_ 24. Международно-правовые взгляды декабристов : Материалы к истории литературы международного права в России (1647-1917) – В.Э. Грабарь : Книги по праву, правоведение

_ 24. Международно-правовые взгляды декабристов

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 
РЕКЛАМА
<

 

Международное право и внешняя политика непосредственно не интересовали декабристов. Их мысли сосредоточивались на внутренних пороках русского государства - крепостном праве и самодержавии*(696). Никаких специальных работ по международному праву они после себя не оставили. Имеются лишь отдельные высказывания по этим вопросам, но ввиду выдающейся роли декабристов в истории русской общественной мысли было бы неправильным обойти их молчанием, тем более, что в многочисленных исследованиях, посвященных движению декабристов, на эти высказывания обращалось мало внимания.

Высказывания по вопросам международного права можно найти у членов всех трех тайных обществ, в которых протекала деятельность декабристов, - Северного, Южного и объединенных славян, больше всего - у П.И. Пестеля и Н.И. Тургенева. На взглядах декабристов лежит печать классовой дворянской ограниченности, что отразилось и на их международно-правовых воззрениях.

Пестель П.И. (1792-1826). Биография Пестеля Павла Ивановича - этого виднейшего члена Южного общества хорошо известна*(697). "Русская Правда", над которой он работал в течение 10 лет и которую ему так и не удалось закончить, представляет оригинальный политический трактат, предназначавшийся автором в качестве "Наказа Временному Верховному Правлению", долженствовавшему взять в свои руки управление русским государством после свержения самодержавия*(698). Это не только теоретический трактат - это проект установления нового государственного строя в России. Памятник этот ждет еще своего исследователя. В нем автор подверг рассмотрению все стороны государственного управления как с теоретической, так и с практической стороны, применяя революционные начала политической мысли XVIII в. к экономическим, культурным и политическим условиям современной ему России.

Автор коснулся и внешней политики, а в связи с нею и некоторых вопросов международного права. Эта часть сочинения входила, по плану автора, в восьмую главу книги - "О правительстве в отношении устройства безопасности". В рукописи сохранился лишь отрывок ее под заглавием: "Образование государственного приказа внешних сношений".

Прежде чем перейти к рассмотрению этой части сочинения, специально посвященной внешним сношениям России, отмечу другие части "Наказа", имеющие отношение к вопросам международного права.

В своих теоретических выкладках Пестель стоит на почве господствовавшей в его время доктрины естественного права, ярким представителем которой у нас в первой четверти XIX в. был Куницын. В каждом государстве, говорит Пестель, должны существовать повелевающие и повинующиеся - правительство и народ. У государства две цели: первая - безопасность, охрана его бытия как от внешних, так и от внутренних врагов, вторая - благосостояние, "возможное благоденствие всех и каждого"*(699).

Пестель обращает много внимания на территориальный состав государства и на его пределы. Об этом говорит гл.I - "О земельном пространстве Государства"*(700). У "великого народа Российского" много племен, ему "подвластных и к его государству присоединенных". "Не число их нужно умножать, не о распространении пределов помышлять, но единственно стараться о водворении благоденствия в сих обширных владениях". Установление прочных границ государства встречается с трудностями в многонациональном государстве, так как при этом сталкиваются интересы государства и отдельных живущих в нем народов. Народы, чуждые государственной национальности, "желают всегда для себя независимости и отдельного политического существования: утверждаясь на праве составлять особые государства и называя оное правом народности. С другой же стороны стремится всякое большое государство к установлению границ, крепких местным положением и сильных естественными оплотами: основывая сие стремление и старание на праве безопасности и называя оное правом благоудобства"*(701).

"Право благоудобства, - замечает автор, - принимается в соображение для утверждения безопасности, а не для какого-либо тщеславного распространения пределов государства". Слабые племена, не могущие рассчитывать на государственную самостоятельность, "не могут ограждаться правом народности, ибо оно есть для них мнимое:"; для них самих лучше, полагает автор, если они "сольют свою народность с народностью господствующего народа:", но с другой стороны, не следует "противиться враждебными чувствами и действиями правильному отдельному существованию народов, могущих пользоваться полностью политическою независимостью"*(702).

В гл.II - "О племенах, Россию населяющих" Пестель говорит об иностранцах (_ 15). Он различает иностранцев подданных и неподданных. К первым принадлежат немцы, поляки, армяне, греки и друиде, которые "сами себя иностранцами считают". Им предоставляется право подать Временному Верховному Правлению прошение об освобождении от подданства, и, получив его, они вступают в разряд иностранцев неподданных. Неподавшие прошение будут считаться русскими. Таким образом, первый разряд иностранцев совершенно ликвидируется. Что касается иностранцев второго разряда, то, заявляет Пестель, "всегда будет Россия всяким гостям рада и будет им всякое покровительство и всякую любовь отказывать; но не могут они правом пользоваться: 1) иметь в России какое бы то ни было недвижимое имущество; 2) пользоваться в России правами политическими: и 3) вступать в государственную службу: исключая министерства просвещения".

Перехожу к очерку "Образование государственного приказа внешних сношений"*(703). "Цель сего приказа, - говорит Пестель, - состоит в сохранении внешней безопасности или в содержании мирных и приязненных отношений между своим государством и другими державами. Сношения бывают политические или государственные и гражданские или частные. Первые касаются сохранения безопасности целого государства и поручаются обыкновенно посольствам; вторые касаются безопасности частных лиц и содействия благосостоянию и поручаются обыкновенно консулам". Соответственно этому в приказе должно быть две палаты: палата политических сношений и палата частных сношений; третьей палатой должна быть палата хозяйственной власти.

Палата политических сношений "ведет по сим предметам переписку с иностранными посольствами, в нашей столице находящимися, и с нашими посольствами, в чужих краях состоящими". "Она должна получать от посольств самые верные сведения о состоянии иностранных держав, о силе и образовании войска их, о состоянии крепостей и прочих военных заведений, о сношениях иностранных держав между собою, о духе и гражданском положении каждой из оных в особенности, о намерениях и предположениях оных и, наконец, о всех происшествиях, какую-нибудь важность в себе заключающих".

"Палата частных сношений заведывает все дела внешних сношений, касающихся безопасности частных лиц, равно как и предметов благосостояния, независящих от частных лиц и превышающих силы и способы их".

С этой целью "учреждаются в иностранных городах и государствах консулы, которые бывают или генеральные, или частные. Генеральные суть те, которым поручается надзор за частными сношениями в целом государстве, а частные - те, которым сей надзор поручается в особенном каком-нибудь городе. Первые должны быть чиновники нашего государства, вторые могут быть выбраны из числа граждан чужого государства. Сие даже полезнее, ибо граждане сии, зная все законы, обычаи и постановления своей земли, с большею удобностью могут нашим путешественникам давать наставления, им оказывать услуги и даже им покровительствовать". "Но: должны они непременно состоять под ведением одного генерального консула:" "Кроме покровительствования нашим соотечественникам, консулы, особенно частные, имеют еще обязанность давать сведения о ходе и потребностях торговли:". "Извещения о новых открытиях в науках, художествах и всех частях промышленности: входят подобным образом в обязанность консулов, особенно генеральных".

Посольства носят разные наименования: "1) посол, 2) полномочный министр, 3) чрезвычайный посланник, 4) министр 5) агент, 6) резидент, 7) генеральный консул, 8) консул, 9) поверенный и т.п.". Из посольств "1) некоторые назначаются для кратковременного пребывания и для обыкновенных дел, другие назначаются для кратковременного пребывания и для чрезвычайных или необыкновенных каких-нибудь дел; 2) они имеют различные права и власти, пользуются различными степенями наружного достоинства, : посол посылается в большие королевства или империи, министр - в большие, а иногда и в малые государства, поверенный или резидент - к какому-нибудь герцогу и т.д. Я полагаю, - прибавляет автор, - что таковые различия совершенно бесполезны, ибо: 1) все отдельные государства имеют одинаковые права и равное достоинство и малые заслуживают столько же уважения, сколько и большие. Из чего и заключаю я, что единственною целью сих различий бывает удовлетворение некоторому роду самолюбия, сильным державам иногда свойственного, но благоразумным правительствам вовсе не приличного; 2) все дела, как обыкновенные и текущие, так и чрезвычайные, могут быть поручены одним и тем же чиновникам:" "Думаю я полезным, - прибавляет автор, - посольству состоять из посла, трех советников посольства и обер-секретаря:"

Пестель во многих отношениях предугадал и заместил тот путь развития посольского института, по которому он с тех пор развивается.

Тургенев Н.И. (1789-1871). Николай Иванович Тургенев*(704), один из образованнейших декабристов, по окончании Московского университета продолжал свое образование в Геттингене, где слушал лекции по естественному праву у Гуго, по истории - у Сарториуса и Герена, по международному праву ("дипломатике") вместе с Куницыным - у Залфелда. Он признавал себя больше всего обязанным Герену. В 1812 г. он вернулся в Россию, но по окончании Отечественной войны был откомандирован к известному прусскому реформатору Штейну, с которым очень сблизился. В 1816 г. он возвратился и Россию; в 1818 г. издал свою известную книгу "Теория налогов", а в 1819 вступил в "Союз благоденствия", который в 1822 г. превратился в "Северный союз". Он оставался членом этого союза, хотя впоследствии и отрицал это. В 1825 г. Тургенев по болезни отправился за границу, и это спасло его от кары, постигшей других декабристов. После восстания 14 декабря он был привлечен к суду, заочно приговорен к смертной казни, которая была заменена вечной каторгой. В 1847 г. он издал свой трехтомный труд "La Russie et les Russes". В статьях в "Колоколе" Герцена и в отдельных брошюрах он принимал деятельное участие в обсуждении вопроса об уничтожении крепостного права.

В 1819 г., году вступления в члены "Союза благоденствия", Тургенев задумывает основать общество, цель которого - издание политического журнала. "Наша сложность, - записывает он в дневник, - ограничивается до ныне почти одною поэзиею. Сочинения в прозе не касаются до предметов политики: И у нас хотят теперь иной пищи моральной: Прежде мы искали пищи в масонстве, в мистицизме, в алхимии: Ныне, когда дух времени в несколько лет пролетел несколько столетий, ныне нранственныя потребности наших соотечественников получили иное свойство. И русские хотят ныне участвовать в судьбе просвещенной Европы: Последняя война имела в сем отношении решительное влияние на Россию: Происшествия 1812, 13, 14 и 15 года сблизили нас с Европою; мы, по крайней мере многие из нас, увидели цель жизни народов, цель существования Государств"*(705).

Журнал должен был называться "Архив политических наук и российской словесности". Издание задумано было совместно с А.П. Куницыным с привлечением к нему Никиты Муравьева и Ф.Н. Глинки. Выпущено было "Объявление от издателей". "Люди образованные, - говорилось в нем, - с удовольствием занимаются у нас предметами, в курс наук политических входящими. Между тем мы имеем весьма мало книг на русском языке, из коих бы можно почерпать сведения политическия:"*(706). Тургенев готовил для журнала статью о теории политики*(707). Издателей ожидало разочарование. Подписка "никому не понравилась: все на нас вооружились, одержимые хамобесием: негодованием против нас: как о людях опасных, о якобинцах"*(708).

Обстановка русской жизни гнетет Тургенева. В канун нового 1822 г. он записывает в дневник: "Потребность дышать свободно превозмогает все, и я жажду свободы на земле чуждой: Омерзение к принуждению, к неволе: говорить в полголоса и в полмысли, дышать украдкою, мыслить для заполнения души горьким негодованием"*(709). "Я должен отказаться от всех своих мечтаний и смотреть на все гадости хладнокровно"*(710). Он твердо решается ехать за границу: "лучше там скучать, нежели здесь беситься и мучиться"*(711); он может жить во Флоренции*(712), быть генеральным консулом в Париже*(713) или консулом в Лондоне*(714).

Тургенева интересует внешняя политика России. Он зорко следит за ходом восстания в Греции*(715). В течение 1822 г. он много раз упоминает о нем в дневнике: "Угнетение их не может быть полезно ни для одного Государства Европейского по той простой причине, что несправедливость никогда не приносила и не принесет плодов добрых"; "греки стоят за права неотчуждаемыя"; "обязаны ли были образованныя Европейския Государства помогать грекам?" "Бедные Греки! Политика! Политика!" Но все же он не является сторонником вмешательства России в греческие дела: "При всей своей верности, - говорит он, - ce sont des objects secondaires pour nous"*(716), "боюсь искать польз России вне России"*(717), "ты (Россия. - В.Г.) - Единственное Божество мое, которое я постигаю"*(718).

Международное право тоже интересует Тургенева. Он говорит о нем в части II своей "Теории политики". Она составлена в 1820 г., но план намечен был, по-видимому, еще в 1808 г. В отделе I этой части - "О правах государственных" - речь идет о правах одного государства в отношении к другим, о праве народном, о равновесии Европы, о средствах защиты, о войне, о завоеваниях, о мире.

О правах одного государства в отношении к другим. "Для соблюдения права между всеми народами необходимо нужно бы было существование общаго союза, на сей предмет составленнаго; так чтобы для всех народов была общая законодательная, исполнительная и судная власть. Без такового союза право между различными государствами остается одною только идеею разума. Но таковой союз между всеми народами земнаго шара всегда был и всегда будет невозможным. Есть ли же сей союз когда либо образуется между народами просвещенной Европы, что впрочем столь же невероятно, то сие будет следствием нужды, подобно всему полезному для человечества" (с.391).

"С начала то, что мы называем правом народным, есть нечто иное, как соединение некоторых обыкновений, человеколюбием внушенных и принятых за правило между народами образованными, или, лучше сказать, не дикими, потому что, во взаимных сношениях народов, сила и искусство всегда все решали и всегда все решать будут. Пушки останутся по прежнему ultima ratio regum" (с.391-392).

"Равновесие Европы: хотя сие равновесие было далеко от совершенства, :но при всем том, покуда сие равновесие существовало, ни одно государство не погибло: Главный удар сему равновесию: был нанесен разделением Польши: Время покажет, чем государства Европейския заменят сей прекрасный плод образованности и просвещения народов".

"Главнейшие выгоды политическаго равновесия суть: 1) усовершенствование и обезпечение способов сообщения между Европейскими народами, 2) окончание всех распрей (Fehden), между малыми владельцами существовавших, и 3) стремление к более совершенному праву народному.

Невыгоды политическаго равновесия: 1) непомерное распространение, или, так сказать, всеобъемлемость войн... 2) постоянныя армии, непомерное увеличение и размножение оных и, наконец, 3) постоянныя посольства" (с.302-393).

О средствах защиты государственной. Средства физические и нравственные. Средства физические: в армии, в страже внутренней или милиции, флоте, крепости. Выгоды и невыгоды постоянных армий; нравственные - дружественные союзы (с.393-396).

"О войне. Война справедлива и необходима тогда, когда государство в опасности, и нет другаго средства отвратить оную" (с.396).

"Совершенство зла рождает, впрочем, добро. В прошлом веке глубокие политики заметили, что со временем, когда искусство будет доведено до высшей степени совершенства, тогда нельзя будет вести войну одними полками. В начале нынешнего века сие предсказание сбылось: государства воевали не армиями, а народами. Нельзя ли и нам, в свою очередь, предсказать, что когда искусство сражаться народами будет доведено до высшей степени совершенства, тогда совсем нельзя будет вести войны, и государства, невозможностию проливать кровь человеческую, будут доведены до необходимости беречь ее?.. Неужели человек всегда останется врагом человеку?" (с.392).

"Война, при всех ужасах и бедствиях, имеет выгодныя действия. Дух народный, сила народная возрождается посредством войны, к новой жизни. Войною народы часто узнают права свои: Народы знакомятся войною между собою; перенимают друг у друга лучшее; узнают свои недостатки, отвергают предрассудки" (с.396).

"О завоеваниях. Они справедливы, когда нет другого средства сохранить безопасность государства. Все завоевания Петра I-го носят на себе печать справедливости и пользы государственной" (с.396). Так смотрит Тургенев и на завоевания Екатерины II. Для сохранения завоеваний есть два средства: ассимиляция и сохранение национальности. Второе средство, "будучи иногда несогласно с правилами политики, всегда более соответствует правилам справедливости и человеколюбия" (с.397).

"О мире". Его заключают, когда невозможно продолжать войну. "Лучшее правило: всегда заключать мир, коль скоро война была счастлива, и никогда не заключать мира, есть ли война была несчастлива" (с.397).

Муравьев Н.М. (1796-1844). Никита Михайлович Муравьев*(719), как и Н.И. Тургенев, был членом Северного общества, в котором он играл главенствующую роль. Им составлен проект конституции, сохранившийся в нескольких вариантах; из них два главных варианта - рукопись Рылеева, сохранившаяся в бумагах И.Н. Пущина, и рукопись Муравьева, написанная им в тюрьме. Проект был значительно умереннее "Русской Правды" Пестеля. Предполагалось установить не республику, а конституционную монархию, притом не централизованную, а на федеративных началах, по образцу конституции Северо-Американских Соединенных Штатов. Федерация должна была состоять из 13 держав (гл.IV - "О России"). Учреждалось Народное вече, состоящее из Верховной думы и Палаты народных представителей (гл.VI - "О Народном вече"). Верховная исполнительная власть оставалась в руках императора (гл.X), который "ведет переговоры с иностранными державами и заключает мирные трактаты с совета и согласия Верховной думы" (_ 101, п.7) и "назначает посланников, министров и консулов (_ 101, п.8). Заключенные с иностранными державами трактаты "поступают в число Верховных законов" (_ 101, п.7). Право объявлять войну принадлежит не императору, а Народному вечу (_ 92, п.5), но по другому варианту оно тоже составляет прерогативу императора.

Гражданство русское теряется навсегда: вступлением в подданство иностранного государства, принятием службы или должности в чужой земле без согласия своего правительства, принятием подарков, пенсии, титула от иностранного правительства без согласия Народного веча. Иностранец, проживающий 7 лет в России, может просить о принятии его в русское гражданство, но принятый в гражданство иностранец не может занимать общественной или военной должности.

Общество соединенных славян*(720) находилось в связи с Южным обществом, руководимым П.И. Пестелем. Согласно свидетельству одного из его основателей и видного члена - И.И. Горбачевского (1800-1869), "общество имело главной целью освобождение всех славянских племен от самовластия, уничтожение существующей между некоторыми из них национальной ненависти и соединение всех обитаемых ими земель федеративным союзом"*(721). Другой член общества, Борисов 1-й, показывал на следствии: "Мы выдумали отдаленную цель соединения славянских племен в одну Республику:" Республика эта должна быть федеративным союзом, в который входило восемь племен: "русские, поляки, венгры, богемцы, кроаты, далматы, сербы и мораване". Венгрия признавалась славянской страной; в перечне держав славянской федерации, данном членом общества Бесчасновым, в федерацию включены Трансильвания, Молдавия и Валахия*(722).

В "Правилах" Общества п.15 гласил: "Ты еси славянин и на земле твоей при берегах морей, ее окружающих, построишь четыре флота: Черный, Белый, Далмацкий и Ледовитый:"*(723).

 


<