16.2. Коллизионное регулирование наследственных отношений международного характера : Международное частное право – Автор неизвестен : Книги по праву, правоведение

16.2. Коллизионное регулирование наследственных отношений международного характера

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 
РЕКЛАМА
<

          Коллизии законодательств в сфере наследственного права возникают тогда, когда отдельные вопросы наследования получают неодинаковое закрепление в праве различных стран. Так, например, коллизии возникают в процессе наследования по закону. Речь идет о ситуации, порожденной определением круга законных наследников и порядка их призвания к наследству.

 - Иная серия коллизионных вопросов обусловлена осуществлением наследования по завещанию (речь идет о вопросах завещательной дееспособности и неадекватной регламентации признания завещания действительным по форме и по содержанию).

   К третьей группе относятся коллизионные ситуации, обязанные своим появлением различиям, которые существуют в сфере внутригосударственного правового регулирования наследования движимого и недвижимого имущества. Здесь же обращают на себя внимание и коллизионные явления, возникающие в момент перехода наследственного имущества по праву представления и по праву наследственной трансмиссии.

   Наследование по закону представляет собой наследование без завещания (intestate succession). Очевидно, что в случае возникновения подобной ситуации, действующее законодательство обязано точно определить круг лиц, имеющих право на получение спорного имущества, то есть, восполнить отсутствующую волю наследодателя. Вопрос о круге наследников является основополагающим в проблеме наследственного правопреемства. Поэтому, прежде всего, необходимо установить, право какого государства может регламентировать отношения по наследованию. Как правило, необходимый в таких случаях выбор основан либо на принципе гражданства наследодателя, либо на принципе домицилия (места постоянного проживания) наследодателя.

  В то же время, перечень предполагаемых наследников по закону и очередность их призвания к наследованию отнюдь не идентичны в законодательстве разных стран. Обратимся, например, к наследственному праву Великобритании и Франции. Для этих государств характерно, что отношения по наследованию подчиняются закону места последнего проживания наследодателя. При этом, классификация наследников осуществляется посредством разделения всех кровных родственников на определенные разряды (очереди) в зависимости от близости этих индивидуумов к наследодателю.

  Во Франции правом наследования первого разряда обладают дети, внуки и так называемые нисходящие наследодателя. Согласно Закону от 3 января 1972 г. внебрачные дети призываются к наследованию вместе с законными детьми. Второй разряд представлен родителями наследодателя, его братьями и сестрами и их нисходящими родственниками. Третий разряд определяется просто: все иные, кроме родителей. Действующее законодательство именует этих людей (а это деды, прадеды и др.) восходящими родственниками. Наличие такого родства является основанием для призвания к наследству также и приемных детей (в последнем случае понятие «восходящий» используется применительно к соответствующим родственникам их приемных родителей). И, наконец четвертый, последний разряд образуют так называемые боковые родственники, вплоть до шестой степени родства (двоюродные братья, сестры и пр.)

  В Великобритании состав наследующих нисходящих родственников немногим отличается от предусмотренного французским законодательством. Однако, наследником первой очереди считается переживший супруг (surviving spouse). Он всегда обладает правом на наследство, и указанные нисходящие родственники призываются к наследованию только в его отсутствие. Такой порядок был установлен Законом «О собственности» 1925 г. Согласно Закону «О наследовании недвижимого имущества, осуществляемого без составления завещания» (принят в 1952 г.), наследники следующих классов могут быть призваны к наследованию только в случае, если отсутствуют и переживший супруг и нисходящие родственники.

  Институт пережившего супруга известен и во Франции. Но его права на наследование менее значительны. Как свидетельствует анализ соответствующего законодательства, переживший супруг, хотя и не включен формально ни в один из разрядов, он все же может быть допущен к наследованию, если ему удастся отстранить от наследования всех наследников четвертой очереди.

   Нормативные акты, принятые в иных государствах, в частности, в Швейцарии, предлагают для определения очередности претендентов на наследство использовать систему так называемых «парантелл» (от perena - родители). «Парантелла» представляет собой своеобразную форму очереди на наследование (как в Великобритании и во Франции). Первая такая «парантелла» включает детей, внуков, словом, нисходящих наследодателя. Прадеды и их нисходящие наследуют не в третью очередь, как во Франции, а в четвертую (они составляют четвертую парантеллу).

   Согласно книге III «О наследствах» швейцарского Гражданского кодекса (ст. 460) правом на наследование в этой стране обладает и переживший супруг. Как и во Франции и Великобритании, он может предъявить права на наследство, хотя формально он не входит ни в одну из очередей на наследование. Однако, в отличие от Франции, переживший супруг в Швейцарии призывается к наследованию наравне с родственниками, входящими в состав первых трех очередей.

  Обратимся к законодательству Российской Федерации, которое подчиняет отношения по наследованию закону последнего постоянного места жительства наследодателя (п. 1 ст. 169 Основ 1991 г.). В соответствии со статьей 532 ГК РСФСР 1964 г. в России первую очередь наследников составляют дети, переживший супруг и родители умершего. Категория наследников второй очереди представлена братьями и сестрами умершего. Сначала к наследованию призываются наследники первой очереди, а в их отсутствии, свои права могут предъявить и наследники второй очереди.

  Допуск пережившего супруга к наследованию и возможность объявления его наследником первой очереди позволяют провести параллели с законодательством Великобритании, но в то же время законодательство Российской Федерации существенно расширяет, по сравнению с другими зарубежными государствами, перечень наследников. Право участвовать в наследовании предоставляется также и нетрудоспособным лицам, которые не менее одного года находились на иждивении умершего. Рассуждения о коллизиях права, возникающих в процессе определения круга наследников по закону, будут неполными, если оставить без внимания явление, которое в юридической литературе получило название предварительного коллизионного вопроса. Как следует из теории международного частного права, предварительный коллизионный вопрос возникает тогда, когда налицо взаимосвязанные отношения, так что от выбора закона по одному отношению зависит определение прав и обязанностей по второму отношению

.

  Справедливо ли утверждение о существовании предварительного коллизионного вопроса при установлении лиц, допущенных к наследованию? Очевидно, что да. Обычно норма наследственного права не содержит каких-либо критериев, которым должно отвечать конкретное лицо для признания его в качестве наследника по закону, и использует понятия, сложившиеся в праве конкретного государства (супруг, отец, мать и др.). Это означает, что нет необходимости воспроизводить данные понятия в каждой отрасли права, поскольку юридические признаки этих понятий становятся общими для всей системы права.

   Однако, это также означает, что факты, выступающие предпосылками возникновения права наследования (наличие брака, отцовства, родства и др.), могут быть признаны юридическими, если они будут восприняты соответствующей иностранной правовой системой. Тогда регулирование отношений по наследованию будет подчинено одной правовой системе, а регламентация статуса гражданского состояния лица, его семейного положения, родства и т. д., необходимая для появления наследственных отношений - иной правовой системе. Таким образом, налицо предпосылки для возникновения предварительного коллизионного вопроса1.

   Наследование по завещанию. Завещание (testament, will) представляет собой изъявление воли наследодателя, которое облечено в предписанную законом форму и направлено на определение юридической судьбы его имущества после смерти. Разумеется, чтобы обладать возможностью к выражению своей последней воли, индивидуум должен отдавать себе отчет в своих действиях и отвечать за свои поступки (иными словами, быть дееспособным). Приведенные качества должны быть у лица в момент совершения завещания, но, как правило, должная правовая оценка им предоставляется только после открытия наследства. Она может иметь различный характер в разных странах.

   В России ст. 169 Основ 1991 г. исходит из того, что завещательная способность индивидуума определяется по закону той страны, где завещатель постоянно проживает в момент составления завещания. Завещание является особым видом односторонней сделки. Поэтому возможно появление иного коллизионного принципа: закона места совершения акта оформления документа.

   Законодательства государств не могут не придавать большого значения самой форме завещания и его содержанию. Это продиктовано необходимостью обеспечить соответствие между выраженным в завещании предварительным волеизъявлением и последней волей наследодателя (если она существует). Форма завещания, конечно, могла бы устанавливаться в соответствии с нормами того закона, который регламентирует наследственные правоотношения в целом. Однако, в условиях разрешения международно-правовых вопросов наследования применение именно этого закона не всегда возможно. Выбор права, подлежащего применению, определяется, исходя из уже приведенного коллизионного принципа: закона места совершения акта. Заметим, однако, что обращение к этому принципу справедливо только в такой ситуации, когда в законодательстве одного государства содержится материально-правовая норма, признающая действительным завещание, которое составлено по законодательству другого государства. Такая норма есть в законодательстве Российской Федерации, Ст. 169 Основ 1991 г. утверждает, что завещание или его отмена не могут быть признаны недействительными из-за несоблюдения формы, если последняя удовлетворяет требованиям закона места совершения акта, В качестве коллизионного принципа, применительно к форме завещания, провозглашается закон той страны, где завещатель имел постоянное место жительства.

   Таким образом, если к моменту составления завещания иностранный гражданин постоянно пребывает на территории России, то согласно ст. 540 ГК РСФСР 1964 г., его завещание должно быть подготовлено в письменной форме (собственноручное завещание). В тексте завещания отмечаются место и время его составления и регистрации. Завещателю вменяется в обязанность нотариально удостоверить завещание. Если завещатель по болезни или в силу иных причин не в состоянии собственноручно скрепить завещание своей подписью, то оно подписывается другим лицом (присутствие полномочного лица обязательно). Анализ российского законодательства показывает, что при определении формы завещания закон места постоянного проживания является основной коллизионной привязкой, а остальные коллизионные принципы относятся к числу дополнительных, применяемых в силу сложившейся необходимости.

   В отличие от законодательной практики России, в законодательстве Германии долгое время существовал иной порядок регламентации завещательного правопреемства. Статья II Вводного закона к Германскому Гражданскому уложению, будучи всеобщей нормой, регулировала все правоотношения в наследственном праве и утверждала, что форма завещания подчиняется тем законам, которые являются решающими для данного наследства. Статья 28 Вводного закона к ГГУ допускала применение и закона местонахождения наследуемого имущества, а абзац I статьи II Вводного закона к ГГУ также предлагал использовать закон места составления завещания.

  Юристы ФРГ длительное время исследовали проблему выбора права, которым следует руководствоваться завещателю (profissio juris), и пытались определить, должно ли наследственное право быть принудительным, или ему следует подчиняться усмотрению завещателя. Они предлагали включить в закон универсальную коллизионную норму, регламентирующую режим наследования в области формы завещательных распоряжений. Однако в ходе многочисленных дискуссий возобладала точка зрения противников такого выбора. Их воззрения выразил исследователь М. Ферид, который полагал, что в такой норме нет необходимости, поскольку соглашение о праве, применяемом для форм завещательных распоряжений, является частью федерального права, регулирующего этот вопрос.

   С 1 сентября 1986 г. вступил в силу Закон ФРГ «О международном частном праве», который по существу положил конец этим спорам. Теперь при определении права, применяемого в процессе наследования по завещанию, следует руководствоваться законом гражданства наследователя. Таким образом, если то или иное лицо получило гражданство ФРГ, то параграф 2232 ГГУ подчиняет составление завещания законодательству ФРГ. Оно, как и в России, формулируется завещателем и передается в присутствии свидетелей нотариусу. Интересно, что последний получает его в запечатанном виде и обязан обеспечить сохранность этого волеизъявления в тайне.

   Законодательство Швейцарии, как и нормативные акты Российской Федерации, исходит из того, что к наследованию должно применяться право того государства, где лицо обрело последнее место жительства. Таким образом, если иностранец, проживающий на территории Швейцарии, намерен составить завещание, то оно должно быть выполнено в соответствии с требованиями швейцарского законодательства (ч. 2 ст. 505 швейцарского Гражданского кодекса). Разумеется, если последним местом жительства такого лица было иное государство, то применяется закон страны, ставшей последним местом жительства наследодателя (швейцарский Закон о международном частном праве 1988 г., ст. 90, 91).

   Само завещание в Швейцарии составляется в виде публичного акта в присутствии нотариуса, подтверждающего соответствие завещания закону, и двух свидетелей. Укажем, что участие лица, уполномоченного удостоверять подлинность завещания, допускается и по законодательству Российской Федерации, однако в РФ такое возможно в случае, если завещатель не способен скрепить завещание своей подписью.

   При рассмотрении различных форм завещания нельзя не пройти мимо опыта Великобритании и Франции. Если лицо обладает постоянным местом жительства в Великобритании, то завещательный акт должен быть составлен им собственноручно и в письменной форме. Завещатель сам скрепляет данный документ своей подписью в присутствии не менее чем двух свидетелей. Завещание в Великобритании может быть подписано за завещателя и другим лицом (но в присутствии завещателя).

  Французское законодательство, напротив, допускает не одну, а, по меньшей мере, три формы завещания: собственноручное завещание, завещание в форме публичного акта и тайное завещание. Приглашенные свидетели, по существу, выполняют лишь функции лиц, сопровождающих нотариуса, удостоверяющего завещание. Хотя, если завещатель выберет тайное завещание, то акт подписания, составленный нотариусом с указанием даты и места подписания, описанием конверта и печати, скрепляется подписями не только самого нотариуса и завещателя, но и свидетелей.

   Весьма интересный подход к форме завещания демонстрирует законодательство Канады (Закон «О реформировании наследственного права» 1994 г.). Согласно данному нормативному акту, завещание только тогда обладает должной юридической силой, когда оно составлено в письменной форме (ст. 4). Процедура подписания во многом сходна с той, что установлена английским законодательством. Однако, рассматриваемый акт требует, чтобы завещание было подписано рукой наследодателя. Подпись иного лица не допускается (даже если она сделана в присутствии завещателя). Завещание не может быть объявлено недействительным, если данная подпись поставлена, скажем, в начале, между строк, после преамбулы, на оборотной стороне листа. Закон позволяет также оформить завещание и лицу, еще не достигшему совершеннолетия. Основанием для составления такого завещания является акт поступления завещателя на действительную военную службу, вступление в брак или намерение вступить в брак (в последнем случае в завещании необходимо указать имя лица, с которым завещатель намеревается вступить в брак) (ст. 6-8).

   Обратимся к коллизионным вопросам, связанным с содержанием завещания. Коллизионная норма в пределах своего объема охватывает в равной мере оба вида посмертного правопреемства (по закону и по завещанию). Отсюда следует, что определение действительности завещания по содержанию осуществляется в соответствии с теми же коллизионными привязками, которые устанавливают порядок применения права по отношению к формальным требованиям завещательного распоряжения.

   Не свободна от коллизий и ситуация с завещательным отказом. Вообще, завещательный отказ - это явление, когда завещатель, возлагает на наследника исполнение некого обязательства в пользу одного или нескольких лиц. Последние именуются отказополучателями (в зарубежном законодательстве их называют «легатариями»), и они наделяются соответствующим правом требовать исполнения этого обязательства с наследника.

   Реализация завещательного отказа, безусловно, не может не подчиняться праву, которое регламентирует отношения по наследованию. Вместе с тем, материальное право разных стран предоставляет участникам названных правоотношений различные права и обязанности.

   Так, в Великобритании легатарии по своей компетенции практически ничем не отличаются от наследников. Законодательство ЮАР демонстрирует уже иной подход. Закон ЮАР 1987 г. «О порядке составления завещания» утверждает, что наследники не только исполняют волю наследодателя, но и обязаны предоставить отчет по прибылям, полученным наследодателем от использования недвижимости в своих целях. В то же время легатариям делать это вовсе не обязательно.

   Нормативный документ, регламентирующий правоотношения в сфере завещательного отказа (ст. 538 ГК РСФСР) в Российской Федерации, подобно законодательству США и Великобритании, не наделяет наследников какими-то особыми обязанностями по его исполнению, помимо тех, что предусмотрены самим завещанием. Он просто утверждает, что наследнику надлежит скрупулезно исполнить завещательный отказ и делать это в пределах действительной стоимости перешедшего к нему имущества, за вычетом падающей на него части долгов наследодателя. Здесь уместно сопоставление с уже рассмотренным законодательством Франции, которое, напротив, не освобождает наследников от обязанности платить по долгам наследодателя.

   Статья 538 ГК РСФСР разрешает переход права исполнения завещательного отказа к другим наследникам, в случае ухода из жизни наследника - исполнителя завещательного отказа до открытия наследства или его отклонения, как такового. Статья допускает и непринятие завещательного отказа со стороны отказополучателя. Такой акт носит безусловный характер и считается равносильным сложению долга. Кроме того, отказополучатель может быть лишен своей доли по наследству, если его действия были направлены против осуществления последней воли наследодателя. Отказополучатель может пользоваться своими правами в течение 3-х лет (общий срок исковой давности).

   Говоря о Российской Федерации, уместно коснуться положений такого документа, как Модельный гражданский кодекс для СНГ. Этот акт провозглашает в качестве основополагающей коллизионной привязки наследственных правоотношений закон того государства, где наследодатель имел постоянное последнее место жительства. В соответствии с этим коллизионным принципом определяются способность индивидуума к составлению завещания, его отмене, выбор формы завещания вообще, и формы акта его отмены, в частности (ст. 1233). Единственное отличие Модельного гражданского кодекса СНГ от положений ГК РСФСР 1964 г. в вопросе наследования заключается в использовании в первом документе дополнительной коллизионной привязки - закона гражданства (ст. 1235)!.

   Наследование движимого и недвижимого имущества. Содержание любого завещания может включать в себя множество положений, вплоть до инструкций об очередности исполнения отдельных его пунктов, и даже назначение опекуна наследнику. Однако основной объем завещательного распоряжения составляют требования о распределении имущественной массы между наследниками. Законы различных государств, регламентирующие переход имущественных прав от умершего к его правопреемникам, во многом не совпадают, что неизбежно приводит к коллизионным явлениям.

   Наиболее распространенная причина возникновения подобных коллизий коренится в наличии различных подходов к применению права при наследовании двух видов имущества: движимого и, соответственно, недвижимого. Так в английском праве наследование недвижимости как по закону, так и по завещанию подчиняется формуле, установленной Законом «О собственности» 1925 г. Как гласит закон, наследование недвижимого имущества, а оно включает в себя землю, материальные вещи, неразрывно связанные с землей и составляющие единое целое, производится по праву того государства, на территории которого это имущество находится. Данная формула нередко применялась в судебных слушаниях. В качестве классического примера приведем судебное решение от 1978 г. по спору между родственниками завещателя Ре Озобы. Последний постоянно проживал в Нигерии и имел там арендованную собственность. Однако и в Лондоне он обладал жилым домом на правах безусловного личного владения. Этот факт явился решающим для суда, когда в ходе разбирательства возник вопрос о правоприменении. Решение судебной инстанции было вполне очевидным - правовое положение собственности завещателя в Лондоне определяется только по английским законам.

   В случае, если предметом наследования выступает движимое имущество, то выбор права осуществляется уже по закону места последнего проживания лица, оставившего такое имущество. Непреложным условием применения данной коллизионной привязки является отсутствие завещания. Английская судебная практика не раз использовала этот коллизионный принцип, когда необходимо было установить, подчиняется ли та или иная ситуация, связанная с наследованием движимого имущества, английскому законодательству. Так, в процессе судебного разбирательства по спору о распределении имущества, принадлежащего главе семейства Ивинг до его гибели (Ewing V. Orr Ewing; 1985), суд вынес вердикт, что распределение собственности, имевшейся у данного лица, должно подчиняться закону места его последнего проживания.

  Невольно возникает вопрос, допускает ли английское право применение иных коллизионных привязок в отношении наследования движимых и недвижимых материальных вещей? Судебная практика Великобритании знает случаи применения закона места заключения сделки. Эта коллизионная привязка очевидно может быть использована при регламентации наследственных правоотношений, возникающих в момент оформления акта купли-продажи недвижимости, находящейся в безусловном личном владении одного из лиц.

  Предположим, что в процессе определения права, подлежащего применению при распределении наследства, было установлено, что такое распределение должно осуществляться по английским законам. Тогда вступает в силу первая стадия передачи наследства: управление наследственным имуществом со стороны компетентного лица, принявшего на себя функции распорядителя (ехеси1ог). Это лицо приобретает весьма большие возможности в сфере распоряжения имуществом наследодателя. В частности, в целях ликвидации долгов наследодателя распорядитель вправе продавать имущество, закладывать его или сдавать в аренду. Помимо этого, он обязан уплачивать налоги на наследство, осуществлять мероприятия по завещательному отказу, и даже обеспечивать деятельность предприятий наследодателя. Во второй стадии, непосредственно наследовании, согласно Закону «О наследовании» 1975 г., участвует имущество, свободное от всех обременении (в законодательной и судебной практике оно именуется residue). Данное имущество и распределяется между наследниками по закону и по завещанию!.

  Указанное распределение осуществляется с учетом той доли наследуемого имущества, которая причитается каждому из наследников. Так, переживший супруг получает все имущество в полную собственность, если у наследодателя нет нисходящих родственников. Наличие же нисходящих родственников предоставляет пережившему супругу право на предметы домашнего обихода и личного потребления и на фиксированную денежную сумму, исчисляемую из стоимости части освобожденного от обременении имущества.

  Во Франции правовая доктрина не разграничивает наследование имущества по закону и по завещанию. Еще с XVI в. в этой стране любое наследование недвижимости подчинялось закону места ее нахождения. Иными словами, недвижимость, даже находящаяся во владении иностранцев, подпадает под французскую юрисдикцию. В отношении же движимости, французская практика придерживается правила, что такое наследство должно распределяться, исходя из личного закона наследодателя. Наследуемое имущество переходит непосредственно к наследникам. Однако, его владельцами могут стать только те, кто обладает так называемой «сезиной». Все остальные считаются лишь введенными во владение. Сам термин «сезина» (saisine) означает разрешение вести себя в качестве владельца наследства и немедленно вступить во владение наследуемым имуществом, управлять им и извлекать из него доходы.

   В рамках французской системы наследования действует также понятие резерва. Суть этого института состоит в том, что ни завещательные распоряжения, ни пожизненные дарения не могут затронуть всего имущества лица, если у него есть близкие родственники. Когда наследодатель составляет завещание, то руководствуясь правилами о резерве, он обязан распределять только ту долю наследуемого имущества, которой он имеет право распорядиться (от 3/4 до 1/4 всего наследуемого имущества в зависимости от наличия восходящих родственников и детей).

   В Российской Федерации режим наследования недвижимости определяется законодательством того государства, где данная недвижимость находится. Таким образом, если в России откроется наследство в виде недвижимого имущества, и в круг его наследников войдет иностранец, то он будет наследовать на равных основаниях с российскими гражданами и может оставить все свое имущество или часть его одному или нескольким лицам (как входящим, так и не входящим в круг наследников по закону) либо государству (ст. 534 ГК РСФСР).

   В заключение нельзя обойти вниманием коллизионные явления, возникающие в рамках двух институтов, тесно связанных с правом наследования: института наследственной трансмиссии и института недостойного наследника.

   Суть наследственной трансмиссии заключается в том, что если наследник, неожиданно умрет, то право наследования может перейти к его собственным наследникам. Таким образом открывается новое наследство. Предположим, что в некой стране действует правило наследственной трансмиссии. Тогда наследование после умершего, не принявшего наследство наследника, представляет собой развитие первоначального отношения по наследованию. В силу этого, здесь будет действовать закон той страны, где открылось первоначальное наследство. В противном случае новый наследник автоматически становится преемником умершего, и регламентацию открытия нового наследства будет осуществлять уже та правовая система, которой подчинен вторичный наследодатель.

   И, наконец, решение вопроса о том, является ли то или иное лицо недостойным к наследованию, подчиняется нормам той правовой системы, которая контролирует правоотношения по наследованию в целом. Устранение от наследования не имеет ничего общего с ограничением правоспособности или дееспособности гражданина. Оно устанавливается нормой материального наследственного права и дает отрицательную квалификацию правопреемнику умершего.

   Одним из государств, использующих в своем законодательстве данный институт, является Иран. Отметим, что наследственные отношения в этой стране регулируются, главным образом, двумя нормативными актами: Гражданским кодексом, принятым в 1928 г., с изменениями от 1991 г., и Законом по делам об опеке 1940 г.

   Объявление лица недостойным наследником осуществляется в рамках регламентации наследования по закону (варасат). Права наследования лишены иноверцы и лица, совершившие умышленное убийство наследодателя (помимо случаев необходимой самообороны). Не могут наследовать также супруги, если один из них обвинил другого на суде в супружеской измене. Лишены права на наследование и незаконнорожденные дети. Препятствием к наследованию считается также наличие других законных наследников более близкой степени родства.

   Аналогичным образом законодательство Российской Федерации предусматривает, что некоторые из наследников по закону могут быть не допущены к наследованию. Как следует из статьи 534 ГК РСФСР 1964 г., завещатель может лишить права наследования одного или нескольких наследников по закону. Отечественное законодательство не устанавливает точного перечня лиц, которым отказано в наследовании. Кроме того, оно не требует указывать причины лишения индивидуумов права наследования. Но в отличие от законодательства Ирана, ГК РСФСР содержит некоторые ограничения применительно к институту недостойного наследника. Так, нельзя полностью лишить наследства несовершеннолетних и нетрудоспособных детей, нетрудоспособных родителей и супруга, а также иждивенцев.

  Выше были рассмотрены основные коллизионные принципы, используемые национальным правом государств в вопросах наследования. Не вызывает сомнений, что различные подходы к установлению права, регламентирующего наследование, приводят к возникновению довольно значительных расхождений в практике межгосударственных отношений. Чтобы избежать этого, государства стремятся согласовать коллизионные вопросы наследования. Эффективнейшим средством такого согласования является институт международных договоров по наследованию, который и будет рассмотрен в следующем параграфе.


<