3. Место криминологии в системе наук : Криминология.Избранные лекции Антонян Ю.М. : Книги по праву, правоведение

3. Место криминологии в системе наук

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 
РЕКЛАМА
<

В истории отечественной криминологии можно выделить четыре основных этапа:

– конец XIX в. – 1917 г.;

– начало 20-х – середина 30-х годов. ХХ в.;

– конец 50-х – 80-е годы ХХ в.;

– начало 90-х годов ХХ в. – настоящее время.

По мере развития криминологии ее место в системе других наук существенно менялось. Особого упоминания заслуживает тот факт, что криминология вышла из недр уголовного права. Поиски ответа на вопрос, почему люди совершают преступления, начался в глубокой древности. На научном же уровне этот вопрос попытались разрешить уголовное право и социология уголовного права. Специалисты именно этих научных областей обратились к отысканию причин преступности. В начале это были чисто интуитивные поиски, без надлежащей эмпирической базы. Во второй половине XIX в. криминологические исследования активизировались. Весьма интересные соображения о природе, причинах преступности и личности преступника высказали не только специалисты в области уголовного права, социологи и криминалисты, но и психологи и психиатры.

Разумеется, на рис. 1 приведены не все науки, с которыми у криминологии могут возникнуть точки соприкосновения. Так, вполне возможны ее плодотворные связи, например, с семейным правом при исследовании проблем преступности несовершеннолетних или с финансовым правом при изучении преступности в сфере экономической деятельности. То же самое можно сказать о связях криминологии с неюридическими науками. Например, можно указать на ее пересечение с историей при проведении научных изысканий в области развития преступности в разные исторические периоды или с биологией при исследованиях генетических предпосылок преступного поведения.

Развитие современной науки характеризуется процессами интеграции (объединения знаний) и дифференциации (выделения новых отраслей знаний). Эти процессы можно наблюдать и на примере криминологии, анализируя ее положение в системе других наук. Так, сформировалась криминальная психология, которая, в сущности, представляет собой симбиоз криминологии и психологии, сосредоточенный на личности преступника и преступном поведении, причинах преступности психического характера. Криминальная психология может представлять собой союз криминалистики и психологии, уголовного права и психологии и т. д. То же самое можно утверждать относительно криминальной психиатрии или криминальной сексологии, о которых уже упоминалось как о самостоятельных криминологических теориях. Иными словами, мы наблюдаем весьма интересное явление – возникли научные дисциплины двойной или даже тройной природы, именно к ним относится и криминальная психология. Она использует достижения и криминологии, и психологии, можно сказать, что криминальная психология с помощью методов психологии обслуживает юридическую практику. Вот такое сложное переплетение. Думается, оно обогащает и криминологию, и психологию. Известно, что работы криминальных и юридических психологов вызывают немалый интерес у психологов вообще, особенно в части изложения результатов эмпирических изысканий. Естественно, теоретические выводы криминологов-психологов тоже могут быть небезынтересны для психологов. Наряду с этим криминологи для обслуживания собственных проблем часто привлекают не только психологические, но и социологические, и философские, и иные знания.

Некоторые исследователи (например, А.М. Яковлев) называют криминологию социологией преступности. Я с такой позицией не согласен, поскольку с тем же успехом криминологию можно определить и как психологию преступности; или как педагогику преступности, если речь идет о проблемах индивидуальной профилактики преступлений и исправления преступников; или как экономику преступности, если говорить о проблемах преступности в сфере экономики и разработки экономических (социально-экономических) мер противодействия преступности, и т. д. При этом нельзя сомневаться в существовании мощного блока социологии преступности, что, однако, не делает криминологию социологией преступности. Криминология широко применяет достижения и методы социологии, как и других наук, например психологии, психиатрии, педагогики. О социологических методах в криминологических работах уже упоминалось.

Как отмечалось, криминология вышла из недр уголовного права, что породило долгие научные дискуссии о том, является ли она самостоятельной наукой или составляющей уголовного права. Я был и остаюсь сторонником точки зрения, что криминология является самостоятельной наукой, хоть какое-то время и развивалась в рамках уголовного права и сохранила с этой наукой тесную связь. Криминология имеет также связь с множеством других наук, однако это не означает, что она является их частью. Чтобы уловить различие между криминологией и уголовным правом, давайте проанализируем, что изучает криминология и что – уголовное право.

В отличие от уголовного права криминология изучает преступность как совокупность преступлений, каждое из которых имеет свои причины. Уголовное же право изучает преступление, точнее, тот набор признаков, совокупность которых позволяет признать деяние преступным. Криминология подобные вопросы перед собой не ставит, ее предметом является преступность. Иными словами, криминология изучает не преступление, а преступное поведение. Таким образом, у этих наук разные, хотя и недалекие друг от друга интересы.

Теперь обратимся к личности преступника, которую исследует именно криминология. Безусловно, географ или геолог, как и любой другой специалист, способен представить весьма интересные суждения о личности как предмете криминологии. Но это не значит, что личность преступника изучается геологией или географией. Геологи или географы могут исследовать личность преступника, но эти исследования не становятся ни геологическими, ни географическими, они остаются криминологическими. Уголовное право изучает не личность преступника, а лицо, совершившее преступление, субъект преступления, т. е. набор, совокупность признаков, позволяющих определить, подлежит ли человек уголовной ответственности.

Наконец, хотелось бы отметить, что только криминология разрабатывает меры борьбы с преступностью, стратегию, организацию и тактику этой борьбы. Разумеется, продуманные и серьезные суждения о мерах борьбы с преступностью могут высказать не только криминологи, но и, например, политики, журналисты, публицисты, писатели, кто угодно. Однако именно криминология занимается этим профессионально и систематически, опираясь на достаточно разработанную и научно обоснованную базу.

Мне хотелось бы сейчас остановиться на связях криминологии с другими юридическими науками, особенно с уголовно-процессуальным правом. Для уголовного процесса, особенно для доказательственного права и теории доказательств, весьма интересны достижения криминологии в области изучения личности преступника, причин и механизма преступного поведения. Специалисты в области процесса нередко используют криминологические работы. Хотелось бы обратить внимание на двусторонний характер этой связи: криминологи и процессуалисты помогают и стараются быть полезными друг другу. Криминология заинтересована в том, чтобы уголовно-процессуальное право активно способствовало предупреждению преступлений, а достижения криминологии применялись для совершенствования этой отрасли права. Кстати, все законы, даже казалось бы далекие от проблем преступности, должны, по-моему, проходить криминологическую экспертизу. Об этом говорят давно, но ничего для внедрения в практику не делают.

Теперь рассмотрим взаимосвязи криминологии и уголовно-исполнительного права. Можно ли наладить процесс исправления преступников, создать эффективные, справедливые законы об уголовных наказаниях, если не пользоваться достижениями криминологии? Думается, что нет. Потому что криминология позволяет разобраться, почему человек совершил преступление. А воздействие на человека, совершившего преступление, должно осуществляться с обязательным учетом субъективных причин, которые привели его к преступлению. Поэтому мы можем с полным основанием говорить о тесной связи криминологии и уголовно-исполнительного права. Разрабатывая меры борьбы с преступностью, особенно рецидивной, криминология весьма заинтересована в повышении эффективности исправления преступников. Это один из важнейших путей профилактики преступлений.

Можно назвать и другие аспекты этой связи. Существуют такие дисциплины, как уголовно-исполнительная психология и уголовно-исполнительная педагогика. Уголовно-исполнительное право активно взаимодействует с этими науками, которые в свою очередь опираются на достижения юридической психологии и криминологии.

Теперь обратимся к связям криминологии с криминалистикой. Криминалистика – наука об организации, тактике и методике расследования преступлений. Конечно, она должна широко использовать достижения криминологии, как, впрочем, и криминология должна опираться на достижения криминалистики в некоторых вопросах. Ведь строить следственные версии и успешно искать преступников невозможно в отсутствие четких, ясных, научно обоснованных представлений, что такое преступник и почему он совершил преступление. Так, на основании осмотра места преступления можно предположить, в силу каких субъективных причин и ради чего совершено это действие, а это и предположения, в свою очередь, помогут выстроить следственные версии. Возможные мотивации могут быть уяснены с привлечением криминолого-психологических знаний.

Мне приходилось консультировать оперативных работников, в том числе расследующих столь опасные преступления, как убийства. В этих расследованиях научные знания о преступниках активно использовались для разработки различных следственных версий.

Сказанное выше о криминалистике вполне может быть отнесено и к теории розыскной деятельности. Оперативно-розыскная деятельность – это наука о том, как предупредить и раскрывать преступления с помощью оперативно-розыскных сил и средств. И, конечно, наука оперативно-розыскной деятельности широко использует достижения криминологии. Имеется в виду даже не столько практическая оперативная работа, а в первую очередь теория. В последние годы успешно формируется такая дисциплина, как оперативно-розыскная психология, которая немало черпает у криминальной психологии. Это еще один пример того, как разные науки могут кооперироваться для достижения наилучших результатов. При этом не нужно задаваться вопросом о том, какая из наук в этой кооперации важнее или нужнее. Главное – практические и теоретические результаты подобного взаимодействия.

Криминология также взаимодействует с административным правом, используя возможности этой науки для разработки концепции предупреждения преступности и ее отдельных видов, индивидуального предупреждения преступлений и профилактики рецидива. Для понимания связи криминологии и административного права важно помнить, что совершению преступлений часто предшествуют административно-наказуемые поступки.

В заключение хотелось бы рассмотреть вопрос о практической роли криминологии в жизни общества и борьбе с преступностью (рис. 2).

Итак, криминология должна давать советы, рекомендации и предложения о борьбе с преступностью. К сожалению, достижения криминологии нередко остаются невостребованными, поскольку политики и представители правоохранительных органов ждут советов, реализация которых не потребовала бы ни копейки. Однако дешевая юстиция дает только дешевые результаты. От криминологов часто требуют прогноз преступности, которым дело обычно и ограничивается. Ведь реальная работа с прогнозом требует соответствующих средств. Криминологам же обычно объясняют, что денег нет, ждать их в ближайшем будущем не приходится, поэтому желательны советы, не требующие особых расходов.

Несколько слов о формировании общественного мнения. Думаю, что здесь криминология делает немало. Посредством преподавания, книг и выступлений в средствах массовой информации криминологи стараются сформировать должное отношение к преступлению и преступнику, что после периода ленинско-сталинского произвола и беззакония имеет исключительно важное значение. Немалая заслуга криминологии и криминологов в том, что в постсталинский период изменилось отношение государства и общества к преступлению и преступнику.

Особо следует сказать о таком направлении криминологической деятельности, как создание основ международного сотрудничества в борьбе с преступностью. Сейчас преступность испытывает на себе влияние глобализации, расширяется криминальное сотрудничество преступников разных государств и стран, существует межрегиональные и международные преступные организации, которые наносят отдельным странам просто колоссальный ущерб. Наконец, существует международный терроризм, которому в данной книге будет посвящена отдельная глава. Хотелось бы надеяться, что криминологи окажут России и международному сообществу максимальную помощь в борьбе с терроризмом.

В заключение несколько слов о так называемой внутринаучной задаче криминологии – о разработке собственной теоретической базы, которая, учитывая природу криминологии, может и должна развиваться в тесном содружестве с другими науками, максимально используя их достижения. Хочу обратить внимание и на следующее: если у криминологов не будет собственной теоретической базы, то ее практические рекомендации окажутся надуманными, необоснованными. Иными словами, чем глубже будут теоретические исследования, тем ценнее и полезнее станут для практики сделанные на основе теории предложения и рекомендации. Общество имеет все основания возлагать на криминологию большие надежды.