Популярное за неделю

{featured_books}
Срубы домов и бань. Проекты домов
азбука-электрики.рф
adhdportal.com

§ 3. Применение международно-правовых норм Верховным Судом Российской Федерации и судами общей юрисдикции

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 

Верховный Суд РФ, Верховные суды республик, соответ­ствующие им суды других субъектов РФ, а также иные суды общей юрисдикции, разрешая гражданские, трудовые, уголов­ные дела и определенную категорию административных дел, в необходимых случаях применяют нормы международного пра­ва. Значительная часть этих дел связана с реализацией норм, касающихся прав и свобод человека.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31 ок­тября 1995 г."0 некоторых вопросах применения судами Кон­ституции Российской Федерации при осуществлении правосу­дия" подчеркнута важность обеспечения защиты прав и свобод человека от любых нарушений путем прямого применения су­дами Конституции РФ и обеспечения ими верховенства норм международных договоров над внутренним законодательством РФ. С учетом этого суды обязаны оценивать любой норматив­ный акт с точки зрения его соответствия как положениям меж­дународных договоров РФ, так и требованиям Конституции РФ.

Вместе с тем применение норм международного права су­дами общей юрисдикции при рассмотрении ими дел, касаю­щихся защиты прав человека, возможно и в том случае, когда имеется пробел во внутреннем законодательстве РФ. Суды мо­гут использовать международно-правовые нормы и в случае толкования закона или иного нормативного акта в целях его правильного применения. Однако наиболее распространенным является применение положений определенных международ­ных договоров РФ через положения гл. 2 Конституции РФ, по­священной правам и свободам человека и гражданина.

Определенный опыт использования норм международного права в судебной деятельности был накоплен еще во время су­ществования Союза ССР.

Речь шла прежде всего о реализации договоров о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам. 19 июня 1959 г. Пленум Верховного Суда СССР принял постановление "О вопросах, связанных с выполнением судебными органами договоров с иностранными государствами об оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам". Это постановление сохраняет действие и сегодня в редакции поста­новления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. Оно содержит разъяснения и указания судам по порядку кон­кретных действий, основанных на договорах, — при приеме заявлений и рассмотрении исков граждан и юридических лиц соответствующих государств, при обращении к судам иностран­ных государств с поручениями об оказании правовой помощи и при выполнении аналогичных поручений судов и других учреждений юстиции иностранных государств, при признании и ис­полнении судебных решений.

Важное место в практике Верховного Суда СССР заняли проблемы юридической квалификации международных пере­возок груза и багажа. В постановлении Пленума Верховного Суда "О некоторых вопросах применения судами законодатель­ства при рассмотрении споров, возникающих из перевозки гру­зов и багажа" от 11 апреля 1969 г. (с изменениями и дополне­ниями, внесенными постановлением от 27 ноября 1981 г.) были даны разъяснения судам по применению не только граждан­ского законодательства, но и международных соглашений, пре­жде всего Соглашения о международном железнодорожном гру­зовом сообщении, вступившего в силу в 1966 г. Речь шла, в частности, об оценке ситуаций, в которых суды должны руко­водствоваться преимущественно международным соглашением, а внутреннее законодательство применять в случаях, указан­ных в международном соглашении, а также при отсутствии в нем необходимых постановлений.

Следует иметь в виду, что согласно ст. 25 Гражданского процессуального кодекса РСФСР судам подведомственны дела по спорам, возникающим из договоров перевозки грузов в пря­мом международном железнодорожном и воздушном грузовом сообщении между государственными предприятиями, учреж­дениями, организациями, кооперативными организациями, их объединениями, другими общественными организациями, с од­ной стороны, и органами железнодорожного или воздушного транспорта, с другой стороны, вытекающие из соответствую­щих международных договоров.

Известен также случай принятия Пленумом Верховного Суда СССР постановления "О применении судами законода­тельства об охране экономической зоны СССР" от 18 июня 1987 г., в котором, в частности, обращено внимание судов на решение определенных вопросов на основе договоров с заинте­ресованными государствами.

Верховный Суд Российской Федерации не только воспри­нял уважительный подход к международному праву, но и су­щественно усовершенствовал механизм применения междуна­родных договоров (норм), имея в виду как содержание и проце­дуру собственных решений, так и ориентиры руководящих ука­заний, адресованных судам общей юрисдикции.

Следует обратить внимание на разъяснение конкретных вопросов, понимание и решение которых обусловлено между­народно-правовыми нормами. При этом Верховный Суд руководствуется ч. 4 ст. 15 Конституции РФ и ссылается на нее, используя в качестве основного критерия. Так поступил Пле­нум Верховного Суда в постановлении от 29 сентября 1994 г., разъяснив судам, что в соответствии со ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах (дан текст п. 4) жалоба лица, задержанного по подозрению в совершении пре­ступления, его защитника или законного представителя отно­сительно законности и обоснованности задержания должна при­ниматься судом к производству и разрешаться по существу при­менительно к порядку и по основаниям, предусмотренным уголовно-процессуальным законодательством.

В постановлении Пленума Верховного суда РФ от 25 апре­ля 1995 г. сказано, в частности, что судимости в других странах СНГ после прекращения существования СССР не должны при­ниматься во внимание при квалификации преступлений, но могут учитываться при назначении наказания как отягчающее обстоя­тельство в соответствии со ст. 76 Конвенции СНГ о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам.

Заслуживают внимания решения Президиума и судебных коллегий Верховного Суда по конкретным вопросам судебной практики.

Одно из них связано с оценкой судом принципа гласности при разбирательстве дела.

Обвинительный приговор одного из областных судов был отменен Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ и дело направлено на новое рассмотрение, в частно­сти, потому, что областным судом, по мнению коллегии, был нарушен принцип гласности, поскольку дело было рассмотрено в закрытом заседании ради обеспечения безопасности потер­певших и свидетелей, т. е. по причине, не предусмотренной ст. 18 УПК РСФСР. Президиум Верховного Суда удовлетворил протест заместителя Председателя Верховного Суда, отменив кассационное определение, и направил дело на новое кассаци­онное рассмотрение. Один из аргументов: вывод судебной кол­легии о несоблюдении судом ст. 18 УПК был сделан без учета норм Конституции РФ и международных пактов. В соответст­вии со ст. 14 Международного пакта о гражданских и политиче­ских правах публика может не допускаться на судебное раз­бирательство, когда этого требуют интересы сторон (в тексте ст. 14: "... интересы частной жизни сторон").

Другой пример относится к оценке допустимости выдачи. Определением городского народного суда уголовное дело лица, являющегося гражданином РФ, но совершившего преступле­ние на территории Республики Узбекистан, было выделено в отдельное производство для рассмотрения по существу узбек­ским судом. Судебная коллегия по уголовным делам Верховно­го Суда РФ удовлетворила протест с целью отмены определе­ния суда как незаконного. При этом были сделаны ссылки на ст. 1 Закона РФ "О гражданстве Российской Федерации" и ст. 61 Конституции РФ, в соответствии с которыми гражданин РФ не может быть выдан другому государству иначе как на основе закона или международного договора. Следует отметить, что бесспорный вывод о незаконности выдачи сочетается с не­точной аргументацией: слова "иначе как на основании закона или международного договора" присутствуют только в Законе о гражданстве и явно противоречат ст. 61 Конституции, где за­прет выдачи гражданина РФ другому государству сформули­рован безоговорочно, что полностью согласуется с международ­ными договорами, отвергающими выдачу государством собст­венных граждан.

В практике Верховного Суда РФ известен и своеобразный пример оценки факта отсутствия международного договора в сопостановлении с законодательством. Судья районного народ­ного суда одной из областей отказал гражданину ФРГ в приеме искового заявления о возмещении причиненного ему вреда, со­славшись на то, что у Российской Федерации нет договора с Федеративной Республикой Германией об оказании правовой помощи. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ удовлетворила протест заместителя Председателя Вер­ховного Суда, отменила определение народного судьи и напра­вила исковый материал в тот же суд для рассмотрения по су­ществу, ибо отсутствие договора в данном случае значения не имеет, поскольку право иностранного гражданина на обраще­ние в суды РФ наравне с российскими гражданами предусмот­рено ст. 433 Гражданского процессуального кодекса РСФСР.

Основным документом, характеризующим позицию Верхов­ного Суда РФ по проблеме судебной реализации международ­но-правовых норм, является постановление Пленума Верхов­ного Суда РФ "О некоторых вопросах применения судом Кон­ституции Российской Федерации при осуществлении правосу­дия" от 31 октября 1995 г. В его 5-м разделе речь идет о значе­нии для судов положения ч. 4 ст. 15 Конституции РФ. В связи с этим указывается, что суд при рассмотрении дела не вправе применять нормы закона, регулирующего возникшие правоот­ношения, если вступившим в силу для РФ международным дого­вором, решение о согласии на обязательность которого для РФ было принято в форме федерального закона, установлены иные правила, чем предусмотренные законом. В этих случаях при­меняются правила международного договора РФ. В этой фразе конституционная формула подверглась корректировке: в ч. 4 ст. 15 говорится о международных договорах РФ без каких-либо уточнений.

Со ссылкой на п. 3 ст. 5 Федерального закона "О междуна­родных договорах Российской Федерации" в этом постановле­нии судам предлагается иметь в виду, что положения догово­ров, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в РФ непосредственно. В иных случаях наряду с международным договором РФ следует применять и соответствующий внутригосударственный правовой акт, при­нятый для осуществления положений указанного международ­ного договора.

Можно констатировать существенное отличие приведен­ных формулировок от текста названного Закона, а также, кста­ти, и от ч. 2 ст. 7 Гражданского кодекса РФ, в которых преду­смотрено непосредственное действие (применение) договора только при отсутствии обусловленного им и ориентированного на его реализацию внутригосударственного акта. Предписание Верховного Суда РФ относительно, по сути дела, совместного применения международного договора и внутригосударствен­ного акта не равнозначно текстам указанных законов. Возмож­ны разные мнения относительно правомерности такого предпи­сания. Однако оно вполне согласуется с практическими ситуа­циями судебной деятельности, с реальностями правоприменительного процесса. Если Верховный Суд РФ в основном дает общую ориентацию и формулирует правила применения норм международного права в судебной деятельности, то другие суды общей юрисдикции непосредственно рассматривают дела "на стыке" международного и внутреннего права, обращаются за правовой помощью к иностранным судам, исполняют судебные поручения, поступившие из-за границы, разрешают принуди­тельное исполнение или отказывают в исполнении решений иностранных судов на территории нашей страны.

Общие правила законодательства о подсудности и о при­менимом праве по гражданским, уголовным, семейным, трудо­вым и иным делам распространяются в целом и на дела с уча­стием иностранных граждан, если сам закон не содержит спе­циальных правил. Когда нормы закона совпадают с положения­ми договора, проблем в принципе не возникает. Но многие дого­воры содержат коллизионные нормы о компетентности и о применимом праве. В серии однородных по предмету двусто­ронних договоров встречаются различия в устанавливаемых правилах. В итоге практически каждый договор содержит те или иные нормы, отличающиеся от норм не только законода­тельства, но и других родственных договоров, что ставит перед судами задачу выбора необходимой в данной конкретной си­туации нормы.

Так, согласно ст. 28 Конвенции СНГ о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам применению по делам о расторжении брака подлежит законодательство государства, гражданами которого являются супруги. Поэтому при расторжении брака украинской граж­данки В., проживающей в Нефтеюганске (РФ), с украинским гражданином В., проживающим в Ивано-Франковске, Нефтеюганский городской суд применил не российское, а украинское законодательство и, вынося решение, сослался на нормы Кон­венции СНГ и семейного законодательства Украины.

Примером самостоятельного применения норм междуна­родного права служит гражданское дело, рассмотренное в Ирбитском народному суде Свердловской области. По иску работ­ника одного из заводов относительно неправомерности приказа дирекции о выдаче заработной платы талонами, имевшими ло­кальную сферу действия, суд удовлетворил иск, расценив при­каз как противоречащий Конвенции Международной организа­ции труда относительно защиты (охраны) заработной платы, поскольку согласно ст. 3 заработная плата должна выплачи­ваться исключительно в деньгах, имеющих законное хождение, и выплата в любой другой форме должна быть запрещена. Можно предположить, что судебная практика по делам такого рода обу­словила опубликование текста данной Конвенции в Бюллетене Верховного Суда РФ.

Вместе с тем нередко суды не принимают во внимание по­ложений международных договоров при рассмотрении дел, вы­нося решения по исковым заявлением только на основе законо­дательства, причем в ситуациях, требующих комплексного под­хода.

Министерство юстиции РФ вернуло поручение Ленинского районного суда г. Тюмени, адресованное компетентному суду Болгарии о допросе ответчика по делу о разделе имущества и потребовало уточнить, на территории какого государства суп­руги имели последнее совместное местожительство, поскольку по договору с Болгарией о правовой помощи от этого зависит подсудность дела.

Можно, следовательно, говорить об особенностях рассмот­рения вопросов или дел с "иностранным элементом" и выде­лить несколько последовательных этапов: анализ общих норм закона, затем специальных норм (если они есть) применитель­но к иностранным лицам, изучение норм соответствующего ме­ждународного договора, сопоставление норм закона и договора, определение в итоге, с учетом характера отсылочной нормы закона к международному праву, подсудности и применимого права, вынесение решения по делу.

Верховный Суд РФ и нижестоящие суды общей юрисдик­ции поддерживают в пределах своих полномочий непосредст­венные или опосредованные контакты с судами иностранных государств. Так, в соответствии со ст. 436 и 437 Гражданского процессуального кодекса РСФСР российские суды могут обра­щаться к иностранным судам с поручениями об исполнении отдельных процессуальных действий и исполняют решения иностранных судов. В Уголовно-процессуальном кодексе отме­чены сношения российских судов и судов иностранных госу­дарств, включающие в себя выполнение судебных поручений. В обоих Кодексах даны отсылки к международным договорам, определяющим порядок таких сношений.

Между Верховным Судом РФ и Верховными судами стран СНГ 1 июля 1992 г. было подписано Соглашение о сотрудниче­стве в сфере правосудия.