30. ПОЛИТИЧЕСКИ-ПРАВОВЫЕ ВОЗЗРЕНИЯ ФЕДОРА КАРПОВА

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 
РЕКЛАМА
<

Объединенному суверенному государству более не соответствовала такая форма власти, как раннефеодальная монархия. Возникла необходимость в изменениях организации власти и государственного устройства. Интерес к этим проблемам заметен в произведениях Федора Карпова – публициста и дипломата конца XV – начала XVI в., близкого к Максиму Греку и его окружению. Его политические воззрения изложены в Послании митрополиту Даниилу. Оно написано приблизительно в 30-е гг. XVI в., когда уже наметилась тенденция формирования сословно-представительных институтов и учреждений в стране. Во всех высказываниях мыслителя сквозит одобрение формирующимся представительным формам организации власти. Он систематически употребляет такую терминологию, как «цари и начальники», «правители и князи». Утверждая положение о необходимости верховной власти в человеческом обществе, Карпов, ссылаясь на Аристотеля, доказывает, что «всякий город и всякое царство... управляться должно жальниками, поэтому странам и народам нужны цари и начальники». Соединение царей и начальников он дает в поэтическом образе согласного единства гусляра и гуслей. Обращает внимание и неоднократное употребление публицистом такого выражения, как «дело народное» (сам термин напоминает калькированный перевод с латинского respublica, что у Цицерона означало достояние, дело членов римской общины). Карпов воспроизводит и близкую Цицерону классификацию форм государства: «дело народное» (республика) и царство (монархия), что говорит о его знакомстве с трудами Цицерона, и в частности с представлениями последнего об идеальном варианте политической организации общества, в котором предполагается достижение согласия всех его членов в вопросах управления общими делами. Ссылки на произведения Аристотеля и Цицерона, в которых содержится предпочтение республиканскому образу правления с выборной магистратурой, а также прямое заимствование их терминологии являются косвенными, но существенными доказательствами симпатий Карпова коллегиальному, а не единоличному принципу в организации форм власти. Занимали Карпова и способы обеспечения законных форм реализации властных полномочий. Он утверждал, что все отношения между людьми в обществе должны регулироваться только правовыми нормами. Религиозная мораль не может заменить закон, поэтому Карпов отрицает возможность воздействия на поведение граждан при помощи такой религиозно-этической категории, как «терпение», которое может иметь место только за монастырскими стенами. Все виды деятельности государства как в судебной, так и внесудебной сферах должны осуществляться на основании действующих законов. Категории справедливости и права у Карпова совмещены. Следуя Аристотелю, он утверждает, что все законное должно быть обязательно справедливым. Несправедливое и незаконное распределение благ может вызвать серьезное недовольство у подданных, в результате которого люди перестанут быть послушными своему государю. Исходя из этих положений он выдвигает требование о справедливой оплате труда всех работников, особо выделяя воинские услуги. Соблюдение законов – не только основа благополучия государства, но и нравственная база общественной жизни. Беззаконие Карпов связывает с падением нравственности. Он не допускает даже мысли о возможности надзаконного положения верховной власти. «Всякое царство по Аристотелю, – пишет он, – управляться должно по правде и определенными законами справедливыми». «Правда» и «определенные законы» здесь употреблены в значении права и основывающегося на нем законодательства. «Правду» реализует суд – это положение вполне согласуется с мыслью М. Грека: «Правда – сиречь прав суд».