4.2. Основные формулы прикрепления : Международное частное право – Автор неизвестен : Книги по праву, правоведение

4.2. Основные формулы прикрепления

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 
РЕКЛАМА
<

Как отмечалось в предыдущем параграфе, формула прикрепления лежит в основе привязки двусторонней коллизионной нормы. Применение формулы к конкретным фактическим обстоятельствам ведет к выбору права того государства, которое компетентно регулировать конкретное трансграничное частноправовое отношение, указанное в объеме этой нормы. Каждое государство создает свое коллизионное право, исходя из своих интересов, из особенностей своего исторического, национального, культурного развития и т. д. Однако, сколь бы не были многочисленны и разнообразны коллизионные привязки, которые используются государствами единолично при построении своей национальной системы коллизионного права или совместно в процессе международно-правовой унификации коллизионных норм, все они строятся на некоторых одинаковых правилах, сложившихся в течение многовековой практики развития коллизионного права разных государств и взаимных влияний. Формулы прикрепления - это наиболее типичные, максимально обобщенные правила, которые чаще всего используются для построения коллизионных норм. Их называют коллизионными принципами, коллизионными критериями или типами коллизионных привязок.

I. Личный закон (lex personalis) - наиболее распространенная формула прикрепления применяемая для разрешения коллизий законов разных государств. Существует два варианта личного закона: национальный закон или закон гражданства (lex nationalis, lex patriae) - означает применение права того государства, гражданином которого является участник частноправового отношения; и закон места жительства (lex domicilii) -означает применение права того государства, на территории которого участник частноправового отношения проживает. Личный закон - это закон физических лиц и поэтому используется прежде всего для определения правового положения физических лиц - субъектов частноправовых отношений: право- и дееспособности, личных прав (права на имя, места жительства, на честь и т. п.). Широко применяется личный закон в сфере семейно-брачных и наследственных отношений, в частности по поводу движимого имущества.

Разграничение между сферами применения закона гражданства и закона местожительства является преимущественно территориальным: исторически сложилось, что одни страны для регулирования перечисленных вопросов используют личный закон в форме закона гражданства; другие - в форме закона места жительства. Считается, что в европейских странах, за исключением Норвегии, Дании, Исландии, в ряде латиноамериканских (Куба, Коста-Рика, Панама и др.) и арабских стран (Алжир, Египет и др.) действует коллизионный принцип гражданства. Напротив, в странах «общего права» (Великобритания, США, Канада, Индия и др.) действует принцип закона места жительства. Сюда же относятся и некоторые латиноамериканские страны (Аргентина, Бразилия и др.) и три указанные выше европейские страны. Наряду с этим существуют страны, в которых действует «смешанная система» личного закона, то есть применяются оба его варианта. К ним относятся, в частности, Австрия, Швейцария, Венгрия, Мексика, Венесуэла и др.

Необходимо отметить, что в настоящее время изложенная схема теряет свою абсолютность и носит условный характер. Можно говорить о той или иной форме личного закона для соответствующего государства в качестве исходного коллизионного начала, имеющего преимущественное применение; все чаще она дополняется применением и другой формы этого закона. В результате, все больший круг государств использует смешанную систему, что в значительно большей степени соответствует разнообразию регулируемых отношений. Переход к смешанной системе личного закона является характерной чертой современного развития международного частного права, что повышает его эффективность.

Обратимся в качестве примера к Франции, которая традиционно относится к странам, применяющим к личному статусу лица закон его гражданства. В соответствии с этим расторжение брака, в частности, рассматривается по закону гражданства супругов. Последовательное применение этого правила при разном гражданстве супругов для решения всех вопросов, связанных с расторжением брака (возможность, основания расторжения и х. д.), требовало обращения к праву двух различных государств, в результате чего создавались ситуации, когда в отношении одного супруга (француза) брак расторгался, а в отношении другого супруга (например, итальянца) брак не расторгался. (В Италии только в 1970 г. был принят Закон о разводе, впервые разрешивший расторжение брака по предельно ограниченному числу оснований.) Возникали «хромающие отношения», и закон гражданства не давал выхода из этого тупика. В конце концов судебная практика при сохранении общей генеральной нормы (расторжение брака подчиняется закону гражданства супругов) выработала субсидиарную коллизионную норму: если супруги не имеют общего гражданства, то применяется закон государства, на территории которого они имеют совместное место жительства. Как видим, субсидиарно стала применяться вторая форма личного закона - закон места жительства (домицилия).

Смешанная система личного закона использована во всех новых кодификациях международного частного права. Характерным примером является венгерский Закон о международном частном праве 1979 г. В качестве общего правила он использует обобщающую форму «личный закон». В § 10 (1) записано: «правоспособность, дееспособность и вообще личный статус, а также личные неимущественные права человека необходимо рассматривать согласно его личному закону». Затем законодатель уточняет понятие личного закона: во-первых, это закон того государства, гражданином которого человек является (lex patriae), во-вторых, это закон государства, на территории которого человек имеет место жительства (lex domicilii), если он бипатрид или апатрид <§ 11). Точно также семейно-брачные отношения рассматриваются по «общему личному закону» участников (с учетом разъяснений, содержащихся в § 11), наследственные отношения - «по личному закону наследодателя» и т. д.

По такому же пути идет развитие российского коллизионного права. В российском праве еще с советских времен преимущественно использовался личный закон в форме закона места жительства. Вместе с тем в Основах 1991 г. есть один случай, когда предусмотрено применение личного закона в форме закона гражданства: дееспособность иностранного гражданина определяется по закону страны, гражданином которой он является (п. 2 ст. 160). Уже это давало формальное основание причислить Россию к странам со смешанной системой личного закона. Данная тенденция нашла свое развитие в новом Семейном кодексе РФ 1995 г., который широко использует обе формы. Наконец в проекте разд. VII «Международное частное право», включенного в Третью часть ГК РФ, данная тенденция оформилась окончательно. В проект включена отдельная статья, озаглавленная «Личный закон», предусматривающая разные варианты личного закона в зависимости от ситуационных обстоятельств, причем основным является закон гражданства.

Таким образом, переход к смешанной системе личного закона является характерной чертой современного развития международного частного права, что повышает его эффективность.

2. Закон юридического лица (lex societatis) - формула прикрепления широко используемая при решении коллизий законов, связанных с правовым положением иностранного юридического лица. Она предусматривает применение права того государства, которому принадлежит юридическое лицо. Так как его принадлежность государству выражается в термине «национальность» юридического лица, то данная формула иногда звучит как «закон национальности юридического лица».

Право различных государств неодинаково решает вопросы о том, в каких случаях объединения, вступающие в гражданско-правовые отношения, являются юридическими лицами, каков объем их правоспособности, каковы пределы полномочий и ответственности должностных лиц и органов юридических лиц и т. д. Поэтому, когда в гражданско-правовые отношения вступают иностранные юридические лица, нужно выбрать право государства, которое будет компетентно ответить на все эти и другие подобные вопросы. „

Мировая практика единодушно обращается в таких случаях к праву государства, которому юридическое лицо принадлежит. Последнее образует личный статут юридического лица, обладающий экстерриториальностью: он следует за юридическим лицом независимо от того, где оно осуществляет свою деятельность. Другое дело, что в праве разных государств по-разному определяется государственная принадлежность (национальностъ) юридических лиц. Как правило используются два критерия: оседлости (в разном толковании) и инкорпорации. Критерий инкорпорации используется в российском международном частном праве (подробнее об этом будет рассмотрено в главе о юридических лицах).

3. Закон места нахождения вещи (lex rei sitae) - одна из первых формул прикрепления сложившихся в практике международного частного права. Она означает применение права того государства, на территории которого находится вещь, являющаяся объектом частноправовых отношений. Если сущность этой формулы прикрепления не изменилась с древних времен (правда., менялось юридико-философское обоснование ее применения), то сфера ее применения серьезно изменилась. Когда-то закон места, нахождения вещи применялся исключительно к недвижимости, в настоящее время в сферу его действия включается и движимое имущество.

В целом по этому закону практически во всем мире определяется правовое положение имущества, как движимого, так и недвижимого. В частности, он решает такие вопросы: может ли вещь быть объектом права собственности, юридическую квалификацию вещи (движимая или недвижимая, делимая или неделимая, отчуждаемая или неотчуждаемая и т. д.), порядок возникновения, изменения и прекращения права собственности и иных вещных прав, содержание вещных прав. Считается, что общепринятое применение закона места нахождения вещи к перечисленным вопросам обусловлено сложившимся международно-правовым обычаем. Этот закон применяется даже тогда, когда он не зафиксирован в национальном законодательстве соответствующего государства.

В конструкции закона места нахождения вещи «место нахождение вещи» понимается как реальная, физическая категория, то есть право того государства, на территории которого вещь реально находится. Есть три исключения: 1) если все фактические действия, необходимые для возникновения какого-либо вещного права, полностью совершились на территории того государства где вещь находится, а затем она будет перемещена на территорию другого государства, то возникшие вещные права будут обсуждаться по праву того государства, где соответствующие действия совершались, а не по праву того государства, где вещь реально находится; 2) правовое положение вещей, занесенных в государственный реестр, независимо от того, где вещь реально находится, определяется правом страны, где она внесена в реестр; 3) место нахождения вещи, находящейся в пути (res in transitu), постоянно меняется и поэтому для определения ее правового режима в случае необходимости используется искусственная привязка: или закон места отправки вещи, или закон места назначения (в России — закон места отправки, п. 3 ст. 164 Основ 1991 г.).

4.  Закон, избранный сторонами гражданского правоотношения (lex voluntaris) - означает применение права того государства, которое выберут сами стороны - участники частного правоотношения. Такой способ выбора права используется лишь в одной группе частных правоотношений - в договорных обязательствах. Хотя эта формула прикрепления возникла относительно недавно (конец XIX в.), она в настоящее время является общепризнанной. Как национальное коллизионное право, так и международные договоры, исходят из того, что при решении всех коллизионных вопросов в сфере договорных обязательств, решающей является воля сторон. Данная формула прикрепления, называемая еще «автономией воли», в российском коллизионном праве выражена в ст. 166 Основ гражданского законодательства.

Согласно абз. 1 п. 1 «права и обязанности сторон по внешнеэкономическим сделкам определяются по праву страны, избранному сторонами при совершении сделки или в силу последующего соглашения». Из содержания статьи видно, что воля сторон внешнеэкономической сделки в выборе права пользуется приоритетом - другие способы выбора права, предусмотренные в абз. 2 п. 1 рассматриваемой статьи, применяются только при отсутствии соглашения сторон.

5.  Закон места совершения акта (lex loci actus) - формула прикрепления, означающая применение права того государства, на территории которого совершен частноправовой акт (например, составлено завещание, выписана доверенность, заключен брак и т. д.). Это обобщенная формула прикрепления, и в таком виде она используется нечасто. Классическим случаем использования данной формулы в обобщенном виде является применение ее для разрешения коллизий законов, связанных с формой частноправового акта: форма акта подчиняется закону места совершения (locus regit formam actus). Частноправовой акт - это широкое понятие, охватывающее многообразные частноправовые действия. Поэтому данная формула конкретизируется в зависимости от того, о каком виде акта идет речь. Существует несколько, наиболее часто встречаемых вариантов закона места совершения акта.

5.1. Закон места совершения договора (lex loci contarctus) -наряду с законом места нахождения вещи является одной из первых привязок, исторически сложившихся в коллизионном праве, и означает применение права государства, где заключен договор. Используется данная привязка для регулирования обязательств, вытекающих из частноправовых договоров: купли-продажи, подряда, мены и пр. Несмотря на кажущуюся простоту закона места совершения договора, применяется он в международной практике все реже. Дело в том, что с появлением и совершенствованием современных средств связи договоры все чаще заключаются между отсутствующими сторонами, путем переписки. В результате, договор потерял реальную, физическую связь с территорией какого-либо государства..

Место заключения договора из физической, объективной категории превратилось в юридическую категорию, по-разному трактуемую в праве разных государств. Например, в англо-американском: праве используют так называемую концепцию «почтового ящика», согласно которой договор считается заключенным в том месте, откуда отправлен акцепт.

В странах Европы, в том числе и в России, напротив, считается, что договор заключен в том месте, где получен акцепт. В результате договор, заключенный по переписке между российским и английским контрагентами, в случае, когда акцепт отправлен из Москвы и получен в Лондоне, юридически вообще не будет иметь своего места заключения. С другой стороны, когда акцепт отправлен из Лондона в Москву, договор будет иметь два юридических места заключения. Этот пример достаточно свидетельствует о юридических сложностях, которые могут возникнуть при обращении к закону клеста заключения договора, что привело к сужению сферы его действия.

Тем не менее в ряде стран (например, во Франции, Италии и др.) традиционно применяется закон места, заключения договора для решения коллизионных вопросов обязательств, вытекающих из договоров. К таким странам до недавнего времени относилась и Россия, Гражданский кодекс которой субсидиарно к воле сторон предусматривал применение закона места совершения внешнеторговой сделки (ч. 1 ст. 566 ГК РСФСР). С введением Основ гражданского законодательства от 31 мая 1991 г. эта статья перестала действовать.

5.2. Закон места исполнения договора (lex loci solutionis) - означает применение права того государства, где обязательство, вытекающее из договора, подлежит исполнению. Как формула прикрепления закон места исполнения обязательства используется так же, как и предыдущая, для регулирования договорных частноправовых обязательств. В таком виде эта формула прикрепления сложилась и применялась в праве ФРГ. Обращается к этой привязке Закон о международном частном праве и процессе, принятый Турцией в 1982 г. Его ст. 24 устанавливает, что если стороны не выбрали право, то применяется «право места исполнения, а при нескольких местах исполнения — право исполнения того действия, которое образует центр тяжести обязательственного правоотношения...»

Чаще же всего закон места исполнения используется в более узкой трактовке — как закон места фактической сдачи товара или места совершения платежа для регламентации такого комплекса вопросов, как порядок сдачи товаров (форма сдаточно-лриемного акта, день и время дня, когда может состояться сда-

ча-приемка и т. д.) и порядок осуществления платежа, в том числе форма и содержание соответствующих платежных документов (например, п. 6 ст. 166 Основ 1991 г.).

5.3. Закон места совершения брака (lex loci celebrationis) - означает применение права того государства, на территории которого заключен брак. Это очень распространенная формула прикрепления. Она используется, как правило, при регулировании вопросов, связанных с формой заключения брака. Однако некоторые страны используют эту привязку более широко, I том числе для определения условий вступления в брак, действительности заключенного брака и др. Такой подход был характерен для российского права. Однако Семейный кодекс РФ 1995 г отказался от тотального применения этой формулы прикрепления, оставив ее для применения главным образом форму брака

5.4. Закон места причинения вреда (lex loci delicti commissi) -означает применение права того государства, на территории которого был причинен вред. Используется эта привязка для выбора права, компетентного регламентировать обязательства; возникающие вследствие причиненного вреда (деликтные обязательства). Рост международного туризма и международных транспортных операций увеличивает число деликтных обязательств, осложненных иностранным элементом, что расширяв! сферу применения данной формулы прикрепления.

Принцип закона места причинения вреда выражен в абз. 1 ст. 167 Основ 1991 г., который устанавливает, что «права и обязанности сторон по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, определяются по закону страны, где имело место действия или иное обязательство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда».

5.5.  Наиболее распространенным, признанным вариантом закона места совершения акта является его применение для разрешения коллизий законов, связанных с формой гражданско-правового акта. Форма акта (сделки, договоры) определяется пс закону места его совершения (locus regit actum). Это правиле используется и в российском международном частном праве.

Так, согласно п. 1 ст. 165 Основ 1991 г. «форма сделки подчас подчиняется праву места ее совершения». Точно также «форма и срок действия доверенности определяются по прав) страны, где была выдана доверенность» (п. 3 ст. 165 Основ гражданского законодательства).

6. Закон страны продавца (lex venditoris) - означает применены* права того государства, которому принадлежит продавец. Это относительно новая (нормативное закрепление получила во второй половине нашего века), но наиболее распространенная формула прикрепления, используемая для регулирования договорные обязательств. Он был положен в основу Гаагской конвенции 1955 г. о праве, применимом к международной продаже товаров.

Первыми национально-правовыми актами, в которых закон страны продавца был применен для разрешения коллизий в сфере обязательного права, были чехословацкий Закон о международном частном праве и процессе 1963 г. (§ 10) и польский Закон международное частное право 1965 г. (ст. 27). Впоследствии он был применен в Законе о международном мастном праве Венгрии 1979 г. (§ 25), в Законе о разрешении коллизий между законом и нормами иностранного права в определенных правоотношениях Югославии 1982 г. (ст. 20), Законе о международном частном праве Австрии 1978 г. (§ 36), а также в Общих условиях поставок товаров 1968/1988 гг., в Гаагской конвенции о праве, применимом к международной купле-продаже, 1986 г.

Закон страны продавца используется в двух значениях. Во-первых, он применяется в дословном его значении: к договору купли-продажи, права и обязанности сторон которого регулируются правом страны продавца. В таком узком значении он используется в обеих гаагских конвенциях (1955 и 1986 гг.) и в Общих, условиях поставок товаров 1968/1988 гг.

Принцип закона страны продавца, согласно которому к договору купли-продажи применяется право той стороны (продавца), чье обязательство составляет специфику этого договора, стал использоваться и для других частноправовых договоров. В результате сложилось широкое понимание «закона страны продавца» кале права того государства, которому принадлежит сторона в договоре, чье обязательство составляет специфику, главное содержание этого договора. В таком широком понимании закон страны продавца закреплен во внутреннем праве разных государств, в том числе и в России.

Согласно абз. 2 ст. 166 Основ 1991 г. при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению права применяется право страны, где учреждена, имеет место жительства или основное место деятельности сторона, являющаяся: продавцом — в договоре купли-продажи (узкое значение); наймодателель — в договоре имущественного найма; хранителем - в договоре хранения и т. д. (всего 12 договоров), что свидетельствует о(5 использовании «закона страны продавца» в широком значении. Такой вывод подтверждается п. 5 ст. 166, который дополнительно указывает, что к неперечисленным договорам применяется право страны, где учреждена, имеет место жительства или основное место деятельности сторона, «которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания такого* договора».

7. Закон наиболее тесной связи (Proper Law) — означает применение права того государства, с которым данное правоотношение наиболее тесно связано. Чаще всего, эта формула прикрепления применяется тогда же, когда и закон страны продавца, для решения коллизионных вопросов в сфере договорных обязательств. Но иногда его используют в качестве общего под хода для регулирования всех частноправовых отношений с иностранным элементом. Примером такого подхода является Закон о международном частном праве Австрии 1978 г., первый параграф которого устанавливает общее правило, заключающееся I том, что правоотношения с иностранным элементом подчиняются правопорядку, с которым имеется наиболее тесная связь.

Сложилась эта формула прикрепления в теории и практик* англо-американского международного частного права и применялась для выбора права к договорным обязательствам, поэтому ее принято обозначать как Law of the Contract или Proper Law of the Contract. Несмотря на неопределенность содержание и серьезные трудности фактического применения (правопорядок устанавливается путем толкования договора и всех относящихся к нему обстоятельств, что ведет к субъективизму правоприменительных органов), данная формула прикрепления не только сохраняет, но и расширяет свои позиции в между народ ном частном праве. Обращается к нему и проект Третьей части ГК РФ (подробнее рассмотрено в главе «Внешнеэкономические сделки»).

8. Закон суда (lex fori) - формула прикрепления, решающая коллизию права в пользу права того государства, где рассматривается частноправовой спор (в суде, арбитраже, третейском суде или в ином органе). Согласно этой формуле суд или иной правоприменительный орган должен руководствоваться правом своей страны, несмотря на наличие иностранного элемент в составе частноправового отношения. Общепринятой сферой применения закона суда является международный граждански: процесс: суд, рассматривая гражданские дела с участием иностранного элемента, всегда руководствуется своим процессуальных правом (в порядке исключения суд может применить нор мы иностранного процессуального права, если это специально оговорено в законе или в международном договоре). Однако сфере международного гражданского процесса проблема выбора права отсутствует, поэтому закон суда здесь является не формулой прикрепления, а одним из принципов международного гражданского процесса.

Как формула прикрепления закон суда находит свое применение в сфере любых видов частноправовых отношений и в это] качестве может подменить любую из существующих форму прикрепления. Так, выражением закона суда являются односторонние коллизионные нормы. Иногда закон суда в качеств формулы прикрепления используют международные договор] об оказании правовой помощи. По некоторым видам частые правовых отношений договоры прежде всего устанавливаю правила подсудности (суды или иные правоприменительные органы какого государства вправе рассматривать споры, вытекающие из таких правоотношений), а затем устанавливается общее правило о применении права государства, органы которого рассматривают дело. Например, согласно ст. 25 Договора между Российской Федерацией и Эстонской республики о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 26 января 1993 г. по делам о признании безвестно отсутствующим и объявлении умершим или об установлении факта смерти компетентные учреждения Договаривающихся Сторон применяют законодательство своего государства.

   Закон суда для решения коллизионных вопросов получил распространение в международных договорах по унификации морского частного права (например, в Конвенции ООН о морской перевозке грузов - Гамбургские правила)\.

   9. Закон места работы (lex loci laboris) - распространенная формула прикрепления, используемая для решения коллизий законов в сфере международных трудовых правоотношений. Согласно этой формуле для регламентации всего комплекса трудовых правоотношений, осложненных иностранным элементом, применяется право страны, где осуществляется трудовая деятельность (основным исключением из данного правила является форма трудового договора). Она закреплена в праве многих государств (например, Албании, Австрии, Венгрии, Испании, Словакии, ФРГ, Чехии, Швейцарии), в ряде международных договоров (например, в Римской конвенции о праве, применяемом к договорным обязательствам, 1980 г.). Правда, в практике нет единодушия, что понимать под «местом работы», чаще всего под этим понимают «обычное место работы» (например, п. 2-1 ст. 30 Вводного закона к Гражданскому уложению от 18 августа 1896 г. в ред. от 21 сентября 1994 г.).

   В России закон места труда широко используется в международных договорах по различным аспектам экономического, научного и культурного сотрудничества, или по привлечению и использованию иностранной рабочей силы2.

   10. Закон флага (lex flagi) - означает право государства, флаг которого несет судно. Применяется главным образом для решения коллизионных вопросов в сфере торгового мореплавания. Так, в Кодексе торгового мореплавания РФ 1999 г. значительная часть коллизионных норм построена на этой привязке. Законом государства флага судна должны регулироваться: право собственности и другие вещные права на судно (ст. 415), правовое положение членов экипажа (ст. 416), права на имущество, находящееся на затонувшем в открытом море судне (ст. 417), пределы ответственности судовладельца (ст. 426) и др.

  Перечень рассмотренных формул прикрепления не является исчерпывающим - это наиболее типичные и обобщенные формулы, каждая из которых может проявляться в более конкретных вариантах.

  Изложенное позволяет сделать общий вывод. Современные тенденции развития международного частного права нашли отражение в особенностях развития коллизионных привязок, что подтверждается новыми кодификационными актами в европейских странах и международными договорами, направленными на унификацию коллизионного права. Выделяется две современные особенности развития коллизионных привязок. Первая - стремление к отказу от жестких привязок, основанных на одном определенном критерии. Это не означает, что традиционные привязки, основанные на традиционных критериях, исчезают. Меняется их роль. Часто они используются в качестве дополнительных (субсидиарных) привязок (например, закон места совершения договора). В качестве же главного способа выбора права используются гибкие правила, дающие возможность учесть все конкретные обстоятельства дела, например, выбор права, с которым данное правоотношение наиболее тесно связано (Proper Law).

  Вторая особенность развития коллизионных привязок заключается в том, что для выбора права по одному вопросу используется не одна, а целая система взаимосвязанных привязок с целью обеспечить адекватное регулирование всего многообразия международных частноправовых отношений. В результате возникают целые цепи из генеральной и дополнительных коллизионных привязок, связанных внутренним единством.


<