§ 2. Процессуальные правила обращения в арбитражный суд с заявлением об отмене или об исполнении решения третейского суда

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
204 205 206 207 

1. Подведомственность и подсудность

Подведомственность заявлений об отмене и исполнении решений третейских судов, международных коммерческих арбитражей, иностранных арбитражных решений производна от подведомственности арбитражным судам экономических споров и других дел, связанных с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. При этом нельзя исключить, что вопрос о подведомственности может стать предметом доказывания в производстве по делам об отмене/исполнении решений третейских судов.

По подведомственным им спорам арбитражные суды РФ обладают исключительной компетенций рассматривать заявления об отмене решений третейских судов на территории Российской Федерации. Это правило применяется в случаях, когда территория Российской Федерации является или признается "местом третейского разбирательства/арбитража" – "местом вынесения решения" третейского суда/международного коммерческого арбитража*(489). Критерий "места третейского разбирательства/арбитража" использован и для определения территориальной подсудности заявлений об отмене решений третейских судов (международных коммерческих арбитражей) арбитражному суду субъекта РФ.

В настоящее время нет правовых оснований для применения ч.5 ст.230 АПК. Согласно этой статье "в предусмотренных международным договором случаях" в соответствии с § 1 гл.30 АПК в арбитражных судах РФ "может быть оспорено иностранное арбитражное решение, при принятии которого применены нормы законодательства Российской Федерации, путем подачи заявления об отмене такого решения в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства должника, если место нахождения или место жительства должника неизвестно, по месту нахождения имущества должника – стороны третейского разбирательства".

Во-первых, под "законодательством" в данном случае должно пониматься "право, которое регулировало процесс арбитражного разбирательства, а не материальное право, применявшееся арбитражным [третейским] судом при разрешении спора"*(490).

Во-вторых, приведенное положение не соответствует современной тенденции определения подсудности таких заявлений с использованием критерия "места третейского разбирательства/арбитража".

В-третьих, нелогично определение подсудности заявлений об отмене иностранного арбитражного решения "по месту нахождения должника", поскольку подающей заявление стороной может быть и кредитор*(491). Кроме того, "российское законодательство" может быть избрано сторонами либо определено третейским судом в качестве применимого права и по спору между двумя нероссийскими организациями. И наконец, должником может оказаться иностранная организация.

В-четвертых, нет ни одного международного договора, предусматривающего возможность отмены иностранного арбитражного решения государственным судом другого государства.

Не может считаться основанием для отмены иностранного арбитражного решения государственным судом РФ положение ст.V (I) (e) Нью-Йоркской конвенции от 10 июня 1958 г. Согласно этому положению в признании и приведении в исполнение арбитражного решения может быть отказано по просьбе той стороны, против которой оно направлено. Для этого заявляющая такую просьбу сторона должна представить компетентной власти по месту, где испрашивается признание и приведение в исполнение, доказательства того, что "решение еще не стало окончательным для Сторон или было отменено или приостановлено исполнением компетентной властью той страны, где оно вынесено, или страны, закон которой применяется".

Использованный в ст.V (I) (e) Нью-Йоркской конвенции оборот "или в соответствии с правом которой было вынесено арбитражное решение" имеет известную историю и основанное на ней широко распространенное толкование. Этот оборот был дополнительно включен в текст ст.V Нью-Йоркской конвенции от 10 июня 1958 г. по настоянию Германии и Франции. Действовавшие в то время в этих странах процессуальные кодексы, частью которых были главы (разделы) о третейском разбирательстве, допускали соглашения сторон о третейском разбирательстве на территории одного государства с применением законодательства о третейском суде другого (иностранного) государства. Формулировка ст.V (I) (e) Нью-Йоркской конвенции была предназначена для изменения национальности арбитражного решения именно в целях предотвращения рассмотрения ходатайств об отмене такого решения в государстве, процессуальный закон которого не применялся при определении правил арбитражного разбирательства.

Впоследствии с принятием нового законодательства о третейском разбирательстве во Франции (1981 г.) и в Германии (1998 г.) от такого "территориального критерия" отказались. В настоящее время в обоих государствах единственным критерием для определения подсудности заявлений об отмене решений третейских судов является "место арбитража"*(492).

В современный период законодательство Германии следует "территориальному принципу" ("territoriality principle"). Статья 1025 (1) Книги Х Германского Устава гражданского судопроизводства устанавливает, что новое "арбитражное право" подлежит применению ко всем третейским разбирательствам на территории Германии. Это положение означает отказ от так называемой процессуальной теории, которой ранее придерживалась правовая доктрина в Германии в целях определения национальности решения третейского суда. Согласно этой теории решение третейского суда было "немецким", если оно было вынесено в соответствии с законом Германии о третейском суде (German arbitration law), даже если территория Германии не была "местом третейского разбирательства/арбитража". "Процессуальная теория" была сопряжена с риском возникновения "позитивного" конфликта компетенции между судами. Суды Германии, так же как и суды государства, на территории которого имело место третейское разбирательство, могли признать наличие у них компетенции по отмене решения третейского суда*(493).

Судебная практика применения ст.V (I) (e) Нью-Йоркской конвенции также не предоставляет аргументов в пользу ее толкования, как допускающего возможность рассмотрения заявлений об отмене решений третейских судов государственными судами тех стран, материальное право (законодательство) которых являлось применимым к существу спора.

За первые 25 лет применения Нью-Йоркской конвенции в мире не было выявлено ни одного случая применения ст.V (I) (e) этой Конвенции в связи с тем, что заявление об отмене арбитражного решения подано в суд государства, "в соответствии с правом которого" было принято арбитражное решение.

В последующие годы были отдельные случаи, когда не удовлетворенные исходом третейского разбирательства стороны обращались с ходатайством об отмене решений иностранного третейского суда в государственный суд той страны, чье материальное право применялось при рассмотрении спора по существу.

Так, в 1990 г. американская компания, возражая в суде штата Нью-Йорк против приведения в исполнение вынесенного в Мексике в пользу аргентинской компании решения третейского суда с применением американского материального права, ходатайствовала об отмене этого решения. Американский судья отказал в удовлетворении ходатайства американской компании, указав, что "поскольку местом проведения третейского разбирательства была Мексика, а применимым процессуальным законом – мексиканский, только мексиканский суд в соответствии с (Нью-Йоркской. – Е.В.) Конвенцией имеет право отменить такое решение".

Еще один аналогичный пример дала российская правоприменительная практика.

В 2000-2001 гг. Московский городской суд и Верховный Суд РФ отказали в удовлетворении ходатайства об отмене вынесенного в пользу иностранной организации (истца) решения Лондонского международного третейского суда от 19 ноября 1999 г., в котором заявитель ссылался на положение ст.V (I) (е) Нью-Йоркской конвенции как на основание для отмены иностранного арбитражного решения, вынесенного с применением российского материального права. При этом правильно отмечалось, что "суды Российской Федерации не обладают компетенцией по отмене решения международного арбитражного суда (третейского суда) другого государства; они только вправе отказать в признании и приведении в исполнение на территории Российской Федерации таких решений...". Указание в приведенном положении названной Конвенции на возможность отказа в признании и приведении в исполнение арбитражного решения, если оно отменено компетентной властью страны, закон которой применяется, само по себе не дает основания для суда РФ рассматривать и разрешать ходатайство об отмене решения иностранного третейского суда.

2. Подсудность заявлений о выдаче исполнительных листов

на принудительное исполнение решения третейских судов

и заявлений о признании и приведении в исполнение

иностранных арбитражных решений

Для определения подсудности таких заявлений, по сути дела, использовано общее правило определения территориальной подсудности – по месту нахождения ответчика ("должника").

Заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение вынесенного на территории Российской Федерации решения третейского суда подается в арбитражный суд субъекта РФ по месту нахождения или месту жительства должника либо, если место нахождения или место жительства неизвестно, по месту нахождения имущества должника – стороны третейского разбирательства (ч.3 ст.236 АПК).

Положение ч.3 ст.236 АПК требует согласованного применения с положением ч.8 ст.38 АПК. В соответствии с последним рассмотрение заявлений "об оспаривании решений третейского суда и о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда" отнесены к исключительной компетенции арбитражного суда, на территории которого принято решение третейского суда. По-видимому, судебная практика пойдет по пути, предложенному в комментарии к АПК, написанному сформированным Высшим Арбитражным Судом РФ авторским коллективом: "Правилом о подсудности, предусмотренным в ч.8 ст.38 Кодекса, следует руководствоваться в случаях одновременного обращения с заявлениями об оспаривании решения третейского суда и о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда либо когда заявление о выдаче исполнительного листа подается в арбитражный суд после принятия к его рассмотрению заявления об отмене того же решения третейского суда. В теории такую подсудность называют подсудностью по связи дел"*(494).

Заявление о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения подается "взыскателем" – стороной третейского разбирательства, в пользу которой состоялось решение, только в арбитражный суд субъекта РФ по месту нахождения или месту жительства должника либо, если место жительства неизвестно, по месту нахождения имущества должника (ч.1 ст.242 АПК).

3. Требования к подаваемому в арбитражный суд заявлению

Установление гармоничной системы исчерпывающего перечня оснований для отмены арбитражных решений и отказа в их исполнении*(495) нашло свое логическое продолжение в требованиях к подаваемым в обоих случаях заявлениям.

В АПК установлены:

требования к форме заявления;

реквизиты такого заявления;

перечень прилагаемых к заявлению документов (ст.231, 237, ч.1-2 и 4-6 ст.242 АПК).

Заявление подается в арбитражный суд в письменной форме и должно быть подписано подающим его лицом*(496) – стороной третейского разбирательства или ее представителем.

Требования к реквизитам заявления об отмене и заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, за исключением нескольких расхождений редакционного характера, являются идентичными. Перечень таких требований включает:

наименование арбитражного суда, в который подается заявление;

наименование и состав третейского суда, принявшего решение;

наименование сторон третейского разбирательства, их местонахождение или местожительство;

дата и место принятия решения третейского суда;

требование заявителя (об отмене решения; о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения; о признании и исполнении иностранного арбитражного решения).

Указание даты получения оспариваемого решения третейского суда стороной, обратившейся с заявлением об отмене указанного решения, является важным дополнительным требованием к заявлению об отмене решения третейского суда. Значение такой даты состоит в том, что именно с нее начинается течение пресекательного трехмесячного срока (ст.40 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации"; ч.3 ст.34 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже") на подачу такого заявления.

На то, что установлен трехмесячный срок для оспаривания решения международного коммерческого арбитража, указывает редакция ч.3 ст.34 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" "...не может быть заявлено по истечении трех месяцев со дня получения стороной, заявляющей это ходатайство, арбитражного решения..." Не предполагала расширительного толкования и сопоставимая формулировка в ст.40 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации": "...в течение трех месяцев со дня получения стороной, подавшей заявление, решения третейского суда".

Дата принятия решения третейского суда (арбитража), указывает на момент приобретения этим решением свойств окончательности и обязательности*(497).

Если в решении третейского суда, принятого в соответствии с Федеральным законом "О третейских судах в Российской Федерации", не указан срок для добровольного исполнения, то дату принятия решения третейского суда следует считать днем, с которого начинается течение трехлетнего срока для обращения с заявлением о выдаче исполнительного листа на его принудительное исполнение. В случае установления срока для добровольного исполнения решения третейского суда заявление о выдаче исполнительного листа может быть подано не позднее трех лет со дня окончания установленного срока (ч.1 и 3 ст.45 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации").

В силу объективных причин ряд требований не может быть выполнен заявителем. Так, невозможно указать "наименование третейского суда" и "номер решения третейского суда" в случае рассмотрения спора третейским судом для разрешения конкретного спора (арбитражем ad hoc). В подобных случаях отсутствуют основания для применения правил об оставлении заявления без движения и о возврате заявления.

Как и в иных подаваемых в арбитражный суд заявлениях, в заявлениях по делам в рассматриваемых видах судопроизводства могут быть указаны номера телефонов, факсов, адреса электронной почты и иные сведения.

4. Прилагаемые к заявлению документы

Перечень прилагаемых к заявлению документов включает две логические части.

Одна часть содержит наименование документов, не относящихся к подтверждению обоснованности заявлений:

документ, подтверждающий уплату государственной пошлины в порядке и размере, которые установлены федеральным законом;

уведомление о вручении и иной документ, подтверждающий направление копии заявления другой стороне третейского разбирательства;

доверенность или иной документ, подтверждающий полномочия лица на подписание заявления (п.4-6 ч.3 ст.231; п.3-5 ч.3 ст.237; п.3-5 ч.3 ст.242 АПК).

Другая часть включает два обязательных документа, возложение обязанности по представлению которых указывает на распределение бремени доказывания по делам данного вида производства. Это:

а) надлежащим образом заверенное подлинное решение третейского суда или его надлежащим образом заверенная копия;

б) подлинное соглашение о третейском разбирательстве или его надлежащим образом заверенная копия.

Эти положения идентичны аналогичным положениям в российских законах о третейском суде (международном коммерческом арбитраже) и берут свое начало от положения ст.IV Нью-Йоркской конвенции от 10 июня 1958 г. "О признании и исполнении иностранных арбитражных решений".

Распределение бремени доказывания имеет наиболее принципиальное значение в производстве по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда (международного коммерческого арбитража) и в производстве по делам о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений. Это принципиальное положение, указывающее на недопустимость возложения на заявителя ("взыскателя") обязанности по доказыванию отсутствия оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда (международного коммерческого арбитража); в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения. Наличие таких оснований должна доказать другая сторона.

Напротив, решение третейского суда (международного коммерческого арбитража) может быть отменено при доказанности заявителем наличия установленных для этого оснований. Именно поэтому в перечень прилагаемых к такому заявлению документов включены "документы, представляемые в обоснование требования об отмене решения третейского суда" (п.3 ч.3 ст.231 АПК).

5. Подлинное третейское (арбитражное) соглашение

или его надлежащим образом заверенная копия.

Должным образом заверенное подлинное арбитражное решение

или должным образом заверенная копия такового

К заявлению об отмене решения третейского суда и к заявлению о принудительном исполнении решения третейского суда прилагаются: "подлинное" третейское соглашение или его надлежащим образом заверенная копия и "надлежащим образом заверенное подлинное решение третейского суда или его надлежащим образом заверенная копия".

Особенностью российского процессуального законодательства является предусмотренная в АПК возможность представления копии решения постоянно действующего третейского суда, которая может быть заверена председателем постоянно действующего третейского суда, и требование о том, что копия решения третейского суда для разрешения конкретного спора должна быть нотариально удостоверенной" (п.1 ч.3 ст.237 и п.1 ч.3 ст.231 АПК).

Общими и соответствующими ст.IV (1) Нью-Йоркской конвенции "О признании и исполнении иностранных арбитражных решений" 1958 г. являются либеральные положения, предоставляющие подающей заявление стороне приложить к нему: (а) подлинное или должным образом заверенное третейское (арбитражное) соглашение и (б) должным образом заверенное подлинное арбитражное решение или должным образом заверенную копию такового. Таким образом:

не установлено требование о представлении в арбитражный суд заверенного подлинного третейского (арбитражного) соглашения;

предоставлена возможность представления либо подлинного третейского (арбитражного) соглашения, либо его копии;

предоставлена возможность представления либо подлинного третейского (арбитражного) решения, либо его копии.

При предоставлении сторонам возможности такого выбора было принято во внимание, что "на практике часто встречается представление (в суд. – Е.В.) заверенной копии арбитражного решения. Это не удивительно, поскольку арбитражные учреждения или арбитры часто оставляют у себя подлинники и направляют сторонам их копии"*(498).

Необходимо принимать во внимание, что в послужившем прообразом аналогичных положений российского законодательства английском тексте ст.IV (1) (а) Нью-Йоркской конвенции имеются различия между разными английскими эквивалентами оборота "надлежащим образом заверенные": "duly authenticated" и "duly certified". Если подлинное арбитражное решение должно быть "duly authenticated", то в отношении копии такого решения использована иная терминология – "duly certified".

Это означает необходимость проводить различия между должным образом осуществляемым заверением документа (duly authentication) – порядком удостоверения подлинности подписи на нем и должным образом осуществляемым заверением копии (duly certification) – порядком, в соответствии с которым удостоверяется соответствие (true) копии подлиннику*(499).

Требование представления копии арбитражного решения с надлежащим образом заверенной подлинностью на нем подписей, расценивалось создателями Нью-Йоркской конвенции как проявление чрезмерного формализма. Кроме того, "история создания Конвенции... указывает на то, что редакция "должным образом заверенная подпись" ("duly authenticated") (на подлинном арбитражном решении. – Е.В.) была предназначена только для случая, когда представлен оригинал (подлинник)...".

Предполагается, что испрашивающая исполнение сторона должна иметь выбор для осуществления должного заверения подлинности подписи на арбитражном решении или подлинности копии ("duly authentication and certification") в соответствии как с правом страны, в которой вынесено арбитражное решение, так и с правом тех стран, в которых испрашивается исполнение.

"Либеральность" установленных в ст.IV (1) (а) Нью-Йоркской конвенции правил о представлении "должным образом заверенных подлинного арбитражного решения" либо его копии, по-видимому, стала одной из причин, по которой за первые 30 лет практики применения Нью-Йоркской конвенции был только один случай отказа в приведении исполнения иностранного арбитражного решения по этому основанию. Это имело место в Германии, когда государственному суду было представлено арбитражное решение, которое не содержало указания на имена арбитров, которые, более того, никогда не были известны сторонам*(500).

6. Порядок рассмотрения заявления

Принципиальными характеристиками производств по делам об отмене/исполнении решений третейских судов по новому АПК являются:

единоличное рассмотрение заявления судьей арбитражного суда;

рассмотрение заявления в судебном заседании, о котором должны быть извещены стороны;

исследование в судебном заседании доказательств, представленных сторонами в обоснование наличия или отсутствия одного или нескольких оснований для отмены/отказа в исполнении решения третейского суда;

месячный срок для рассмотрения заявления, исчисляемый со дня поступления заявления в арбитражный суд, включая срок на подготовку дела к судебному разбирательству.

Принцип окончательности решения третейского суда, отказ от ранее действовавшего правила, наделявшего арбитражные суды проверять соответствие решения третейского суда на предмет его соответствия материалам дела и законодательству, позволил также отказаться от архаичного правила о направлении "дела третейского суда" в арбитражный суд, рассматривающий заявление об отмене/исполнении решения третейского суда.

Это позволило включить в АПК нормы, обеспечивающие конфиденциальность третейского разбирательства и на стадии исполнения решения третейского суда.

В соответствии с ч.2 ст.232 и ч.2 ст.238 АПК; ч.2 ст.420 и ч.2 ст.425 ГПК при подготовке таких дел к судебному разбирательству судья компетентного суда может истребовать из третейского суда материалы дела только по ходатайству обеих сторон третейского разбирательства. Именно таков был замысел разработчиков новых процессуальных кодексов, который воспринят большинством авторов*(501) опубликованных комментариев.

Принципиальным является решение о том, что все виды производства по делам об отмене и исполнении решений третейских судов завершаются вынесением определения арбитражного суда. Это означает, что арбитражный суд не рассматривает повторно спор, который уже разрешен третейским судом и по которому уже имеется окончательное решение третейского суда.

Определение арбитражного суда, принятое по итогам рассмотрения заявления об отмене или об исполнении решения третейского суда, не подлежит апелляционному обжалованию. На такое определение может быть подана кассационная жалоба.

Таким образом, законодатель еще раз подтвердил приверженность идее:

окончательности решения третейского суда;

сокращения сроков урегулирования экономических споров.