§ 3. Научное знание как система, его особенности и структура

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 

Наука — это форма духовной деятельности людей, на­правленная на производство знаний о природе, обществе и о самом познании, имеющая непосредственной целью постижение истины и открытие объективных законов на основе обобщения реальных фактов в их взаимосвязи, для того чтобы предвидеть тенденции развития действитель­ности и способствовать ее изменению.

Наука — это и творческая деятельность по получению нового знания и результат этой деятельности: совокупность знаний (преимущественно в понятийной форме), приве­денных в целостную систему на основе определенных прин­ципов, и процесс их воспроизводства. Собрание, сумма разрозненных, хаотических сведений не есть научное зна­ние. Как и другие формы познания, наука есть социокуль-турная деятельность, а не только «чистое знание».

Таким образом, основные стороны бытия науки — это, во-первых, сложный, противоречивый процесс получения нового знания; во-вторых — результат этого процесса, т, е. объединение полученных знаний в целостную, раз­вивающуюся органическую систему (а не простое их сум­мирование); в-третьих — социальный институт со всей сво­ей инфраструктурой: организация науки, научные учреж­дения и т. п.; этос (нравственность) науки, профессио­нальные объединения ученых, ресурсы, финансы, науч­ное оборудование, система научной информации, различ­ного рода коммуникации ученых и т. п.; в-четвертых — особая область человеческой деятельности и важнейший элемент (сторона) культуры.

О двух последних сторонах бытия науки будет идти речь, а здесь рассмотрим основные особенности научного позна­ния, или критерии научности.

1. Его основная задача— обнаружение объективных зако­нов действительности — природных, социальных (обще­ственных), законов самого познания, мышления и др. Отсюда ориентация исследования главным образом на об­щие, существенные свойства предмета, его необходимые характеристики и их выражение в системе абстракции, в форме идеализированных объектов. Если этого нет, то нет и науки, ибо само понятие научности предполагает открытие законов, углубление в сущность изучаемых явлений. Это основной признак науки, основная ее особенность.

2. На основе знания законов функционирования и раз­вития исследуемых объектов наука осуществляет предвиде­ние будущего с целью дальнейшего практического освое­ния действительности. Нацеленность науки на изучение не только объектов, преобразуемых в сегодняшней прак­тике, но и тех, которые могут стать предметом практичес­кого освоения в будущем, является важной отличитель­ной чертой научного познания.

Предвидение будущего — это, во-первых, такая кате­гория, которая объединяет любые способы получения и использования информации о будущем, в отличие от про­шлого и настоящего, и которая конкретизируется в поня­тиях «прогноз», «план», «программа», «проект» и др. Во-вторых, под будущим понимается главным образом то, что должно еще произойти, появиться, а не только то, что уже реально существует, но еще не открыто, не стало из­вестным.

Предвидение будущего — третье звено в цепи логичес­кой операции, два предшествующих звена которой состав­ляют анализ настоящего и исследование прошлого. Точ­ность и достоверность предвидения и определяются преж­де всего тем, насколько глубоко и всесторонне изучены как предшествующее и современное состояния предмета исследования, так и закономерности его изменения. Без знания этих двух важнейших моментов в их единстве не­возможно и само научное предвидение как таковое.

Хотя «механизм» превращения прошлого в настоящее и настоящего в будущее в принципе одинаков (оно, в ча­стности, неосуществимо без определенных предпосылок и известной степени их зрелости, развитости), однако, с точки зрения познающего эти процессы мышления, здесь имеется существенное различие. Последнее заключается в том, что если в первом случае познание имеет дело с тем, что уже было и прошло, то во втором — с тем, чего еще не было и что может только произойти. Первый путь — это реконструкция прошлого по его «обломкам» в на­стоящем, второй путь — конструирование будущего по его «зародышам» в настоящем, так как будущее вырастает не откуда-нибудь, а именно из настоящего.

Теоретический, строго научный анализ действительно­сти исходит из того, что в процессе развития одна конк­ретно-историческая система взаимодействия — настоящее превращается в другую систему исторической конкретно­сти — в будущее и те элементы, которые в первой системе были единичными, подчиненными, но соответствовали общей основной тенденции развития, во второй системе становятся всеобщими, определяющими «лицо» данной системы.

Таким образом, научное предвидение в своей сущнос­ти сводится к тому, чтобы мысленно, в самом общем виде, в соответствии с выявленными законами, сконструиро­вать «модель» будущего по тем его единичным фрагментам («кусочкам», предпосылкам и т. п.), которые существуют сегодня, А для этого нужно уметь найти эти фрагменты и выделить их из огромного числа других единичностей, за­темняющих, скрывающих те «ростки», которые станут впоследствии элементами будущей конкретно-историчес­кой целостности.

Когда осуществляется предвидение событий, еще не имеющих места в действительности, то на основе уже из­вестных законов и теорий происходит экстраполяция на будущее процессов настоящего и прошлого. Однако это не означает фатальной предопределенности, ибо при дан­ной экстраполяции учитываются допустимые пределы, в рамках которых можно проецировать в будущее законо­мерности, выявленные в настоящем, возможность изме­нения данных пределов и данных тенденций и т. д.

Любое научное предвидение, какое бы точное оно ни было, всегда неизбежно ограничено, имеет свои пределы, за которыми оно превращается в утопию, в пустую беспочвенную фантазию. В науке очень важно знать также и то, чего принципиально быть (появиться в будущем) ни­когда, ни при каких условиях, не может. По мере развития практики и самого познания предвидение становится все более точным и достоверным, одни его элементы не под­тверждаются и отбрасываются, другие — находят свою реа­лизацию, предвидение в целом развивается, конкретизиру­ется, наполняется новым, более глубоким содержанием.

3. Существенным признаком научного познания явля­ется его системность, т. е. совокупность знаний, приве­денных в порядок на основании определенных теорети­ческих Принципов, которые и объединяют отдельные зна­ния в целостную органическую систему. Собрание раз­розненных знаний (а тем более их механический агрегат, «суммативное целое»), не объединенных в систему, еще не образует науки. Знания превращаются в научные, ког­да целенаправленное собирание фактов, их описание и обобщение доводится до уровня их включения в систему понятий, в состав теории.

4. Для науки характерна постоянная методологическая рефлексия. Это означает, что в ней изучение объектов, выявление их специфики, свойств и связей всегда сопровож­дается — в той или иной мере — осознанием методов и при­емов, посредством которых исследуются данные объекты. При этом следует иметь в виду, что хотя наука в сущности своей рациональна, но в ней всегда присутствует иррациональная компонента, в том числе и в ее методологии (что особенно характерно для гуманитарных наук). Это и понятно: ведь ученый — это человек со всеми своими достоинствами и недостатками, пристрастиями и интересами и т. п. Поэто­му-то и невозможно его деятельность выразить только при помощи чисто рациональных принципов и приемов, он, как и любой человек, не вмещается полностью в их рамки.

5. Непосредственная цель и высшая ценность научного по­знания— объективная истина, постигаемая преимуществен­но рациональными средствами и методами, но разумеется, не без участия живого созерцания и внерациональных средств. Отсюда характерная черта научного познания — объективность, устранение не присущих предмету исследо­вания субъективистских моментов для реализации «чисто­ты» его рассмотрения. Вместе с тем надо иметь в виду, что активность субъекта — важнейшее условие и предпосылка научного познания. Последнее неосуществимо без конст­руктивно-критического и самокритического отношения субъекта к действительности и к самому себе, исключаю­щего косность, догматизм, апологетику, субъективизм.

Постоянная ориентация на истину, признание ее само­ценности, непрерывные ее поиски в трудных и сложных условиях — существенная характеристика научного позна­ния, отличающая его от других форм познавательной дея­тельности Научная истина, по словам В. И. Вернадско­го, более важная часть науки, чем гипотезы и теории (ко­торые преходящи), поскольку научная истина «пережива­ет века и тысячелетия».

6. Научное познание есть сложный, противоречивый процесс воспроизводства знаний, образующих целостную развивающуюся систему понятий, теорий, гипотез, зако­нов и других идеальных форм, закрепленных в языке — естественном или (что более характерно) искусственном: математическая символика, химические формулы и т. п. Научное знание не просто фиксирует свои элементы в язы­ке, но непрерывно воспроизводит их на своей собствен­ной основе, формирует их в соответствии со своими нор­мами и принципами. Процесс непрерывного самообнов­ления наукой своего концептуального арсенала — важный показатель (критерий) научности.

7. В процессе научного познания применяются такие специфические материальные средства как приборы, инст­рументы, другое так называемое «научное оборудование», зачастую очень сложное и дорогостоящее (синхрофазотро­ны, радиотелескопы, ракетно-космическая техника и т. д.). Кроме того, для науки в большей мере, чем для других форм познания, характерно использование для исследования своих объектов и самой себя таких идеальных (духовных) средств и методов как современная логика, математические методы, диалектика, системный, кибернетический, синергетичес-кий и другие приемы и методы (см. об этом ниже).

8. Научному познанию присущи строгая доказатель­ность, обоснованность полученных результатов, достовер­ность выводов. Вместе с тем здесь немало гипотез, дога­док, предположений, вероятностных суждений и т. п. Вот почему тут важнейшее значение имеет логико-методоло­гическая подготовка исследователей, их философская куль­тура, постоянное совершенствование своего мышления, умение правильно применять его законы и принципы.

В современной методологии выделяют различные уров­ни критериев научности, относя к ним — кроме назван­ных — такие как формальная непротиворечивость знания, его опытная проверяемость, воспроизводимость, откры­тость для критики, свобода от предвзятости, строгость и т. д. В других формах познания рассмотренные критерии могут иметь место (в разной мере), но там они не являют­ся определяющими.

Интересные и оригинальные идеи об отличиях науч­ного мышления от других духовных «исканий человече­ства» развивал В. И. Вернадский. Он, в частности, счи­тал, что только в истории научных идей четко и ясно проявляется прогресс, чего нет в других сторонах куль­турной жизни (в искусстве, литературе, музыке) и даже в истории человечества, которую «едва ли можно прини­мать за нечто единое и целое». По мнению русского мыс­лителя, характерными особенностями исторического про­цесса научного творчества являются, во-первых, един­ство процесса развития научной мысли; во-вторых, об­щеобязательность научных результатов; в-третьих, боль­шая и своеобразная независимость науки (по сравнению с другими духовными образованиями — философией, ре­лигией, искусством и др.) от исторической обстановки; в-четвертых, очень глубокое (подобно религии), но со-вершенно своеобразное влияние научного познания на понимание человеком смысла и цели своего существова­ния; в-пятых, научное творчество является основным элементом «научной веры» (противоположной религиоз­ной), которая является могущественным созидательным фактором в науке1.

Научное познание есть целостная развивающаяся сис­тема, имеющая довольно сложную структуру. Последняя выражает собой единство устойчивых взаимосвязей меж­ду элементами данной системы. Структура научного по­знания может быть представлена в различных ее срезах и соответственно — в совокупности специфических своих элементов.

Предварительно отметим, что в структуре всякого на­учного знания существуют элементы, не укладывающиеся в традиционное понятие научности: философские, рели­гиозные, магические представления; интеллектуальные и сенсорные навыки, не поддающиеся вербализации и реф­лексии; социально-психологические стереотипы, интере­сы и потребности; определенные конвенции, метафоры, противоречия и парадоксы; следы личных пристрастий и антипатий, привычек, ошибок и т. д. Имея в виду подоб­ные элементы, В. И. Вернадский указывал, что «есть одно коренное явление, которое определяет научную мысль и отличает научные результаты и научные заключения ясно и просто от утверждений философии и религии, — это общеобязательность и бесспорность правильно сделанных научных выводов, научных утверждений, понятий, заклю­чений»2. Этим наука отличается и от всякого другого зна­ния и духовного проявления человечества.

По одному из оснований деления в составе науки раз­личают: а) науку переднего края, которая наряду с истинным включает неистинные, но полученные научными сред­ствами результаты; б) твердое ядро науки — достоверный, истинный пласт знания, кристаллизируемый по ходу раз­вития знания; в) история науки; г) социология науки.

Рассматривая основную структуру научного знания, В. И. Вернадский считал, что «основной неоспоримый вечный остов науки» (т. е. ее твердое ядро) включает в себя следующие главные элементы (стороны):

«1) Математические науки во всем их объеме.

2) Логические науки почти всецело.

3) Научные факты в их системе, классификации и сде­ланные из них эмпирические обобщения — научный аппа­рат, взятый в целом.

Все эти стороны научного знания — единой науки — находятся в бурном развитии, и область, ими охватывае­мая, всё увеличивается»1. При этом, согласно Вернадско­му, во-первых, новые науки всецело проникнуты этими элементами и создаются «в их всеоружии». Во-вторых, на­учный аппарат фактов и обобщений растет непрерывно в результате научной работы в геометрической прогрессии. В-третьих, живой, динамичный процесс такого бытия на­уки, связывающий прошлое с настоящим, стихийно от­ражается в среде жизни человечества, является все расту­щей геологической силой, превращающей биосферу в но­осферу — сферу разума.

С точки зрения взаимодействия объекта и субъекта на­учного познания, последнее включает в себя четыре необ­ходимых компонента в их единстве:

а. Субъект науки — ключевой ее элемент: отдельный исследователь, научное сообщество, научный коллектив и т. п., в конечном счете — общество в целом. Они-то, т. е. субъекты науки, и исследуют свойства, стороны и отношения объектов и их классов (материальных или ду­ховных) в данных условиях и в определенное время. Научная деятельность требует специфической подготовки по­знающего субъекта, в ходе которой он осваивает предше­ствующий и современный ему концептуальный материал, сложившиеся средства и методы его постижения, делает их своим достоянием, учится грамотно им оперировать, усваивает определенную систему ценностных, мировоз­зренческих и нравственных ориентации и целевых устано­вок, специфичных именно для научного познания.

б. Объект (предмет, предметная область), т. е. то, что именно изучает данная наука или научная дисципли­на. Иначе говоря, это все то, на что направлена мысль исследователя, все, что может быть описано, восприня­то, названо, выражено в мышлении и т. п. В широком смысле понятие «предмет», во-первых, обозначает неко­торую ограниченную целостность, выделенную из мира объектов в процессе человеческой деятельности и позна­ния; во-вторых, — объект (вещь) в совокупности своих сторон, свойств и отношений, противостоящий субъекту познания.

Понятие «предмет» может быть использовано для вы­ражения системы законов, свойственных данному объекту (например, предмет диалектики — всеобщие законы раз­вития). По мере развития знаний об объекте открываются новые его стороны и связи, которые становятся предме­том познания. Различные науки об одном и том же объекте имеют различные предметы познания (например, анато­мия изучает строение организма, физиология — функции его органов, медицина — болезни и т. п.). Предмет по­знания может быть материальным (атом, живые организ­мы, электромагнитное поле, галактика и др.) или идеаль­ным (сам познавательный процесс, концепции, теории, понятия и т. п.). Тем самым в гносеологическом плане различие предмета и объекта относительно и состоит в том, что в предмет входят лишь главные, наиболее существен­ные (с точки зрения данного исследования) свойства и признаки объекта в. Система методов и приемов, характерных для данной науки или научной дисциплины и обусловленных своеоб­разием их предметов.

г. Свой специфический, именно для них язык — как естественный, так и искусственный (знаки, символы, ма­тематические уравнения, химические формулы и т. п.).

При ином «срезе» научного познания в нем следует раз­личать такие элементы его структуры: фактический мате­риал, почерпнутый из эмпирического опыта; результаты первоначального концептуального его обобщения в поня­тиях и других абстракциях; основанные на фактах пробле­мы и научные предположения (гипотезы); «вырастающие» из них законы, принципы и теории, картины мира; фило­софские установки (основания); социокультурные, цен­ностные и мировоззренческие основы; методы, идеалы и нормы научного познания, его эталоны, регулятивы и императивы; стиль мышления и некоторые другие элементы (например, внерациональные).

Идеалы и нормы научного познания — совокупность определенных концептуальных, ценностных, методологи­ческих и иных установок, свойственных науке на каждом конкретно-историческом этапе ее развития. Их основная функция — организация и регуляция процесса научного исследования, ориентация на более эффективные пути, способы и формы достижения истинных результатов. При переходе на новый этап научного исследования (напри­мер, от классической к неклассической науке) кардиналь­но меняются его идеалы и нормы. Их характер определя­ется в первую очередь предметом познания, спецификой изучаемых объектов, а их содержание всегда формируется в конкретном социокультурном контексте.

Целостное единство норм и идеалов научного позна­ния, господствующих на определенном этапе развития на­уки, выражает понятие «стиль мышления». Он выполняет в научном познании регулятивную функцию, носит мно­гослойный, вариативный и ценностный характер. Выражая общепринятые стереотипы интеллектуальной деятель­ности, присущие данному этапу, стиль мышления всегда воплощается в определенной конкретно-исторической форме. Чаще всего различают классический, некласси­ческий и постнеклассический (современный) стили науч­ного мышления (об этом — в главе IX).

Понятие «философские основания науки» выражает фи­лософские идеи и принципы, которые содержатся в дан­ной науке (научной дисциплине, концепций и т. п.) и дают самые общие ориентиры для познавательной деятель­ности. Философские основания науки наряду с функци­ей обоснования уже добытых знании выполняют также эв­ристическую (участвуют в построении новых теорий) и методологическую функции. Являясь средством (оруди­ем) приращения нового знания, они способствуют фор­мированию новых методов научного исследования. Фи­лософские основания науки разнородны и историчны: при переходе от одного этапа развития науки к другому в ходе научных революций один их «набор» сменяется другим, но определенная преемственность при этом сохраняется. Научная картина мира — целостная система представ­лений об общих свойствах и закономерностях действитель­ности, построенная в результате обобщения и синтеза фун­даментальных научных понятий и принципов. В зависи­мости от оснований деления различают общенаучную кар­тину мира, которая включает представления о всей дей­ствительности (т. е. о природе, обществе и самом позна-

нии) и естественнонаучную картину мира. Последняя —

в зависимости от предмета познания — может быть физи­ческой, астрономической, химической, биологической

и т. п. В общенаучной картине мира определяющим эле-ментом выступает картина мира той области научного зна-

ния, которая занимает лидирующее положение на конк-

ретном этапе развития науки.

Каждая картина мира строится на основе определен-

ных фундаментальных научных теорий и по мере развития практики и познания одни научные картины мира сменя­ются другими. Так, естественнонаучная (и прежде всего физическая) картина строилась сначала (с XVII в.) на базе классической механики, затем электродинамики, потом — квантовой механики и теории относительности (с нача­ла XX в.), а сегодня — на основе синергетики.

Научные картины мира выполняют эвристическую роль в процессе построения фундаментальных научных теорий. Они тесно связаны с мировоззрением, являясь одним из важных питательных источников его формирования.