V.4. Правовые категории лиц в зависимости от status familiae

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 

Последнее важное правовое разграничение лиц свободного в це­лом состояния, касавшееся полноты их правоспособности в сфере час­тных прав, обуславливалось наличием или отсутствием специального семейного качества: «Лица могут быть именно самостоятельны в пра­ве, другие стоят в зависимой связи. Из последних выделяются те, кото­рые стоят под властью, другие — под рукой, третьи — в обладании дру­гого». Полностью самостоятельной гражданской правоспособностью (лицом своего права — persona sui juris) в требованиях римского цивиль­ного права мог быть только глава, или отец семейства, Аналогичные требования выдвигались и в отношении свободных лиц других гражданских категорий. Домовладыка (paterfamilias) мог быть только один для кровнородственной семьи, обладавшей совокупным и единым иму­ществом; его власть прекращалась только со смертью домовладыки или с утратой (по тем или иным правовым причинам) его семейного, граж­данского или другого статуса в праве. Правами домовладыки мог обла­дать только мужчина старшей в данной семье степени родства (даже если он не был безусловно старшим по возрасту относительно других домочадцев, родственников и свойственников). Власть домовладыки в отношении его подвластных ограничивалась только обычаями и нравами; закон и право вмешивались в эту сферу в минимальной степени. Сохранение статуса домовладыки не зависело также от приобретения подвластными, детьми, домочадцами какого-либо специального публично-правового ста­туса: так, даже избранный магистратом сын сохранял подчиненность в сфере частного права своему отцу или домовладыке, если не был от это­го освобожден через соответствующую правовую процедуру (что, впро­чем, требовали приличия mores).

Зависимость других членов римского клана-семьи от домовлады­ки была троякого рода. Под властью состояли рабы, дети, рожденные в правильном браке; в их отношении преимущество гражданской правоспо­собности домовладыки было бесспорно. Жена (другие женщины-родственницы) считалась находящейся под рукой (вследствие давности прожива­ния, покупки жены и т.п. признанных правом обстоятельств). Состояние «под рукой» не в такой степени ограничивало гражданскую правоспособ­ность, но в отличие от положения «под властью» оно не допускало высво­бождения из под власти с тем чтобы стать полностью самостоятельным лицом. В состоянии обладания (in mancipii) могли находиться другие домочадцы — вольноотпущенники, свободнорожденные, но не римские граж­дане, клиенты и др. — которые по частноправовым обстоятельствам попа­ли в зависимость от домовладыки и, следовательно, сами не пользовались всеми или большинством предписанных правом правомочий цивильного права; они могли быть отчуждены наравне с рабами.