1.5. Способны ли присяжные заседатели правильно судить о виновности подсудимого?

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 
РЕКЛАМА
<

 

 Высокомерное профессиональное сознание юристов бунтует, противится и никак не может смириться с тем, что законодатель доверил решать сложнейшие и ответственнейшие вопросы о виновности подсудимого "однодневным судьям" - присяжным заседателям, не имеющим юридического образования.

 Суть позиции противников суда присяжных и в прошлом, и сейчас вытекает из главной посылки: хорошим судьей может быть только профессионал, знающий право, теорию доказательств, судебную практику, так же как надо быть профессионалом, знатоком своего дела, а не руководствоваться лишь здравым смыслом инженеру, врачу, ремесленнику, торговцу. Присяжные заседатели - не профессионалы, следовательно, они не настоящие, а "потешные" судьи и поэтому не могут по-настоящему участвовать в процессе доказывания, а значит, и судить по вопросам о фактической стороне дела и виновности.

 В Российской Империи многие профессиональные юристы сомневались в способности присяжных заседателей правильно и справедливо решать вопросы о виновности еще и потому, что обязанность присяжного заседателя легла в основном на плечи оторванных от сохи неграмотных крестьян, еще не успевших отвыкнуть от крепостного ярма и самодержавно-крепостнических порядков.

 С учетом этого, перед реформой 1864 г. даже такие выдающиеся умы из либерально-консервативного и демократического лагерей, как Блудов и Спасович, по свидетельству А.Ф. Кони, исходили из предположения о "неспособности русского человека отличить закон от распоряжений начальства, преступника от несчастного, справедливость от милосердия и служение потребностям государства от личных чувств и настроений" *(62).

 Однако многолетняя деятельность суда присяжных - с ноября 1864 г. по ноябрь 1917 г. - не подтвердила этих опасений. Уже через два года после начала деятельности этого суда, в 1866 г., министр юстиции Д.Н. Замятин в своем "всеподданнейшем" отчете отметил:

 "присяжные заседатели, состоящие преимущественно из крестьян (например, в Ямбурге из 12 заседателей было 11 крестьян), вполне оправдали возложенные на них надежды: им предлагались весьма трудные для решения вопросы, над которыми обыкновенно затруднялись люди, приученные опытом к правильному пониманию уголовных дел, и все эти вопросы благодаря поразительному вниманию, с которым присяжные заседатели вникают в дело, разрешались в наибольшей части случаев правильно и удовлетворительно" *(63).

 Способность присяжных заседателей правильно и справедливо решать по сложным уголовным делам вопросы о виновности была подтверждена в 1894 г. на совещании старейших председателей и прокуроров судебных палат (с участием и А.Ф. Кони) по поводу предстоящего пересмотра законодательства, где они на основании изучения многолетней деятельности российского суда присяжных пришли к выводу о том, что "по деятельности своей современный суд присяжных не только является удовлетворяющим своей цели, но и представляет лучшую форму, какую только можно представить для решения большей части серьезных уголовных дел, особливо в тех случаях, когда тяжелое обвинение связано с уликами, требующими житейской мудрости" *(64).

 В 1896 г. прокурор А.М. Бобрищева-Пушкин в капитальном труде "Эмпирические законы деятельности русского суда присяжных" на основании тринадцатилетнего изучении судебной практики (он присутствовал на 716 процессах суда присяжных в различных губерниях России, закончившихся осуждением 918 и оправданием 590 подсудимых) пришел к выводу: "...чтобы быть присяжным средней силы, обыкновенный житейский опыт и здравый смысл вполне достаточны" *(65). С учетом результатов своего исследования он высказал убеждение, что присяжные заседатели способны принять правильное и справедливое решение о виновности или невиновности подсудимого, даже при неблагоприятных условиях условиях судебного разбирательства:

 "...даже при... сочетании наиболее невыгодных условий... присяжным не помешают ни упущенное время, ни политиканство обвинителя, ни хитросплетения и беспринципность защитника, ни пристрастие председательствующего - составить себе и высказать в вердикте здравое и вполне самостоятельное мнение о действительной вине или невиновности подсудимого. Порукой в этом может служить ...присущий русскому человеку здравый смысл..." *(66)

 Таким образом, еще в ХIХ веке эмпирически подтвердилось положение, которое накануне судебной реформы 1864 г. высказал предводитель дворянства Тверской губернии и будущий адвокат А.М. Унковский в записке об освобождении крестьян:

 "...разве суд присяжных в Англии в ХV и ХVI столетиях был более образован, нежели наш? Англия вводит суд присяжных всюду, куда достигает ее владычество, и везде это учреждение оказывает благодетельные последствия. Суд присяжных существует даже в Новой Зеландии. Неужели дикари этого острова более развиты, чем наш народ..? Для суждения о виновности... нужны только здравый смысл и совесть - ничего более. Неужели можно отвергать в нашем народе и эти качества?" *(67) (выделено мною - В.М.).

 Продолжающаяся в России более века бесконечная дискуссия между сторонниками и противниками суда присяжных среди профессиональных юристов по существу сводится к попыткам теоретически подтвердить или опровергнуть это положение.

 Для объективной оценки способности присяжных заседателей правильно и справедливо решать сложные и ответственные вопросы о виновности важное значение имеет анализ роли "человеческого фактора" судопроизводства с участием присяжных заседателей.