20.3. Арбитражное соглашение : Международное частное право – Автор неизвестен : Книги по праву, правоведение

20.3. Арбитражное соглашение

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 
РЕКЛАМА
<

          Одним из основополагающих принципов международного коммерческого арбитража является принцип добро» вольности обращения к арбитражному разбирательству. Арбитраж может принять дело к своему производству только при наличии согласия сторон об этом. Соглашение, выражающее согласованную волю сторон о передаче спора между ними в арбитраж, называется арбитражным соглашением.

  Практике известны три вида арбитражных соглашений: арбитражная оговорка, третейская запись и арбитражный договор. Арбитражная оговорка - это соглашение сторон контракта, прямо включенное в текст, об арбитражном разбирательстве споров, которые могут возникнуть в будущем из этого контракта. Третей» екая запись - это отдельное от контракта соглашение сторон об арбитражном разбирательстве уже возникшего между ними спора. Арбитражный договор - самостоятельное соглашение между сторонами об арбитражном разбирательстве споров, которые могут возникнуть между ними в будущем или в связи с каким-то конкретным контрактом, или в связи с группой конкретных контрактов между ними, или даже в связи с сотрудничеством между ними в целом. Как правило, арбитражное соглашение независимо от вида должно быть составлено в письменной форме.

  Третейская запись для сторон может быть более предпочтительной. Она заключается тогда, когда уже возникли разногласия и стороны достаточно определенно представляют, какой спор они передают на арбитражное разбирательство. Однако заключение третейской записи часто на практике трудно достижимо. Сторона, не исполнившая свои обязательства по контракту, может уклоняться от передачи спора в арбитраж, а у потерпевшей стороны чаще всего нет никаких средств, которые могли бы побудить ее дать согласие на обращение в арбитраж. Чаще всего арбитражное соглашение заключается в виде арбитражной оговорки, включаемой непосредственно в контракт. Тем самым стороны гарантируют возможность квалифицированного разбирательства спора и возможность принудительного исполнения арбитражного решения. Кроме того, включение в контракт арбитражной оговорки само по себе служит определенным дисциплинирующим фактором, и тем самым является своеобразным обеспечительным средством выполнения договорных обязательств.

  Что касается третьего вида арбитражного соглашения в виде самостоятельного договора о порядке разрешения споров, которые могут возникнуть в будущем, то он в практике встречается редко. Такой договор заключается либо тогда, когда это требует внутреннее законодательство государства (речь идет о соглашении по одному контракту), либо когда между сторонами существуют устойчивые и разнообразные внешнеэкономические связи.

   Все три вида арбитражных соглашений по своей сути ничем не отличаются, они представляют собой три формы одного и того же явления - соглашения сторон об арбитражном разбирательстве. Как правило, и внутреннее законодательство, и международные договоры не проводят никаких юридических различий между отдельными видами арбитражных соглашений, пользуясь одним термином «арбитражное соглашение». Так, в Нью-Йоркской конвенции 1958 г. устанавливается, что каждое государство-участник «...признает письменное соглашение, по которому стороны обязуются передавать в арбитраж все или какие-либо споры, возникшие или могущие возникнуть между ними в связи с каким-либо конкретным договором или иным правоотношением, объект которого может быть предметом арбитражного разбирательства» (п. 1 ст. 2). Как видно, в этом тексте просматриваются все три вида арбитражных соглашений и все они имеют одинаковую юридическую силу.

  Таким образом, наличие арбитражного соглашения между сторонами коммерческого спора в том или ином виде является обязательным условием для их рассмотрения в арбитраже. Однако иногда юрисдикция арбитража основывается на правилах международного договора - арбитражного соглашения между государствами. Такой межгосударственный договор обязателен как для сторон коммерческого спора, так и для арбитражного органа, указанного в договоре. При наличии договора стороны не могут уклониться от передачи спора в арбитраж, и именно в тот арбитраж, который указан в договоре; с другой стороны, арбитраж не может отказать в рассмотрении спора, ссылаясь на отсутствие согласия сторон. В практике нашего государства есть два международных договора, устанавливающих обязательную юрисдикцию арбитража, которые уже назывались выше: Московская конвенция 1972 г. и Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, заключенное государствами-участниками СНГ в 1992 г. Так, согласно Московской конвенции хозяйственные споры между организациями стран-участниц Конвенции подлежат рассмотрению в арбитражном порядке и компетентным арбитражным судом будет арбитражный суд при торговой палате страны ответчика. Следовательно, если в процессе экспортно-импортных операций между российским и болгарским предприятиями возникли разногласия, которые не урегулированы путем переговоров, то истец - болгарское предприятие - обязан обратиться с иском к российскому предприятию-ответчику в Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате РФ, а последний обязан рассмотреть этот спор независимо от того, было ли на это согласие сторон 1.

Правда, стороны могут договориться о передаче спора в арбитраж при торговой палате третьего государства-участника Конвенции. Но если такого соглашения нет, то действует правило об обязательной юрисдикции арбитража страны ответчика.

   В Соглашении 1992 г. правила подсудности хозяйственных споров иные, но из них также вытекает возможность принудительной юрисдикции арбитража, то есть арбитражного разбирательства без арбитражного соглашения между сторонами спора. Как уже указывалась, Соглашение пользуется общим термином «компетентные суды», который объединяет «суды, арбитражные (хозяйственные) суды, третейские суды». Следовательно, «компетентный суд» охватывает как государственные, так и негосударственные (коммерческие) арбитражные суды.

   Подсудность хозяйственных споров между субъектами, которые находятся в разных государствах-участниках СНГ, определена в ст. 4. Согласно п. 1 суды будут компетентны, если на их территории: ответчик имеет постоянное место жительства в момент предъявлений иска; или ответчик осуществляет хозяйственную деятельность; или исполнено (должно быть исполнено) договорное обязательство; или имело место действие, послужившее основанием для требования о возмещении вреда; или истец имеет постоянное место жительства по иску о защите деловой репутации; или находится контрагент-поставщик (подрядчик) по спору о заключении, изменении и расторжении договора.

   Вместе с тем, п. 2 этой статьи предусматривает возможность рассмотрения спора судом любого другого государства-участника, если имеется письменное соглашение сторон о передаче спора этому суду. Как видим, п. 2 закрепляет общепринятое право сторон заключать арбитражное соглашение о выборе арбитража по собственному усмотрению. Но если такого соглашения нет, то автоматически применяются правила об обязательной юрисдикции, предусмотренной в п. 1 рассматриваемой статьи. И тогда согласия ответчика на арбитражное разбирательство не требуется.

   Подобная специфика механизма рассмотрения хозяйственных споров в райках СНГ имеет практическое объяснение. Многие хозяйствующие субъекты существовали и действовали еще в рамках СССР. В тот период хозяйственные споры между ними независимо от того, на территории какой республики они находились, рассматривались в обязательном порядке государственными арбитражами по правилам подсудности, установленным в советском законодательстве. Причем институт арбитражных соглашений не существовал вообще. После распада СССР возникли хозяйственные споры между субъектами, которые оказались на территории самостоятельных государств. И многие участники таких споров фактически были лишены права на арбитражное разбирательство и, следовательно, на защиту своих субъективных прав только потому, что формально в их хозяйственных договорах отсутствовала арбитражная оговорка, а заключить третейскую запись не представлялось возможным. Принятие Соглашения создало юридическую основу рассмотрения подобных споров и без наличия арбитражного соглашения, что соответствовало сложившейся традиции и имело важное практическое значение. Не исключено, что по мере совершенствования хозяйственных отношений в рамках СНГ, данное Соглашение может быть пересмотрено.

  Арбитражное разбирательство международных коммерческих споров без наличия арбитражного соглашения предусмотрено в договорах, заключаемых Россией с иностранными государствами о взаимной защите иностранных инвестиций. Так, например, в межправительственном Соглашении между Российской Федерацией и Венгерской Республикой о поощрении и взаимной защите капиталовложений, заключенном 6 марта 1995 г., устанавливается общее правило, что споры между инвестором и принимающей Договаривающейся стороной, возникающие в связи с капиталовложением, должны рассматриваться путем переговоров. Но если в течение 6 месяцев спор таким образом не будет решен, то инвестор имеет право передать спор на рассмотрение одному из трех арбитражей: арбитраж принимающего Договаривающегося государства (правда, инвестор не обязательно должен обращаться в арбитраж, он может передать спор компетентному суду общей юрисдикции этого государства); Арбитражный институт Стокгольмской торговой палаты; или арбитраж ad hoc, создаваемый в соответствии с Арбитражным регламентом ЮНСИТРАЛ (ст. 8)1.

  Аналогичный порядок предусмотрен и в Соглашении с Правительством Королевства Швеции о поощрении и взаимной защите капиталовложений, заключенном 19 апреля 1995 г. Правда, в нем инвестору предоставляется только один вариант: обращение в арбитраж ad hoc, создаваемый в соответствии с Арбитражным регламентом ЮНСИТРАЛ (ст. 8)2,

  В обоих договорах передача инвестиционного спора в арбитраж не ставится в зависимость от арбитражного соглашения между сторонами спора. Инвестор обращается к арбитражному разбирательству по собственной инициативе, а арбитраж, указанный в международном договоре, обязан принять такой спор к своему производству, не спрашивая согласия на это второй стороны.

  Правда, следует отметить, что такая обязанность арбитража предопределяется международным договором, который имеет юридическую силу только на территории государств-участников договора. Поэтому невозможно представить, каким образом инвестор по собственной инициативе без согласия принимающего государства сможет передать свой инвестиционный спор в Арбитражный институт Стокгольмской торговой палаты, как это следует из российско-венгерского соглашения. Для него подобный договор не имеет никакой юридической силы, а согласно шведскому праву он принимает для рассмотрения споры лишь при наличии арбитражного соглашения между сторонами спора. Рассматриваемые положения российско-венгерского соглашения (подобные положения встречаются и в других соглашениях о защите иностранных инвестиций) следует толковать следующим образом: ответчиком инвестиционного спора является принимающее государство, которое одновременно является стороной международного договора и обязано выполнять его положения; поэтому принимающее государство обязано дать согласие на рассмотрение спора тем арбитражем, который выберет инвестор.

   Понятно, что указанный порядок установлен для дополнительной защиты более слабой стороны (инвестор - это частное лицо, а ему противостоит иностранное государство). Однако такой подход не является общепризнанным. Например, участие в Вашингтонской конвенции 1965 г. не означает обязательности рассмотрения инвестиционных споров между государством-участником Конвенции и частным инвестором другого государства-участника в арбитражном Центре, созданном на основе Конвенции. Напротив, в качестве непременного условия передачи спора в Центр требуется наличие соглашения об этом между сторонами спора.

   Таким образом, принцип добровольности обращения в арбитраж, который выражается в наличии соглашения сторон об избрании этого способа разрешения споров, является основополагающим положением. Иной порядок устанавливается государствами в силу различных причин в международных договорах. Такие договоры обязательны для сторон международного коммерческого спора и для соответствующих арбитражных органов. Может ли Международный коммерческий арбитражный суд при ТПП РФ отказать в принятии иска от венгерской компании по инвестиционному спору с Правительством РФ на том основании, что между сторонами нет соглашения об обращении в этот суд, что требуется Законом РФ о международном коммерческом арбитраже? Ответ должен быть отрицательным. Несмотря на то, что Торгово-промышленная палата является общественной организацией, она и ее органы, в том числе МКАС, обязаны соблюдать международные договоры с участием России (п. 4 ст. 15 Конституции РФ).

   Арбитражное соглашение, неся на себе бремя основополагающего принципа, порождает целый ряд юридических вопросов. Прежде всего, принципиальной особенностью арбитражного соглашения является его юридическая автономность по отношению к контракту, в связи с которым у сторон возникли разногласия. Это означает, что судьба арбитражного соглашения, его юридическая действительность не зависит от действительности основного контракта. Особую значимость это положение приобретает, когда арбитражное соглашение включено непосредственно в текст контракта в виде арбитражной оговорки. Признание основного контракта недействительным автоматически вело бы к недействительности любой его части, в том числе и арбитражной оговорки. В результате, стороны лишались бы самого права на независимое арбитражное разбирательство разногласий между ними, в том числе и по вопросу о действительности контракта и обязательств из него вытекающих.

   Сложившееся в международной практике положение о юридической автономности арбитражного соглашения преодолевает указанное противоречие и обеспечивает право участников международных торгово-экономических связей на арбитражную защиту их законных прав и интересов. Юридическая автономность арбитражного соглашения наряду с принципом добровольности арбитражного разбирательства также является основополагающим принципом международного коммерческого арбитража. Следовательно, любое арбитражное соглашение, в том числе и включенная в текст международного коммерческого контракта арбитражная оговорка, рассматривается независимо от основного контракта, а признание контракта недействительным не ведет к аннулированию арбитражного соглашения и не лишает арбитра права рассмотреть все спорные вопросы, связанные с недействительностью контракта, и вытекающие из этого последствия.

   Этот принцип получил закрепление в нормативных актах (международных и национальных), нашел отражение в арбитражных решениях. Так, ч. 2 ст. 16 Российского закона о международном коммерческом арбитраже установлено, что «...арбитражная оговорка, являющаяся частью договора, должна трактоваться как соглашение, не зависящее от других условий договора. Решение третейского суда о том, что договор ничтожен, не влечет за собой в силу закона недействительность арбитражной оговорки».

  Более того, признание юридической самостоятельности арбитражных соглашений привело к формированию коллизионных норм, определяющих по законам какого государства должны рассматриваться все спорные вопросы, связанные исключительно с арбитражными соглашениями. Чаще всего предусматривается отсылка либо к праву, которое выбрали стороны (lex voluntaris), либо к праву, которое регулирует основной договор (lex causae), либо к праву государства, на территории которого вынесено решение (lex loci arbitri).

  Например, согласно ст. 36 Российского закона о международном коммерческом арбитраже недействительность арбитражного соглашения может быть признана «...по закону, которому стороны его подчинили, а при отсутствии такого указания - по закону страны, где решение было вынесено...». Точно также решен этот вопрос в Нью-Йоркской конвенции 1958 г. (п. 1 ст. 5) и в Европейской конвенции 1961 г. (ст. 9). Напротив, ст. 182 швейцарского Закона о международном частном праве предусматривает все три вышеперечисленные варианты: арбитражное соглашение признается действительным в соответствии с правом, избранным сторонами, при отсутствии такого выбора - в соответствии с правом, применимым к существу спора (в частности с правом основного договора), или швейцарским правом.

   Из наличия арбитражного соглашения вытекают два важных процессуально-правовых последствия. Во-первых, арбитражное соглашение обязательно для сторон и они не вправе уклониться от передачи спора в арбитраж. Это приводит к исключению юрисдикции государственных судов по данному спору. Арбитражное соглашение лишает суд его юрисдикции. Если одна из сторон все же обратится в суд, то последний должен либо по собственной инициативе, либо по заявлению ответчика отказать в принятии искового заявления или прекратить уже начатое производство по делу. В равной степени это правило применяется и тогда, когда сторона арбитражного соглашения обращается с иском в арбитраж, но не в тот, который был согласован между сторонами.

   Так, если стороны включили в контракт оговорку о рассмотрении споров в МКАС при ТПП РФ, а истец обращается с иском в Московский арбитражный суд, то последний обязан признать себя некомпетентным.

   Взаимосвязь арбитражного соглашения и юрисдикции государственных судов подчеркивается и в международных актах, и в национальном законодательстве. Так, согласно Нью-Йоркской конвенции 1958 г. суд при наличии арбитражного соглашения должен «направить стороны в арбитраж», но при соблюдении ряда условий: если иск касается вопроса, по поводу которого стороны заключили соглашение; если любая из сторон просит об этом; и, если суд не найдет, что арбитражное соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено (п. 3 ст. 2). Подобные правила содержатся и в Европейской конвенции 1961 г., и в Типовом законе о международном коммерческом арбитраже 1985 г. Причем в Типовом законе есть существенное дополнение: решение судом всех этих вопросов никоим образом не препятствует арбитражу начать арбитражное разбирательство, продолжить, закончить его и вынести решение по делу (п. 2 ст. 8).

   Рассмотренные положения закреплены и в российском законодательстве. В ст. 8 Закона о международном коммерческом арбитраже предусматривается, что «Суд, в который подан иск по вопросу, являющемуся предметом арбитражного соглашения, должен, если любая из сторон попросит об этом не позднее представления своего первого заявления по существу спора, прекратить производство и направить стороны в арбитраж, если не найдет, что это соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено».

   Второе процессуальное последствие наличия арбитражного соглашения связано с компетенцией арбитража: арбитраж не должен выходить за рамки полномочий, возложенных на него сторонами соглашения. Общая компетенция арбитража устанавливается законами соответствующего государства, международными договорами, регламентами институционных арбитражей. Однако, при рассмотрении каждого конкретного спора сформированный сторонами арбитраж (коллегия арбитров или единоличный арбитр) прежде всего должен вынести решение по вопросу о своей компетенции рассматривать данный спор. В пределах установленной законом общей компетенции решение арбитров о своей компетенции по конкретному спору должно быть основано на арбитражном соглашении. Такое решение выносится как по инициативе арбитров, так и при наличии возражений сторон относительно наличия, содержания и действительности арбитражного соглашения.

  Компетенция арбитража может быть рассмотрена и в ходе арбитражного разбирательства по заявлению любой стороны о выходе какого-либо вопроса за пределы его компетенции.

  Правда, следует обратить внимание на то, что решение арбитража о своей компетенции независимо от того, на какой стадии разбирательства оно выносится, не является окончательным. Мировая арбитражная практика придерживается следующих правил: во-первых, любая сторона может обжаловать решение арбитража о компетенции в суд общей юрисдикции того государства, на территории которого выносится решение (правда, обращение в суд, как правило, не останавливает арбитражного процесса: арбитраж может продолжать разбирательство и вынести решение по существу спора); и, во-вторых, выход арбитража за пределы полномочий, установленных арбитражным соглашением, является общепринятым основанием для отказа в признании и приведении в исполнение арбитражного решения.

  Эти правила зафиксированы в Российском законе о международном коммерческом арбитраже (ст. 16,34,35), в Нью-Йоркской конвенции 1958 г. (ст. 5, п. 1-е), в Европейской конвенции 1961 г. (ст. 10, п. 1-е) и в других актах.

  Арбитражное соглашение должно быть заключено в письменной форме. Так, Нью-Йоркская конвенция 1958 г., предусматривает признание только письменных арбитражных соглашений и уточняет, что термин «письменное соглашение» включает арбитражную оговорку в договоре или арбитражное соглашение, подписанное сторонами или содержащееся в обмене письмами или телеграммами (п. 3 ст. 2). Менее жестко к форме арбитражного соглашения подходит Европейская конвенция 1961 г. К формуле, закрепленной в Нью-Йоркской конвенции, она добавляет, что в отношении между государствами, в которых ни один из законов не требует письменной формы для арбитражного соглашения, признается «всякое соглашение, заключенное в форме, разрешенной этими законами» (п. 2-а ст. 1).

  Различия во внутреннем праве разных государств, особенно по вопросу о допустимости устной формы арбитражных соглашений, а также нечеткие и неконкретизированные формулировки международных договоров порождали многочисленные проблемы, связанные с толкованием и признанием действительными арбитражных соглашений. Решению их может способствовать Типовой закон о международном коммерческом арбитраже, положения которого носят более конкретный характер и соответствуют складывающейся арбитражной практике.

  В п. 2 ст. 7 Закон закрепил общее правило: «Арбитражное соглашение заключается в письменной форме». Затем предусмотрены те условия, при наличии которых «соглашение считается заключенным в письменной форме»:

  - если оно содержится в документе, подписанном сторонами; или

  - заключено путем обмена письмами, сообщениями по телетайпу, телеграфу или с использованием иных средств электросвязи, обеспечивающих фиксацию такого соглашения; или

  - заключено путем обмена исковым заявлением и отзывом на иск, в которых одна из сторон утверждает о наличии соглашения, а другая против этого не возражает; или

  - в договоре содержится ссылка на документ, содержащий арбитражную оговорку (например, на Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ, или на какие-либо общие условия и пр.), но при условии, что договор заключен в письменной форме и данная ссылка такова, что делает упомянутую оговорку частью договора2. Эти правила содержатся и в Российском законе о международном коммерческом арбитраже (ст. 7).

   Содержание арбитражного соглашения зависит от воли сторон: они сами определяют, из каких элементов оно будет состоять. Как правило, арбитражное соглашение состоит из следующих элементов:

  - выбор арбитражного способа рассмотрения спора (можно использовать формулировку «с исключением подсудности общим судам, или судам общей юрисдикции, или государственным судам»);

  - выбор вида арбитража: институционный арбитраж или арбитраж ad hoc. Если стороны решили выбрать институционный арбитраж, то следует указать его точное наименование, например. Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации или Арбитражный институт Стокгольмской торговой палаты или Лондонский международный третейский суд и др. Без точного наименования избранного арбитража едва ли будет признано действительным арбитражное соглашение. Например, указание, что спор будет передаваться на рассмотрение в арбитраж в Москве, делает арбитражное соглашение недействительным, так как в Москве существует множество институционных арбитражей как государственных, так и коммерческих;

  - место проведения арбитража. Если избран институционный арбитраж, то указание места не обязательно, в этом случае разбирательство будет проходить по месту официальной резиденции, если арбитры с учетом обстоятельств дела не определили иное место. Если стороны обращаются к арбитражу ad hoc, то желательно договориться и указать место проведения арбитража (страна, город);

  - выбор языка (языков) арбитражного разбирательства. При выборе институционного арбитража указание языка не обязательно. При отсутствии указания арбитраж будет вести разбирательство на своем национальном языке. При обращении к арбитражу ad hoc желательно выбрать и указать язык разбирательства. Вопрос о языке практически значим, поскольку существует общепризнанное правило, если сторона не владеет языком, на котором осуществляется арбитражное разбирательство, то она обеспечивает переводчика за свой счет;

  - определение числа арбитров, которые будут рассматривать дело (как правило, три или один). Решение этого вопроса может иметь существенное значение при обращении к арбитражу ad hoc. Институционный арбитраж при отсутствии указания сторон будет решать его в соответствии со своим регламентом;

  - порядок арбитражного разбирательства (порядок выбора, назначения и отвода арбитров, определение начала разбирательства и его порядок, процедура представления документов и других доказательств, форма разбирательства - устное или на основе документов и т. д.). В принципе, если стороны выбрали институционный арбитраж, то он осуществляет разбирательство в соответствии с законами своей страны и своим регламентом. Однако отличительной особенностью арбитража является почти не ограниченное право сторон (автономия воли) на установление процедуры разрешения споров. Поэтому абсолютное большинство норм, определяющих процедуру, носит диапозитивный характер и применяется только тогда, когда стороны не договорились об ином. Следовательно, стороны могут предусмотреть в арбитражном соглашении любое правило арбитражной процедуры, даже если они обращаются к институционному арбитражу. Ограничением такой свободы являются императивные нормы соответствующих законов и оговорка о публичном порядке, согласно которой стороны не могут установить такое процессуальное правило, которое нарушает публичный порядок страны, на чьей территории арбитраж осуществляет свою деятельность.

  Если стороны передают спор арбитражу ad hoc, то непременно нужно определиться с арбитражной процедурой, так как у такого арбитража своего регламента нет. Здесь возможны несколько вариантов: либо достаточно подробное установление арбитражной процедуры в самом арбитражном соглашении, либо обращение к одному из типовых регламентов (например, Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ), либо обращение к регламенту какого-нибудь институционного арбитража. При этом стороны ограничены только публичным порядком страны, на чьей территории происходит арбитражное разбирательство. Но, если стороны не решат процедурные вопросы в арбитражном соглашении, это не значит, что их спор не будет рассмотрен. Назначенные ими арбитры (арбитр) будут руководствоваться такими процедурными правилами, какие сочтут подходящими;

  - выбор права, которому подчиняется контракт, не обязательно включается в арбитражное соглашение, часто он решается в качестве самостоятельного условия контракта. Выбор права обращен не только к арбитражу. Прежде всего, он обращен к самим сторонам, так как указывает, по законам какого государства будут определяться права и обязанности сторон по контракту, независимо от того, возникнет ли потребность в арбитражном разбирательстве. Однако нет препятствий для решения этого вопроса и в арбитражном соглашении. Иногда стороны предпочитают, чтобы их спор рассматривался арбитражем не по законам какого-то конкретного государства, а либо по «справедливости» (ex aequo et bono), либо по обычаям международной торговли (lex mercatoria). В этом случае необходимо включить соответствующее указание в арбитражное соглашение.

  Разумеется, стороны могут включить в арбитражное соглашение и любые другие вопросы. В практике часто используют различные типовые арбитражные оговорки. Типовые оговорки прилагаются к типовым арбитражным регламентам (например, типовая оговорка при обращении к Регламенту ЮНСИТРАЛ приведена на с. 599-600), типовые оговорки содержатся в регламентах институционных арбитражей. Существует практика соглашений между торговыми палатами или арбитражными ассоциациями разных стран, в которых сформулированы в качестве рекомендаций типовые арбитражные оговорки. Так, Торгово-промышленная палата РФ имеет подобные соглашения с соответствующими организациями Австрии, Бельгии, Индии, Италии, США, Японии.

  Примером может быть соглашение между Торгово-промышленной палатой РФ, Американской арбитражной ассоциацией и Стокгольмской торговой палатой 1992 г. «Факультативная арбитражная оговорка для использования в контрактах в сфере российско-американской торговли и инвестирования» (подготовлено два варианта: полный текст и сокращенный). Оговорка носит рекомендательный характер и применяется только по соглашению между сторонами контракта. Она предусматривает передачу споров либо Арбитражному институту Стокгольмской торговой палаты, либо арбитражу ad hoc в соответствии с Арбитражным регламентом ЮНСИТРАЛ с местом разбирательства в Стокгольме.


<