1.1. Суд присяжных как центральное звено судебной реформы 1864 года? : Ведение защиты в суде с участием присяжных заседателей – В.В. Мельник : Книги по праву, правоведение

 1.1. Суд присяжных как центральное звено судебной реформы 1864 года?

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 
РЕКЛАМА
<

 

 После отмены в Российской Империи в 1861 г. крепостного права и формального признания равенства всех перед законом и судом в стране особенно остро ощущался кризис законности, который заключался в повсеместном неуважении к закону и повседневном его нарушении, в том числе высокопоставленными сановниками, местной администрацией, прокурорами и судьями, что еще больше усугубляло кризис законности, ибо, как отмечал учитель А.С. Пушкина - А.П. Куницын, "закон, нарушаемый блюстителями оного, не имеет святости в глазах народа" *(20).

 Переход от феодализма к капитализму, появление на рынке труда миллионов лично свободных крестьян не совмещались со старой судебной системой, не обеспечивавшей равенство перед судом и законом, соблюдение и защиту прав и свобод простых людей и пораженной коррупцией, формализмом, жестокостью, волокитой и другими не совместимыми с подлинным правосудием пороками, от которых страдали прежде всего права и законные интересы низших слоев населения.

 Наглядное представление о царивших в дореформенных судах нравах и порядках, при которых "мздоимство, волокита, ябедничество, кормление были не злоупотреблением, а системой" *(21), т.е. обычным явлением, лучше всего дают русские юридические пословицы и поговорки того времени *(22):

 В суд ногой - в карман рукой.

 Перед богом ставь свечку, а перед судьей - мешок!

 С кого судья взял, тот и прав стал.

 Когда судью подаришь, то всех победишь.

 Дари судью, так не посадят в тюрьму.

 Дарами и праведного судью к неправде приведешь.

 Мздою, что уздою, обратишь судью в твою волю.

 Перед судом все равны: все без окупа виноваты.

 Судьи за деньги страх Божий забыли - стараются, чтобы виноватые правы были.

 Утиного зоба не накормишь, судейского кармана не наполнишь.

 Скорее дело вершишь, коли судью подаришь.

 С сильным не борись, с богатым не тяжись.

 В суде убогий с богатым, хоть и прав, бывает виноватым.

 При такой порочной судебной системе дела, как правило, разрешались несправедливо и незаконно, не в пользу тех, кто был прав, а в пользу тех, кто "больше дал", т.е. представителей привилегированных сословий, а права и законные интересы потерпевших и подсудимых из числа крестьян и других низших слоев игнорировались или грубо попирались.

 "Барину, человеку со средствами, с связями, - словом, привилегированному преступнику нечего было бояться суда, - пишет Г. Джаншиев. - Всею тяжестью своего жестокого ослепления и бессердечного скудоумия он обрушивался на низшие классы и на людей без средств, без общественного положения. Недаром народ сравнивал суд с паутиною, через которую шмель проскакивает, а муха вязнет. Засудить крестьянина за мнимое убийство жены, якута за мнимое сопротивление властям ничего не значило; но осудить закоренелого преступника, если в нем принимало участие влиятельное лицо, не в состоянии был старый суд с его рабскими инстинктами" *(23).

 Еще один органически присущий дореформенной судебной системе порок, от которого страдали права и законные интересы российского народа, заключался в волоките при расследовании и рассмотрении уголовных дел. В отчете министра юстиции за 1863 г. указывалось, что к 1 января 1864 г. из числа неоконченных дел находились в производстве более 20 лет - 561 дело, более 15 лет - 1 466, более 10 лет - 6 758 дел *(24).

 Следует отметить, что от волокиты, коррупции, повсеместного неуважения к закону и повседневного его нарушения высокопоставленными сановниками, местной администрацией и судьями страдали законные интересы не только низших классов, но и добропорядочных представителей правительственных кругов и зарождающейся буржуазии. Один из них, В.П. Безобразов, об этом писал:

 "Правосудие - эта первая потребность жизни гражданской почти не существует, ибо суд получается большею частью ценою денег или влияний. Нетрудно доказать, ежели бы это не было всем известно, что нет дела, сопряженного сколько-нибудь с значительным интересом, которое имело бы правильное законное производство... Как уголовное, так и гражданское судопроизводство неудовлетворительны, что отрицательно влияет на экономику страны. В результате отсутствия правосудия и гражданской безопасности... останавливается дух предприимчивости в народной промышленности и правильное обращение капитала" *(25).

 Основной причиной царившего в России накануне Судебной реформы беззакония, административного и судебного произвола, казенно-бюрократического стиля деятельности судей являлась устаревшая судебная система, приспособленная для защиты крепостного права, поддержания крепостных порядков. Для обеспечения этой функции решающее значение имели четыре основных фактора, определявшие антидемократический, казенно-бюрократический характер судебной системы:

 1) совмещение судебной власти с исполнительной и законодательной, следствием чего явилось то, что в судах хозяйничала всесильная бюрократия, диктовавшая судьям угодные ей, дворянам и высокопоставленным сановникам приговоры. Подобные случаи нередко происходили и в либеральное время, предшествовавшее Судебной реформе. По свидетельству Г. Джаншиева, именно в это время "благодушнейший из администраторов, санкт-петербургский генерал-губернатор князь А.А. Суворов не постеснялся арестовать в 1860 г. члена суда..., проигравшего дело высокопоставленного лица" *(26);

 2) сословный характер судебной системы, состоявшей из многочисленных инстанций, что способствовало беззаконности преступников из привилегированных сословий, которые благодаря своим связям и деньгам уходили от ответственности даже в тех случаях, когда суд первой инстанции обоснованно признавал их виновными, так как всегда можно было добиться угодного им решения в последующих судебных инстанциях, где заседали представители "своего" сословия. И.С. Аксаков в своих воспоминаниях приводит многочисленные факты произвола "сановных стариков" - сенаторов. Так, когда он, будучи секретарем в Сенате, отказался "скрепить истинно неправомерное постановление, благоприятствовавшее людям, занимающим очень видное положение в высшем обществе... рябой нахал с громким именем, нагло рекомендовавшийся обер-секретарю при подаче оправдательного объяснения словами "по милости царской - я сын боярский", добился от Сената явно пристрастного приговора" *(27);

 3) инквизиционное судопроизводство, основанное на теории формальных доказательств. Приговор можно было вынести на основании признания подсудимого, которое считалось "лучшим свидетельством всего света". Прочие доказательства по значимости приравнивались лишь к доле этого "совершенного" доказательства. Так, признание вне суда, подтвержденное свидетелями, рассматривалось как "половинное" доказательство. По свидетельству Н.Н. Розина, "стремление добиться сознания подсудимого, несмотря на категорическое воспрещение закона, находило свое осуществление в самых уродливых и бесчеловечных формах. Юридически отмененная уже в 1801 г. пытка фактически практиковалась весьма нередко. В Москве существовали "клоповники" и совершенно темные ямы, называемые "аскольдовыми могилами", куда сажали несознавшихся обвиняемых и откуда они часто выходили слепыми. Кормление соленою селедкою "не в виде пытки" являлось любимым приемом следственных органов того времени" *(28);

 Отрицательные последствия применения теории формальных доказательств заключались не только в том, что на суд возлагалась обязанность "склонять" подсудимого к признанию, но и в том, что эта теория, как отмечал А.Ф. Кони, "связывая убеждение судьи и внося в его работу элемент бездушного формализма, создавала уголовный суд, бессильный в ряде случаев покарать действительно виновного, но достаточно могущественный, чтобы разбить личную жизнь человека слиянием акта бесконтрольного возбуждения преследования воедино с преданием суду и оставлением невиновного в подозрении, что заставляло его болезненно переживать стыд, который ни разъяснить, ни сбросить с себя нельзя" *(29);

 Для нейтрализации действия указанных выше факторов, обусловливавших продажность, несправедливость, бессердечную жестокость, формализм, волокиту и другие пороки старого суда были подготовлены и утверждены царем к осени 1862 г. основные положения Судебной реформы. Сущность их заключалась "в полном отделении судебной власти от исполнительной и законодательной; в установлении единого бессословного суда; в ограничении количества инстанций; во введении в отправление правосудия народного элемента; в учреждении института выборных мировых судей; в замене розыскного порядка процесса порядком состязательным с поручением обвинения органам прокурорского надзора, а защиты - сословию присяжных поверенных; в отмене формальной системы доказательств; в установлении гласности и устности процесса" *(30).

 Центральным звеном судебной реформы явилось введение 20 ноября 1864 г. суда присяжных, который был призван обеспечить для всех народов и слоев России "суд скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных, создать судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и вообще утвердить в народе то уважение к закону, без которого невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянным руководителем действий всех и каждого, от высшего до низшего" *(31).

 Одной из главных причин введения суда присяжных в качестве центрального звена судебной реформы 1864 г. явилось то, что сложная процессуальная форма суда присяжных содержит процессуальные механизмы, затрудняющие возможность коррупции и произвола в судопроизводстве. Этому способствует прежде всего деление суда на две коллегии, действующие самостоятельно в пределах своей компетенции коллегию присяжных заседателей (двенадцать присяжных) и коллегию профессиональных судей (в современном российском суде присяжных она состоит из одного профессионального судьи - председательствующего). В компетенцию коллегии присяжных заседателей входит решение вопросов о фактической стороне дела и виновности (доказано ли, что имело место деяние, в котором обвиняется подсудимый; доказано ли, что это деяние совершил подсудимый; виновен ли подсудимый в совершении этого деяния), а также вопроса о том, заслуживает ли он снисхождения. Коллегия профессиональных судей решает все вопросы юридического характера: об исключении из судебного разбирательства недопустимых доказательств, о квалификации преступления, наказании виновного и т.п. Председательствующий судья руководит судебной процедурой, организует судопроизводство на основе состязательности и равноправия сторон.

 Вся наиболее сложная и тонкая работа по доказыванию виновности или невиновности подсудимого проводится обвинителем и защитником.

 Благодаря такому разделению функций в суде присяжных более строго соблюдаются процессуальные нормы; защитник, обвинитель, председательствующий и присяжные заседатели проявляют большую сознательность, активность и интерес к судебному разбирательству. На это специально обращал внимание известный русский процессуалист С.И. Викторский: "...если одни и те же судьи (коронные, шеффены, напр.) и разрешают дела, и наблюдают за исполнением законов по соблюдению разных формальностей производства, да если при этом у них всегда под руками данные предварительного следствия, то такие судьи бывают нередко склонны пренебрегать соблюдением форм производства, так как у них складывается впечатление, что они уже достаточно хорошо знают дело, а требования сторон только затягивают окончание его; вот почему большая терпимость к речам сторон, продолжительным допросам свидетелей, экспертов замечается именно на суде присяжных" *(32).

 Особенно хорошо это ощущают адвокаты. По свидетельству Г. Джаншиева, "всякому мало-мальски знакомому с бытовыми условиями судебной деятельности известно, какая громадная разница между судоговорением при участии или без участия присяжных заседателей. Насколько в первом случае стороны оживляются, видя перед собой горячо интересующихся делом судей, настолько на коронном суде и стороны, и суд затягиваются тиною рутины и скучного ремесла..." *(33).

 В суде шеффенов (обычном суде), в котором народные представители (2 или больше заседателей) объединены в одной коллегии с судьей-профессионалом для совместного решения всех вопросов (в том числе вопросов наказания и других), унылое, тоскливое, безучастное, равнодушное отношение народных представителей к происходящему в суде предопределено тем, что их житейский опыт и другие сильные стороны их человеческого потенциала оказываются невостребованными или подавляются авторитетным влиянием опытных и сведущих в праве юристов. Под влиянием таких авторитетов народный заседатель чувствует, что он ничего не решает, что его участие в судебном процессе мнимое, что он всего лишь декоративный элемент, символизирующий торжественность судебной обстановки.

 Конечно, авторитетное влияние юристов на народных представителей проявляется и в суде присяжных, но здесь, как точно подметил Г. Джаншиев, оно "проявляется публично и действует на них просвещающим, а не подавляющим образом; оно совершенствует, а не сводит к нулю участие народного элемента" *(34) (выделено мной. - В.М.).

 Хотя решение главных вопросов - о фактической стороне дела, виновности, от которых зависят судьба подсудимого и интересы потерпевшего, относится к компетенции коллегии присяжных заседателей, председательствующий судья располагает достаточными правомочиями для обеспечения того, чтобы присяжные не уклонялись от требований закона и не увлекались общественными симпатиями и антипатиями; он также обладает легальными способами воздействия на присяжных, способствующими вынесению ими юридически правильного и справедливого вердикта. Этому, в частности, способствуют:

 1) реализация председательствующим своих полномочий по контролю за правильным отбором и образованием коллегии присяжных заседателей в суде;

 2) решение председательствующим вопроса о роспуске коллегии присяжных, если от обвинителя, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика, подсудимого и его защитника до приведения присяжных к присяге поступило заявление о тенденциозном составе коллегии присяжных заседателей;

 3) принятие председательствующим присяги у каждого присяжного;

 4) разъяснение присяжным их прав и обязанностей;

 5) окончательное формулирование председательствующим вопросов, подлежащих разрешению присяжными;

 6) напутственное слово председательствующего, которое представляет собой наставление судьи-профессионала по юридическим вопросам.

 Просвещающее влияние добросовестного судьи, прокурора, адвоката помогает присяжным заседателям лучше осознать сложность и ответственность возложенной на них гражданской обязанности, формирует у них чувство ответственности перед вынесением вердикта, обостряет их внимание, мышление, другие психические процессы, активизирует их нравственное и правовое сознание, вызывает живой интерес к рассматриваемому делу, судьбе потерпевшего и подсудимого, что способствует правильному и справедливому решению вопросов о виновности.

 Самое большое достоинство такой формы судопроизводства заключается в том, что в суде присяжных даже лишенные всякой самостоятельности бывшие народные заседатели, которых в народе называют "кивалами", "пешками в руках судьи", "бессловными судьями", оказавшись в коллегии присяжных заседателей, словно по мановению волшебной палочки внутренне преображаются и внезапно обретают утраченные в народном суде (суде шеффенов) независимость и судейское достоинство.

 Эта метаморфоза объясняется тем, что при разделении суда на две не зависимые друг от друга коллегии самостоятельность, независимость присяжных не подавляются не только авторитетом судьи-профессионала, но и внешним влиянием. Заинтересованные чиновники и частные лица не могут оказать какого-либо давления на вынесение вердикта по вопросам о виновности, во-первых, потому, что заранее не бывает известен конкретный состав присяжных по интересующему их делу; во-вторых, во время самого процесса присяжные ограждаются председательствующим и законом от посторонних влияний; в-третьих, уголовно-процессуальный закон гарантирует тайну совещания присяжных при вынесении вердикта, им запрещается оглашать высказанные во время совещания суждения. В этих условиях не нужно большого гражданского мужества, чтобы при вынесении вердикта руководствоваться только указаниями своей совести.

 Одновременно такая форма судопроизводства удобна и для честного судьи-профессионала, поскольку она помогает ему без особых с его стороны подвигов, самоотверженности исполнять свои обязанности беспристрастно, несмотря на лица и не внимая ничьим требованиям и намекам. Хорошо известно, какому сильному давлению со стороны высокопоставленных чиновников подвергся А.Ф. Кони накануне рассмотрения дела Веры Засулич. Суд присяжных дает возможность и людям, склонным к посторонним влияниям, проявлять стойкость и энергично отражать незаконные притязания, беспристрастно выполнять свои обязанности.

 О важном значении суда присяжных для решения указанных задач Судебной реформы 1864 г. свидетельствует то, что Российская Империя не отказывалась от расходов на его содержание даже во время мировой войны, опустошавшей ее казну. Примечательно, что в этот период в России, в отличие от многих других стран, деятельность суда присяжных не только не ограничивалась, но и получила более широкое распространение в результате введения постановлениями Временного правительства от 6 и 28 мая 1917 г. военного суда присяжных *(35).

 Не считались с издержками и лишениями, связанными с исполнением обязанностей присяжного заседателя, и те, ради обеспечения прав и свобод которых был введен суд присяжных, - освобожденные от ига крепостного права крестьяне. Согласно статистике, большинство присяжных заседателей в России составляли крестьяне, которые в период выполнения своей гражданской обязанности вынуждены были оставлять хозяйство, отправляться в уездный или губернский город. При этом им не предоставлялось ни жилья, ни денежного пособия. Для своего пропитания и найма помещения в городе они вынуждены были закладывать носильное платье, наниматься на поденную работу, даже просить подаяние на улицах. Несмотря на эти тяготы и лишения, крестьяне к исполнению своих обязанностей относились добросовестно *(36).

 Постепенно важное значение суда присяжных для обеспечения прав и свобод российского народа стали признавать и его бывшие противники. Один из них - профессор Михайловский, отмечая положительное его действие в неотвыкшей еще от самодержавно-крепостнических порядков и нравов Российской империи, в которой судьи по своему менталитету, казенно-бюрократическому стилю деятельности ничем не отличаются от обыкновенных чиновников, писал:

 "В вопросе о суде присяжных надо строго различать юридическую точку зрения, с одной стороны, и политически-историческую - с другой. Пока страна не обладает классом профессиональных судей, принадлежащих к высшей духовной аристократии... пока судьи ничем не отличаются от чиновников, пока государственный строй не знает политической свободы, пока существует рознь между правительством и обществом... до тех пор требования упразднения судов присяжных во имя теоретического идеала лучшей формы суда должны рассматриваться как проявление научной близорукости. Вполне естественно, что такие требования находят резкий и страстный отпор со стороны тех, кто ясно понимает важную политическую роль суда присяжных, кто не без основания видит в них палладиум гражданской свободы" *(37).

 Таким образом, введение в России суда присяжных явилось центральным звеном Судебной реформы 1864 г. потому, что, благодаря разделению функций между присяжными заседателями и профессиональными судьями и другим рассмотренным выше особенностям сложной процессуальной формы суда присяжных, функционирование этой формы судопроизводства способствовало решению после отмены крепостного права следующих задач судебной реформы:

 - обеспечению равенства всех слоев населения перед законом и судом, судебной защите их прав и свобод:

 - формированию в России самостоятельной судебной власти, независимой от законодательной и исполнительной властей;

 - демократизации и гуманизации судебной системы, искоренения в ней коррупции, жестокости, формализма, волокиты, неравенства перед законом и судом, судебных ошибок в виде незаконного и необоснованного привлечения к уголовной ответственности невиновных людей;

 - воспитанию в состязательном уголовном процессе с участием присяжных заседателей "духовной аристократии" среди следователей, прокуроров, адвокатов и судей, искоренения среди них казенно-бюрократического отношения к правам человека, чиновничьего и полицейского менталитета, формирования у них нового правового мышления, высокой нравственной и профессиональной культуры.