1.7.3. Высокий уровень социально-психологического развития коллегии присяжных заседателей как малой социальной группы, призванной решать сложные и ответственные вопросы о виновности подсудимого

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 
РЕКЛАМА
<

 

 Коллегия присяжных заседателей становится дееспособным субъектом коллективного решения сложных и ответственных вопросов о виновности не сразу же после ее образования в суде присяжных. В этот момент по уровню своего социально-психологического развития она представляет собой группу-конгломерат, под которой в социальной психологии понимается группа ранее непосредственно незнакомых людей, оказавшихся (или собранных) на одном пространстве и в одно время и общающихся поверхностно и ситуативно.

 В суде присяжных быстрое и эффективное преобразование коллегии из "гадкого утенка" - группы-конгломерата в "прекрасного лебедя" - малую социальную группу, обладающую достаточно высоким уровнем социально-психологического развития для правильного и справедливого решения сложнейших и ответственейших вопросов о фактической стороне дела и виновности подсудимого, обеспечивается различными элементами процессуальной формы суда присяжных.

 Этому способствуют прежде всего следующие элементы процессуальной формы суда присяжных, направленные на формирование здорового социально-психологического микроклимата в коллегии присяжных заседателей, сознательного отношения к выполнению своего долга, чувства ответственности, корректировку и "подтягивание" их нравственного и правового сознания до уровня решаемых задач (вопросов), повышение их юридической информированности, активизацию их здравого смысла, совести и коллективного мышления в процессе выработки согласованного коллективного решения по указанным вопросам:

 1) разъяснение председательствующим судьей присяжным заседателям стоящих перед ними задач, их прав и обязанностей (п. 5 ч. 2 ст. 328, ч. 1 ст. 334, ст. 333 УПК РФ);

 2) торжественная процедура принятия присяжными присяги следующего содержания: "Приступая к исполнению обязанностей присяжного заседателя, торжественно клянусь исполнять их честно и беспристрастно, принимать во внимание все рассмотренные в суде доказательства, как уличающие подсудимого, так оправдывающие его, разрешать уголовное дело по своему внутреннему убеждению и совести, не оправдывая виновного и не осуждая невиновного, как подобает свободному гражданину и справедливому человеку" (ч. 1 ст. 332 УПК РФ);

 3) ответственному и добросовестному исполнению присяжными заседателями своих обязанностей в соответствии с требованиями присяги способствует и предусмотренный уголовно-процессуальным законом порядок ограждения коллегии присяжных заседателей от неправомерного влияния заинтересованных лиц и присутствующей в зале судебного заседания публики. В соответствии с ч. 22 ст. 328 УПК РФ по завершению формирования коллегии присяжных заседателей председательствующий предлагает двенадцати присяжным заседателям занять отведенное им место на скамье присяжных заседателей, которая должна быть отделена от присутствующих в зале судебного заседания и расположена, как правило, напротив скамьи подсудимых. Запасные присяжные заседатели занимают на скамье присяжных заседателей специально отведенные для них председательствующим места.

 Такое ограждение благотворно психологически воздействует на присяжных, повышает у них чувство ответственности и гражданского мужества. А.М. Бобрищев-Пушкин считал, что "важным подспорьем" для формирования у присяжных "вполне достаточного запаса судейского мужества... является то изолирование, которому они подвергаются в силу закона; устраняя от них всякое постороннее влияние, оно не только объединяет их в сознании выпавшей на их долю тяжелой задачи, но и создает вокруг них как бы особую гражданско-правовую атмосферу, в которой нет места легкомыслию, личным вкусам и случайным влияниям; значение такого изолирования так важно и благодетельно, что даже коронные судьи во сколько-нибудь серьезных делах... когда они действуют с присяжными, принимают всевозможные меры для отдаления себя от посторонних элементов" *(104).

 Представляется, что изолирование присяжных формирует в коллегии такую гражданско-правовую атмосферу не само по себе, а в сочетании с процедурой публичного разъяснения присяжным заседателям их прав и обязанностей и торжественной процедурой принятия ими присяги. О значении присяги очень хорошо сказал Г.В. Плеханов: "Присяга - великая вещь даже для человека нерелигиозного. Присягающий честью своей ручается за исполнение взятого на себя обязательства" *(105).

 Формированию в коллегии присяжных заседателей гражданско-правовой атмосферы, здорового социально-психологического микроклимата способствуют и другие элементы процессуальной формы суда присяжных, направленные на создание оптимальной структурной организации коллегии, нейтрализующей психологическое давление на присяжных внешних и внутренних авторитетов, обладающих высоким статусом и престижем:

 реализация требований ст. 341 УПК РФ об обеспечении тайны совещания присяжных заседателей. После напутственного слова председательствующего коллегия присяжных заседателей удаляется в совещательную комнату для вынесения вердикта (ч. 1). Присутствие в совещательной комнате иных лиц, кроме коллегии присяжных заседателей, не допускается (ч. 2). Присяжные заседатели не могут разглашать суждения, имевшие место во время совещания (ч. 4);

 реализация требований ст. 331 УПК РФ, регламентирующей демократический порядок выбора старшины присяжных заседателей, его права и обязанности. Присяжные заседатели, входящие в состав коллегии, в совещательной комнате открытым голосованием избирают большинством голосов старшину, который о своем избрании сообщает председательствующему (ч. 1 ст. 331 УПК РФ). Старшина присяжных заседателей руководит ходом совещания присяжных заседателей, по их поручению обращается к председательствующему с вопросами и просьбами, оглашает поставленные судом вопросы, записывает ответы на них, подводит итоги голосования, оформляет вердикт и по указанию председательствующего провозглашает его в судебном заседании (ч. 2 ст. 331 УПК РФ).

 Нетрудно заметить, что, хотя старшина является для остальных членов коллегии присяжных заседателей и формальным, и неформальным лидером (ведь именно его предпочли избрать старшиной остальные присяжные), его социальная власть в коллегии носит почти символический характер: его властные полномочия по отношению к остальным присяжным ограничены тем, что он руководит ходом их совещания и выступает в качестве своеобразного "диспетчера", координирующего предусмотренные уголовно-процессуальным законом коммуникативные связи между присяжными и председательствующим.

 Для того чтобы старшина в ходе судебного следствия и в процессе выработки коллективного решения по вопросам о виновности не мог оказывать психологического давления на других присяжных заседателей *(106), он наделяется равными с ними общими обязанностями и правами в решении всех вопросов, возникающих при рассмотрении дела и вынесении вердикта.

 С этой же целью старшина не наделяется такими атрибутами социальной власти, как право поощрять или наказывать членов коллегии присяжных заседателей, предписывать им какое-либо поведение. Не обладает старшина и привилегированным положением в коммуникативной сети, когда любой руководитель является ее центром *(107). Этому препятствует децентрализованная коммуникативная сеть коллегии присяжных заседателей: все члены коллегии обладают одинаковыми с остальными возможностями принимать, передавать и перерабатывать доказательственную информацию, доводы сторон, содержание напутственного слова председательствующего, вступая в прямое общение друг с другом. Поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит каких-либо препятствий для свободного межличностного общения членов коллегии присяжных, каждый из них может свободно взаимодействовать с любым другим присяжным заседателем. Таким образом, в коллегии присяжных заседателей складывается полная, неограниченная сеть коммуникации, которая, как отмечается в социально-психологической литературе *(108), оптимальна для решения сложных, нестандартных задач, а также в тех случаях, когда вмененная деятельность должна служить развитию межличностных отношений, повышению удовлетворенности членов группы групповым членством.

 Все это предрасполагает старшину присяжных заседателей к либерально-демократическому стилю руководства. При таком стиле возникает благоприятная социально-психологическая атмосфера для активного включения участников в совместную деятельность, эффективной мобилизации их интеллектуальных, эмоциональных ресурсов, улучшаются восприятие, переработка информации и качество решений, предупреждается возможность ошибок *(109), а соответственно повышается качество принимаемого вердикта.

 Совершенно другая социально-психологическая атмосфера складывается в судебной коллегии, когда формальным и неформальным лидером в ней является председательствующий судья-профессионал, который по своим социально-психологическому "весу", статусу, правам и обязанностям, властным полномочиям существенно превосходит других членов судебной коллегии, лучше них знает материалы уголовного дела, действующее законодательство, имеет больше возможностей контролировать процесс циркуляции доказательственной информации.

 Как установлено социально-политическими исследованиями, "человек, обладающий большим объемом информации и большей возможностью регулировать ее циркуляцию, выполняет более значимую роль в решении проблемы. Эта роль тем весомее, чем центральнее позиция, которую он занимает. В этом случае он становится главным субъектом окончательного решения" *(110).

 С учетом сказанного, следует критически отнестись к опыту тех стран, в которых присяжные заседатели и профессиональные судьи образуют единую судебную коллегию при обсуждении вопросов о виновности и вынесении вердикта. После того как во Франции в 1945 г. жюри присяжных и судей объединили в единую судебную коллегию, "влияние профессиональных судей стало решающим вплоть до того, что в ряде случаев обвинительный приговор навязывался присяжным вопреки мнению большинства" *(111). При таком объединении правозащитный потенциал суда присяжных существенно снижается и его функционирование теряет социальный смысл.

 По свидетельству французского судьи Ж.М. Ламбера, при такой форме судопроизводства в суде присяжных председательствующий имеет возможность единолично распоряжаться жизнью обвиняемого: "... этим... грешили некоторые председатели суда присяжных, обладавшие даром навязывать свое мнение другим и мастерски затаскивать подсудимых под нож гильотины: "Не знаю, что об этом думаете вы, но ведь перед нами убийца пожилой супружеской пары, который уже через восемнадцать лет выйдет на волю, если мы и приговорим его к пожизненному заключению. Кто может поручиться, что он не возьмется за старое?" Или: "Что бы ни говорили психиатры, я никогда не поверю, что убийца полицейского - сумасшедший или что-то в этом роде. К таким людям у нас не должно быть снисхождения. Пусть это послужит примером для других" *(112).

 К счастью, рассмотренные выше особенности процессуальной формы нашего суда присяжных исключают возможность такого психологического давления на присяжных со стороны как профессиональных судей, так и старшины присяжных заседателей, что создает благоприятные социально-психологические условия для выработки качественного согласованного коллективного решения по поставленным перед коллегией присяжных заседателей вопросам. Этому способствует и рассмотренные ниже элементы процессуальной формы суда присяжных;

 4) процедура постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями (ст. 338 и 339 УПК РФ). Давно известно, что на правильно сформулированный вопрос любой здравомыслящий человек способен найти адекватный ответ. "Когда человека о чем-нибудь спрашивают, - писал Платон в диалоге "Федон", - он сам может дать правильный ответ на любой вопрос при условии, что вопрос задан правильно" *(113).

 Правильно поставленный вопрос, выполняя в процессе мыслительной деятельности функцию выделения и фиксации неизвестного, а также рефлексивную, регулятивную и стимулирующую функции *(114), определяет пути и способы его решения.

 Как отмечает П.В. Копнин, "правильно поставить вопрос - это уже в значительной мере определить его решение... Уже при постановке вопроса определяется способ его решения" *(115).

 Однако даже достаточно информированный и сообразительный здравомыслящий человек, способный дать точные ответы на правильно заданные ему вопросы, не всегда может их правильно поставить. Тем более трудно рассчитывать на то, что сложные вопросы о виновности в безукоризненной логической и юридической форме одновременно зародятся в 12 головах присяжных заседателей. Для точной формулировки этих вопросов, выполняющих в уголовном судопроизводстве функцию процессуально-правового алгоритма, определяющего основные направления и пределы судебного исследования по рассматриваемому уголовному делу *(116), необходимы специальные юридические знания, умения и навыки.

 Таким образом, получается, что по сложным делам решение вопросов о виновности - это слишком ответственное дело, чтобы его можно было доверять привыкшим к человеческим страданиям и пораженным обвинительным уклоном профессиональным судьям, а правильная постановка вопросов о виновности - это очень сложное дело, чтобы его можно было поручать не имеющим специальной юридической подготовки, юридических умений и навыков непрофессиональным "однодневным судьям" - присяжным заседателям.

 Это противоречие и призвана разрешить предусмотренная статьями 338 и 339 УПК РФ процедура постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, которая возлагает всю ответственность за правильную постановку этих вопросов на председательствующего судью, что также необходимо учитывать при определении способности коллегии присяжных заседателей правильно и справедливо решать относящиеся к ее компетенции вопросы (более подробно процедура постановки вопросов присяжным заседателям будет рассмотрена в  разделе "Участие адвоката в постановке вопросов присяжным заседателям");

 5) правильно поставленные на разрешение присяжных вопросы о фактической стороне дела и виновности подсудимого способствуют их правильному решению коллегией присяжных заседателей лишь в том случае, если все члены коллегии при разрешении вопросов о виновности в своих рассуждениях опираются на одни и те же исследованные в суде достоверные фактические данные и юридические основания и правильно понимают их смысл. Это обеспечивается юридическим наставлением, содержащимся в напутственном слове председательствующего. Согласно ч. 2 и ч. 3 ст. 340 УПК РФ при произнесении напутственного слова председательствующий, не выражая свое мнение по вопросам, поставленным перед коллегией присяжных заседателей:

 - приводит содержание обвинения;

 - сообщает содержание уголовного закона, предусматривающего ответственность за совершение деяния, в котором обвиняется подсудимый;

 - напоминает об исследованных в суде доказательствах, как уличающих подсудимого, так и оправдывающих его, не выражая при этом своего отношения к этим доказательствам и не делая выводов из них;

 - излагает позиции государственного обвинителя и защиты;

 - разъясняет присяжным заседателям основные правила оценки доказательств в их совокупности; сущность принципа презумпции невиновности; положение о толковании неустранимых сомнений в пользу подсудимого; положение о том, что их вердикт может быть основан лишь на тех доказательствах, которые непосредственно исследованы в судебном заседании, никакие доказательства для них не имеют заранее установленной силы, их выводы не могут основываться на предположениях, а также на доказательствах, признанных судом недопустимыми;

 - обращает внимание коллегии присяжных заседателей на то, что отказ подсудимого от дачи показаний или его молчание в суде не имеют юридического значения и не могут быть истолкованы как свидетельство виновности подсудимого;

 - разъясняет порядок совещания присяжных заседателей, подготовки ответов на поставленные вопросы, голосования по ответам и вынесения вердикта.

 Не трудно заметить, что содержащееся в напутственном слове юридическое наставление представляет собой популярную теорию доказательств и уголовного права в объеме, необходимом для правильного и справедливого решения вопросов о фактической стороне дела, виновности подсудимого, что также обеспечивает достаточно высокий уровень социально-психологического развития коллегии присяжных заседателей как субъекта коллективного решения указанных вопросов.

 Этому способствует и то, что:

 - председательствующий завершает свое напутственное слово напоминанием присяжным заседателям содержания данной ими присяги и обращает внимание на то, что в случае вынесения обвинительного вердикта они могут признать подсудимого заслуживающим снисхождения (ч. 4 ст. 340 УПК РФ);

 - присяжные заседатели, выслушав напутственное слово председательствующего и ознакомившись с поставленными перед ними вопросами, вправе получить от него дополнительные разъяснения (ч.5 ст. 340 УПК РФ).

 Эта же статья предоставляет сторонам право заявить в судебном заседании возражения в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности (ч. 6).

 Все это обеспечивает повышение уровня ориентированности членов коллегии присяжных заседателей в условиях решаемой ими ответственной социальной задачи, в исходных данных (исследованных доказательствах, доводах сторон, требованиях уголовного и уголовно-процессуального законов, требованиях общественной совести, изложенных в тексте присяги), которые необходимо использовать в качестве логических посылок в рассуждениях, выводах коллегии присяжных заседателей при решении вопросов о фактической стороне дела и виновности.

 В связи с этим сошлемся на мнение Н.А. Буцковского, который полагал, что и присяжные, и "судьи-техники" пользуются "одними и теми же данными, обнаруженными следствием, и едва ли можно допустить, чтобы из этих данных естественная логика, присущая каждому человеку с более или менее проницательным умом, не могла вывести относящиеся к предмету обвинения соображения, в которых наглядная непосредственность суждений во многих случаях вернее ученых и тонких анализов" *(117).

 Дальнейшее социально-психологическое развитие коллегии присяжных заседателей как малой социальной группы, призванной решать сложные и ответственные вопросы о фактической стороне дела и виновности подсудимого, обеспечивается следующими элементами процессуальной формы суда присяжных:

 - если в ходе совещания присяжные заседатели придут к выводу о необходимости получить от председательствующего дополнительные разъяснения по поставленным вопросам, то они возвращаются в зал судебного заседания и старшина обращается к председательствующему с соответствующей просьбой (ч. 1 ст. 344 УПК РФ);

 - председательствующий в присутствии сторон дает необходимые разъяснения, либо, выслушав мнение сторон, при необходимости вносит соответствующие уточнения в поставленные вопросы, либо дополняет вопросный лист новыми вопросами (ч. 2 ст. 344 УПК РФ). По поводу внесенных в вопросный лист изменений председательствующий произносит краткое напутственное слово, которое отражается в протоколе (ч. 3 ст. 344 УПК РФ);

 - после этого присяжные заседатели возвращаются в совещательную комнату для вынесения вердикта (ч. 4 ст. 344 УПК РФ). Если у присяжных заседателей во время совещания возникнут сомнения по поводу каких-либо фактических обстоятельств уголовного дела, имеющих существенное значение для ответов на поставленные вопросы и требующие дополнительного исследования, то они возвращаются в зал судебного заседания и старшина обращается с соответствующей просьбой к председательствующему (ч. 5 ст. 344 УПК РФ);

 - председательствующий, выслушав мнение сторон, решает вопрос о возобновлении судебного следствия. После окончания судебного следствия с учетом мнения сторон могут быть внесены уточнения в поставленные перед присяжными заседателями вопросы или сформулированы новые вопросы. Выслушав речи и реплики сторон по вновь исследованным обстоятельствам, последнее слово подсудимого и напутственное слово председательствующего, присяжные заседатели возвращаются в совещательную комнату для вынесения вердикта (ч. 6 ст. 344 УПК РФ);

 - после подписания вопросного листа с внесенными в него ответами на поставленные вопросы присяжные заседатели возвращаются в зал судебного заседания (ч. 1 ст. 345 УПК РФ). Старшина присяжных заседателей передает председательствующему вопросный лист с внесенными в него ответами. При отсутствии замечаний председательствующий возвращает вопросный лист старшине присяжных заседателей для провозглашения. Найдя вердикт неясным или противоречивым, председательствующий указывает на его неясность или противоречивость коллегии присяжных заседателей и предлагает им возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист. Председательствующий вправе также после выслушивания мнений сторон внести в вопросный лист дополнительные вопросы. Выслушав краткое напутственное слово председательствующего по поводу изменений в вопросном листе, коллегия присяжных заседателей возвращается в совещательную комнату для вынесения вердикта (ч. 2 ст. 345 УПК РФ).

 Таким образом, дальнейшее социально-психологическое развитие коллегии присяжных заседателей, достижение ею достаточного уровня социально-психологического развития для правильного решения вопросов о фактической стороне дела, виновности подсудимого обеспечиваются: 1) дополнительными разъяснениями председательствующего по поводу поставленных перед присяжными вопросами; 2) внесением председательствующим соответствующих уточнений в поставленные вопросы, либо дополнением им вопросного листа новыми вопросами; 3) произнесением председательствующим краткого напутственного слова по поводу внесенных в вопросный лист изменений; 4) возобновлением судебного следствия для разрешения возникших у присяжных заседателей во время совещания сомнений по поводу каких-либо фактических обстоятельств уголовного дела, имеющих существенное значение для ответов на поставленные вопросы и требующие дополнительного исследования; 5) внесением председательствующим судьей уточнений в поставленные перед присяжными заседателями вопросы или формулировкой новых вопросов с учетом вновь исследованных обстоятельств и мнения сторон; 6) выслушиванием присяжными заседателями речи и реплик сторон по вновь исследованным обстоятельствам, последнего слова подсудимого и напутственного слова председательствующего; 7) указанием председательствующего судьи коллегии присяжных заседателей на неясность или противоречивость вердикта, внесением председательствующим с учетом мнений сторон в вопросный лист дополнительных вопросов и выслушиванием присяжными краткого напутственного слова председательствующего по поводу изменений в вопросном листе.

 Основываясь на проведенном анализе, можно сделать вывод, что способность коллегии присяжных заседателей как малой социальной группы выработать качественное согласнованное коллективное решение по вопросам о фактической стороне дела и виновности подсудимого определяется следующими взаимосвязанными социально-психологическими факторами, опосредованными процессуальной формой суда присяжных: 1) достаточным уровнем социально-психологического развития коллегии присяжных заседателей как субъекта коллективного решения указанных вопросов; 2) качественным и разнородным личным составом коллегии присяжных заседателей, состоящей из людей, способных быстро и эффективно включиться в исполнение обязанностей присяжного заседателя, в том числе ее возрастным личным составом; 3) оптимальным количественным составом коллегии присяжных заседателей (12 присяжных заседателей).

 Все сказанное о благотворном влиянии процессуальной формы суда присяжных на способность коллегии присяжных заседателей правильно решать вопросы о фактической стороне дела и виновности можно подытожить словами В.Д. Спасовича из его речи по делу персидского принца Кейкубата Мирзы: "Суд присяжных не дает отчета о том, как он пришел к известному убеждению, но в своих отправлениях он так великолепно обставлен и такими гарантиями окружен, которые изобретены наукою и освещены долговременным опытом всех образованных народов, что правомерность его решений образцовая и стоит вне сомнения. Решителей по совести вопросов о виновности подсудимого много - 12 человек, и они заимствуются из лучших и надежных слоев общества - они совокупляются в один компонент случайно и не на долгое время, так что не могут приноровиться один к другому, спеться между собою, выработать известную рутину; они действуют под впечатлением торжественной присяги - судить правдиво, они пользуются руководящими постановлениями председателя, наконец, им преподносят не все дело в сыром виде, но дело, очищенное посредством отсечения от него данных сомнительного свойства, могущих направить на ложные пути; до них не доносится все дознание, все оговоры, изветы и все сведения по слуху, без указания источника или из мутных источников" *(118).