19.3. Процессуальное положение иностранцев : Международное частное право – Автор неизвестен : Книги по праву, правоведение

Популярное за неделю

Инструкция мотокультиватор - информация, цены
sovietoffice.net
adhdportal.com

19.3. Процессуальное положение иностранцев

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 
РЕКЛАМА
<

          Процессуальное положение иностранцев, развивавшееся параллельно с гражданской право-, дееспособностью, не во все времена характеризовалось благоприятным статусом. Однако с победой буржуазных революций пришло провозглашение принципа равенства в правах иностранных и отечественных граждан.

  В области процессуальной защиты своих нарушенных прав истцы-иностранцы нередко подвергались дискриминации, в некоторых странах подобное положение сохраняется и сейчас 1. Имеется в виду институт, направленный исключительно против истцов-иностранцев, который заключается в том, что при подаче иска иностранный гражданин или подданный либо лицо без гражданства обязано внести залог в обеспечение судебных издержек (как своих, так и ответчика) на случай, если ему будет отказано в иске (судебный залог: cautio judicatum solvi). Ряд государств, практиковавших это средство ограничения доступа к процессуальной защите прав иностранцев, согласились устранить его в порядке заключенного многостороннего международного договора - Гаагской конвенции по вопросам гражданского процесса 1954 г., другие - в порядке двусторонних соглашений (например, договор о правовой помощи), третьи - на основе применения принципа взаимности.

  В частности, при рассмотрении дела Земельным судом г. Гамбурга (ФРГ) по иску российского лица к немецкому ответчику суд отверг ссылку ответчика на неуплату со стороны истца суммы в обеспечении судебных расходов. Положения п. 1 ст. 2 § 110 германского Устава гражданского судопроизводства, предусматривающие освобождение истца от уплаты судебного залога, если по закону государства истца германский гражданин не обязан вносить залог, были признаны судом применимыми к данному делу, поскольку Россия является участницей Гаагской конвенции и в ее внутреннем праве не имеется подобного требования, в силу чего германский гражданин или юридическое лицо не должно было бы вносить судебный залог в обеспечение расходов по иску при обращении в российский суд.

   Международным договором, как отмечалось выше, может быть предусмотрено устранение каких-либо специальных требований в отношении истцов - иностранных граждан. Так, согласно ст. 17 Гаагской конвенции по вопросам гражданского процесса от граждан одного из договаривающихся государств, имеющих место жительства в одном из этих государств и выступающих в судах другого из этих государств в качестве истцов или третьих лиц, не может быть потребовано никакого залога или обеспечения в какой бы то ни было форме на основании того, что они являются иностранцами или не имеют постоянного или временного места жительства в данной стране. Это же правило применяется в отношении любых платежей, которые могли бы быть потребованы от истцов или третьих лиц в обеспечение судебных издержек.

   В соответствии со ст. 18 Конвенции судебные решения об уплате судебных издержек и расходов, понесенных истцом, который освобожден от обеспечения, залога или уплаты в силу ст. 17 или законодательства государства, приводятся в исполнение бесплатно компетентными властями в каждом другом договаривающемся государстве, по поручениям, передаваемым в дипломатическом порядке.

   Возможность взимания судебного залога в принципе может рассматриваться в современных условиях даже и в отношении иностранного государства, ввиду того, что многие страны сегодня в своем внутреннем законодательстве предусматривают отход от идей абсолютного иммунитета. Однако в Европейской конвенции об иммунитете государств от 16 мая 1972 г. вопрос о судебном залоге в отношении иностранного государства решается категорическим образом: «Никакой залог или взнос под каким-либо наименованием, которые не могут быть истребованы в государстве, где происходит судебное разбирательство, от гражданина этого государства или лица, которое там проживает или имеет место пребывания, не могут быть предписаны Договаривающемуся государству в качестве гарантии оплаты судебных издержек или расходов» (ст. 17).

   Двусторонние договоры о правовой помощи, заключенные в последние годы Российской Федерацией (а ранее СССР) всегда уделяли внимание вопросу о cautio judicatum. В частности, советско-греческим Договором о правовой помощи от 21 мая 1981 г. предусматривается освобождение от обеспечения судебных расходов: «На граждан одной Договаривающейся стороны, выступающей в судах другой Договаривающейся стороны, нельзя возложить обязанность по обеспечению судебных расходов на том основании, что они являются иностранцами или не имеют местожительства или местопребывания на территории Договаривающейся стороны, в судах которой они выступают» (ст. 17). Кроме того, в силу статьи 18 Договора гражданам договаривающихся государств в судах и учреждениях другой стороны оказывается бесплатная юридическая помощь и бесплатное судопроизводство на тех же основаниях и с теми же преимуществами, как и собственным гражданам.

  Многосторонний документ, связывающий страны СНГ, в свою очередь закрепил аналогичный подход к проблеме судебного залога. В соответствии со ст. 1 Конвенции 1993 г. граждане каждой из Договаривающихся сторон, а также лица, проживающие на ее территории, пользуются на территориях всех других Договаривающихся сторон в отношении своих личных и имущественных прав такой же правовой защитой, как и собственные граждане данной Договаривающейся стороны. Они имеют право свободно и беспрепятственно обращаться в суды, прокуратуру и иные учреждения других Договаривающихся сторон, к компетенции которых относятся гражданские, семейные и уголовные дела, могут выступать в них, подавать ходатайства, предъявлять иски и осуществлять иные процессуальные действия на тех же условиях, что и граждане данной Договаривающейся стороны.

  Согласно положениям ст. 2 граждане каждого из договаривающихся государств и лица, проживающие на ее территории, освобождаются от уплаты и возмещения судебных и нотариальных пошлин и издержек, а также пользуются бесплатной юридической помощью на тех же условиях, что и собственные граждане. Еще один многосторонний акт, действующий в рамках стран СНГ, - Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, от 20 марта 1992 г. также устанавливает свободный доступ иностранных граждан, лиц без гражданства, проживающих на территориях участников, и юридических лиц, учрежденных на их территориях в государственные суды, третейские суды и иные компетентные учреждения.

  В отличие от Конвенции 1993 г., которая имеет в виду любые гражданско-правовые споры. Соглашение касается лишь хозяйственных споров, которые рассматриваются, как правило, арбитражными или хозяйственными (экономическими) судами. В случае подобных споров хозяйствующие субъекты каждого из государств-участников СНГ пользуются на территории другого государства-участника правовой и судебной защитой своих имущественных прав и законных интересов, равной с хозяйствующими субъектами данного государства (ст. 3). Они имеют на территории других государств-участников СНГ право беспрепятственно обращаться в суды, арбитражные (хозяйственные) суды, третейские суды и другие органы, к компетенции которых относится разрешение дел, могут выступать в них, возбуждать ходатайства, предъявлять иски и осуществлять иные процессуальные действия.

  Процессуальное положение иностранцев. Часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации 1993 г. гласит, что «каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод». В соответствии с ч. 3 ст. 62 Конституции «иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации». В полном соответствии с указанным гражданские процессуальные права иностранных граждан, иностранных предприятий и организаций установлены ст. 433 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, ст. 210 Арбитражного процессуального кодекса РФ. Иностранные граждане имеют право обращаться в суды Российской Федерации и пользуются гражданскими процессуальными правами наравне с российскими гражданами. Иностранные предприятия и организации имеют право обращаться в суды Российской Федерации и пользуются гражданскими процессуальными правами для защиты своих интересов. Изъятия из принципа национального режима, закрепленного в действующем праве России, могут устанавливаться только в виде ответных ограничений (реторсий), устанавливаемых в иностранных государствах по отношению к российским гражданам.

   Законодательное закрепление права иностранных граждан и лиц без гражданства обращаться в российские органы правосудия и пользоваться гражданскими процессуальными правами наравне с российскими гражданами означает предоставление им национального режима в области защиты своих прав и охраняемых законом интересов. При этом речь идет о всей совокупности прав, которые могут иметь место в порядке гражданского судопроизводства. На иностранных граждан распространяются нормы гражданского процессуального права о процессуальной право- и дееспособности, они могут на общих основаниях выступать в процессе в качестве стороны или третьего лица.

   В соответствии со ст. 435 ГПК аккредитованные в Российской Федерации представители иностранных государств и другие лица, указанные в соответствующих нормативных актах и международных договорах Российской Федерации, подлежат юрисдикции российского суда по гражданским делам лишь в пределах, определяемых нормами международного права или международными договорами Российской Федерации. К числу  таких договоров Российской Федерации в затронутой области следует прежде всего отнести Венскую конвенцию о дипломатических сношениях от 18 апреля 1961 г. и Венскую конвенцию о консульских сношениях от 24 апреля 1963 г.

  В силу ст. 31 Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 г. дипломатический агент пользуется иммунитетом от гражданской юрисдикции государства пребывания, кроме случаев: 1) вещных исков, относящихся к частному недвижимому имуществу, находящемуся на территории государства пребывания, если он только не владеет им от имени аккредитующего государства для целей представительства; 2) исков, касающихся наследования, в отношении которых дипломатический агент выступает в качестве исполнителя завещания, попечителя над наследственным имуществом, наследника или отказополучателя как частное лицо, а не от имени аккредитующего государства; 3) исков, относящихся к любой профессиональной или коммерческой деятельности, осуществляемой дипломатическим агентом в государстве пребывания за пределами своих официальных функций. Дипломатический агент не обязан давать показаний в качестве свидетеля.

  Ст. 37 Конвенции распространяет положения ст. 31 на членов семей дипломатических агентов, членов административно-технического персонала представительства и членов их семей, живущих вместе с ними и не являющихся гражданами Российской Федерации. Ст. 43 Венской конвенции о консульских сношениях от 24 апреля 1963 г. консульские должностные лица и консульские служащие не подлежат за двумя исключениями юрисдикции судебных и административных органов государства пребывания в отношении действий, совершаемых ими при выполнении консульских функций.

  Ранее указывалось на закрепленную в отечественном правопорядке возможность обращения в необходимых случаях к реторсиям. Ее нормативное закрепление осуществлено в действующем праве в ст. 435 ГПК РСФСР, с помощью которой устанавливается, что в тех случаях, когда в иностранном государстве не обеспечивается российскому государству, его имуществу или представителям российского государства такая же судебная неприкосновенность, какая обеспечивается иностранным государствам, их имуществу или представителям иностранных государств в Российской Федерации, Правительством Российской Федерации может быть предписано в отношении данного государства, его имущества или представителя этого государства применение ответных мероприятий.

  Приведенные положения международных договоров свидетельствуют о правовом положении органов государства и его должностных лиц (дипломатических и консульских представителей) в международном гражданском процессе при осуществлении ими публично-правовых функций, а также действий иного характера, обусловленных их природой. Если же речь идет о процессуальном положении государства как субъекта гражданско-правовых сделок, то его статус определяется принципами суверенного равенства, уважения суверенитета и основанного на них принципа иммунитета государств (подробнее см. об этом в главе 9).

   Международно-правовое регулирование процессуальных отношений. Процессуальное положение иностранных граждан и юридических лиц, а также иностранных государств и международных организаций, помимо двусторонних договоров о правовой помощи, консульских конвенций и договоров по специальным вопросам международного гражданского процесса (см., например, советско-американское Соглашение 1935 г. о вручении судебных документов), является предметом ряда многосторонних международных соглашений.

   Некоторые европейские государства и США подписали соглашения по отдельным аспектам международного гражданского процесса и правовой помощи в области разрешения гражданских и торговых дел: Гаагскую конвенцию о сборе за границей доказательств по гражданским и торговым делам от 18 марта 1970 г.. Гаагскую конвенцию о вручении за границей судебных и внесудебных документов от 15 ноября 1965 г.. Европейскую конвенцию об информации относительно иностранного законодательства от 7 июня 1968 г.

   Так, в соответствии со ст. 20 Конвенции о сборе за границей доказательств по гражданским и торговым делам граждане каждого из договаривающихся государств пользуются во всех других договаривающихся государствах бесплатной правовой помощью наравне с собственными гражданами этих государств в соответствии с законодательством государства, где требуется бесплатная правовая помощь. Согласно ее ст. 26 тюремное заключение за долги как средство исполнения или как предупредительная мера по гражданским или торговым делам не может быть применена к иностранцам, являющимся гражданами одного из договаривающихся государств, в тех случаях, когда оно не применяется к местным гражданам.

   Универсальный документ в рассматриваемой сфере - Конвенция о международном доступе к правосудию 1980 года заменяет положения части III-VI Гаагской конвенции 1954 г. С некоторыми изменениями она воспроизводит основные положения Гаагской конвенции 1954 г. Наиболее существенное изменение касается порядка сношений при оказании правовой помощи. Ст. 9 Гаагской конвенции 1954 г. устанавливала, что «судебные поручения передаются консулом запрашивающего государства властям, указанным запрашиваемым государством... Каждое договаривающееся государство может заявить, уведомив другие договаривающиеся государства, что оно желает, чтобы судебные поручения, подлежащие исполнению на его территории, передавались ему дипломатическим путем». Аналогичный порядок предусмотрен ст. 1 Конвенции для вручения судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам. Конвенция 1980 года ввела порядок сношения судов через центральные органы юстиции, а не по дипломатическим и консульским каналам, хотя каждое государство может использовать для такой передачи и эти каналы. Таким образом. Конвенция 1980 г. допускает для каждого государства лишь возможность использования дипломатических каналов, но не предусматривает такой обязанности.

  Поскольку Конституция Российской Федерации объявила общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации составной частью ее правовой системы (ч. 4 ст. 15), их роль в сфере международного гражданского процесса заметно повысилась в последние годы ввиду интегрирования РФ в мировое хозяйство, а также в целях достижения уровня правового регулирования процессуальных прав иностранных граждан, лиц без гражданства и юридических лиц, соответствующего принятым международным стандартам. С другой стороны, выделение из состава СССР отдельных республик, ставших самостоятельными государствами, в отношениях между которыми сложились и еще в недавнем прошлом продолжали существовать тесные и более оперативно реализуемые связи, в том числе и между их органами юстиции, чем с прочими иностранными государствами, потребовали активизации договорно-правового механизма регулирования, так как именно с помощью международных соглашений только и возможно отразить специфику юридических средств решения вопросов сотрудничества с конкретными субъектами международного права. Общая норма российского права, формулирующая правило о том, что «если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора», в соответствующих ситуациях обеспечивает искомое правовое решение. Так, в изъятие из общепринятого порядка сношения между органами юстиции по дипломатическим каналам или через посредство центральных органов юстиции, в силу Протокола к Конвенции 1993 г. стран СНГ, подписанного 28 марта 1997 г., допускается возможность сношения через территориальные и другие органы» (ст. 5), что безусловно значительно упрощает процедуры оказания правовой помощи и осуществления конкретных юридических актов.

   Российская Федерация является участником ряда многосторонних и двусторонних договоров о правовой помощи, которые устанавливают подсудность гражданских дел судам договаривающихся государств, участвующих в нем.

   В договорах о правовой помощи разграничение компетенции судов, участвующих государств, осуществляется по различному, весьма широкому спектру дел: об установлении дееспособности (признании лиц недееспособными или ограниченно дееспособными), а также безвестно отсутствующими или умершими (об установлении факта смерти), о расторжении брака и признании его недействительным, о личных и имущественных отношениях супругов, правоотношениях между родителями и детьми, об установлении и оспаривания отцовства, усыновления, наследовании, праве собственности, возмещении вреда. Однако имеются договоры, в которых подсудность определена далеко не по всем этим категориям. Некоторые договоры могут в принципе не содержать норм о разграничении компетенции национальных судов договаривающихся государств.

   При определении подсудности договоры исходят из различных критериев: признака гражданства, места жительства лица, места нахождения имущества, места причинения вреда или иных факторов.

   Нередко договорами допускается возможность рассмотрения определенных категорий дел судами обоих договаривающихся государств, по другим устанавливается исключительная подсудность судам одного из государств. Так, вопросы признания и содержания права собственности в отношении недвижимого имущества подлежат исключительному разрешению судами страны, на территории которой находится имущество (исключительная подсудность). Расторжение же брака между супругами, имеющими различное гражданство договаривающихся государств и не имеющими общего совместного местожительства ни в одном из них, допускается в судах любого из участвующих в договоре государств (альтернативная подсудность).

   Ст. 20 раздела II Конвенции 1993 г. стран СНГ формулирует следующие общие положения по определению компетенции судов государств СНГ: «I. Если в частях II-V настоящего раздела не установлено иное, иски к лицам, имеющим место жительства на территории одной из Договаривающихся сторон, предъявляются независимо от их гражданства в суды этой Договаривающейся стороны, а иски к юридическим лицам предъявляются в суды Договаривающейся стороны, на территории которой находится орган управления юридического лица, его представительство или филиал. Если в деле участвуют несколько ответчиков. имеющих местожительство (местонахождение) на территории разных Договаривающихся сторон, спор рассматривается по местожительству (местонахождению) любого ответчика по выбору истца.

  2. Суды Договаривающейся стороны компетентны также в случаях, когда на ее территории: 1) осуществляется торговля, промышленная или иная хозяйственная деятельность предприятия (филиала) ответчика; 2) исполнено или должно быть полностью или частично исполнено обязательство из договора, являющегося предметом спора; 3) имеет постоянное местожительство или местонахождение истец по иску о защите чести, достоинства и деловой репутации.

   3. По делам о праве собственности и иных вещных правах на недвижимое имущество исключительно компетентны суды по месту нахождения имущества.

   Иски к перевозчикам, вытекающие из договоров перевозки грузов, пассажиров и багажа, предъявляются по месту нахождения управления транспортной организации, к которой в установленном порядке была предъявлена претензия». Как отмечалось ранее, ст. 21 Конвенции устанавливает договорную подсудность.

   Вопрос о взаимосвязи судебных процессов разрешен в конвенционных положениях статьи 22: «В случае возбуждения производства по делу между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям в судах двух Договаривающихся сторон, компетентных в соответствии с настоящей Конвенцией, суд, возбудивший дело позднее, прекращает производство».

   Встречный иск и требование о зачете, вытекающие из того же правоотношения, что и основной иск, подлежит рассмотрению в суде, который рассматривает основной иск.

   В соответствии со ст. 48 Конвенции производство по делам о наследовании движимого имущества компетентны вести учреждения Договаривающейся стороны, на территории которой имел место жительства наследодатель в момент своей смерти. Производство по делам о наследовании недвижимого имущества компетентны вести учреждения Договаривающейся стороны, на территории которой находится имущество. Данные положения применяются также при рассмотрении споров, возникающих в связи с производством по делам о наследстве.

   В силу ст. 49 Конвенции по делам о наследовании, в том числе по наследственным спорам, дипломатические представительства или консульские учреждения каждой из Договаривающихся сторон компетентны представлять (за исключением права на отказ от наследства) без специальной доверенности в учреждениях других Договаривающихся сторон граждан своего государства, если они отсутствуют или не назначили представителей.

   Конвенция также определяет, какие суды Договаривающихся сторон компетентны по делам личного статуса лица, семейным делам и имущественным правоотношениям. В соответствии со ст. 82 Конвенция не затрагивает положений других международных договоров, участниками которых являются договаривающиеся государства.

   Нормы международного гражданского процесса содержатся и в двусторонних договорах Российской Федерации с иностранными государствами. Среди них в первую очередь следует назвать двусторонние договоры о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам. Они заключены с Албанией (1958 г.), Алжиром (1982 г.), Болгарией (1975 г.), Венгрией (1958 г. с изменениями 1971 г.), Вьетнамом (1981 г.), Ираком (1973 г.), Грецией (1981 г.), Италией (1979 г.), Йеменом (1985 г.), Китаем (1992 г.), Кипром (1984 г.), КНДР (1958 г.), Кубой (1984 г.), Монголией (1988 г.), Польшей (1958 г. с изменениями 1980 г.), Румынией (1958 г.), Тунисом (1984 г.), Финляндией (1978 г.), Чехословакией (1982 г.), Югославией (1962 г.). Договор между СССР и Королевством Испания от 26 октября 1990 г., а также Декларация о намерениях по сотрудничеству в области оказания правовой помощи по гражданским и уголовным делам между Министерством юстиции Российской Федерации и Департаментом юстиции и полиции Швейцарской Конфедерации от 12 сентября 1994 г.

   Заключены двусторонние договоры о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам с государствами, бывшими ранее республиками СССР: с Азербайджанской Республикой (1992 г.). Республикой Грузия (1995 г.). Республикой Кыргызстан (1992 г.). Латвийской Республикой (1993 г.). Литовской Республикой (1992 г.), Республикой Молдова (1993 г.), Эстонией, Таджикистаном» Туркменистаном и Арменией. Кроме того, рассматриваются проекты или находятся в той или иной стадии подписания, ратификации или одобрения соответствующими органами договаривающихся государств ряд новых договоров1.

   Положения двусторонних договоров могут отличаться от Положений многосторонних международных конвенций. Так, ч. 2 ст. 45 Договора с Польшей предусматривает, что «если все движимое наследственное имущество, оставшееся после смерти гражданина одной из Договаривающихся сторон, находится на территории другой Договаривающейся стороны, то по ходатайству наследника или отказополучателя, если с этим согласны все наследники, производство по делу о наследовании ведут органы этой Договаривающейся стороны».

   В договорах с Вьетнамом, Кубой, Монголией, Чехословакией (ныне Чехией и Словакией), регулируется подсудность по делам о причинении вреда. Так, согласно ст. 33 Договора с Вьетнамом для вынесения решений по делам, связанным с рассмотрением вопросов причинения вреда, компетентны учреждения страны, законодательство которой применяется для разрешения спора. При этом, если причинитель вреда и потерпевший являются гражданами одного договаривающегося государства, применяется законодательство этой договаривающейся стороны. В договоре между СССР и Чехословакией, действующего соответственно как для Чехии, так и Словакии, подсудность дел по обязательствам о возмещении вреда, кроме вытекающих из договоров и других правомерных действий, определяется согласно ст. 38 на основании правила о том, что в таких случаях компетентен суд Договаривающейся стороны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда. Потерпевший может также предъявить иск в суде Договаривающейся стороны, на территории которой имеет местожительство ответчик.

   По договору с Польшей (ст. 33) компетентным в решении вопросов правоотношений между внебрачным ребенком и его матерью и отцом является суд Договаривающейся стороны, гражданином которой является ребенок. По договору с Болгарией (ч. 6 ст. 25) компетентными являются учреждения Договаривающейся стороны, гражданином которой является ребенок или на территории которой ребенок имеет местожительство или местопребывание.

   Особое значение для реализации иностранными гражданами процессуальных прав в конкретных ситуациях имеют консульские конвенции, в которых предусматривается, как правило, широкий перечень правомочий консула в стране пребывания: представление интересов граждан государства, направившего консула, без специальной доверенности в суде, обращение в компетентные местные и центральные органы государства пребывания, передача судебных и несудебных документов или исполнение судебных поручений или же поручений по снятию показаний для судов представляемого государства в соответствии с действующими международными соглашениями или при отсутствии таких соглашений в любом ином порядке, не противоречащим законам и правилам государства пребывания, охрана интересов граждан (физических и юридических лиц) представляемого государства в случае преемства «mortis causa» на территории государства пребывания в соответствии с законами и правилами государства пребывания, исполнение обязанностей нотариуса, регистратора актов гражданского состояния и других подобных обязанностей, а также выполнение некоторых функций административного характера и т. д.


<