§ 5. Наука как «всеобщий духовный продукт общественного развития» (К. Маркс)

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 

В концепции К. Маркса наука предстает как специ­фическая, относительно самостоятельная, дифференциро­ванная сфера человеческого труда, институциальная форма деятельности: «всеобщим трудом является всякий на­учный труд, всякое открытие, всякое изобретение. Он обусловливается частью кооперацией современников, ча­стью использованием труда предшественников. Совмест­ный труд предполагает непосредственную кооперацию ин­дивидуумов».1 Рассмотрение науки как сферы труда, как особой отрасли, формы духовного производства — непре­ходящая заслуга К. Маркса. Он был первым, кто превра­тил идею о взаимовлиянии науки и общества, о возник­новении и развитии науки, об общественно-исторических «измерениях» научного знания и познания в обоснован­ную философски-социологическую концепцию науки.

Маркс предсказал, что наука превратится в непосред­ственную производительную силу. Основой такого пред­видения была теория, в частности, марксово учение о на­уке как особой области духовного производства. Маркс всесторонне исследовал науку как социально-историчес­кое явление, разработал теоретические и методологичес­кие принципы, на основе которых возможно было пост­роить систематическое учение о науке, опирающееся на факты, опыт и предполагающее практические выводы.

Подход Маркса с самого начала строился на диалекти-ко-материалистическом понимании сущности науки. По­скольку деятельность людей в науке, по его мнению, есть социально-исторический процесс, то и основные формы существования науки, ее связи с другими сферами соци­альной реальности, механизмы действия и взаимодействия субъектов, осуществляющих исследовательский процесс, его результаты — все это распадается на две сферы: якобы социально-нейтральное всеобщее знание (объект гносеоло­гии, логики науки) и общественнотисторические условия (объект социальной философии, социологии науки).

Осуществляясь в ходе человеческой истории, на основе определенных социальных предпосылок, процесс научно-исследовательской деятельности всегда протекает в рамках науки как особой формы общественного сознания; наука, в свою очередь, связана с другими сферами обще­ственной жизни, сохраняя при этом относительную само­стоятельность, имея особый социальный статус.

Теория науки К. Маркса ставит во главу угла выясне­ние ее социально-исторической и социально-индивидуаль­ной природы, а также тщательное выявление механизмов взаимодействия общества в целом и науки. При этом тре­буется внутренним для науки образом исследовать ее со­циальные условия, формы, измерения — так, чтобы логи­ко-гносеологический материал, характеризующий науку «изнутри» (как особое знание и познание), также нашел свое место в диалектическом анализе науки как целост­ном духовном формообразовании.

Духовная деятельность, как и всякий труд, есть расходо­вание сил, энергии человека, напряжение воли. К нему вполне пршюжимо то, что К. Маркс сказал о художествен­ной деятельности: это «дьявольски серьезное дело, интен-сивнейшее напряжение». Будучи человеческим трудом, научный труд также предполагает выделение, существова­ние, обработку и изменение объектов, «предметов» этого труда, специфика которых состоит в том, что при обяза­тельной материализации (в приборных ситуациях, схемах, формулах и т. п.) они по своей сути являются идеальными объектами, результатами предшествующей идеализирующей деятельности человека и человечества.

В научном труде формируются и используются особые «орудия» труда — материальные (приборы наблюдения, из­мерения, эксперимента) и интеллектуальные (методика, формулы, расчеты, понятия, концепции), технология, ^не-обходимая для получения новых научных результатов. Предметы и орудия научного труда вместе составляют «средства духовного производства». В единстве со сред­ствами производства знания субъекты исследовательской деятельности составляют производительные силы этой от­расли духовного производства. Фактически все элементы производительных сил и в материальном, и в духовном производстве включают в себя «опредмеченное», воплощенное в вещах, явлениях чело­веческое знание, которое по своей природе представляет результат коллективного труда, продукт исторического тру­дового процесса. Знание, этот идеальный духовный фак­тор, всегда выступает своеобразным «участником» процесса производства; люди, главная производительная сила, дей­ствуют на основе знания, с его помощью. Производство, использование знания и сознания так или иначе осуще­ствляются во всех сферах человеческой деятельности. По­этому, согласно К. Марксу, развитие науки, этого иде­ального и вместе с тем практического богатства, является лишь одной из сторон, одной из форм, в которых высту­пает развитие производительных сил человека.

Именно благодаря тому, что уже в материальном про­изводстве, а затем и появившихся до науки областях ду­ховного производства вырабатываются особые способы «работы» с идеальным (с знанием как своего рода «объек­том»), и может возникнуть наука. Но если в других произ­водствах «работа» с объективным знанием, его создание является побочной, вспомогательной задачей, средством достижения цели (создания материальных продуктов, ху­дожественных ценностей и т. д.), то в науке продуцирова­ние такого знания, «развитие производительных сил че­ловека» посредством создания «идеального богатства» из средства превращается в цель, в основную социальную функцию.

Стремясь выявить специфическое отличие научно-ис­следовательского труда, К. Маркс подчеркнул: результат этого труда — истинные научные знания — представляют собой всеобщий духовный продукт общественного разви­тия, соответственно, научный труд является всеобщим трудом. Научная деятельность по преимуществу есть иде­альное отображение действительности, постоянное воспро­изведение идеального. В определенном смысле и наука есть сфера бытия идеального, а творчество — форма его развития. Во все эпохи наука представляла собой такую сферу деятельности, где осуществлялось активное творчес­кое.теоретическое отражение мира человеком.

Вместе с тем Маркс показал, что наука не сводится к теоретической рефлексии над определяющей формой дея­тельности — материальным производством. Она выходит за его пределы, обладает самостоятельным отношением к миру, своим своеобразным видением мира в целом. Дру­гое дело, что, по словам Маркса, материальное производ­ство предоставляет средства для теоретического покоре­ния природы. Однако содержание научного познания и его имманентные цели не покрываются только целями ма­териального производства. Одной из таких важных «вне-производственных целей» науки является, в частности, ее «участие» в формировании самого человека.

Собственный самостоятельный статус науки позволяет ей, как подчеркивал Маркс, «говорить языком самого предмета», выражать своеобразие его сущности. Благо­даря этому идеалом научно-теоретического отношения к действительности, освоением ее в мышлении выступает та «универсальная независимость мысли», которая отно­сится ко всякой вещи так, как того требует сущность са­мой вещи, т. е. объективно. Освоение наукой действи­тельности требует, как показала история познания, опре­деленных методологических средств. В решении и этого вопроса К. Маркс совершил поистине «коперниканский переворот», сущность которого можно свести к двум ос­новным моментам.

Во-первых, создание материалистического понимания истории: общественное бытие (материальное производство, труд, практика) — первично, общественное сознание — вторично. Это понимание позволило вскрыть материаль­ную основу общественной жизни и провести последователь­но материалистический взгляд на мир в целом — не только на природу, но и на общество и на познание (мышление). Во-вторых, «переворачивание» гегелевской диалекти­ки «с головы на ноги», т. е. разработка, развитие и при­менение (особенно в «Капитале») диалектического мето­да не на идеалистической основе, а на основе материализ­ма, «охватывающего и общество». Иначе говоря, диалек­тика Маркса — это не «исправленная» и «дополненная» диалектика Гегеля, а принципиально новое философское формообразование. Как в этой связи писал сам Маркс, «мой диалектический метод по своей основе не только отличен от гегелевского, но является его прямой противо­положностью. Для Гегеля процесс мышления, который он превращает даже под именем идеи в самостоятельный субъект, есть демиург (творец, созидатель. — В. К.) дей­ствительного, которое составляет лишь его внешнее про­явление. У меня же, наоборот, идеальное есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней».1

Провозгласив первичность общественного бытия по от­ношению к сознанию, Маркс тем самым в материалисти­ческом понимании истории нашел ту фундаментальную основу, которая и позволила объединить, слить в высшем синтезе, целостном единстве материализм и диалектику (ранее оторванные друг от друга), адекватно интерпрети­ровать совпадение диалектики, логики и теории познания. Естественное, органическое объединение материализма и диалектики и на этой основе последовательное проведе­ние принципа отражения позволили обнаружить, что за­коны диалектики присущи бытию (природе и обществу) и сознанию, мышлению.