§ 3. ПРЕТОРСКИЕ ПАКТЫ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 

1. К числу пактов, «одетых» претором и потому на­зываемых pacta praetoria, принадлежат, например, consti-tutum debiti, receptum.

2. Constitutum debiti называлось неформальное со­глашение, по которому одно лицо обязывалось уплатить другому лицу уже существующий долг (и тем самым под­тверждало долг, откуда идет название самого пакта: соп-stitutum debiti — подтверждение долга).

С помощью этого пакта можно было обязаться упла­тить или свой (существующий) долг, или же долг другого лица.

Заключая constitutum debiti, можно было и изменить содержание договора.

Подтверждение собственного долга имело тот смысл, что таким путем уточнялся срок платежа, причем, как правило, должник получал одновременно отсрочку ис­полнения. Подтверждение чужого долга понималось как принятие обязательства уплатить чужой долг (т.е. как од­на из форм поручительства; см. разд. VII, гл. 1, § 2).

3. Под названием receptum в преторском эдикте бы­ли объединены три категории пактов, по существу не имевшие между собой ничего общего:

а) receptum arbitrii — соглашение с третейским судьей;

б) receptum nautarum, cauponum stabuiariorum — со­глашение с хозяином корабля, гостиницы, постоялого двора о сохранности вещей проезжих;

258

в) receptum argentariorum — соглашение с банкиром об уплате третьему лицу известной суммы за контрагента банкира, заключившего пакт.

Receptum arbitrii. Два лица, пришедшие между собой к соглашению о передаче своего спора на разрешение третейского судьи (arbiter), заключали с намеченным ар­битром пакт, по которому арбитр обязывался рассмот­реть порученное дело; такое соглашение с арбитром и называлось receptum arbitrii.

Третейский судья, взявшийся рассмотреть спор и ук­лонившийся затем от исполнения пакта без уважительных причин, подвергался штрафу. В качестве уважительных причин неисполнения принятого арбитром обязательства рассмотреть дело признавались следующие: болезнь арбит­ра; возложение на него публичных обязанностей, не позво­ляющих исполнить обязанности арбитра; враждебные от­ношения, сложившиеся после заключения receptum между арбитром и спорящими лицами, и др.

Receptum nautarum, cauponum, stabuiariorum. На прак­тике нередко наблюдались случаи, когда хозяева кораб­лей (nautae), содержатели трактиров и гостиниц (cau-pones), постоялых дворов (stabularii) и т.п. имели связь с ворами и разбойниками, которыми изобиловали и вод­ные, и сухопутные пути сообщения. Между тем лица, которым приходилось проезжать по морю или по доро­гам на суше и пользоваться услугами хозяев кораблей, трактиров, постоялых дворов и т.п., были вынуждены доверять им и оставлять у них на хранение свои вещи (например, лошадь в стойле). Настоятельно необходимо было хотя бы несколько сократить случаи обворовывания проезжавших на кораблях или останавливавшихся в трактирах, постоялых дворах и т.п. и способствовать большей безопасности путешествий (тем более что нахо­диться в названных предприятиях были вынуждены и лица, принадлежавшие к верхушке господствующего класса). Для этой цели преторский эдикт установил по­вышенную ответственность хозяев названных предпри­ятий за целость вещей их клиентов. Хотя передача путе-

259

 

шественником багажа, лошади и пр. на хранение содер­жателю подобного рода предприятия, в котором оказался путешественник, происходила автоматически, причем отказаться от принятия вещей путешественника на хра­нение содержатель такого предприятия не имел права, однако здесь усматривали неформальное соглашение, пакт (в виде receptum, т.е. принятия), по которому на хозяина предприятия возлагалась повышенная ответст­венность: она имела место даже в том случае, если вещь пропала или причинен иной вред и без вины принявше­го вещь. Хозяева названных предприятий освобождались от ответственности только в том случае, если ущерб на­ступал вследствие стихийного бедствия.

Для защиты путешественника, потерпевшего от кра­жи, порчи вещей, с которыми он пришел на корабль или в трактир, претором давалась actio in factum о возмеще­нии ущерба, понесенного собственником вещи.

Receptum argentarii. Так называлось неформальное со­глашение, по которому банкир', или меняла, принимал на себя обязательство перед своим клиентом уплатить его долг известному третьему лицу. В силу этого соглашения банкир не становился должником третьего лица: третье лицо оставалось кредитором только клиента банкира, к клиенту третье лицо и должно было направлять свою претензию; но если у должника не оказывалось средств для оплаты, он предлагал своему кредитору получить с банкира, заключившего receptum с должником (клиен­том); если банкир отказывался платить, клиент получал против него actio recepticia.