§ 3. Международные преступления , и преступления международного характера : Международное право – ред. проф. Г. В. Игнатенко, проф. О. И. Тиунов : Книги по праву, правоведение

§ 3. Международные преступления , и преступления международного характера

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
РЕКЛАМА
<

Международная преступная деятельность проявляется в деяниях двоякого рода.

Наибольшую опасность представляют деяния лиц, вопло­щающие преступную политику государства, как бы персони­фицирующие международные преступления государства, т. е. агрессию, колониализм, геноцид (уничтожение групп людей по расовому, национальному или религиозному признаку), экоцид (загрязнение окружающей среды с тяжкими глобальными по­следствиями).

Для характеристики указанных деяний официально исполь­зуется термин преступления против мира и безопасности че­ловечества; в литературе распространен термин международ­ные преступления. Субъектами таких преступлений вместе с государствами, несущими международную политическую и ма­териальную ответственность, становятся его руководители, выс­шие должностные лица, иные исполнители преступной полити­ки. В отношении этих лиц компетентны, наряду с национальны­ми судебными органами, специально создаваемые государства­ми международные судебные учреждения. В настоящее время завершается разработка Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества.

От международных преступлений в указанном значении следует отграничить преступления международного характе­ра, к которым относятся деяния, посягающие на интересы нескольких государств и вследствие этого также представляю­щие международную общественную опасность, но совершаемые лицами (группами лиц) вне связи с политикой какого-либо го­сударства, ради достижения собственных противоправных це­лей. За рубежом по отношению к таким деяниям принят и иной термин — транснациональные преступления.

В числе такого рода деяний: захват заложников; посяга­тельства на лиц, пользующихся международной защитой; за­хват и (или) использование ядерного материала в противоправ­ных целях; незаконный оборот наркотических средств и психо­тропных веществ; незаконные акты, направленные против безо­пасности гражданской авиации и морского судоходства; пират­ство на море и др.

Геноцид. Рассмотрим международные преступления на примере геноцида, поскольку это деяние распространено и в условиях вооруженных конфликтов, и в мирное время; к тому же предусмотрено включение соответствующего состава пре­ступления в новый Уголовный кодекс РФ.

В Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него под геноцидом понимаются (ст. II) следую­щие действия, совершаемые с намерением уничтожить, полно­стью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую:

a) убийство членов такой группы;

б) причинение серьезных телесных повреждений или ум­ственного расстройства членам такой группы;

в) предумышленное создание для какой-либо группы та­ких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное уничтожение ее;

г) меры, рассчитанные на предотвращение деторождения в среде такой группы;

д) насильственная передача детей из одной человеческой группы в другую.

Согласно ст. IV, лица, совершающие геноцид, подлежат на­казанию, независимо от того, являются ли они ответственными по конституции правителями, должностными или частными лицами.

Охарактеризуем теперь несколько разновидностей престу­плений международного характера.

Посягательства на лиц, пользующихся международной защитой. Согласно ст. I Конвенция о предотвращении и наказа­нии преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов, к данной кате­гории отнесены: глава государства, включая каждого члена кол­легиального органа, выполняющего функции главы государства в соответствии с конституцией; глава правительства во время его нахождения в иностранном государстве; министр иностран­ных дел в аналогичной ситуации; сопровождающие названных должностных лиц члены их семьи; представитель государства или иное должностное лицо, имеющее право на специальную защиту; должностное лицо или иной агент межправительствен­ной международной организации, имеющие право на специаль­ную защиту; проживающие с такими лицами члены семьи.

Конвенция квалифицирует как преднамеренное преступ­ление совершение одного из следующих действий:

а) убийство, похищение или другое нападение против лично­сти или свободы лица, пользующегося международной защитой;

б) насильственное нападение на официальное помещение, жилое помещение или транспортные средства такого лица, уг­рожающее его личности и свободе;

в) угроза любого такого нападения;

г) попытка любого такого нападения;

д) соучастие в таком нападении.

В отличие от нормы российского уголовного законодатель­ства здесь предусмотрен более широкий перечень деяний и не принимается во внимание мотив действий. Конвенция презюмирует "серьезную угрозу поддержанию нормальных между­народных отношений", порождаемую любым подобным дея­нием.

К этому акту как бы примыкает принятая в конце 1994 г. Конвенция о безопасности персонала Организации Объединенных Наций и связанного с ней персонала '(имеются в виду и участники миротворческих операций ООН, исключая ситуации привлечения лиц в качестве комбатантов в случаях осуществ­ления принудительных действий по гл. VII Устава ООН, и со­трудники неправительственных организаций при оказании гу­манитарной помощи). Посягательства на представителей такого персонала должны быть признаны преступлениями по нацио­нальному уголовному законодательству.

Захват заложников. Это деяние, как и посягательство на лиц, пользующихся международной защитой, характеризуется как опасный акт международного терроризма. Первоначально международное право осуждало взятие заложников из числа гражданских лиц лишь в связи с вооруженными конфликтами;

соответствующие нормы были включены в Конвенцию о защи­те гражданского населения 1949 г. и в дополнительные протоко­лы 1977 г.

Международная конвенция о борьбе с захватом заложни­ков 1979 г., к которой СССР присоединился в 1987 г,., следую­щим образом квалифицирует это деяние (ст. I): любое лицо, которое захватывает или удерживает другое лицо и угрожает убить, нанести повреждения или продолжать удерживать его для того, чтобы заставить государство, международную меж­правительственную организацию или какое-либо физическое или юридическое лицо совершить какой-либо акт в качестве условия для освобождения заложника, "совершает преступле­ние захвата заложников"; преступными признаются также по­пытка такого захвата и участие в захвате в качестве сообщни­ка. Поскольку речь идет о преступлении международного ха­рактера, в ст. 13 оговорено, что Конвенция не применяется в тех случаях, когда преступление совершено в пределах одного государства, когда заложник и предполагаемый преступник являются гражданами этого государства и когда предполагае­мый преступник находится на территории этого государства. Оговорка данной статьи определяет рамки сотрудничества го­сударств в борьбе с таким деянием, однако не препятствует государству предусмотреть в своем уголовном законодательст­ве ответственность за любые акты захвата заложников*.

 


* При введении в 1987 г. в соответствии с Конвенцией в наше уголовное законодательство нормы об ответственности за захват заложников (ст. 126' УК РСФСР) указанное положение ее ст. 13 было механически перенесено в примечание к этой статье, что исключало применение нормы в ситуациях, ограниченных нашей территорией и нашим гражданством. Такое ничем не оправданное ограничение было упразднено в 1993 г. посредством исключе­ния из ст. 126 этого примечания. Нет подобного ограничения и в новом УК РФ (ст. 206).

Незаконный оборот наркотических средств и психотроп­ных веществ. Незаконные операции с наркотиками на протя­жении многих десятилетий были объектом международно-пра­вового воздействия. Применяемые ныне Единая конвенция о наркотических средствах 1961 г. и Конвенция о психотропных веществах 1971 г. охватывают широкий спектр правового регу­лирования, включая меры контроля над этими средствами и веществами, меры борьбы против таких правонарушений, как культивирование и производство, хранение, продажа, покупка, ввоз и вывоз наркотических средств и психотропных веществ в нарушение существующих правил. Новый международно-пра­вовой акт — Конвенция ООН о борьбе против незаконного обо­рота наркотических средств и психотропных веществ, приня­тая в 1988 г. и подписанная СССР 19 января 1989 г., — провоз­глашает искоренение незаконного оборота коллективной обя­занностью государств. В ст. 3 дан подробный перечень дейст­вий, преднамеренное совершение которых квалифицируется как уголовное преступление. В числе наиболее серьезных — произ­водство, изготовление, экстрагирование, распространение, про­дажа, поставка на любых условиях, переправка, транспорти­ровка, импорт или экспорт любого наркотического вещества или психотропного средства в нарушение Конвенций 1961 и 1971 гг., которые сохраняют силу, а также культивирование опийного мака, кокаинового листа, растения каннабис в целях незаконно­го производства наркотических средств и др. Противоправны­ми считаются публичное подстрекательство или побуждение других к совершению подобных правонарушений, вступление в преступный сговор с целью совершения таких действий.

Российское уголовное законодательство предусматривает уголовную ответственность за такие деяния, как незаконное изготовление, приобретение, хранение, перевозку либо сбыт наркотических, средств или психотропных веществ, за их хи­щение, за склонение к их потреблению, за незаконное культи­вирование запрещенных к возделыванию растений, содержа­щих наркотические вещества (ст. 228:—231 УК РФ). Комплекс­ное значение имеет федеральный закон о наркотических сред­ствах и психотропных веществах от 8 января 1998 г. Он уста­навливает основы государственной политики в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ ив области противодействия их незаконному обороту. Регламентация со­провождается отсылками к международным конвенциям.

Незаконный захват воздушного судна. Акты незаконного захвата или осуществление контроля над воздушным судном, находящимся в полете, как отмечено в Конвенции о борьбе с незаконным захватом воздушных судов, угрожают безопасно­сти лиц и имущества, серьезно нарушают воздушное сообще­ние и подрывают веру народов мира в безопасность граждан­ской авиации. Преступление характеризуется в ст. 1 следую­щим образом: незаконные, путем насилия, угрозы применения насилия либо иной формы запугивания, захват воздушного судна или осуществление над ним контроля, предпринятые любым лицом на борту воздушного судна, находящегося в полете, а •также попытка совершить одно из указанных действий или со­участие в нем. Для целей Конвенции судно считается находя­щимся в полете с момента закрытия всех внешних дверей по­сле погрузки до момента открытия любой из таких дверей для выгрузки.

Конвенция применяется только в том случае, если место ^взлета или место фактической посадки воздушного судна, на борту которого совершено преступление, находится вне преде­лов регистрации такого судна; при этом не имеет значения, со­вершало судно международный или внутренний полет. Однако норма об условиях применения Конвенции ни в коей мере не ограничивает государство в применении своего уголовного за­кона в тех случаях, когда все события происходят в пределах ^только этого государства. Так решен вопрос и в нашей стране:

уголовная ответственность не обусловлена отмеченными в Кон­венции факторами, относящимися к сотрудничеству государств, затрагивает любые случаи захвата и угона воздушного судна, причем находящегося не только в полете, но и на земле. Огра­ничительные положения Конвенции не влияют на националь­ную юрисдикцию.