11.3. Особенности российской правовой системы

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 

Российская правовая система имеет ряд особенностей, которые затрудняют ее включение в законодательную правовую семью.

Во-первых, отечественная правовая система несет на себе отпечаток идеологизированной правовой системы. Долгая практика игнорирования закона приводит к тому, что и сегодня закон не воспринимается всеми однозначно как ведущий источник права. Российское общественной правосознание характеризуется гипертрофированным оценочным компонентом, в результате чего каждое законодательное установление оценивается субъектами с точки зрения их представления о справедливости, а также и с точки зрения собственных интересов. Это подрывает идею неукоснительного следования предписаниям закона.

Во-вторых, основным источником (по массовости) является не столько закон, сколько подзаконные акты. Невиданное по объемам подзаконное нормотворчество не столько конкретизирует предписания закона, сколько затрудняет практику его применения. Упор на подзаконные акты также мешает закону сделаться действительно ведущим источникам права.

Характеризуя отечественную правовую систему, необходимо помнить, что сущность ее нельзя сводить лишь к харак-теру используемых ею юридических источников и на этом осно-вании причислять отечественную правовую систему к романо-германскому правовому ареалу. Между правовыми семьями нет резкой границы: идет постоянный процесс взаимообмена, использования аналогичных форм, что, однако, не говорит об элиминации коренных культурно-исторических границ основных правовых цивилизаций.

Самобытность славянской правовой семьи и прежде всего российской правовой системы обусловлена не столько технико-юридическими, формальными признаками, сколько глубокими социальными, культурными, государственными началами жизни славянских народов.

К началам, имеющим методологическое значение для анализа отечественного права, можно отнести следующие :

1. Самобытность русской государственности, не поддающаяся элиминации даже после длительных и массированных включений иностранных управленческих и конституционных форм. Для русского права всегда была исключительно важной связь с государством.

2. Особые условия экономического прогресса, для которого характерна опора на коллективные формы хозяйствования, крестьянскую общину, артель, сельскохозяйственный кооператив, основывающиеся на специфической трудовой этике, взаимопомощи, трудовой демократии, традициях местного самоуправления.

3. Формирование особого типа социального статуса личности, для которого свойственно преобладание коллективистских элементов правосознания и нежесткость линий дифференциации личности и государства. Эту черту не нужно рассматривать как недостаток, необходимо воспринять ее как национальную особенность.

4. Тесная связь традиционной основы права и государства со спецификой православной ветви христианства с ее акцентами на духовной жизни человека с соответствующими этическими выводами (нестяжательство, благочестие).

Юридические источники славянской правовой семьи через Византию унаследовали законодательные традиции римского права и таким "кружным" путем примыкают к романо-германской правовой семье. Но, повторимся, наличие ряда национально-исторических, культурных, ментальных особенностей не позволяют России полностью вписаться в модель законодательной правовой семьи.