Комментарии

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 
221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 

Здесь мы сталкиваемся с фундаментальной философской дилеммой.

Мы не можем познать явление «А» без наблюдения за ним посредством метода «X». «X» связан с природой наших органов чувств или с прибором, необходимым для наблюдения за «А».

Все, что мы в состоянии узнать, так это восприятие «А посредством X».

Возможно, у нас появится новый способ наблюдения за «А», ведущий к восприятию «А посредством Y».

Но мы не в состоянии познать «А» вне зависимости ни от «X», ни от «Y». Так же бессмысленно пытаться искать «наименьший общий знаменатель» у двух вышеозначенных опытов, ибо все известное нам об «А» прошло либо через «X», либо через «Y». Все, что находится в пределах «X», в «Y» лишено всякого смысла, и наоборот.

Мы можем сделать два вывода: "«А» обладает определенной природой, но мы не можем знать, какова она. Все, что нам доступно, это утверждения «А» посредством «X» и «А» посредством «Y»" или "Бессмысленно утверждать, что «А» обладает некой природой, поскольку «А» проявляет себя по-разному в различных обстоятельствах".

Между этими двумя суждениями нет логического выбора, так как отсутствуют факты, способные повлиять на него.

Итак, исходя из «копенгагенской интерпретации», само наблюдение создает реальность, тогда как, по Эйнштейну, реальность предшествует наблюдению.

Решение этого вопроса приводит к определению задач физики. По Бору, физика описывает внешнюю реальность в зависимости от наблюдения. Она касается не того, что есть, а того, о чем мы можем рассказать. Мы же, естественно, в состоянии описать наблюдаемую действительность, лишь изучив ее с помощью тех или иных научных методов.

Между явным, знакомым нашим чувствам порядком и неявным, представляющим собой непрерывный поток энергии в событиях и процессах, имеется также существенное различие. Это было отмечено Дэвидом Бомом3 (1917—1994) и Дэвидом Питом4 (р. 1938) в книге Наука, порядок и творчество (1988). В их утверждении можно усмотреть параллель с кантовским разграничением вещей-в-себе (ноуменов) и вещей, данных нам в ощущении (феноменов).

В пользу антиреалистического взгляда на научные теории свидетельствует важный аргумент, касающийся истинной природы теории. Теории — это обобщения, которые пытаются показать и предсказать явления в широких рамках существующих ситуаций. Действительно, опытная природа большинства научных изысканий заставляет исключать ненужные факторы ради создания по возможности наиболее обобщенной теории.

В реальном же мире, как подчеркивал Дюэм и другие, отсутствуют какие бы то ни было обобщения. Нельзя изолировать атом от его окружения и строить теорию о нем. Все взаимосвязано, все, что есть вокруг нас, представляет собой огромное число текущих ситуаций. Наши теории никогда не смогут отразить какую-либо из них, поскольку пытаются извлечь исключительно обобщенные черты. Теории имеют дело с идеальными множествами обстоятельств, а не с текущими.