Глава 7. Экспертное исследование доказательств

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 
РЕКЛАМА
<

 

Процессуальная функция судебной экспертизы заключается в решении на основе специальных познаний и навыков вопросов, возникающих в процессе расследования и судебного разбирательства уголовных дел, а также в гражданском и арбитражном судопроизводстве. Объекты экспертного исследования - люди, трупы, вещи, документы, транспортные средства, вещная обстановка, явления и процессы; цели этого исследования - извлечение и перекодировка в доступную для субъекта доказывания и участников процесса доказательственной информации, создание новых доказательств.

Современное состояние судебных экспертиз всех родов и видов позволяет решать широкий круг вопросов идентификационного, диагностического, классификационного и ситуационного характера. Обширная литература о современных возможностях судебных экспертиз, процессуальных и организационных началах их назначения и проведения делает ненужным изложение этих общеизвестных положений в настоящей работе. Поэтому представляется целесообразным ограничиться кратким историческим обзором развития этого института в России и рассмотрением современных дискуссионных вопросов развития института судебной экспертизы в наши дни.

В дореформенных правовых актах России институт судебной экспертизы существовал в виде отдельных предписаний, относящихся к деятельности сведущих лиц, преимущественно врачей, призывавшихся для вскрытия трупов. В Воинском уставе Петра I 1716 г. указывалось: "Надлежит подлинно ведать, что смерть всеконечно ли от битья приключилась... Того ради зело потребно есть, чтобы коль скоро кто умрет, который в драке бит, поколот или порублен будет, лекарей определить, которые бы тело мертвое взрезали и подлинно разыскали, что какая причина к смерти его была и в том иметь свидетельство в суде и на письме подать" (артикул 154). В 1797 г. во всех губернских городах были учреждены врачебные управы, которым было предписано вскрывать мертвые тела. В 1801 г. было узаконено приглашение врачей для судебно-психиатрического освидетельствования. В 1812 г. в законе появляется определение экспертов как сведущих лиц, обладающих познаниями не только в области судебной медицины, но и в различных областях науки, ремесла или искусства*(391). Однако законы этого периода регулируют действия сведущих лиц (как тогда именовались эксперты) в уголовном процессе почти исключительно в области судебно-медицинской экспертизы, главным образом, о применении ее во время судебных осмотров трупов или потерпевших. Судебный осмотр мог проводиться только по формальному требованию присутственных мест официальным медицинским чиновником - врачом-экспертом - одним или несколькими, если этого требовала "важность случая".

Судебный врач, производивший осмотр, рассматривался законом как "первое лицо". Он имел право требовать от полицейских врачей сообщения ему предварительных сведений, собранных по делу. Им же составлялся протокол осмотра, а через сутки или более длительный срок представлялся акт о том, что оказалось и открылось при осмотре. В акте давались ответы на поставленные вопросы присутственным местом. В случае возникновения сомнений в правильности осмотра по требованию губернского правления и распоряжению врачебной управы членом ее или иным уездным врачом производился повторный осмотр*(392).

Теория русского дореформенного процесса рассматривала экспертизу как непосредственный источник убеждения судьи, полагая даже, что мнение сведущих лиц вполне "заменяет мнение судьи или следователя, которые призывают их на помощь"*(393). В этом сказывалось решающее влияние всего строя розыскного процесса, душой которого была теория формальных доказательств.

Судебная реформа 1864 г., изменившая коренным образом судоустройство и судопроизводство в России, существенно изменила и процессуальное положение института судебной экспертизы, открыв для него более широкие перспективы развития. Устав уголовного судопроизводства следующим образом определял положение экспертизы в пореформенном русском уголовном процессе.

Эксперты должны приглашаться в тех случаях, когда для точного уразумения встречающегося в деле обстоятельства необходимы специальные сведения или опытность в науке, искусстве, ремесле, промысле или каком-либо занятии (ст. 112, 325 УУС). Устав рассматривал экспертизу уже не только как судебно-медицинскую, а как разнообразную, применяемую в самых различных делах, что видно из перечня лиц, которых судебные органы могли привлекать в качестве экспертов: врачи, фармацевты, профессоры, учителя, техники, художники, ремесленники, казначеи и лица, продолжительными занятиями по какой-либо службе или части приобретшие особую опытность, - все они перечислены в законе как лица, относящиеся к категории экспертов (ст. 326), они не могли избираться из лиц, участвующих в деле в качестве свидетелей, судей или присяжных заседателей (ст. 633), и определялись законом как лица, не заинтересованные в исходе дела.

Мнения и суждения экспертов должны быть объективными, эксперты должны иметь все качества достоверных свидетелей (ст. 328). Эксперты производили исследование и представляли свои мнения и заключения по вопросам, предложенным следователем или судом. Закон открывал для экспертов возможность проявления инициативы, устанавливая, что эксперты не должны упускать из виду и таких признаков, на которые следователь не обратил внимания, но исследование коих может привести к открытию истины (ст. 333).

Устав не давал прямого определения экспертизы как доказательства, но это вытекало из смысла закона, поскольку заключения экспертов предписывалось проверять и оценивать судом. Эксперты подвергались допросу сторон, присяжных и судей. По требованию сторон или присяжных заседателей или по собственному усмотрению суд мог назначить новое освидетельствование или испытание через избранных им или указанных сторонами экспертов (ст. 692, 695). Устав не давал следователю права окончательной оценки акта экспертизы; следователь не имел права отвергнуть заключение экспертов, если он считал его неправильным, не прибегая к другой экспертизе (ст. 345). Экспертиза документов в уголовном суде производилась по правилам Устава гражданского судопроизводства (ст. 547-554), согласно которым сличение почерка и подписи на актах может быть поручено сведущим людям. Другие правила исследования документов, перенесенные из гражданского процесса в уголовный, в известной степени перекладывали экспертные функции на самый суд, чем стороны лишались возможности проверить основания выводов суда.

После реформы 1864 г., открывшей более широкий доступ в судопроизводство достижениям научно-технического прогресса, расширяется применение экспертизы в суде, возрастает ее роль, повышается качество экспертиз. В конце XIX и начале XX в. начинает внедряться в судебную практику криминалистическая экспертиза, охватывающая целую группу видов экспертиз, назначаемых для исследования, главным образом, вещественных доказательств.

Возникают экспертизы: техническая, экономическая, судебно-бухгалтерская, химическая и др., предпринимаются и попытки разработки основ психологической экспертизы. Практическое применение экспертизы в уголовном и гражданском процессе вызвало появление обширной литературы, в которой обстоятельно исследовался институт судебной экспертизы. Процессуальная природа экспертизы в большинстве случаев определялась как особый вид судебных доказательств.

Первые советские УПК 1922 и 1923 гг. отказались от термина "сведущие лица" и приняли общепризнанный в юридической литературе термин "эксперт". УПК отказался от подробного перечисления категорий лиц, которых можно приглашать в качестве экспертов, как это делал Устав уголовного судопроизводства. Законодательным порядком было установлено право следователя и суда на оценку заключения эксперта как одного из видов доказательств, право следователя не соглашаться с заключением эксперта и назначать повторные экспертизы и право суда мотивированным решением вообще отвергать заключение экспертов, не прибегая к помощи новой экспертизы (ст. 174, 298, 300). Эксперт был наделен правами, оговоренными более подробно, нежели в УУС: он получил право с разрешения следователя знакомиться с обстоятельствами дела, знание которых ему необходимо для дачи заключения, составлять при определенных условиях акт о невозможности дать заключение, присутствовать в зале суда, право на возмещение понесенных расходов и вознаграждение за выполнение своих обязанностей и др. Но при этом из закона исчезло, например, право эксперта на инициативные действия.

В 1961 г. вступил в силу УПК РФ, в котором, помимо отдельных статей о положении, правах и обязанностях эксперта и др., была введена специальная глава "Производство экспертизы" (гл. 16). Институт судебной экспертизы получил значительно более широкую правовую базу, которая в первые годы действия этого УПК удовлетворяла требованиям практики и не вызывала существенных замечаний со стороны ученых - процессуалистов и криминалистов. Однако так продолжалось недолго. Уже с конца 60-х гг. (и в особенности в 80-90-е гг.) под влиянием научно-технического прогресса и таких тенденций, как интеграция и дифференциация научного знания, специализация и кооперация трудовых усилий, развитие новых технологий, в экспертной практике и специальной литературе обозначились проблемы, требующие своего законодательного решения. Действующий закон все явственнее тормозил эффективное по меркам сегодняшнего дня использование специальных познаний в судопроизводстве, и все настоятельнее раздавались требования о его совершенствовании. Определенные шаги в нужном направлении были предприняты в новом УПК РФ, однако их по-прежнему явно недостаточно.