§ 3. Конституционно-правовые основы общественного строя

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 

Правовое регулирование экономических, социальных и духовно-культурных отношений

Институт общественного строя лишь условно, по аналогии с более распространенной сегодня в мире европейской континентальной моделью конституционализма, расширительно трактующей конституцию как основной закон не только государства, но и общества в целом, можно считать конституционно-правовым. Американская же доктрина его таковым не признает ввиду того, что придерживается изначального, классического, англосаксонского подхода к пониманию консти­туции лишь как закона, содержащего главные ограничения государственной власти в пользу обеспечения прав человека. Тем не менее нам представляется логичным и целесообразным познакомить читателя с основами законодательного и судебно­го регулирования отношений, образующих в своей совокупно­сти общественный строй США.

Первые попытки государственного регулирования экономических отношений были предприняты в США в кон­це XIX в. В то время основным направлением такого регули­рования явилось антимонопольное законодательство. Первым юридическим документом в этой сфере стал Акт о защите торговли и коммерции от незаконных ограничений и монополий (закон Шермана) 1890 г., объявивший преступными любые до­говоры и объединения экономического характера, направлен­ные на ограничение торговли между штатами и иностранны­ми государствами. Монополизация торговли и даже покушение на нее также считались уголовными деяниями. В 1914 г. Кон­гресс принял Акт о федеральной торговой комиссии (закон Клейтона), запретивший под страхом уголовного преследова­ния противоправные способы борьбы с конкурентами в торгов­ле, к числу которых были отнесены уступка в цене, необосно­ванное снижение цен, скупка корпорациями акций конкури­рующих фирм и т. п. Названные акты до сих пор считаются важнейшими в рассматриваемой сфере.

С начала 30-х гг. XX в. важным направлением экономичес­кой политики государства стала защита отечественного произ­водителя. Юридически это выражается в наличии антидем­пингового законодательства. Первым актом в данной области стал Акт о тарифе 1930 г., предусматривающий взимание антидемпинговой пошлины на импортные товары, продавае­мые ниже "обоснованных" цен. Пошлина взимается по реше­нию министра торговли. Аналогичные меры содержит ныне действующий Антидемпинговый кодекс 1994 г.

Еще одной сферой государственного воздействия на экономику является в США регулирование тех ее отраслей, которые имеют особую публичную значимость. В начале XX в. были приняты действующие поныне акты, регулирующие функционирование транспорта, учреждений коммунальных услуг, банковской системы, элеваторов. В годы президентства Ф. Рузвель­та (периоды Великой депрессии и "Нового курса") в сферу го­сударственного регулирования были вовлечены новые отрасли: социальное страхование, фондовые биржи, трудовые отноше­ния, цены на сельскохозяйственные угодья и продукцию, при­родный газ, грузовой транспорт. При этом основное бремя пра­вовой регламентации экономики лежит на штатах.

Интенсивность государственного воздействия на экономи­ку на протяжении XX в. была не всегда одинаковой. Она за­висела прежде всего от экономического положения страны и от того, какая из двух партий являлась правящей в тот или иной период. Усиливалось государственное воздействие в пе­риоды правления Демократической партии, ослаблялось, — когда к власти приходила Республиканская партия.

Становление социальной функции государства про­изошло в США значительно позже, чем в европейских стра­нах: она складывалась одновременно с активизацией государ­ственного регулирования экономики в период проведения "Но­вого курса" Ф. Рузвельта. Впоследствии социальная функция американского государства развивалась достаточно неравно­мерно и также в основном усиление ее совпадало с правле­нием Демократической партии.

Важным объектом реализации социальной функции госу­дарства выступают отношения между трудом и капиталом. Они начинают подвергаться государственному регулированию с конца XIX в. как следствие обострения социальных конф­ликтов между предпринимателями и наемными работниками. В 1886 г. впервые на отдельных государственных предприятиях был установлен 8-часовой рабочий день. В 1916 г. Конгресс принял Акт о 8-часовом рабочем дне на железнодорожном транспорте. На рубеже веков законы, ограничивающие про­должительность рабочего дня, были приняты многими штата­ми. Однако Верховный суд США, основываясь на теории аб­солютно свободного предпринимательства, неоднократно при­знавал такие законы неконституционными, противоречащими "свободе хозяев и работников заключать контракт друг с дру­гом", а следовательно, XIV поправке к Конституции. Наиболь­шую известность получило решение по делу Лохнер против штата Нью-Йорк (1903 г.). Предметом спора был Нью-Йоркский статут, регулирующий работу пекарен и ограничивающий ра­бочий день в них 60 часами в неделю и 10 часами в день. Вер­ховный суд США признал его неконституционным.

Подход законодательства и судебной практики к данному вопросу изменился только в 30-е гг. Актами Конгресса 1938 и 1942 гг. были установлены 8-часовой рабочий день и 40-часовая рабочая неделя; сверхурочная работа должна оплачиваться в полуторном размере. Именно в это время вводятся ежегодные отпуска, устанавливается минимальный размер заработной платы (с 1 сентября 1997 г. она составляет 5,15 долл. в час), запрещается детский труд, появляется государственное соци­альное страхование, разрешаются профсоюзы и забастовки, вводится институт коллективных договоров.

Государственная политика в сфере трудовых отношений, проводимая в 80—90-е гг., как никогда ранее направлена на обеспечение сотрудничества между трудом и капиталом, вы­работку неконфликтных методов разрешения разногласий, поскольку "могущество страны, ранее определявшееся ее военной мощью, сегодня измеряется квалификацией ее рабо­чих, искусством ее менеджеров и силой ее технологий"*.

* Червонная С. А. Новые аспекты регулирования трудовых отношений в США // США: экономика, политика, идеология. 1995. № 2. С. 14.

Задачи регулирования государством отношений между трудом и капиталом обусловили учреждение в этой сфере целого ряда федеральных административных ведомств. Это национальный комитет по трудовым отношениям, наделенный правом расследовать незаконные действия в сфере трудовой деятельности, издавать распоряжения об их прекращении и т. п.; национальный арбитражный совет, осуществляющий ква­зисудебные функции по разрешению трудовых споров; феде­ральная служба посредничества и примирения, предлагающая посреднические услуги для разрешения трудовых конфликтов; комиссия по безопасности и охране здоровья на производстве.

Важнейшим направлением социальной деятельности госу­дарства является в США, как и в других странах, социальное обеспечение. Однако до сих пор его единой централизованной системы здесь не существует.

Социальное обеспечение складывается из множества про­грамм: федеральных, штатов, муниципальных, совместных. При этом государственная система социального обеспечения включает две основные формы: социальное страхование и социальное вспомоществование. Они различаются по источни­кам финансирования: система страхования формируется за счет взносов, а система вспомоществования — из бюджетных средств. Обе системы являются достаточно фрагментарными. Так, Акт о социальном страховании 1935 г., впервые учредив­ший данную форму социального обеспечения, предусматривал лишь два вида государственного страхования: по возрасту и безработице. Впоследствии поправками к этому акту было введено страхование на случаи потери кормильца и нетрудоспо­собности, не связанной с производственной травмой. Муници­пальное же страхование осуществляется только в отношении лиц старше 65 лет (программа Медикэр), которые получают медицинский полис на основании льготных страховых взносов (тем самым частично их медицинское обслуживание оплачи­вается муниципалитетами).

Второй формой государственного социального обеспечения является система вспомоществования, получившая название Вэлфэр. Данная система, как отмечалось, начала формировать­ся также в период проведения "Нового курса". При этом пер­воначально выплаты по ней распространялись только на пре­старелых и слепых граждан, а также детей из бедных семей. Со второй половины 60-х гг., когда Верховный суд США вы­нес целый ряд решений, поддерживающих мероприятия по развитию Вэлфэра, в том числе ввел понятие "черты бедно­сти", данная система стала неотъемлемой частью социальной политики американского государства. В настоящее время го­сударственное вспомоществование охватывает граждан, дохо­ды которых не превышают или относительно немного превы­шают (на 25—30%) официально установленную черту беднос­ти. Система Вэлфэра сегодня включает множество программ. Во-первых, это федеральная программа обеспечения гаранти­рованного дохода не ниже прожиточного минимума малообес­печенным гражданам пенсионного возраста, слепым и прочим инвалидам. Во-вторых, элементом системы Вэлфэра являются федерально-штатные программы помощи нуждающимся семь­ям с детьми. Они охватывают по большей части многодетные и неполные семьи. В-третьих, система Вэлфэра включает и разнообразные программы продовольственной помощи бедным, которые обеспечиваются талонами, дающими право бесплат­но или по сниженным ценам приобретать в специальных ма­газинах продукты питания. Четвертым элементом системы Вэлфэра являются субсидии на строительство жилья малообес­печенным семьям.

Наконец, чрезвычайно важной составной частью системы Вэлфэра выступают программы медицинской помощи. Наиболее крупной из них является разработанная в середине 60-х гг. федеральная программа Медикэйд, предусматривающая бесплатное оказание медицинской помощи беднейшим слоям населе­ния. Помимо этой программы на федеральном уровне действу­ют и другие, например специальная программа для легочных больных, программа льготного медицинского обслуживания работников федеральных органов и учреждений и т. д. На про­граммы Медикэр и Медикэйд расходуются более 60% всех затрат государства на нужды здравоохранения. В целом же государство в рамках многочисленных программ в сфере ме­дицинского обслуживания покрывает около 44% всех таких затрат на нужды здравоохранения. Остальные 56% оплачива­ются частным сектором (страховыми компаниями и непосред­ственно пациентами)*.

* См.: Швецова Н. А. Злоупотребления и мошенничество в государствен­ных медицинских программах США // США: экономика, политика, иде­ология., 1997. № 1. С. 119.

Наряду с федеральными программами в каждом штате действуют собственные программы социальной помощи. Име­ются и многочисленные частные программы, разрабатывае­мые различными фондами, иными общественными объедине­ниями, предпринимателями.

С 80-х гг. XX в. и до настоящего времени наблюдается тенденция к некоторому ограничению социальной деятельности американского государства. В первую очередь это выразилось в сокращении выплат в рамках федеральных программ вспо­моществования. Уже в 80-е гг. были уменьшены расходы на различные программы Вэлфэра, особенно ощутимо в сфере здравоохранения. В ходе проведения президентских выборов 1992 г. Демократическая партия выступила с программой ре­формы социального обеспечения. Наиболее крупным преобра­зованиям предполагалось подвергнуть сферу здравоохранения с тем, чтобы все американцы получали медицинскую помощь бесплатно. После своего избрания Президентом лидер демок­ратов Б. Клинтон образовал комитет по подготовке предложе­ний о реформе медицинского обслуживания. Однако соответ­ствующий законопроект был отвергнут Конгрессом в 1994г. В предвыборной платформе Демократической партии 1996 г. по­ложения о реформе системы здравоохранения уже отсутство­вали. Более того, под нажимом республиканского большинства в Конгрессе осенью 1996 г. (после двукратного отклонения Пре­зидентом) был принят Акт о реформе социального вспомоще­ствования, представляющий собой по сути самую крупную ре­форму в этой сфере за все время ее существования и значительно сокращающий помощь государства малоимущим. Вве­денные этим актом ограничения затрагивают лиц трудоспособ­ного возраста и детей из малоимущих семей. В частности, предусмотрены полное прекращение выплат федеральных пособий на детей молодым матерям, родившим детей вне бра­ка, ограничение пятью годами максимального срока получения трудоспособными лицами федеральной помощи по системе Вэлфэра, обязательное участие трудоспособных получателей федерального вспомоществования в общественных работах.

Указанная реформа социального обеспечения была на­правлена на преодоление духа иждивенчества в обществе: по выражению одного из парламентариев, она превращает соци­альное вспомоществование в то, чем оно должно быть: "во второй шанс, а не в образ жизни"*.

* См.: Keesing's Record of World Events. 1996. №. 7—8. P. 41219.

Неотъемлемым элементом социальной функции американ­ского государства стала с конца 50-х гг. и активная политика в области образования. Широкое развитие получил государ­ственный сектор образования, особенно начального и средне­го: более 90% всех детей школьного возраста обучаются в го­сударственных и муниципальных школах бесплатно. Около 80% всех студентов также получают высшее образование в государственных вузах, хотя и за определенную плату. Конг­рессом США не раз принимались акты о начальном и среднем образовании, предусматривающие выделение денежных средств на цели обучения детей из необеспеченных семей (приобрете­ние учебников, школьные завтраки и т. п.).

Платформа Демократической партии, с которой выступил Б. Клинтон на президентских выборах 1996 г., предусматрива­ла, в частности, увеличение срока обязательного обучения с 12 до 14 лет, расширение компьютеризации учебного процес­са, меры по усиленному обучению детей раннему чтению.

Экономическим рычагом реализации социальной функции государства является в США, как и в других странах, нало­говая политика. В течение XX в. подходы к ее содержанию в большей или меньшей степени не раз изменялись в зависимости от состояния экономики и соотношения партийных сил в государственном механизме. Регулярный подоходный налог в стране был введен в 1909 г. В настоящее время, с 1986 г., когда Президент Рональд Рейган подписал Акт о налоговой реформе, ставки налогов являются едва ли не самыми низкими среди развитых стран. При этом более 4 млн. семей с низкими доходами были вообще освобождены от уплаты налогов. Наи­высшая ставка подоходного налога сократилась с 70% в 1981 г. до 33%. Большая же часть населения (около 80%) выплачивает в качестве налогов приблизительно 15% от дохода*.

* См.: Боботов С. В., Жигачев И. Ю. Указ. соч. С. 65.

Важные направления социальной политики государства — охрана окружающей среды и защита потребителей.

Религиозная политика государства получила отражение в Конституции, текущем законодательстве, а также в судебной и политической практике. Она основана, с одной стороны, на принципах светского характера государства, религиозного плюрализма и равноправия всех религий, церквей и конфес­сий, а также граждан независимо от отношения к религии. С другой стороны, государство поощряет религиозность насе­ления. Первый аспект уже был нами затронут при рассмотре­нии проблем правового статуса человека и гражданина. Вмес­те с тем общеизвестно, что религия и церковь прочно интег­рированы в политическую культуру США как один из устоев американского общества и государства. Действительно, засе­дания обеих палат Конгресса, а также Верховного суда США (равно как и законодательных и высших судебных органов штатов) открываются молитвой*, в военных академиях, феде­ральных госпиталях и тюрьмах проводятся обязательные бо­гослужения и действуют капелланы; процедура принесения присяги вновь избранным Президентом США при вступлении в должность производится с возложением его руки на Библию и заканчивается словами: "Да поможет мне Бог"; национальным девизом США, утвержденным специальным актом Конгресса в 1956 г., являются слова "Мы верим в Бога" — они помещены на всех денежных знаках США, находящихся в обращении с 1861 г.; церковная собственность не облагается налогом; в не­которых штатах священникам делегировано право регистри­ровать браки (при условии получения соответствующей лицен­зии от муниципальных властей). Наконец, ни один из Прези­дентов США не был атеистом.

* Судебная практика не признает это нарушением конституционного принципа равноправия религий. В 1983 г. в решении по делу Марш про­тив Чемберса Верховный суд постановил, что обычай ежедневно начинать работу законодательного органа с молитвы, которая совершается опла­чиваемым из государственного бюджета капелланом, — это "конститу­ционная процедура, истоки которой уходят корнями в глубокую историю традиций страны".

По данным на 1995 г., более 98% жителей США — веру­ющие. При этом в стране очень высока степень религиозного плюрализма. Основными, наиболее распространенными высту­пают три религиозных направления: протестантизм (исповеду­ется 57% населения), католицизм (28%) и иудаизм (2%)*. Как видно, доминирует протестантизм, объединяющий, в свою оче­редь, множество различных религиозных общин. В соответ­ствии с этим и ключевые посты в государственном механизме занимают преимущественно протестанты. Например, за всю историю существования США только один из американских Президентов — Джон Кеннеди — был католиком, все прочие принадлежали к различным протестантским общинам.

* См.: Bramhead P. Life in Modern America. Harlow, 1995. P. 139.

2. Конституционно-правовое регулирование политической системы

Общих задач, подлежащих выполнению государ­ством, Конституция США не формулирует, хотя в практи­ке Верховного суда и в доктрине имеются суждения по их поводу. Функции его в экономической, социальной и духовно-культурной сферах нами уже рассмотрены. Политическая функция государства в США не имеет особых отличий от по­добных функций, выполняемых другими государствами, и поэтому мы можем ограничиться тем, что об этом сказано в § 1 гл. V Общей части учебника, и перейти к вопросу о поли­тических партиях, где определенная специфика имеется.

Традиционно, с самого начала существования США как государства, в стране действует двухпартийная система. В настоящее время она характеризуется политическим проти­воборством и поочередным доминированием в законодательных и исполнительных органах власти — как федеральных, так и штатов — Республиканской и Демократической партий. Однако современная модель двухпартийной системы существовала не всегда, а сформировалась во второй половине XIX в.

Сегодня взаимоотношения двух главных партий характе­ризуются тем, что между ними сохраняется консенсус в отно­шении фундаментальных первооснов США — частной собствен­ности, личной и политической свободы, республиканского фе­деративного государства и т. п. Но расходятся партии, и порой существенно, в способах поддержания и развития этих прин­ципов. Демократическая партия на современном этапе зареко­мендовала себя сторонницей курса, важной составной частью которого являются: политика перераспределения доходов населения в пользу малоимущих, стремление сгладить социальные различия, обеспечить развитие систем социального страхо­вания и вспомоществования, разумное государственное ре­гулирование экономики, защита гражданских прав цветного населения, усиление роли федеральной власти, расширение помощи развивающимся странам. Республиканцы, также вос­принявшие идею государственного регулирования рыночной экономики, главной целью считают обеспечение максималь­ной конкурентоспособности национальной экономики и эконо­мического роста путем активизации конкуренции и частной инициативы, а в социально-распределительной функции госу­дарства видят скорее зло, чем благо.

Республиканцев чаще поддерживают северяне, крупные бизнесмены, "белые воротнички", жители средних и малых городов, протестанты, рабочие — не члены профсоюзов. Наи­более устойчивую электоральную базу демократов составляют традиционно три группы населения: неквалифицированные рабочие, негры, члены профсоюзов. Эта коалиция, сформиро­вавшаяся во времена президентства Ф. Рузвельта, постепен­но пополнялась новыми группами: в нее влились католики, жители столичных районов и иных крупных городов.

Важный фактор, формирующий партийный электорат, — это устойчивость семейных предпочтений, часто передающихся из поколения в поколение: двое из трех американцев поддер­живают ту же партию, что и их родители*. Впрочем, партий­ный электорат подвержен и некоторой подвижности, в частно­сти региональной.

* См.: Вайлъ И. М. Некоторые особенности развития партийной системы США // Избирательные системы и партии в буржуазном государстве. М., 1979. С. 10.

Итак, Республиканская и Демократическая партии в те­чение почти полутора веков имеют наиболее широкую поддер­жку избирателей. При очевидных своих недостатках (трудно­сти доступа к власти третьих политических сил и независимых кандидатов, ограниченность выбора избирателей, порождаю­щая их апатию и абсентеизм*) двухпартийная система является важным фактором стабильности и предсказуемости политичес­кой жизни США.

* Впрочем, по данным одного из представительных опросов обществен­ного мнения, проведенного в 1995 г., 62% избирателей поддерживают идею создания третьей крупной партии. См.: Зяблюк Н. Р. Проблемы фи­нансирования избирательных кампаний в США // США: экономика, политика, идеология. 1996. № 3. С. 26.

И Демократическая и Республиканская партии относятся к числу организационно неоформленных. Не имея постоянных программ, партии к каждым президентским выборам принима­ют предвыборные платформы. Впервые в истории США такая платформа была принята национальным партийным конвентом Демократической партии в 1840 г. У Демократической партии имеется также подобие устава в виде партийной хартии, при­нятой в 1974 г. Она определяет структуру партии, функции и полномочия партийных органов. Институт фиксированного членства в обеих партиях отсутствует, их сторонниками при­знаются те избиратели, которые на выборах зарегистрирова­лись как демократы или республиканцы соответственно (так поступают около 75% избирателей*).

* См.: Рогов С. М. Выбор Америки // США: экономика, политика, иде­ология. 1997. № 1. С. 8.

Функционирование обеих партий обеспечивает професси­ональный, постоянно действующий аппарат каждой из них. Он построен в соответствии с избирательной географией и терри­ториальным устройством США и состоит у каждой партии из системы комитетов — от участковых до национального. Низо­вой организационной структурой каждой партии являются комитеты избирательных участков. Их члены избираются на открытых или закрытых праймериз (первичных выборах кан­дидатов) либо на собраниях избирателей соответствующего участка, то есть в любом случае непосредственно избирате­лями.. Комитет возглавляется капитаном участка, который формально избирается либо членами комитета, либо всеми избирателями участка — сторонниками данной партии. Одна­ко фактически таким путем происходит лишь утверждение кандидатуры, предложенной вышестоящим партийным коми­тетом — комитетом района крупного города, графства или города. В некоторых штатах имеются партийные комитеты конгрессиональных округов, создаваемые при офисе конгрес­смена (члена Палаты представителей) от данного избиратель­ного округа. Перечисленные органы формируются в различных штатах по-разному: либо путем праймериз, либо партийным конвентом соответствующего уровня, либо нижестоящими комитетами, либо по должностному принципу из председате­лей нижестоящих комитетов. Возглавляются перечисленные комитеты председателями, которые, так же, как и капитаны, формально избираются, а фактически назначаются вышесто­ящими комитетами — комитетами соответствующих штатов.

В каждом штате обе партии имеют по одному комитету, который возглавляет партийную организацию данного штата. Процедура формирования комитета штата не одинакова в раз­ных штатах. В некоторых из них комитет состоит из председа­телей непосредственно нижестоящих партийных комитетов, в других — и эта практика более распространена — его членов избирают путем праймериз или на партийном конвенте штата. Не единообразен и численный состав комитетов штатов: он колеблется от одной до нескольких сотен человек. Должность председателя партийного комитета штата замещается обычно по указанию кандидата в губернаторы штата от данной партии.

Наконец, в каждой из двух партий имеются национальные комитеты. В Национальный комитет Демократической партии избираются по одному мужчине и одной женщине от каждо­го штата. В составе Национального комитета республиканцев, кроме того, дополнительное представительство в лице одно­го человека имеют те штаты, большинство избирателей кото­рых на последних выборах Президента голосовало за респуб­ликанского кандидата, либо республиканец избран губернато­ром, либо члены Конгресса от которого — преимущественно республиканцы. Порядок выборов членов национальных коми­тетов партий также неодинаков в разных штатах: они осуще­ствляются либо посредством праймериз, либо партийными комитетами штатов. Национальные комитеты переизбираются в год президентских выборов.

В компетенцию национального комитета каждой партии входит подготовка национального партийного конвента, кото­рый, как правило, проводится в год президентских выборов. Национальный комитет определяет место проведения конвен­та, назначает докладчиков, осуществляет сбор средств на проведение президентской избирательной кампании. Между выборами активность национальных партийных комитетов не­велика, они выступают как официальные представители сво­ей партии, как символы партийного единства.

Председателя национального партийного комитета факти­чески назначает кандидат в Президенты от данной партии, а формально — по предложению кандидата председатель изби­рается партийным конвентом.

Помимо комитетов структуру каждой из двух партий об­разуют созываемые раз в четыре года партийные конвенты различных уровней: графств, крупных городов, штатов и, на­конец, национальный конвент каждой партии, являющийся ее высшим органом. Основная цель национальных конвентов зак­лючается в том, чтобы определить кандидата в Президенты и вручить ему лидерство в партии на следующие четыре года. Нижестоящие конвенты выдвигают кандидатов глав исполни­тельной власти соответствующего уровня от данной партии, формируют партийные комитеты своего уровня и вышестоя­щие конвенты (в ряде штатов). Конвенты формируются в од­них штатах путем праймериз, в других — нижестоящими партийными конвентами штатов. При этом с начала 70-х гг. в обеих партиях введено правило о необходимости обеспечения равного представительства женщин и мужчин от каждого шта­та, а также представительства этнических и возрастных групп.

Следует отметить, что в идейном отношении ни та ни другая из двух партий не является единой и монолитной. Внут­ри каждой из них действует по нескольку фракций. Партии распадаются на группы консерваторов и либералов, конгрессиональное и президентское крылья, региональные группи­ровки. Причем идейные разногласия между ними бывают на­столько существенными, что часто подход либеральных рес­публиканцев, например, к решению того или иного вопроса гораздо ближе консервативно настроенным демократам, чем членам собственной партии, принадлежащим к иным течени­ям. Особенно расслоенной с середины XX в. (когда ушел сумев­ший на время объединить партию сильный лидер Ф. Рузвельт) традиционно считается Демократическая партия.

Помимо двух ведущих партий в США существует множе­ство других, не имеющих сколько-нибудь значительного ме­ста в политической системе (в общей сложности на федераль­ных выборах за их представителей обычно голосуют около 1% избирателей) и действующих лишь на территории отдельных штатов. Такие партии в литературе часто именуются треть­ими партиями. Наиболее заметными среди них являются:

— Международная партия зеленых, характеризующаяся экологической направленностью;

— три партии социал-демократической ориентации — Со­циал-демократическая, Социалистическая рабочая и Социали­стическая трудовая (лейбористская);

— Прохибиционистская (от англ. to prohibit — запрещать), требующая введения "сухого закона";

— Либертаристская партия, выступающая за полную от­мену государственного вмешательства в экономику и соци­альную сферу;

— Партия граждан — левореформаторское объединение, призывающее, наоборот, к активизации воздействия государ­ства на социально-экономическую сферу, демократизации уп­равления, отказу от гонки вооружений.

В 1995 г. специально для участия в президентских выбо­рах 1996 г. Р. Перро была образована Партия реформ.

Напомним, что в Конституции США правовая регламен­тация статуса партий совершенно отсутствует. Однако процесс юридической институционализации политических партий в США, как и в других странах, протекает, начавшись в кон­це прошлого века. Впрочем, до сих пор понятия "партия" в федеральном законодательстве не существует. На партии рас­пространяется общий термин "корпорации", подразумевающий все негосударственные объединения. Регламентация их стату­са осуществляется и в законодательстве, и в судебной практи­ке в основном лишь в том объеме, который связан с институ­том выборов в государственные органы. На общенациональном уровне соответствующие вопросы статуса политических партий регулируются Актом о финансировании федеральных избира­тельных кампаний 1974 г. Кроме того, многие стороны деятель­ности политических партий определяются судебными преце­дентами: порядок проведения праймериз, создание предвыбор­ных партийных фондов, размеры добровольных взносов в них частных лиц и т. п. Поскольку в США избирательное право по большей части регламентируется законодательством штатов, порядок образования и деятельности политических партий, вопросы их организации определяют именно конституции и законы штатов.

Профессиональные союзы возникли в США еще во второй половине XIX в. — сначала как небольшие "рабо­чие товарищества", которые, впрочем, вскоре (1886 г.) объе­динились по цеховому принципу в Американскую федерацию труда (АФТ). Изначально она ставила своей задачей защиту интересов наемных работников при отказе от политических методов. В 1935г. возникло объединение профсоюзов, создан­ных на основе трудовых коллективов, — Конгресс производ­ственных профсоюзов (КПП), добивавшийся улучшения соци­ального положения наемных работников в целом и прибегавший к политическим методам. В 1955 г. оба объединения слились в одно, именуемое АФТ—КПП. Упор АФТ на забастовки при­вел к тому, что вплоть до "Нового курса" Ф. Рузвельта проф­союзы были юридически запрещены. Их деятельность рассмат­ривалась как "преступный заговор". Лишь в 1935 г. упоминавшийся уже закон Вагнера признал право рабочих на органи­зацию профсоюзов, заключение коллективных договоров и проведение забастовок. Поправки, внесенные в этот Акт в 1947 г. (закон Тафта—Хартли), ограничили функциональные возмож­ности профсоюзов, установив запрет на их политическую дея­тельность и инициирование забастовок, угрожающих "нацио­нальной безопасности". В 1959 г. закон Лэндрама—Гриффина обязал профсоюзы представлять в федеральный департамент труда отчеты о своей деятельности и финансовых средствах. Пе­речисленные акты и по сей день являются важнейшими юри­дическими документами, регулирующими статус профсоюзов.

Указанные меры были направлены на ограничение заба­стовочного движения и в сочетании с гуманизацией законода­тельства и практики в сфере трудовых отношений, структур­ной перестройкой экономики (расширение непроизводственной сферы, сокращение потребности в неквалифицированном тру­де, внедрение новейших технологий и т. п.) привели к его спа­ду во второй половине XX в. И хотя руководство американских профсоюзов в связи с этим изменило тактику, стало прово­дить политику социального партнерства, провозгласив основ­ной сферой своей деятельности заключение коллективных договоров, а забастовку — как исключительный и нежелатель­ный способ улаживания конфликтов, однако в новых услови­ях упала роль самих коллективных договоров, а вместе с ними и их инициаторов — профсоюзов.

В настоящее время профсоюзы США охватывают незна­чительное число рабочих и служащих. В 1991г. их членами были приблизительно 16,6 млн. человек (16,1% рабочей силы в гражданских отраслях народного хозяйства). Они объединены в 175 организаций, из которых 93 (15,5 млн. человек) входят в АФТ—КПП. Остальные профсоюзные организации считаются независимыми. Наиболее крупным независимым профсоюзом является Национальная ассоциация работников просвещения. Независимые профсоюзы объединены в Национальную феде­рацию независимых профсоюзов. Во многих профсоюзах состо­ят жители не только США, но и Канады.

Неотъемлемым элементом политической (как и экономи­ческой) системы страны являются союзы предпринима­телей. Первые объединения подобного рода появились в США еще в конце XIX в.: в 1875 г. — Американская ассоциация банкиров, в 1877 г. — такое же объединение издателей га­зет, в 1895 г. — Национальная ассоциация промышленников (НАП), в 1907 г. — Ассоциация по производству и сбыту машин, в 1912 г. — Ассоциация банкиров городов, в 1913 г. — ав­томобильных промышленников, в 1912 г. — Торговая палата и т. п. В настоящее время крупнейшими из них являются Наци­ональная ассоциация промышленников (НАП) и Торговая па­лата. Так, НАП объединяет свыше 25 тыс., или 75%, суще­ствующих промышленных фирм. Она возглавляется советом директоров (150—160 человек), под руководством которого действуют постоянные комитеты: внешней политики, экономи­ки, сельского хозяйства, трудовых отношений, национальной обороны. В этих комитетах рождаются проекты важнейших законов, планов и программ, которые нередко реализуются потом через органы государства. Например, именно по иници­ативе НАП в свое время были приняты упоминавшиеся зако­ны Тафта—Хартли и Лэндрама—Гриффина.

Сравнительно новая организация американских предпри­нимателей — "Круглый стол бизнеса", возникший в 1972 г. Он объединяет около 200 менеджеров крупнейших фирм с целью разработки программ по экономическим проблемам.

Специального законодательства о союзах предпринимате­лей в США не существует. На них распространяются общие правовые, нормы о "корпорациях". Финансовые аспекты их деятельности регламентируются Актом о компаниях 1974 г. Кроме того, судами сформированы некоторые прецеденты, касающиеся отдельных сторон их функционирования.

Весьма значительными по численности и по влиянию яв­ляются в США движения потребителей. С 1967 г. они объединены в Американскую федерацию потребителей. Наибо­лее крупной организацией, входящей в нее, выступает Союз потребителей, образованный в 1936 г. К основным направлени­ям его деятельности относятся независимые проверки качества товаров и услуг; проведение широких опросов потребителей, результаты которых публикуются в специальном печатном изда­нии Союза, информирование населения по вопросам качества и цен, консультационная работа. Упомянутая федерация не явля­ется единственным объединением в данной сфере. В 60—70-е гг. XX в. появились организации потребителей "новой волны", деятельность которых более политизирована. Это, например, Центр по изучению ответственного применения законов, су­ществующий с 1968 г., Группа исследования общественных интересов, действующая с 1970 г., и др. Главной целью своей деятельности они считают оказание давления на органы госу­дарственной власти с целью принятия благоприятного для потребителей законодательства.

Определенную роль в политической жизни играют рели­гиозные общины. В США существуют около 260 таких об­щин, большинство из которых принадлежит к протестантско­му направлению христианства (баптистская, методистская, лютеранская, англиканская, пресвитерианская). Кроме того, действует множество конфессиональных организаций и движе­ний (Квакерский комитет, Братство примирения, Объедине­ние верующих женщин и т. п.). И хотя в США церковь отделена от государства и отсутствуют конфессиональные политические партии, религиозные объединения оказывают ощутимое вли­яние на политическую жизнь страны, тесно интегрированы в политическую культуру.

Законодательство регулирует статус церквей чрезвычайно фрагментарно, считая религию сугубо частным делом каждого человека. Из конституционных положений вытекает принцип равноправия всех религиозных общин. Федеральное законо­дательство освобождает их от уплаты каких бы то ни было налогов. В некоторых штатах священнослужители при наличии лицензии местных властей вправе регистрировать браки. Су­дебная практика разрешает те или иные вопросы, связанные с правомочиями религиозных объединений и священнослужи­телей в сфере публичных отношений.

В американском обществе существует разветвленная си­стема различных иных общественных объединений: женских, молодежных, этнических, ветеранских, экологических, паци­фистских, культурных. Есть такие, которые имеют откровенно экстремистский характер (Общество Джона Берча, Советы белых граждан, Ку-Клукс-Клан). По некоторым данным, око­ло 40 млн. американцев участвуют в настоящее время в дея­тельности различных общественных объединений. Такая дея­тельность занимает у них в среднем до 10 часов в неделю*.

* См.: Согрин В. Становление демократии. История политической систе­мы США // Наука и жизнь. 1995. № 6. С. 22.

Правовое регулирование статуса средств массовой информации осуществляется в США Конституцией, Акта­ми о коммуникациях 1934 и 1996 гг., Актом о свободе инфор­мации 1974г., актами федеральной исполнительной власти, за­конодательством штатов, судебными прецедентами. Конституция США, провозглашая свободу слова и печати (поправка I), гаран­тирует свободное распространение информации в обществе.

В США функционирует мощная система средств массовой информации. В 1991 г. действовало 75 программ телевидения и около 23 тыс. периодических изданий. При этом ни государ­ственных, ни партийных телерадиокомпаний и периодических изданий в США не существует. До конца 70-х гг. XX в. факти­чески не было и общенациональных газет. В настоящее вре­мя крупнейшими газетами являются "Уолл-Стрит джорнэл" (тираж в 1995 г. составил чуть менее 1,8 млн. экземпляров), "Ю-Эс-Эй тудэй" (около 1,5 млн.), "Лос-Анджелес тайме" (1 млн.), "Вашингтон пост" (чуть менее 800 тыс.). Среди наибо­лее влиятельных политических еженедельников следует на­звать журнал "Тайм" (4,7 млн.), "Ньюсуик" (более 3 млн.), "Ю. С. ньюс энд Уорлд рипорт". (2,1 млн.)*. Все они принадлежат частным газетным компаниям, лидирующее положение среди которых занимает "Ганнет компани", владеющая 93 ежедневны­ми газетами, общий тираж которых составляет 6,4 млн. экзем­пляров, а также "Томсон ньюспейперс", которой принадлежат около сотни ежедневных газет общим тиражом приблизитель­но 2 млн. экземпляров.

* См.: Голованова Г. А., Вороненкова Г. Ф., Самарина Н. А., Пашков Г. Н., Вартанова Е. Л. Средства массовой информации США, ФРГ, Франции, Испании, северных стран Европы в 1995 г. // Вестник Московского уни­верситета. Сер. 10. Журналистика. 1996. № 5. С. 26.

Ведущими информационными агентствами являются Ассо­шиэйтед Пресс (АП) и Юнайтед Пресс Интернешнл (ЮПИ). Они снабжают информацией печатные издания, не имеющие собственной корреспондентской службы.

Крупнейшими сетями в радиовещании выступают "Коламбиа бродкастинг систем" (Си-Би-Эс), "Нейшнл бродкастинг компани" (Эн-Би-Си), "Америкэн бродкастинг компани" (Эй-Би-Си), оформившиеся в конце 20-х гг. Помимо них пользует­ся известностью возникшая несколько позже компания "Мью-чуэл бродкастинг систем" (Эм-Би-Си). Три первые радиовеща­тельные корпорации образовали три главные телевизионные сети страны. Кроме того, в число лидеров телевещания вхо­дит сформировавшаяся в 1987 г. корпорация "Фокс бродкастинг компани" (Эф-Би-Си), принадлежавшая Руперту Мэрдоку. Успешно развивается телеслужба "Кейбл ньюс нетуорк" (Си-Эн-Эн) с радиосетью "Си-Эн-Эн рэйдио". Именно этим корпо­рациям принадлежит большая часть эфирного времени. Они образуют коммерческое эфирное телевидение и радиовещание. Следует отметить, что начало развития радио и телевидения происходило именно на коммерческой основе. Появление ре­гулярного радиовещания относится к 1920 г. Первые телестан­ции начали передачи по нескольку часов ежедневно с 1941 г.

Некоммерческое эфирное телевидение существует с 1952 г., когда федеральная комиссия связи предоставила несколько каналов образовательным станциям, принадлежащим универ­ситетам, колледжам и общественным объединениям просвети­тельского характера. В 1967 г. специальным актом Конгресса все они были объединены в корпорацию "Паблик бродкастинг систем" (Пи-Би-Эс), получающую дотации от государства, по­жертвования, средства благотворительных фондов.

Помимо эфирного в США действует кабельное и спутни­ковое телевидение. Всего к началу 90-х гг. насчитывалось око­ло 1200 телестанций, из них приблизительно 900 — коммер­ческие.

Перечисленные телевизионные и радиовещательные сети не подвергаются прямому государственному регулированию и контролю: как уже отмечалось, предварительная цензура в США отсутствует. Учрежденная Актом о коммуникациях 1934 г. федеральная комиссия связи занимается лишь выдачей лицен­зий и решением чисто технических вопросов (она, например, контролирует распределение частот в эфире). С начала 80-х гг. объем регулирующей и контрольной деятельности комиссии уменьшился: упростился порядок отчетности станций, увели­чились сроки действия выдаваемых лицензий с трех до семи лет, снят лимит на объем выпускаемой коммерческой рекламы, отменен запрет на перепродажу, купленных станций в течение трех лет. Акт о коммуникациях 1996 г. снял многие ограничения, препятствующие концентрации СМИ, в частности на количество станций, находящихся во владении одной компании.

Важным элементом информационной части политической системы являются в США, как и в других странах, опросы общественного мнения. Данный институт зародился и весьма популярен именно в этой стране. В настоящее время существу­ет множество американских фирм и организаций, занимаю­щихся опросами. Наиболее крупными и известными из них являются Американский институт общественного мнения, или Институт Дж. Гэллапа, основанный в 1935 г. (что и положило, собственно, начало изучению общественного мнения с приме­нением научных методов анализа), Американская ассоциация исследователей общественного мнения (1947 г.), Центр обще­ственного мнения (1957 г.), Служба Л. Харриса по проведению общенациональных опросов (1963 г.). Последняя проводит опро­сы максимально часто и регулярно: два раза в неделю с опуб­ликованием результатов более чем в 250 американских газе­тах. Следует отметить, что с конца 70-х — начала 80-х гг. крупные газеты систематически проводят опросы общественного мнения собственными силами.

Правовая регламентация института опросов в США мини­мальна. Считается, что на него полностью распространяются правила о свободе информации и ее ограничениях. С 1968 г. в законодательстве существует норма, обязывающая результаты каждого общенационального опроса, документы о нем, сведе­ния о примененном методе в течение 72 часов представлять в библиотеку Конгресса США. Аналогичные положения имеют­ся в законодательстве некоторых штатов.

В 1952 г. был учрежден национальный совет по публику­емым опросам. Это независимое ведомство разрабатывает тре­бования, которым должны отвечать публикуемые опросы.