боец) – это лица, входящие в состав регулярных вооруженных сил и имеющие право принимать непосредственное участие в боевых действиях против неприятеля (Дополнительный протокол I, ст. 43). К комбатантам относятся лица, принадлежащие к составу вооруженных сил воюющих сторон, партизаны, участники военных ополчений, добровольцы, личный состав организованных движений сопротивления, лица, стихийно взявшие в руки оружие для борьбы с вторгшимся противником и еще не успевшие организоваться в отряды (группы). Комбатантами являются также участники (бойцы) национально-освободительных движений, которые ведут борьбу против колониального господства, иностранной оккупации и расистских режимов (Дополнительный протокол I, ст. 1), экипажи торговых судов и самолетов гражданской авиации, если они оказывают непосредственную помощь воюющим.

Партизаны

являются комбатантами, т. е. лицами, добровольно сражающимися за свободу и независимость своей родины в составе организованных отрядов на оккупированной противником территории. Партизаны признаются комбатантами только в тех случаях, если они: имеют во главе лицо, ответственное за своих подчиненных; имеют отличительный знак; открыто носят оружие; соблюдают в боевых действиях нормы и принципы права вооруженных конфликтов. Ст. 43 Дополнительного протокола I конкретизирует положение об открытом ношении ими оружия. Чтобы подчеркнуть свое отличие от гражданского населения, партизаны должны открыто носить оружие: а) во время каждого военного столкновения; б) в то время, когда они находятся на виду у противника в ходе развертывания в боевые порядки, которое предшествует началу боя.

Некомбатанты –

лица, входящие в состав вооруженных сил, оказывающие им помощь в качестве персонала обеспечения, но сами непосредственно в боевых действиях не участвующие. Это медицинский, интендантский состав, корреспонденты, репортеры, духовенство. К ним не должно применяться оружие до тех пор, пока они используют свое оружие только для самозащиты или для защиты вверенного им имущества. В случае же непосредственного их участия в боевых действиях они становятся комбатантами.

Во время военных действий часто возникает потребность в разграничении таких категорий, как военный шпион, разведчик, доброволец, наемник и др.

Военный шпион (лазутчик),

согласно ст. XXIX Приложения к IV Гаагской конвенции (1907), – это лицо, которое, действуя тайным образом или под ложными предлогами, собирает или старается собрать сведения в районе действия одного из воюющих с намерением сообщить таковые противной стороне. Дополнительный протокол I уточняет, что военный шпион – лицо из состава вооруженных сил, попадающее во власть противной стороны в то время, когда оно занимается шпионажем, не имеет права на статус военнопленного и с ним могут обращаться как с уголовным преступником (ст. 46). Если лицо из состава вооруженных сил собирает сведения на территории, контролируемой противной стороной, и носит при этом форменную одежду своих вооруженных сил, или не действует обманным путем, или преднамеренно не прибегает к тайным методам, то оно считается не шпионом, а разведчиком (ст. 46, п. 2, 3).

Военный разведчик –

лицо, собирающее сведения в районе действия противника явно, не скрывая своей подлинной принадлежности к вооруженным силам воюющей стороны (в форме, с оружием). В случае если это лицо попадает в руки противника, на него распространяется режим военного плена.

Доброволец

– лицо, добровольно поступающее в действующую армию одной из воюющих сторон. Согласно Гаагской конвенции о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае сухопутной войны (1907), отдельные лица могут переходить границу, чтобы поступить на службу одного из воюющих (ст. VI). Если отдельное лицо добровольно вступает в армию одного из воюющих, то оно теряет статус лица нейтрального государства (ст. XVII, п. «б»).

Международное право считает правомерными действия добровольца, если он вступает в армию, ведущую войну в защиту своей страны от иностранной оккупации. Вступление в такую армию гражданина другого государства не нарушает права вооруженных конфликтов. Добровольчество широко применялось в войнах республиканской Франции против коалиции феодально-абсолютистских государств Европы в конце XVIII в.; во время национально-революционной войны в Испании (1936–1939). Большой размах приняло добровольчество всех народов мира в годы Великой Отечественной войны против гитлеровской Германии.

Наемник

– лицо, добровольно вступающее в вооруженные отряды, ведущие вооруженную борьбу на стороне противоправных сил, бандформирований, террористических групп. Наемник не находится под покровительством права вооруженных конфликтов, он является уголовным преступником. Преступность его деяний вытекает из самого факта, что он является участником преступных объединений. Согласно ст. 47 Дополнительного протокола I, наемник – это лицо, которое:

а) специально завербовано на месте или за границей для того, чтобы принимать участие в вооруженном конфликте;

б) фактически принимает непосредственное участие в военных действиях;

в) принимает участие в военных действиях, руководствуясь главным образом личной выгодой, и которому в действительности обещано стороной или по поручению стороны, находящейся в конфликте, материальное вознаграждение, существенно превышающее обещанное или выплачиваемое комбатантам такого же ранга, входящим в личный состав вооруженных сил данной стороны;

г) не является ни гражданином стороны, находящейся в конфликте, ни лицом, постоянно проживающим на территории, контролируемой стороной, находящейся в конфликте;

д) не входит в личный состав вооруженных сил стороны, находящейся в конфликте;

е) не послано государством, являющимся стороной вооруженного конфликта, для выполнения официальных обязанностей в качестве лица, входящего в состав вооруженных сил этого государства.

Важность этого определения состоит в том, что с его помощью можно провести четкое различие между наемниками и

военными советниками –

военнослужащими одного государства, которые в соответствии с соглашением направляются в другое государство для оказания помощи в создании вооруженных сил, подготовке военных кадров, обучении войск, иногда и для помощи в организации и ведении боевых действий.

Использование наемников влечет за собой международно-правовую ответственность того государства, в интересах которого они действуют. Такую же ответственность несет и то государство, которое не препятствует вербовке и отправке граждан в качестве наемников. Из этого положения вытекают два обязательных требования к государствам: а) издать законы, предусматривающие наказание за вербовку, финансирование, обучение наемников; б) запретить своим гражданам поступать в наемники. Отказ государств от принятия этих мер влечет международную ответственность.

Средства и методы ведения боевых действий

имеют своей единственно законной целью ослабление военных сил неприятеля. Для достижения этой цели, согласно Декларации (1868) достаточно выводить из строя наибольшее, по возможности, число людей. Однако для достижения такой цели воюющие стороны ограничены в выборе средств. Следовательно, все используемые методы и средства ведения войны условно можно разделить на дозволенные и запрещенные. В действующих конвенциях нет определения ни тех, ни других. В них лишь закреплен запрет применять на войне те или иные средства и методы. Это, однако, не означает, что если появляется новый вид оружия, применение которого еще не запрещено международным правом, то оно может считаться дозволенным средством ведения войны.

Современное международное право запрещает применение в вооруженных конфликтах оружия массового поражения, под которым понимается оружие большой поражающей способности, предназначенное для нанесения массовых потерь или разрушений.

Запрещенным средством ведения войны также является

химическое оружие.

Со времен Римской империи известны слова: «воюют оружием, а не ядом». Запрещение применять химическое оружие содержится в Гаагской конвенции (1907), Женевском протоколе о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых и других подобных газов и бактериологических средств (1925). Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении (1972), принятая по инициативе нашей страны, обязывает государства никогда и ни при каких обстоятельствах не разрабатывать, не накапливать, не приобретать каким-либо иным образом и не сохранять биологические агенты или токсины таких видов и в таких количествах, которые не предназначены для профилактических, защитных или других мирных целей. Одновременно запрещаются разработка, производство и накопление оружия, оборудования или средств доставки, предназначенных для использования подобных агентов или токсинов в вооруженных конфликтах.

В Конвенцию включены положения, гарантирующие ее выполнение. При этом предусматриваются меры национального и международного характера. С одной стороны, участники Конвенции должны принять национальные законодательные и административные меры по запрещению разработки, производства и накопления оружия, оборудования и средств доставки бактериологического оружия, а также по их уничтожению. С другой стороны, если одно государство установит, что другое государство нарушает положения Конвенции, то оно вправе обратиться в Совет Безопасности ООН.

Значение этой Конвенции в том, что она предусматривает ликвидацию целого класса вооружений. В этом плане Конвенция отличается от всех ранее принятых соглашений в области ограничения гонки вооружений. Конвенция является первой в истории международных отношений мерой реального разоружения, поскольку в результате ее осуществления должна быть изъята из всех военных арсеналов наиболее антигуманная категория оружия массового уничтожения – бактериологическое, токсинное оружие и отравляющие газы.

Рассматривая вопрос о запрещенных средствах ведения войны, необходимо сказать о

ядерном оружии.

Реакцией международного права на его появление было, с одной стороны, ограничение сферы его совершенствования и распространения и, с другой стороны – запрещение его применения. Ограничительные нормы международного права направлены на запрещение усовершенствования ядерного оружия, на ограничение количества государств, владеющих таким оружием. Договор (1996) запрещает проводить все испытания ядерного оружия в атмосфере, космическом пространстве и под водой. Соглашение (1974) ограничивает подземные ядерные взрывы мощностью не свыше 150 килотонн. Ограничения, связанные с нераспространением ядерного оружия, содержатся в документах о создании безъядерных зон; в Договоре о нераспространении ядерного оружия (1968); в Договоре об Антарктике (1959); в Договоре о космосе (1967); в Договоре о морском дне (1971) и др.

Норма, запрещающая применять ядерное оружие как средство ведения войны, содержится в Соглашении о предотвращении ядерной войны, заключенном между СССР и США (1973). По этому соглашению стороны взяли на себя обязательство исключить развязывание ядерной войны между собой и другими странами. Однако норма, запрещающая применение ядерного оружия, не является абсолютной. Как устанавливается в ст. 6 данного соглашения, последнее не должно затрагивать или ослаблять неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону в соответствии со ст. 51 Устава ООН, а также с его положениями, относящимися к поддержанию или восстановлению международного мира и безопасности. В современном международном праве отсутствует многосторонний международный договор, запрещающий применять ядерное оружие в случае вооруженного конфликта.

Россия приняла на себя обязательство не применять ядерное оружие первой. При этом ядерное оружие, которым оснащены отечественные Вооруженные силы, рассматривается как фактор сдерживания агрессии, обеспечения военной безопасности страны и ее союзников, поддержания международной стабильности и мира. Одним из главных приоритетов «развития военной организации Российского государства является развитие и совершенствование войск (сил), обеспечивающих стратегическое сдерживание (в том числе ядерное)».

[246]

Современное международное право запрещает использовать окружающую среду в качестве средства ведения войны. Конвенция о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду (1977) закрепляет обязанность государств не прибегать к военному или любому другому враждебному использованию средств воздействия на природную среду, которые имеют широкие, долгосрочные или серьезные последствия, в качестве способов разрушения, нанесения ущерба или причинения вреда (ст. I). Тем не менее Конвенция допускает возможность воздействия на природную среду в мирных целях.

Международное право ставит под запрет применение на войне некоторых видов обычного оружия.

[247]

Конвенцию о запрещении или ограничении применения отдельных видов обычного оружия (1980)

[248]

дополняют:

♦ Протокол I о необнаруживаемых осколках (1970), запрещающий применять во время любого вооруженного конфликта любое оружие, основное действие которого заключается в нанесении повреждений осколками, которые не обнаруживаются в человеческом теле с помощью рентгеновских лучей;

♦ Протокол II о запрещении или ограничении применения мин, мин-ловушек и других устройств, ограничивающий применение и полностью запрещающий использование мин-ловушек, ассоциирующихся с медицинскими предметами, детскими игрушками, продуктами питания;

♦ Протокол III о запрещении или ограничении применения зажигательного оружия, запрещающий применять его против гражданского населения, лесов, растительного покрова, а также против военных объектов, расположенных в районе сосредоточения гражданского населения;

♦ Протокол IV об ослепляющем лазерном оружии (1995);

[249]

♦ Протокол V о постконфликтном обезвреживании взрывоопасных пережитков войны (2003), под которыми понимаются неразорвавшиеся боеприпасы и оставленные взрывоопасные боеприпасы. Этот протокол касается всех сторон в конфликте и налагает обязанности, связанные с разминированием, удалением или уничтожением взрывоопасных предметов, включая требования об их регистрации, сохранении и передаче информации, а также требует принятия мер предосторожности для защиты гражданского населения и гуманитарных миссий.

Согласно ст. 40 Дополнительного протокола I запрещается отдавать приказ не оставлять никого в живых, угрожая этим противнику, или вести военные действия на такой основе. Категорически запрещается предательски убивать, наносить ранения или брать в плен противника, прибегая к вероломству. Вероломством считаются действия, направленные на то, чтобы вызвать доверие противника и заставить его поверить, что он имеет право на защиту международным правом. Недопустимо незаконное использование эмблем Красного Креста, ООН, а также флагов, эмблем, форменной одежды нейтральных государств или государств, не находящихся в конфликте.

Однако международное право не запрещает применение

военных хитростей

с целью ввести противника в заблуждение, побудить его действовать опрометчиво. Примерами таких хитростей являются: использование маскировки, тактических ловушек, ложных операций, средств и способов радиоэлектронной борьбы и дезинформации.

Морская война

ведется по тем же правилам, что и сухопутная, хотя и имеет характерные особенности.

[250]

Театр морской войны включает в себя территориальные и внутренние воды воюющих государств, открытое море и воздушное пространство над ним. Однако ведение войны в открытом море не должно нарушать свободы плавания судов государств, не участвующих в войне, включая суда нейтральных государств.

Комбатантами в морской войне, помимо физических лиц, являются: военные корабли всех классов и типов (подводные и надводные); вспомогательные суда ВМФ; военные самолеты и иные летательные аппараты, входящие в состав авиации ВМФ; торговые суда, переоборудованные в военные корабли и отвечающие определенным условиям.

Гаагская конвенция об обращении торговых судов в суда военные (1907) устанавливает следующие условия: судно должно быть поставлено под прямую власть, непосредственный контроль и ответственность государства, флаг которого оно носит (ст. I); торговые суда, обращенные в военные, должны носить внешние отличительные знаки военных судов их национальности (ст. II); командир судна должен состоять на государственной службе и быть надлежащим образом назначенным компетентными властями (ст. III); экипаж должен быть подчинен правилам воинской дисциплины (ст. IV); каждое торговое судно, обращенное в судно военное, обязано соблюдать в своих действиях законы и обычаи войны (ст. V).

Обращение торгового судна в военный корабль допустимо в собственных и неприятельских водах, но запрещается в водах нейтрального государства. От переоборудования торговых судов в военные корабли следует отличать вооружение торговых судов в военное время. Эта практика сложилась еще в средние века, когда торговые суда вынуждены были защищаться от нападения пиратов и каперов. В двух мировых войнах все государства вооружали свои торговые суда. Однако вооруженное торговое судно не превращается в военный корабль и поэтому не пользуется правом ведения военных действий, правом остановки судов в море, их осмотра и захвата. Свое вооружение оно может использовать лишь в целях самообороны.

Правомерными средствами ведения войны на море являются военно-морская блокада, минная война, бомбардировка военно-морскими силами.

Военно-морская блокада –

это система насильственных действий военно-морских сил воюющего государства (государств), имеющего целью не допустить использования противником своих портов, баз и побережья для связей через море.

[251]

Режим морской блокады регламентируется Декларацией о морской войне (1856), Декларацией о праве морской войны (1909), Уставом ООН (ст. 42) и некоторыми другими актами. Основными принципами военно-морской блокады являются законность, эффективность и гласность.

Военно-морская блокада может быть законной только в двух случаях: при осуществлении государством неотъемлемого права на самооборону (ст. 51 Устава ООН); в соответствии с решением Совета Безопасности ООН о необходимости принять действия морскими и воздушными силами для поддержания или восстановления международной безопасности. Критериями законности военно-морской блокады как средства ведения морской войны служат основополагающие принципы международного права. Поскольку блокада является средством ведения военных действий, то она может быть законной лишь в военное время. Тем самым не признается легитимность так называемой мирной блокады, поскольку блокада – это разновидность боевых действий военно-морских сил, проводимых в военное время.

Принцип эффективности блокады означает способность военно-морских сил блокирующего государства воспрепятствовать доступу к портам и побережью блокируемого государства судов невоюющих государств или государств, оказывающих помощь блокируемому государству. Современное международное право не признает так называемую фиктивную (кабинетную) блокаду, когда объявляются заблокированными большие районы неприятельского побережья. Осуществление принципа эффективности не должно препятствовать оказанию помощи медикаментами и продовольствием блокируемому государству – жертве агрессии.

Международное право регламентирует порядок объявления блокады. Блокирующее государство должно сделать заявление о блокаде, в котором указывается время начала блокады, географические границы блокируемого побережья, срок, даваемый нейтральным судам для выхода из блокируемых портов. Об объявлении блокады надлежит известить нейтральные страны; блокада применяется одинаково к судам всех флагов, находящимся в блокируемом районе; блокирующий не имеет права преграждать доступ к берегу судам нейтрального государства, а также судам с медицинскими и санитарными грузами, продовольствием, одеждой для детей до 15 лет, беременных женщин, рожениц (в соответствии с Женевской конвенцией о защите гражданского населения во время войны); морское судно, пытающееся прорваться через блокаду, подлежит конфискации вместе с грузом.

Законными средствами осуществления блокады являются подводные лодки и авиация с надводными кораблями. Однако в имеющихся международных соглашениях этот вопрос регламентирован недостаточно полно.

Дозволенной в войне на море является

минная война.

Порядок использования мин в морской войне регулируется Гаагской конвенцией об установке подводных, автоматически взрывающихся от соприкосновения мин (1907). Основные положения Конвенции следующие: минные постановки возможны как в своих прибрежных водах, так и в водах противника, а также в районах открытого моря. Право постановки мин в открытом море оспаривается некоторыми юристами. Ряд авторов считают правомерным постановку мин в открытом море, поскольку это не запрещено Гаагской конвенцией (1907). Однако такие постановки будут правомерными, если они не ограничивают мореплавание судов нейтральных стран и находятся под контролем соответствующего воюющего государства.

Воюющие государства не имеют права ставить мины в водах нейтральных государств, а также в водах нейтрализованных территорий. По окончании войны каждая из воюющих сторон обязана разминировать участки моря, где ею поставлены мины, и сообщить другой стороне о минных постановках, сделанных в ее водах.

В целях обеспечения своей безопасности нейтральные государства имеют право ставить мины в своих территориальных водах, о чем они извещают другие государства по дипломатическим каналам.

Бомбардирование в морской войне регламентировано Гаагской конвенцией о бомбардировании морскими силами во время войны (1907), которая запрещает бомбардировку морскими силами незащищенных портов, городов, селений, жилищ, строений и других невоенных объектов. Однако из этого правила имеются два исключения. Во-первых, противник может подвергнуть бомбардировке даже в незащищенном городе военные объекты (военно-морские сооружения, арсеналы, военно-ремонтные базы). Во-вторых, перед бомбардированием требуется предварительное оповещение противника.

Особая категория права морской войны, обозначающая неприятельскую государственную и частную собственность (суда и грузы), захваченную в морской войне, а также нейтральную собственность, если она составляет военную контрабанду или если нейтральное государство нарушает правила нейтралитета, называется

призом.

Призовое право – это совокупность международно-правовых норм, регулирующих порядок и основание захвата на море торговых судов как противника, так и нейтральных стран воюющими государствами.

В морской войне могут подвергаться захвату не только неприятельские суда, но и торговые суда нейтральных государств в случаях, если они нарушают блокаду, перевозят военную контрабанду или оказывают любую услугу противнику. Однако нейтральный флаг освобождает неприятельский груз от захвата, за исключением военной контрабанды; нейтральный груз, даже находящийся на неприятельском судне, не подлежит захвату, за исключением военной контрабанды.

Гаагская конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта (1954) предусматривает иммунитет от конфискации и взятия в качестве приза или захвата ценностей и транспортных средств, занятых исключительно перевозкой этих ценностей. Однако Конвенция не ограничивает прав на их осмотр и контроль над ними. Законность захвата судна определяется призовым судом страны. Призовые суды являются не международными, а национальными; при рассмотрении дел они руководствуются как национальными законами, так и нормами международного права. Призовые суды бывают двух инстанций: базовые, или портовые, суды и высший призовой суд.

Неоднократные попытки разработать и принять конвенцию о праве

воздушной войны

не увенчались успехом. Однако отсутствие общепризнанных норм ведения воздушной войны не означает произвола в применении авиации. Из анализа действующих конвенций вытекает, что ведение воздушной войны должно регулироваться в соответствии с теми же принципами, что и в сухопутной и морской войнах, с учетом особенностей этой сферы правоотношений государств.

Театр воздушной войны

– воздушное пространство государства над своей территорией, над территорией противника, над собственными водами и водами противника, а также над открытым морем.

Комбатантами в воздушной войне, помимо физических лиц, являются воздушные суда всех видов и наименований, входящие в состав военно-воздушного флота воюющих государств и имеющие их опознавательный знак; к таковым относятся и суда гражданского аэрофлота, выполняющие военные задачи (например, военно-транспортные).

В ходе ведения воздушной войны действует общий запрет на бомбардировки мирного населения и невоенных объектов. Международно-правовое запрещение бомбардировать гражданское население с воздуха содержится в Гаагской декларации о запрещении метания снарядов и взрывчатых веществ с воздушных шаров (1907).

В 1923 г. в Гааге были разработаны Правила ведения воздушной войны, ст. 24 которых устанавливает, что военным объектом считаются вооруженные силы, оборонительные сооружения, военные учреждения или склады; заводы, являющиеся важными и хорошо известными центрами производства оружия, боеприпасов или явно военного снаряжения, линии связи или транспорт, используемые в военных целях. Указанный документ не вступил в силу, однако он имеет большое значение для понимания сущности воздушной войны. Международное право запрещает применение в этой войне всех видов оружия, которое неизбирательно поражает как военные, так и невоенные объекты или как вооруженные силы, так и гражданское население.

[252]

Защита жертв войны,

согласно праву вооруженных конфликтов, означает защиту таких категорий физических лиц, как раненые, больные, военнопленные и гражданское население, находящиеся на театре военных действий. Права и обязанности этих лиц регламентируются не только на период боевых действий, но и после их окончания.

Раненые и больные военнослужащие и гражданские лица (лица, потерпевшие кораблекрушение, обессиленные, беременные женщины, кормящие матери, новорожденные и др.), которые нуждаются в медицинской помощи, уходе и воздерживаются от любых враждебных действий, пользуются защитой во время войны. Женевские конвенции об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях и об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших кораблекрушение, из состава вооруженных сил на море (1949), Дополнительные протоколы I и II (1977) обязывают государства соблюдать их положения не только в случае войны, но и в случае всякого вооруженного конфликта между двумя или несколькими сторонами, даже если одна из них не признает состояния войны; они применимы также ко всем случаям оккупации.

Все раненые и больные независимо от цвета кожи, религии, пола, национального и социального происхождения, политических и других убеждений пользуются одинаковым покровительством международного права. В отношении всех раненых и больных независимо от того, к какой стороне они принадлежат, запрещаются: медицинские или научные эксперименты, удаление тканей или органов для пересадки; всякие виды убийств, физические увечья, жестокое обращение, пытки и истязания; взятие их в качестве заложников; посягательство на человеческое достоинство, в том числе оскорбительное и унижающее обращение; осуждение и применение наказания без предварительного судебного решения, вынесенного судом при соблюдении процессуальных гарантий.

Покровительство конвенций распространяется также на всех лиц, следующих за вооруженными силами, но не входящих в их состав: на военных корреспондентов, личный состав рабочих команд и служб, на которые возложено бытовое обслуживание вооруженных сил; на членов экипажей торгового флота; на население неоккупированной территории, которое при приближении неприятеля стихийно берется за оружие для борьбы с вторгшимися войсками противника, и если оно открыто носит оружие и соблюдает законы и обычаи войны.

Раненые и больные воюющей армии, попавшие во власть неприятеля, считаются военнопленными, и к ним должен применяться режим военного плена. После каждого боя воюющие обязаны принимать меры к розыску раненых и умерших, к ограждению их от мародерства и надругательств. Предание погибших земле или кремирование должно проводиться после медицинского освидетельствования. Воинские захоронения должны быть оборудованы так, чтобы их можно было найти в любое время.

Санитарные формирования и учреждения пользуются уважением, защитой и не могут быть объектом нападения. Однако они ни при каких обстоятельствах не должны быть использованы для прикрытия военных объектов и совершения действий, наносящих ущерб противнику, чтобы не потерять право на международно-правовую защиту.

Личный состав, предназначенный специально для подбирания, перевозки раненых и больных и принадлежащий исключительно администрации санитарных формирований и учреждений, а также военное духовенство должны пользоваться уважением и покровительством при всех обстоятельствах. К личному составу санитарных формирований и учреждений приравнивается и личный состав добровольческих обществ помощи, включая национальные общества Красного Креста, выполняющие аналогичные функции. Подвижные санитарные формирования, если они попадают во власть противника, сохраняют свою материальную часть и сопровождающий их личный состав. Однако противник может использовать все ресурсы этих формирований для ухода за ранеными и больными своей армии.

Режим военного плена

регулируется Женевской конвенцией об обращении с военнопленными (1949), согласно которой военнопленными являются попавшие во власть неприятеля: личный состав вооруженных сил воюющей стороны, партизаны, ополченцы и другие комбатанты, а также и некомбатанты, если они открыто носят оружие и соблюдают законы и обычаи войны.

Военнопленные находятся во власти неприятельского государства, а не отдельных лиц или воинских частей, взявших их в плен (ст. 12), с ними всегда следует обращаться гуманно, ни один из них не может быть подвергнут физическому калечению, научному или медицинскому опыту (ст. 13). Запрещается дискриминация по признакам расы, религии, социального происхождения.

Военнопленные подлежат размещению в лагерях в условиях не менее благоприятных, чем условия, которыми пользуется армия противника, расположенная в этой же местности (ст. 25). Лагерь военнопленных находится под ответственностью офицера вооруженных сил воюющей стороны.

Конвенция подробно регламентирует вопросы, связанные с работой военнопленных, которые (за исключением офицеров) могут привлекаться к работе, не связанной с военными действиями: в сельском и домашнем хозяйстве, торговой деятельности, погрузочно-разгрузочных работах на транспорте.

Военнопленных нельзя лишать права переписки с семьей (ст. 71); они имеют право получать посылки с продуктами питания, одеждой (ст. 72). Военнопленные могут представлять просьбы военному командованию, под властью которого находятся, посылать жалобы представителям державы-покровительницы, в качестве каковой выступает обычно нейтральное государство. Военнопленные выбирают из своей среды доверенных лиц, которые представляют их перед военными властями пленившего их государства, перед представителями державы-покровительницы и Общества Красного Креста.

Военнопленные подчиняются законам, уставам и приказам, действующим в вооруженных силах государства, держащего их в плену. За совершенные преступления военнопленные подлежат военному суду (ст. 84); воспрещаются коллективные наказания за индивидуальные проступки (ст. 87). Если военнопленный предпринял неудавшуюся попытку к побегу, то он наказывается только в дисциплинарном порядке (ст. 92); военнопленные, способствующие побегу, также несут ответственность (ст. 93). Военнопленный, совершивший побег и вновь попавший в плен, подлежит дисциплинарному наказанию. К нему могут быть применены более строгие меры охраны.

Военнопленные освобождаются и репатриируются по прекращении военных действий (ст. 118). Однако это положение не распространяется на военнопленных, против которых возбуждено уголовное преследование, а также на тех военнопленных, которые осуждены по законам государства, держащего их в плену, за военные преступления или преступления против человечности, совершенные ими до взятия в плен.

Для сбора сведений о военнопленных предусматривается создание справочных бюро и обществ помощи. Центральное справочное бюро учреждается в нейтральной стране.

Мировое сообщество неоднократно обсуждало вопрос о статусе военнопленных и подтверждало необходимость соблюдения всех положений Женевской конвенции о режиме военнопленных. Однако реальностью войн остаются массовые нарушения норм международного права, определяющие режим военнопленных, раненых и больных из состава вооруженных сил другой воюющей стороны. Эти нарушения были характерны как для Первой,

[253]

так и для Второй мировой войны. В гитлеровской Германии разработали и осуществили целую систему массового уничтожения военнопленных. Международный военный трибунал в своем приговоре главным немецким военным преступникам указал, что гитлеровские власти, нарушив международные конвенции, узаконили убийство всех военнопленных, которые были или могли быть опасными для национал-социализма.

[254]

Российское государство строго придерживается международно-правовых норм о защите жертв войны и устанавливает повышенную ответственность за жестокое обращение с военнопленными или гражданским населением, депортацию гражданского населения, разграбление национального имущества на оккупированной территории, применение в вооруженном конфликте средств и методов, запрещенных международным договором, а также за применение оружия массового поражения, запрещенного международным договором ст. 356 УК РФ.

В любых войнах больше всего страдает гражданское население – лица, не принадлежащие ни к одной категории вооруженных сил. Так, если среди убитых в Первую мировую войну гражданские лица составляли 5 процентов, во Вторую мировую войну – 48 процентов от общего числа погибших.

Присутствие среди гражданского населения отдельных комбатантов не лишает это население его гражданского характера; в случае сомнения относительно того, является ли какое-либо лицо гражданским лицом, оно считается таковым.

Конвенция о защите гражданского населения во время войны (1949), Дополнительный протокол I (1977), резолюции ГА ООН, Основные принципы защиты гражданского населения в период вооруженных конфликтов содержат нормы, которыми должны руководствоваться воюющие по отношению к гражданскому населению:

[255]

♦ гражданское население пользуется общей защитой от опасностей, возникающих в связи с военными операциями;

♦ воюющие обязаны проводить различие между гражданским населением и комбатантами, а также между гражданскими и военными объектами и вести военные действия только против вооруженных сил и военных объектов противника;

♦ гражданское население как таковое не должно являться объектом нападения и пользуется защитой до тех пор, пока не принимает непосредственного участия в военных действиях;

♦ запрещаются любые нападения неизбирательного характера, в том числе те, при которых поражаются как военные, так и гражданские объекты без их различия;

♦ запрещаются репрессалии гражданского населения;

♦ запрещается подвергать нападению или уничтожению необороняемые населенные пункты, объекты, необходимые для выживания гражданского населения (запасы продуктов питания, посевы, скот, сооружения для снабжения питьевой водой и др.). Однако запрет снимается, если гражданские объекты используются для удовлетворения нужд действующей армии. Запрещается уничтожение сооружений, содержащих опасные силы (плотины, дамбы, атомные электростанции).

Действие этих запретов распространяется на любые военные действия на суше, на море и в воздухе, если они могут причинить ущерб гражданскому населению, отдельным гражданским лицам или гражданским объектам. Современное Международное право устанавливает ответственность физических лиц, совершивших преступления во время вооруженных конфликтов против мирного населения, а также и тех, кто отдал приказ о совершении таких преступных действий.

Законодательство России карает за совершение преступных действий по отношению к гражданскому населению в районе военных действий. Нападение на представителя иностранного государства или сотрудника международной организации, пользующегося международной защитой, а равно на служебные или жилые помещения либо транспортное средство лиц, пользующихся международной защитой, если это деяние совершено в целях провокации войны или осложнения международных отношений, – наказывается лишением свободы на срок от 3 до 8 лет (УК РФ, ст. 360).

Правовой режим военной оккупации

определяется как временное занятие в ходе войны вооруженными частями одного государства территории другого государства и принятие на себя управления этой территорией, временная замена одной власти другой. Согласно нормам международного права, суверенитет государства на территорию, которая временно захвачена оккупантом, не переходит к оккупанту. Судьба оккупированной территории решается обычно мирным договором в соответствии с международным правом.

В Декларации о принципах международного права подтверждено, что территория государства не должна быть объектом военной оккупации, явившейся результатом применения силы в нарушение положений Устава ООН и что никакие территориальные приобретения, являющиеся результатом применения силы, не должны признаваться законными.

Противник, оккупировав территорию, обязан восстановить и обеспечить общественный порядок; с этой целью оккупационные власти могут издавать временные административные акты, сохраняя в основном местное законодательство. Издаваемые оккупирующей державой постановления уголовного порядка вступают в силу только после того, как они будут опубликованы и доведены до сведения населения на его языке. Действие этих обязательных постановлений не должно иметь обратной силы.

Оккупанты обязаны уважать жизнь, семью, честь, собственность, религиозные обряды и обычаи населения оккупированной территории, обращаться с населением гуманно, в частности охранять от любых актов насилия или запугивания. К населению нельзя применять никаких мер принуждения для получения от него сведений об отечественной армии или средствах обороны своего государства. Население оккупированной территории нельзя принудить служить в вооруженных силах или вспомогательных силах оккупанта. Воспрещается пропаганда в пользу добровольного поступления в армию оккупанта.

Оккупант вправе привлекать население оккупированной территории к работам. Однако эти работы должны выполняться только в пределах мест проживания населения. Это означает, что население оккупированных территорий нельзя вывозить за пределы страны проживания; также оккупанту запрещается расселять своих граждан на оккупированной территории.

Международное право запрещает брать заложников из числа гражданского населения оккупированных территорий (Женевская конвенция, ст. 34). Частная собственность, так же как государственная и коллективная, находится под защитой международного права. В ст. 53 Женевской конвенции сказано, что всякое уничтожение оккупирующей державой движимого или недвижимого имущества, являющегося индивидуальной или коллективной собственностью частных лиц или государств, общин, общественных или кооперативных организаций, которое не является абсолютно необходимым для военных операций, воспрещается.

Оккупационные власти могут временно пользоваться государственной собственностью противника, однако такую собственность нельзя присваивать или отчуждать. Государство, оккупировавшее часть территории другого государства и захватившее недвижимую собственность, может пользоваться правом управления и пользования по отношению к недвижимости, лесам, сельскохозяйственным угодьям. Недвижимое имущество, имеющее военное назначение (аэродромы, военные объекты), может быть разрушено.

Если оккупант взимает налоги с населения, то это должно сообразовываться с тем порядком взимания налогов, который был установлен на данной территории до ее оккупации. Оккупационные власти могут проводить разовые изъятия продуктов у населения, однако эти взимания производятся только для нужд действующей армии.

Защита культурных ценностей во время войны

предусмотрена Гаагской конвенцией о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта (1954); Конвенцией о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности (1970); дополнительными протоколами (1977). В этих актах закреплено понятие «культурная ценность», которое включает:

а) ценности движимые или недвижимые, которые имеют большое значение для культурного наследия каждого народа, такие, как памятники архитектуры, искусства или истории, религиозные или светские; археологические месторасположения, архитектурные ансамбли;

б) здания, назначением которых является сохранение или экспонирование движимых культурных ценностей;

в) центры сосредоточения культурных ценностей.

Защита культурных ценностей включает в себя охрану и уважение этих ценностей. Государства обязаны подготовить программу по охране культурных ценностей, расположенных на их собственной территории, от возможных последствий вооруженного конфликта. Государства вправе принять такие меры охраны, которые сочтут необходимыми. Они обязаны уважать культурные ценности, которые расположены как на их собственной территории, так и на территориях других государств.

Государствам запрещается использовать культурные ценности, сооружения для их защиты, а также непосредственно прилегающие к ним участки в целях, которые могут привести к разрушению или повреждению этих ценностей в случае вооруженного конфликта. Государства обязаны воздерживаться от какого-либо враждебного акта, направленного против этих ценностей, пресекать любые акты кражи, грабежа или незаконного присвоения культурных ценностей, расположенных на территории других стран. Конвенция (1970) считает незаконными принудительные вывоз и передачу права собственности на культурные ценности, являющиеся прямым или косвенным результатом оккупации страны иностранной державой (ст. 11). Признание незаконности вывоза культурных ценностей с оккупированных территорий влечет за собой обязательство возвращения их законному владельцу.

Если персонал, обеспечивающий защиту культурных ценностей, попадает в руки противника вместе с культурными ценностями, то ему должна быть предоставлена возможность продолжать осуществление своих функций. В мирное время государства обязаны воспитывать личный состав своих вооруженных сил в духе уважения к культуре и культурным ценностям других народов. В рамках своих уголовных законодательств государства обязаны принимать все меры, необходимые для того, чтобы подвергнуть уголовному наказанию лиц, независимо от их гражданства нарушивших положения указанной конвенции.

Юридическое оформление окончания вооруженной борьбы

стабилизирует послевоенные отношения между ранее воевавшими государствами. В результате прекращения состояния войны между государствами устанавливаются мирные отношения. От прекращения состояния войны следует отличать прекращение военных действий. Наиболее распространенными формами прекращения военных действий являются перемирие и капитуляция.

Перемирие –

это приостановление или прекращение военных действий по соглашению между воюющими сторонами. Оно может быть местным и общим.

Местное перемирие

приостанавливает военные действия на ограниченном участке театра военных действий. Оно направлено на реализацию частных задач: подбор раненых, погребение мертвых, эвакуацию из осажденных пунктов женщин и детей, направление парламентеров. Важным вопросом при перемирии является фиксирование времени вступления в силу соглашения о перемирии и срока действия этого соглашения. Стороны сами решают, когда вступит в силу соглашение о прекращении военных действий – сразу после подписания или по прошествии определенного срока. Срок действия соглашения также определяется сторонами. Если в условиях перемирия не определен срок его действия, то каждая сторона вправе возобновить военные действия в любое время, заранее предупредив об этом другую сторону. Нарушение условий перемирия отдельными лицами не влечет за собой отказа от перемирия. Действия этих лиц рассматриваются как нарушение законов и обычаев войны. Лица, нарушившие условия перемирия, наказываются властями своего государства. Если происходит существенное нарушение условий перемирия одной стороной, то другая сторона вправе отказаться от условий перемирия и возобновить военные действия.

Общее перемирие

отличается от местного: во-первых, оно не приостанавливает, а прекращает военные действия; во-вторых, это прекращение распространяется на весь театр войны; в-третьих, местное перемирие может заключать только местное командование. Общее перемирие как акт не только военный, но и политический, заключается от имени компетентных государственных органов; в-четвертых, общее перемирие как шаг в направлении к установлению мира не может быть нарушено; его нарушение рассматривается как акт агрессии.

В конце Второй мировой войны соглашения об общем перемирии были заключены с Италией (1943), Румынией, Финляндией, Болгарией и Венгрией (1944–1945). Соглашение о военном перемирии в Корее (1953) предусматривало полное прекращение военных действий и враждебных актов в Корее до заключения окончательного мирного соглашения. Заключение перемирия по инициативе и под контролем Совета Безопасности ООН, как правило, сопровождается подписанием детального соглашения между воюющими сторонами.

Капитуляция –

особая форма прекращения военных действий. Ее разновидностью является безоговорочная капитуляция, под которой понимается полное прекращение сопротивления и сдача вооруженных сил (гарнизона, крепости, окруженной группировки) противника. В отличие от перемирия при капитуляции побежденная сторона утрачивает даже формальное равенство с победителем. Конкретные условия капитуляции передаются окруженному противнику через парламентеров. Вся военная техника и имущество противника переходят к победителю, личный состав разоружается и сдается в плен. Так, после тотального поражения фашистской Германии и милитаристской Японии с этими странами были подписаны декларации о безоговорочной капитуляции. Ни перемирие, ни капитуляция не прекращают правового состояния войны. Прекращение состояния войны производится в договорных формах.

Основной международно-правовой формой прекращения состояния войны является

мирный договор.

По содержанию мирные договоры охватывают широкий круг вопросов: прекращение состояния войны; восстановление мирных отношений; ответственность военных преступников; территориальные вопросы; обмен военнопленными; возмещение ущерба, причиненного войной. Решения по этим вопросам содержатся в мирных договорах, заключенных ООН в 1947 г. с Италией, Финляндией, Венгрией, Болгарией и Румынией. Согласно этим договорам состояние войны между вышеназванными государствами и Организацией Объединенных Наций было прекращено безусловно и навсегда.

После Второй мировой войны имело место прекращение состояния войны путем односторонних деклараций. Так, США, Англия и Франция прекратили состояние войны с Германией в 1951 г., издав односторонние акты. Индия опубликовала одностороннюю декларацию о прекращении состояния войны с Японией в 1958 г. Соглавно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 25 января 1955 г., между Германией и Советским Союзом прекращалось состояние войны и устанавливались мирные отношения.

Состояние войны может прекращаться путем опубликования двусторонней декларации. Так, 19 октября 1956 г. СССР и Япония подписали Совместную декларацию о прекращении состояния войны, согласно которой были восстановлены мир и добрососедские дружественные отношения государств, а также дипломатические и консульские отношения. Прекращение состояния войны не изменяет международных обязательств побежденных сторон и не затрагивает прав и обязательств, вытекающих из действующих международных соглашений четырех держав по Германии и Японии, включая территориальные обязательства.

Ответственность

за нарушение права вооруженных конфликтов заключается в следующем: во-первых, предусмотрены требования к государствам ознакомить командный состав своих армий с нормами и принципами этой отрасли права и с этой целью возложить на командиров обязанность распространять эти нормы среди личного состава своих подразделений; во-вторых, устанавливается уголовная ответственность отдельных лиц за нарушение норм права вооруженных конфликтов. Уголовная ответственность физических лиц в более широком плане связана с обеспечением международного мира и безопасности народов, соблюдением обязательств по международным договорам.

В основе ответственности физических лиц за нарушение норм права вооруженных конфликтов лежат общие принципы, сформулированные в национальном уголовном законодательстве, а также международные принципы нераспространения на такие преступления сроков давности, непредоставления военным преступникам права убежища.

Различают две группы субъектов международной уголовной ответственности: главных военных преступников, отвечающих как за свои преступные деяния, так и за действия исполнителей их преступных приказов; непосредственных участников международных преступлений. К первой группе относятся государственные деятели, дипломаты, финансисты и пропагандисты войны. Судить таких лиц могут как специально создаваемые международные военные трибуналы, так и национальные суды потерпевших государств. В основе подсудности таких лиц лежит принцип территориального применения уголовных законов, согласно которому государство вправе преследовать лиц, совершивших преступление на его территории. Ко второй группе относятся лица, которые исполняли преступные приказы или совершали военные преступления по собственной инициативе, либо являлись непосредственными соучастниками таких преступлений.

Реальное воплощение норм международного права об уголовной ответственности отдельных лиц за нарушение законов и обычаев ведения войны произошло в ходе и после Второй мировой войны. Решающую роль в этом сыграл Советский Союз. 25 ноября 1941 г., 6 января и 27 апреля 1942 г. советское правительство потребовало наказания фашистского правительства Германии за его разбойные действия. Норма об уголовной ответственности отдельных лиц была сформулирована и закреплена в решениях Московской (1943), Крымской (1945) и Потсдамской (1945) конференций. В рамках Московской конференции министров иностранных дел СССР, США и Великобритании было принято решение о том, что германские офицеры, солдаты и члены фашистской партии, которые имеют какое-либо отношение к зверствам, убийствам и казням в странах, захваченных германскими вооруженными силами, «будут доставлены обратно в страны, где были совершены их ужасные преступления, для того, чтобы они подверглись обвинению и наказанию по законам этих стран».

[256]

В ходе Крымской конференции (1945) ее участники взяли на себя обязательство «подвергнуть всех преступников войны справедливому и быстрому наказанию»;

[257]

в решениях Потсдамской конференции закреплялось обязательство государств арестовать и предать суду военных преступников и тех, «кто участвовал в планировании или осуществлении нацистских мероприятий, влекущих за собой или имеющих своим результатом зверства или военные преступления».

[258]

Наиболее детально нормы об уголовной ответственности отдельных физических лиц были сформулированы в уставах и приговорах международных военных трибуналов для суда над главными немецкими и японскими военными преступниками. Значение уставов международных военных трибуналов состоит в том, что в них сформулированы составы военных преступлений, за которые лица, их совершившие, должны нести уголовную ответственность. Так, ст. 6 Устава Международного военного трибунала для суда над главными нацистскими военными преступниками устанавливает следующие виды преступлений:

♦ преступления против мира,

а именно: планирование, подготовка, развязывание, ведение агрессивной войны или войны в нарушение международных договоров, соглашений или заверений; участие в общем плане или заговоре, направленных на осуществление любого из вышеперечисленных действий;

♦ военные преступления,

а именно: нарушение законов или обычаев войны. К этим нарушениям относятся убийства, истязания или увод в рабство или для других целей гражданского населения оккупированной территории; убийства или истязания военнопленных или лиц, находящихся в море; убийства заложников; ограбление общественной или частной собственности; бессмысленное разрушение городов или деревень; разорение, не оправданное военной необходимостью, и другие преступления;

♦ преступления против человечности,

а именно: убийства, истребление, порабощение, ссылка и другие жестокости, совершенные в отношении гражданского населения до или во время войны, или преследования по политическим, расовым или религиозным мотивам в целях осуществления или в связи с любым преступлением, подлежащим юрисдикции Международного трибунала, независимо от того, являлись эти действия нарушением внутреннего права страны, где они были совершены, или нет.

Содержание норм о наказании отдельных физических лиц раскрывается в Женевских конвенциях о защите жертв войны (1949), в Гаагской конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта (1954) и в других актах, согласно которым государства обязаны ввести в действие национальные законы, необходимые для обеспечения эффективных уголовных наказаний лиц, совершивших или приказавших совершить те или иные нарушения конвенций. Это обязательство возложено на все государства: как на воюющие, так и невоюющие. Наказание должно применяться ко всем виновным: гражданам своих стран, воюющих стран и иностранцам. Наказание обязательно независимо от места, времени совершения и характера преступления.

В международно-правовых актах сформулировано понятие «военный преступник», под которым понимается лицо, совершившее преступление против мира, человечности, законов и обычаев ведения войны. Уголовная ответственность военных преступников за совершенные ими преступления может осуществляться в двух формах. Во-первых, государство в соответствии со своим национальным законодательством может само судить военных преступников или выдавать их для суда другим заинтересованным государствам, на территории которых они совершили преступление. Во-вторых, в отдельных случаях государства могут создавать международные суды для наказания военных преступников. Международные военные трибуналы, созданные после Второй мировой войны, провели два процесса над главными военными преступниками: Нюрнбергский и Токийский.

Н ю р н б е р г с к и й процесс над 23 главными нацистскими военными преступниками продлился с 20 ноября 1945 г. по 1 октября 1946 г. Суду были преданы высшие государственные и военные руководители фашистской Германии, которым было предъявлено обвинение в совершении преступлений, перечисленных в ст. 6 Устава Международного военного трибунала.

[259]

Токийский процесс над главными японскими военными преступниками прошел с 3 мая 1946 г. по 12 ноября 1948 г. Суду были преданы 28 государственных и военных руководителей, дипломаты Японии. Особое место среди преступлений, совершенных обвиняемыми, занимали военные преступления, которые включали в себя убийства и жестокое обращение с военнопленными, а также с лицами, находящимися в открытом море; бесцельное разрушение городов, населенных пунктов и опустошения, не оправданные военной необходимостью; убийства заложников; ограбление общественной или частной собственности; ведение войны без объявления.

[260]

Значение уставов и приговоров международных военных трибуналов заключается в том, что они со всей категоричностью подтвердили принцип индивидуальной уголовной ответственности за совершение агрессии, нарушение законов и обычаев ведения войны. Отвергая попытки защиты немецких военных преступников прикрыться доктриной государственного акта и свести все дело к ответственности лишь государства как такового, Нюрнбергский приговор провозгласил: преступления против международного права совершаются людьми, а не абстрактными категориями, и только путем наказания отдельных лиц, совершающих такие преступления, могут быть соблюдены нормы международного права. Таким образом, современное право вооруженных конфликтов категорично отвергает попытки переложить всю вину за нарушение законов и обычаев войны на государство.

Нюрнбергский и Токийский процессы имели огромное значение для дальнейшего развития международного права. Принципы, изложенные в уставах и приговорах этих трибуналов, были подтверждены резолюциями Генеральной Ассамблеи ООН № 3 (1946) и № 95 (1946) и стали общепризнанными принципами современного международного права. Сформулированная в международно-правовых актах норма об уголовной ответственности отдельных лиц является логическим и юридическим следствием факта осуждения и запрещения агрессивной войны как тягчайшего международного преступления.

Другая форма уголовной ответственности военных преступников – привлечение их к суду отдельных государств. Так, еще в ходе Великой Отечественной войны были проведены судебные процессы над гитлеровскими военными преступниками в Харькове,

[261]

Смоленске, Краснодаре, Киеве, Минске и других городах.

В связи с уголовной ответственностью отдельных физических лиц за нарушение норм права вооруженных конфликтов встает вопрос о выдаче военных преступников тому государству, на территории которого они совершили свои преступные деяния. Норма о выдаче военных преступников закреплена, в частности, в Московской декларации (1943): стороны заявили, что военные преступники будут отосланы в страны, в которых были совершены их действия, для того чтобы они могли быть судимы и наказаны. В мирных договорах 1947 г. (с Италией – ст. 45; с Румынией и Венгрией – ст. 6; с Болгарией – ст. 5; с Финляндией – ст. 9) закреплялась норма, согласно которой выдаче подлежали и граждане собственной страны, если они совершили военные преступления. В феврале 1946 г. Генеральная Ассамблея ООН предложила всем членам ООН принять меры по розыску, аресту и высылке военных преступников в те страны, где они совершили свои ужасные деяния, для предания их суду и наказанию по законам этих стран. 31 октября 1947 г. Генеральная Ассамблея вновь потребовала от государств-членов продолжать выполнять лежащие на них обязанности по выдаче и преданию суду преступников войны.

Международно-правовая норма о выдаче военных преступников обязывает государства выдавать таких преступников независимо от наличия двусторонних соглашений о выдаче, а также независимо от того, являются они иностранцами или гражданами собственной страны. Эта норма закрепляет территориальную подсудность преступлений, следовательно, лица, их совершившие, должны выдаваться тому государству, на территории которого совершено преступление.

3 декабря 1973 г. Генеральная Ассамблея ООН утвердила принципы международного сотрудничества в отношении обнаружения, ареста, выдачи и наказания лиц, виновных в военных преступлениях и преступлениях против человечества, согласно которым:

♦ такие преступления, когда бы и где бы они ни совершались, подлежат расследованию, а лица, в отношении которых имеются доказательства в совершении этих преступлений, – розыску, аресту, привлечению к судебной ответственности и, в случае признания их виновными, наказанию;

♦ каждое государство обладает правом судить своих собственных граждан за военные преступления против человечества;

♦ государства осуществляют международное сотрудничество на двусторонней и многосторонней основе и в соответствии с этим положительно решают вопрос о выдаче таких лиц;

♦ государства принимают национальные законы, карающие за такие преступления.

Срок давности не распространяется на военные преступления. Статья I Конвенции о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества (1968) устанавливает, что никакие сроки давности не применяются к следующим преступлениям независимо от времени их совершения: к военным преступлениям, как они определены в ст. 6 Устава Международного военного трибунала; к преступлениям против человечества, независимо от того, были они совершены во время войны или в мирное время, как они определены в ст. 6 Устава Международного военного трибунала.

Круг лиц, на которых не распространяется срок давности за совершенные преступления, включает: представителей государственных властей и частных лиц, которые выступают в качестве исполнителей или соучастников этих преступлений; лиц, которые непосредственно подстрекают других лиц к совершению таких преступлений или участвуют в заговоре для их совершения, равно как и представителей государственных властей, допускающих их совершение (ст. II). Конвенция обязывает государства принять все необходимые внутренние меры законодательного или иного характера, направленные на то, чтобы в соответствии с международным правом создать условия для выдачи военных преступников (ст. III).

Конвенция предусматривает, чтобы государства, присоединяющиеся к ней, могли вносить соответствующие изменения в свои внутренние законодательства.

На военных преступников не распространяются нормы, регулирующие право убежища. Декларация о территориальном убежище (1967) закрепила положение, согласно которому на право искать убежище и пользоваться им не может ссылаться никакое лицо, в отношении которого существуют серьезные основания полагать, что оно совершило преступление против мира, военное преступление или преступление против человечества (ст. 1, п. 2).


<