_ 22. Переводная литература и сочинения иностранцев, : Материалы к истории литературы международного права в России (1647-1917) – В.Э. Грабарь : Книги по праву, правоведение

_ 22. Переводная литература и сочинения иностранцев,

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 
РЕКЛАМА
<

служивших в России

 

Могут быть отмечены переводы работ четырех авторов: француза Перро, англичанина Бентама, шотландца Фергюсона и француза Монтескье.

Заглавие работы Перро таково: "Основания естественного законодательства сочин.: Г-на Перро: переведено с французского и дополнено разными примечаниями трудившагося в переводе М.И. :Санкт-Петербург 1815"*(625). Перевод части (книги) второй появился в 1817 г.

Из предисловия переводчика мы узнаем, что в оригинале имеется четыре части, из которых переведены только две: "Свойства человека и обязанности его к самому себе" (ч.I) и "Должности людей одних к другим" (ч.II). Две другие части: "Основания права народов" (ч.III) и "Изследование содержания прежних о том писателей с обозреванием ходу всей науки" (ч.IV) - на русский язык переведены не были*(626). Автор полагает, что государства, поняв лучше свои выгоды, "приложили бы паче свои усилия к тому, чтобы опрокинуть заставы их отделяющие: Государства употребили бы более доброй веры в их договорах, более попечения к обработке мирного поля, к очищению его от всех семян войны" (с.LV-LVII).

Право, говорит Перро, разделяется на право народов, общественное и частное (с.XXXVI, прим.). Нормы международного права, как это обычно признается в системах естественного права, представляют лишь приложение к государствам норм частного права: нравственность "представляет нам всегда и везде одни предметы учения, также правила поведения, и прилагается с равною удобностию ко всем отношениям, кои между собою имеют люди частные, либо же в виде Государства" (с.LXXXV). Интересно примечание переводчика к слову "народов": "по неопределенности слова народов (nations) и по производившему от онаго злоупотреблению, казалось мне правильнейшим, употреблять большею частию слово Государство". Переводчик подчеркивает, что международное право есть право междугосударственное.

Биография Йеремии Бентама и огромное влияние, которое он оказал на законодательство как европейских, так и американских государств, хорошо известны. Менее известны его отношения к России*(627). В 1786 г. он побывал на юге ее, где жил его брат. Когда при Александре I началось преобразовательное движение и задумано было составление кодекса гражданских и уголовных законов, решено было обратиться к иностранным юристам, в том числе и к Бентаму.

С Бентамом велись переговоры о приезде его в Россию для участия в предпринятом законодательстве. Поставленные им условия, которые гарантировали бы ему руководящую роль в этом деле, не были приняты; не было принято и его требование гласного обсуждения реформы. В 1814 г. он обратился лично к Александру I и получил его собственноручный ответ из Вены, где в 1815 г. заседал конгресс. Непринятие поставленных им условий заставило Бентама отказаться от приезда в Россию и участия в составлении Кодекса.

Полное заглавие сочинения Бентама таково: "Разсуждение о гражданском и уголовном Законоположении. С предварительным изложением начал Законоположения: Соч. Английского Юрисконсульта Йеремии Бентама, изданное в свет на французском языке Степ. Дюмоном: Переведенное Михаилом Михайловым". Том I, СПб., 1805; том II, 1806; том III, 1811 г. В III томе глава II части IV (о цензуре) урезана.

Для нас важны в томе I "Всеобщее начертание полной книги законов" гл. I - "Всеобщее разделение" и гл. XXIII - "План Уложения международного". В этом сочинении впервые появляется на русском языке ныне общепринятый термин "Международное право" вместо обычных в XVIII и в начале XIX вв. терминов "право народов" или "народное право" и сменившего в 30-х годах XIX в. эти термины выражения "общенародное право". Второе, на что следует обратить внимание, это деление всего права на две области, на право внутреннее (droit interieur) и право народное (droit des gens). "Первое, - говорит автор, - есть право национальное: Второе есть то, по коему располагаются взаимные действия и сношения между государями и народами. Его весьма прилично было бы называть правом международным (inter-national)". Право, говорит Бентам, делят на уголовное и гражданское, но, замечает он, "когда такое разделение предлагалось, так как разделение полное, то по крайней мере забыто при том было право народное"*(628). Бентам выступает решительным противником школы естественного права: ":Где же люди, которые б существовали вне общества? - спрашивает он. - :Что суть законы естественные, которых никто не делал, которые всяк предполагает такими, какими предполагает ему их собственное его воображение?"*(629)

Весьма оригинален "План Уложения международного" (глава XXIII). Характерно для представителя английской юридической школы признание автором норм международного права нормами не юридическими, а моральными. План таков:

"Уложение международное составило бы собрание обязанностей и прав государя в отношении ко всякому другому государю.

Оно может разделяться на всеобщее уложение и уложения частныя.

В первом заключались бы все обязанности, которыя бы наложил на себя государь, все права, кои бы присвоил он себе в отношении ко всем прочим державам вообще. В каждом же из частных уложений заключались бы все права и обязанности, кои признал бы государь долгом хранить в отношении к каждому из государств, исключительно противу прочих, или в силу постановленных условий, или по уважению каких-либо взаимных польз:

Сии обязанности и сии права между государями, собственно говоря, суть обязанности и права нравственныя: ибо не возможно надеяться, чтоб когда-либо учредились между народами вселенныя всеобщия условия и судилища Правосудия" (с.457-458). "Война есть дело тяжебное, в коем тяжущийся есть целый народ" (с.460).

Фергюсон был профессором физики (1745-1754), позднее нравственной философии (1764-1785) в Эдинбургском университете. На русский язык переведены две из его работ: 1) "Наставления нравственной философии" и 2) "Опыты истории гражданского общества". Нас особенно интересует первая из них, появившаяся в русском переводе в 1804 г.*(630) Она распадается на 7 частей, из которых для нас важна лишь ч.V, посвященная "правоведению", а в ней главным образом гл. XI ("Закон обороны"), отд.4 ("Случаи народов или держав", с.203-206). Автор относится критически к естественному состоянию людей, "к которому люди, по природе, несклонны, и в котором, чтоб они когда-либо были, никто не знает". Из вопросов международного права автор останавливается только на праве войны. Он считает допустимыми лишь те средства, которые необходимы для достижения цели войны.

Заглавие второй работы Фергюсона в русском переводе таково: "Опыт истории гражданского общества. Сочинение Адама Фергюсона. С английского перевел Иван Тимковский" (ч.I, СПб., 1817; ч.II и III, 1818). В ней тоже дан ряд указаний о праве войны (с.45-57 и 175-192).

В начале века появился новый и на этот раз полный перевод "Духа Законов" Монтескье. "О существе законов. Творение Г. Монтескье. Перев. с французского Дмитрий Языкова (ч.I, М., 1809; ч.II и III, 1810; ч.IV, 1814). Для нас важна ч.II, кн.X - "О законах в том отношении, которое они имеют к силе наступательной" (с.1-36): гл.I - "О силе наступательной", гл.II - "О войне", гл. III - "О праве завоевания"; ч.IV, гл.ХXX и XXI - о международных договорах и о посольском праве. Содержание их хорошо известно. Появление этого перевода было отмечено в журнале "Сын отечества" (1814. N 19, с.256-266) в статье "О новой книге". В статье приводятся выдержки из Монтескье: "Право народное естественно основано на том начале, что разные народы должны делать в мирное время как можно более добра:"; "во всех землях есть право народное, даже у Ирокезцов:" и др.

Из журнальной литературы того времени интерес представляет статья "Европейская республика Генриха IV" за подписью "П. Г.-в" в "Сыне отечества"*(631), заимствованная из иностранного журнала. "Мысль о вечном мире, - читаем мы здесь, - принадлежит доныне в подлунном свете к области сновидений. Но мысль сия так прелестна, что век, который привел бы ее и исполнение, мог бы по справедливости называться золотым. Единственным способом утвердить в нашей части света безпрерывно продолжающийся мир, было бы составление союза всех государств, коих внутренние раздоры решались бы не силою оружия, а властию, изъясняющею общую волю всех членов сего большого союза". Это, говорит автор, "вовсе не годится для нашего века: но мысль, служившая ему основанием, была велика. Неоспоримо, что установление общего права, исключающего всякое военное действие, было бы весьма благодетельно для человеческого рода" (с.169). Появление статьи, несомненно, связано с надеждами, вызванными Венским конгрессом 1815 г.

Перехожу к сочинениям, написанным в России приглашенными иностранными профессорами.

Шлецер (1774-1831). Среди первых как хронологически, так и по значительности своих работ, должен быть упомянут сын исследователя русской истории, ученик известного Г.Ф. Мартенса, профессор Московского университета Христиан Августович Шлецер*(632).

Образование свое он получил в Геттингенском университете. В 1796 г., имея уже степень доктора прав, он приехал в Россию в качестве домашнего учителя, в 1800 г. был приглашен в Дерпт на кафедру государственного и народного права, а в следующем 1801 г. переехал в Москву, заняв кафедру политической экономии и дипломатии, на которой оставался до 1826 г., когда вернулся на родину. Он читал лекции также и по праву естественному и народному.

Шлецер является автором ряда программ или конспектов, изданных им для своих слушателей в качестве пособий к лекциям. Имеются программы по политической экономии, естественному праву, политическим наукам и положительному международному праву. Нас интересуют три последние работы, из которых две написаны на французском языке, одна - на латинском.

В Москве в 1803 г. были изданы "Первые линии политических наук", составленные на латинском языке как пособие к лекциям, которые автор предполагал читать в Московском университете*(633). Они занимают всего 43 страницы. Право естественное, говорит автор, бывает троякого рода: естественное в собственном смысле, публичное и всеобщее право народов. Во всеобщем праве народов "излагаются разные права и обязанности, которые должны быть взаимно соблюдаемы народами в качестве нравственных и свободных лиц".

Вторая работа Шлецера была написана по-французски. Ее заглавие: "Элементарные начала естественного права"*(634). Она написана в Москве, но напечатана в Дерпте в 1804 г. Эпиграфом для нее Шлецер избрал известные слова Руссо: "Человек родится свободным и везде он в цепях".

После "Введения", в котором автор рисует ход развития человечества, последовательно излагается "Естественное право в собственном смысле" (с.12-25), "Всеобщее публичное право" (с.25-28) и "Всеобщее международное право" (с.28-36); обзор заканчивается историей естественного права (с.37-38).

Автор делит международное право, как и право естественное и публичное, на право абсолютное и право гипотетическое. "Народ, объединенный в общество, должен быть рассматриваем как нравственное лицо. Имеются, следовательно, известные права в отношениях между несколькими народами" (_ 97). "Совокупность их, вытекающая из самой природы народов, образует всеобщее международное право" (droit des gens universel). Следует различать "право международное положительное и естественное" (_ 98). "Основным началом всеобщего международного права является требование, чтобы всякий независимый народ рассматривался как свободное лицо, пребывающее в естественном состоянии" (_ 99). "Соответственно этому основному началу, все другие начала естественного права отдельного человека относятся равным образом и к народам" (_ 100).

К абсолютному международному праву Шлецер относит право самосохранения, право на свою личность, на свободу и равенство; к международному гипотетическому (условному) праву, которое состоит в изменениях абсолютного права, вносимых особыми причинами (_ 104), он относит посольское право (_ 105-117), право собственности (N 120-121), право войны (_ 122-136) и право крайней необходимости (_ 137).

В праве войны интересно отметить мнение автора, что в справедливой войне все средства справедливы, а в несправедливой - даже справедливые средства признаются несправедливыми; в последнем случае нет права войны, как не бывает права разбоя (_ 130). Победитель в справедливой войне может подчинить себе побежденный народ (_ 131).

Третье сочинение Шлецера, напечатанное в 1804 г. в Дерпте, представляет, несмотря на свой небольшой объем (23 страницы), особый интерес как первое в России обозрение положительного международного права. Заглавие его - "Указатель предметов, содержащихся в науке нового международного права Европы, основанного на договорах и на обычае"*(635).

В "Предисловии" автор говорит о важности изучения положительного международного права, особенно для государственных деятелей. "Эта интересная наука, - говорит он, - тесно связана с историей и с политикой. Как возможно постичь причины, приведшие к наиболее важным событиям, и рассуждать с пониманием о событиях дня, не зная законов, которым государи народов считают себя подчиненными во взаимных своих отношениях".

Поэтому он считал нужным присоединить к своему курсу политических наук и эту дисциплину. За недостатком времени ему пришлось отказаться от составления собственного руководства и довольствоваться извлечением, которое он сделал для своих слушателей из "Precis du droit des gens" Мартенса. В выборе автора он не колебался ввиду славы, которой тот достиг в литературном мире, и вследствие того, что сам он у него приобрел свои знания.

Рейнгард (1765-1812). Филипп Христиан Рейнгард (родом из Вюртемберга) учился в университетах Тюбингенском, Иенском и Марбургском; был профессором в Кельне. В 1803 г. он, по приглашению товарища министра народного просвещения и попечителя Московского университета М.Н. Муравьева, приехал в Москву, где занял кафедру практической философии и прав естественного и народного. Во время нашествия Наполеона эвакуирован в Нижний Новгород, где и умер 7 ноября 1812 г.*(636) Рейнгард читал лекции по своим запискам на немецком и латинском языках. Его "Система практической философии" переведена была с французского языка на русский Семеном Кувичинским и вышла в Москве в 1807 г. В ней международному праву отведено мало места. В предисловии он говорит, что "народы и их правители в отношении к другим народам обязаны являть справедливость и мудрость", а поэтому всячески избегать несправедливых войн. В возможность вечного мира Рейнгард не верит: "Войны были и всегда будут, - говорит он, - ибо природа дала народам страсти:" (_ 692), но беспрерывный мир должен быть целью государств (_ 695).

Гораздо важнее другая работа Рейнгарда, пространное заглавие которой таково: "Естественное право, содержащее в себе: 1) собственно так называемое естественное право чистое, 2) право прикладное, т.е.: право частное, публичное и народное. Сочинение Ф. Хр. Рейнгарда. Перевел с латинскаго подлинника Иван Сычугов. Казань: 1816".

Во "Введении" автор дает понятие естественного права, указывает на отношение его к положительному ("гражданскому") праву и в сжатом, но содержательном очерке излагает историю естественного права, кончая последователями Канта. В гл. II, _ 18 (с.9) дается определение понятия международного права естественного и положительного: "В праве естественном народном (jus gentium naturale), разсуждается о правах, коими различные народы по необходимости между собою пользуются в политических своих отношениях. Право народное положительное (jus gentium positivum) содержит в себе договоры, обыкновения, коими определяются взаимныя отношения народов в делах политических".

В "праве народном" (с.116-124) мы встречаем обычную установку: "Государству, в собирательном смысле взятому, должны приличествовать те же права, коими необходимо пользуется каждое лице, т.е. право личности, право собственности, право защищения себя от обид" (_ 264). В главе "о правах во время войны" автор устанавливает границы применения насилия: "1) война не долженствует быть ведена ни против частных лиц, ни частными лицами, но государством против государства; 2) война должно быть почитаема не другим чем, как средством к возстановлению мира и к утверждению или возобновлению прав" (_ 276). "Хотя войны совершенно избежать нельзя", необходимо, "чтобы мир почитаем был всегда необходимою целью" (_ 288).

Шад И.Б. (1758-1834). Родом баварец, из верхне-франконского округа, Иоганн Баптист (Иван Егорович, как его звали в России) Шад*(637) получил образование в иезуитской семинарии, в которой пробыл 6 лет, после чего в течение 20 лет (1778-1798) провел в бенедиктинском монастыре, приняв в монашестве имя Романа. Боясь преследований инквизиции за свое вольнодумство, Шад бежал из монастыря*(638), перешел в протестантство и поселился как свободный мыслитель в Иене, где в 1802 г. занял кафедру философии в университете. В 1804 г. Шад, по рекомендации Гете*(639), был приглашен попечителем Харьковского учебного округа Потоцким на должность профессора по кафедре умозрительной и практической философии; он пробыл на ней десять лет (1806-1816) и в 1806, 1813 и 1815 гг. читал курс лекций по естественному праву. Курс этот он в 1814 г. издал под заглавием "Institutiones Iuris Naturae"*(640) как руководство для своих слушателей.

Шад разделял взгляды Канта, высказанные в "Критике практического разума", но скептицизм "Критики чистого разума" был ему не по душе*(641). От Канта он перешел к Фихте, который, покидая кафедру, рекомендовал его своим преемником; позднее он склонялся и к философии Шеллинга. Образованнейший человек своего времени, Шад был крайне несдержан - его звали "неистовый Шад".

Философские взгляды Шада сделали невозможным его пребывание в России. На него послано было министру народного просвещения гр. Разумовскому два анонимных доноса с обвинением в национализме и неблагонамеренных мыслях о христианской религии и морали и третий, направленный против его книги о естественном праве. По поводу нее министр писал Совету университета (28 января 1816 г.): "В ней много рассуждений, не согласных с нашими учреждениями, намеков на новейшие политические обстоятельства, сильных нападений на французов в пользу немцев; в ней говорится о праве свободно мыслить, хотеть, действовать и сообщать свои мысли, о правах и обязанностях государя и т.д.". Министр предлагал "изъять книгу Шада из употребления" и поручить Особой комиссии составление руководства по естественному праву.

Но дело этим не кончилось. Преемник Разумовского, кн. Голицын обратил внимание на присланную в министерство автобиографию Шада, которая, по его словам, "вся проникнута духом борьбы против иезуитов, монашества, папства и католичества во имя свободы совести, разума и философии". Министр сделал представление в Комитет министров об увольнении Шада без суда и следствия, что противоречило _ 69 университетского устава. Комитет министров пошел дальше и в постановлении своем от 2 ноября 1816 г. признал, что Шад не может быть терпим в России и должен быть выслан, а книги его истреблены. Постановление Комитета было утверждено Александром I, и Шад 8 декабря 1816 г. был выслан из России. В ряде газетных статей и в непосредственных обращениях к русскому правительству Шад пытался опровергнуть предъявленные ему обвинения, но безуспешно. Ему с трудом удалось восстановить свою преподавательскую деятельность в Германии. Он умер в 1834 г. в Иене.

Книга Шада делится на три части: ч.I - "Чистое естественное право", ч.II - "Примененное естественное право" и ч.III - "Право народов".

Примененное естественное право (ч.II) может быть: 1) семейным, 2) государственным и 3) международным (ius gentium). Государственному праву посвящена гл.II. Говоря о происхождении государства, автор обрушивается на учение о "естественном состоянии без государства". Он считает необходимым разрушить представление, будто государство есть создание человеческих рук. "Как можно, - спрашивает он, - мыслить естественное право как отрешенное от всякого положительного права и такое, которое с положительным правом должно находиться в противоречии" (гл.III, _ 95, с.325).

Международное право (гл.III) автор излагает кратко и обещает развить положения свои на лекциях. Он задает вопрос: "Что такое право народов (ius gentium)?" В другом месте (ч.II, с.246) он формулирует его иначе: "Каково право: между народами (inter nationes)?" "Свободное государство, - отвечает он, - по отношению к внешним и рассматриваемое как одно лицо, называется народом (gens). Всеобщее право народов есть само естественное право, примененное к народам. Оно учит, следовательно, какие обязанности и законы должны соблюдать народы взаимно между собою: в себе самом право одно, рассматриваешь ли семью, государство или весь род человечества" (_ 137, с.403). "Государство имеет право на самосохранение, на совершенствование и на все справедливые действия". "Справедливой причиной войны является только нарушение права". В объявлении войны, полагает автор, нет необходимости, если потерпевший народ иным путем, помимо войны, добиться своего права не мог (_ 148). По отношению к врагу, даже несправедливому, справедливый противник обязан соблюдать верность.

Якоб Л.К. (1759-1827). Людвиг Кондратьевич Якоб*(642) (родом из Пруссии) получил образование в Галле, где с 1785 г. состоял доцентом, а с 1789 г. профессором. Видный ученый, в течение 30 лет издавший 35 сочинений; после закрытия по распоряжению Наполеона в 1806 г. университета в Галле переехал в Россию и был назначен профессором Харьковского университета по кафедре дипломатики и политической экономии. Он составил для русских гимназий восемь учебников: по логике, грамматике, психологии, нравоучению, эстетике, риторике, естественному и народному праву и политической экономии. В 1809 г. он был приглашен в Петербург, в Комиссию о законах, где сблизился со Сперанским, а после падения последнего возвратился в свой родной университет в Галле. Якоб был сторонником освобождения крестьян и поборником свобод.

Среди его учебников учебник по естественному и народному праву был седьмым по счету. Полное его заглавие таково: "Курс Философии для Гимназий Российской Империи, сочиненный Людвигом Гейнрихом Якобом: Часть седьмая, содержащая Естественное и Народное Право. В Санкт-Петербурге, при Императорской Академии наук 1817 года".

Книга начинается с "Начертания правоведения или Естественного Права". Во "Введении" (_ 1-44) даются общие положения. Право делится на частное и публичное, а последнее - на государственное право и право народов, которое "разбирает, в каких отношениях прав состоят многие государства между собою" (_ 3).

Последняя часть книги озаглавлена: "Естественного публичного права Отделение второе. Естественное Право Народное" (_ 409-465). Глава I говорит о "первоначальных правах" народа. "Народом (gens), - начинает свое изложение автор, - называется государство в особенности в отношении к другим государствам или народам; оттого право государств к государствам чужим именуется народным правом (jus gentium), которое есть или естественное или положительное, смотря по тому, определено ли всеобщим понятием отношений народов или же соглашением их". "Здесь, - заявляет автор, - преподаем мы только Естественное Народное Право" (_ 409). "Поелику народы суть таинственные или нравственные лица, то и приличествуют им все права, принадлежащие первоначально и существенно одному лицу, в отношении к другому. Следственно каждый народ имеет: 1. Право на свою самостоятельность: 2. Право на независимость: 3. Право на формальное равенство" (_ 410). Потеря одного из этих прав лишает государство самостоятельности, потеря всех лишает его государственного существования (_ 414-415).

В гл.II речь идет "о приобретаемых правах народа": о территории ("земля или область"), о договорах, о посольском праве. Глава III посвящена реторсии ("отместка"), репрессалии ("отбой"), войне и нейтралитету. "Война должна быть не только праведно начата, но и праведно ведена и окончена", а потому употреблять должно "правовластные средства" (_ 444), т. е. необходимые "к одолению неприязненной силы" (_ 445).

В конце Отдела, посвященного праву народов, имеется Прибавление "Об идее праведного соединения Государств (конфедерации)". Подобно тому, как частные лица соединились в гражданское общество для лучшей охраны своих прав, государства тоже могут составлять "соединения держав (конфедерации, соединения штатов)" (_ 466) и "сложное государство" (_ 469-470).

Финке И.Ч. (1773-1814). Иоган Христофор (или Иван Арнольдович) Финке получил образование в Геттингенском университете, где в то время международное право преподавал Г.Ф. Мартенс; в 1798 г. он получил степень доктора прав*(643). Финке приехал в Россию в 1809 г. и по рекомендации профессора математики в Казанском университете Реннера был назначен ординарным профессором прав естественного, политического и народного в этом же университете с тем, чтобы чередовал преподавание с предметами кафедры прав знатнейших древних и новых народов. Чтение лекций Финке начал с римского права, имея всего трех слушателей. Он поступил так, не считая целесообразным начинать с естественного и народного права, ибо эти предметы "суть не иное что, как философия права, изучение которой необходимо предполагает основательные взгляды на право: положительное, как нечто историческое, легче понять и усвоить, чем философское". К чтению лекций по своей кафедре он приступил только в 1813/4 г., притом по своему учебнику, который он начал писать еще в бытность свою в Геттингене. Учебник этот был переведен с немецкого языка, по-видимому, учеником Финке Алехиным; он вышел в свет уже после смерти Финке в 1816 г.

По словам Булича, Финке был "честным, строгим и глубоко научным профессором", но незнание русского языка и ранняя смерть не дали ему возможности принести ту пользу, которую можно было ожидать от него. Отсутствие в Казани необходимых пособий угнетало его и он стремился вернуться на родину.

В школе Финке выросли будущие представители русской науки, в том числе Е.П. Манасеин и Н.М. Алехин, которые некоторое время после него читали лекции по праву естественному, публичному и народному*(644).

Интересны замечания Финке по поводу учебника. "Неоспоримая истина, - писал он попечителю университета, - что устное преподавание тогда только приносит пользу слушателю, когда у него есть в руках и учебник:заключающий в себе как бы конспект лекций: Каждая наука имеет свой язык; в особенности это можно сказать о науках права". "Этот технический язык науки должно усвоить себе, однако, посредством того языка, который понятнее всего для учащегося, следовательно, посредством родного языка. В университетах всех стран, кроме России, науки преподают на родном языке. В России ввести такое преподавание сразу невозможно: преподавание страдает. Я борюсь с большими затруднениями, чтобы студенты могли понимать меня, так как в состоянии преподавать только на чуждых для них языках: я твердо убежден, что зло можно в довольной степени устранить, дав им учебник на их родном языке. На русском языке не существует ни одного учебника по естественному праву:" Имея учебник в руках, "слушатель избавляется отчасти от мучительного труда переписки, притупляющей ум и осуществляющей некоторое недовольство против науки"*(645).

Желая прийти на помощь своим слушателям, Финке составил свой учебник на немецком языке, но увидеть его в русском переводе ему уже не пришлось; перевод вышел в свет в 1816 г., а умер он двумя годами раньше, на сорок первом году жизни.

Заглавие учебника Финке таково: "Естественное Частное, Публичное и Народное Право, сочиненное Иоганном Христофором Финке, обоих прав доктором. Перевод с немецкого. Казань 1816 года".

Во "Введении" дается такое характерное определение международного права: "Естественное или всеобщее частное право, примененное ко многим Государствам или народам, есть естественное или всеобщее народное право (jus gentium naturale sive universale)" (_ 21). Это же определение повторено и в дальнейшем (_ 346), но с оговоркой, совершенно меняющей смысл его: "Естественное народное право есть не что иное, как естественное частное право, примененное к взаимному отношению народов между собою: но различие, из применения произтекающее, составляет особенный род прав, от частного права совсем отличный" (курсив наш. - В.Г.).

"Всеобщего положительного права народов быть не может", - решительно заявляет автор, ибо над государствами нет власти, и отношения между ними регулируются договорами (_ 346). Как все представители естественноправовой школы, он делит право народов на "совершенное, или безусловное" и на "условное" (_ 347).

Содержание международного права излагается в шести отделениях: отд.I - собственность (земля, море); отд.II - договоры (_ 350-366) и давность (_ 367); отд.III - "О взаимных правах и обязанностях в разсуждении дел внутренних"; отд. IV - "О взаимных правах и обязанностях касательно внешних дел"; отд.V - "О защищении прав между народами"; отд. VI - "О потере прав между народами" (_ 434-435). В отд.V автор говорит о "средствах самоуправства": реторсии ("возмездие"), репрессалиях ("понуждение") и войне (_ 392). "Справедливая война, - полагает автор, - может быть только война оборонительная, поэтому объявление войны он не считает обязательным (_ 398). "Вечный мир, - говорит он, - может быть всегда предположением разума, и человек не должен терять надежды, что наступит такое щастливое время, в коем должно царствовать постоянное между всеми народами дружество, есть ли он верит возвышающемуся всегда усовершенствованию своего рода. Но когда будет такое состояние? Не прежде, как или все народы достигнут высочайшей степени человеческаго совершенства, или один, либо несколько народов приобретут оное:" и воздействуют на других своим могуществом (_ 432).

При ревизии Казанского университета Магницкий не оставил учебник Финке без внимания. Он признал его революционным. Приведя несколько выписок из него, он снабдил их своими замечаниями: "Возмутительное мнение о власти царской", "Совершенно революционные начала", "Безмолвный договор о перемене правления есть - заговор"*(646).

Эверс И.Ф.Г. (1781-1830). Окончив курс наук в Геттингенском университете, где занимался богословием, а также историей и правоведением под руководством Герена и Шлецера, Иоган Филипп Густав Эверс*(647) принял место домашнего учителя и летом 1803 г. переселился в Россию, где оставался до конца своей жизни. В 1808 г. Эверс выпустил труд "О происхождении русского государства" ("Vom Ursprung des russischen Staates").

Сопровождая учеников своих, Эверс в том же 1808 г. побывал в Москве, где сдружился с Карамзиным, предоставившим в его распоряжение свои рукописи, касающиеся древней истории России. В следующем году он был избран членом-корреспондентом Академии наук и профессором Дерптского университета по кафедре истории, статистики и географии России. Одновременно он читал курсы по всеобщей истории и по государственному праву европейских держав. Это подготовило его переход в 1820 г. на юридический факультет, где он занял кафедру положительного государственного и народного права и политики. Кафедру эту занимал короткое время другой историк русского права Иван Нейман (1811-1814)*(648), а за ним Фридрих Лампе (1814-1823)*(649). После смерти последнего кафедра была целых три года вакантна, пока ее не занял Эверс, оставшийся на ней до своей смерти, последовавшей в 1830 г. В 1825 г. появилось его исследование "Das alteste Recht der Russen in seiner geschichtlichen Entwickelung", доставившее автору звание почетного члена Академии наук и университетов Московского и Петербургского.

По предметам кафедры, которую Эверс занял в Дерпте в 1826 г., им написано две работы: в 1828 г. по поводу 25-летнего юбилея университета он выпустил брошюру о научном значении естественного права*(650), в которой указывал на важность преподавания в университете естественного права - этой ставшей запретной науки; в следующем, 1829 г. вышла его "Политика"*(651) - пособие для слушателей его курса. Книга эта, состоявшая местами из простых названий глав, представляла собой краткий обзор предмета; по признанию самого автора, он при составлении ее больше всего придерживался воззрений Ансильона.

Пособие Эверса распадается на три книги: государство (кн.I), его управление (кн.II) и совершающиеся в нем перемены (кн.III; им предпосланы: обширный, на 14 страницах, список литературы по государственному и международному праву и предисловие о "Философско-исторических предпосылках". Для нас важен отдел III второй книги - об управлении внешними делами (с.145-153).

Гл. I этого отдела посвящена "общему международному праву", которое автор называет также "правом государств" (Staatenrecht). Автор явно обосновывает его на началах Священного союза 1815 г. "Внешние отношения народов, - говорит он, - должны, как и внутренние учреждения каждого государства всецело покоиться на христианстве, которое рассматривает всех людей как один род братьев и как детей невидимого отца, вследствие чего не только отдельный человек обязан по отношению к другому выказывать себя христианином, но и народ по отношению к другому народу". Священный союз, говорит автор, дает надежду, что это требование получит осуществление в жизни, и народы не будут передавать своих споров "кровавому решению войны", а будут решать их полюбовно третейским судом.

В конце гл.I автор говорит об "особенном (конвенционном) международном праве", приводя в качестве современных основ его трактаты, заключенные с 1814 по 1818 г. (договор в Шомоне, первый Парижский, образование Германского союза, заключительный акт Венского конгресса, второй Парижский мир и Аахенский конгресс). Заканчивает главу рубрика: "Система солидарности".

Гл.II посвящена "Политическому равновесию". В гл.III речь идет о "министерстве иностранных дел". "Все старания должны быть направлены к тому, - говорит автор, - чтобы постепенно привести к осуществлению всемирное христианское государство, а следовательно поддерживать между союзниками гарантию справедливости, любви и мира" и стараться побудить к этому и других.

Борель Ф. В первую четверть века международное право монографически еще почти не разрабатывалось. Мне известна лишь одна такая работа. Автором ее был иностранец на русской службе Фридрих Борель, начальник отделения в Министерстве торговли, занимавшийся консульскими вопросами. Этому предмету и посвящена его монография, вышедшая в Петербурге в 1808 г. на французском языке под заглавием: "Происхождение и функции консулов"*(652). Как можно заключить из предисловия к книге, автор ее был по национальности немец, ибо французский язык, на котором книга написана, не является, по его словам, ни языком его родины, ни языком страны, в которой он живет.

В "Предисловии" он подчеркивает однообразие консульского права во всех странах, что и дало ему возможность говорить о консульском праве вообще, а не применительно к той или другой стране. Единообразие это, замечает он, создалось не путем заимствования норм, а "подсказано одинаковыми потребностями".

В книге шесть глав (с.1-64) и 14 приложений (с.65-267). Главы следующие:

Гл.I. Этимология слова "консул": различное применение его.

Гл.II. Происхождение консулов в иностранных государствах.

Гл.III. Права и преимущества консулов.

Гл.IV. Качества, требуемые от консулов.

Гл.V. О полномочиях консула, его обязанностях и функциях.

Гл.VI. Общие соображения.

К этим главам следует присоединить еще приложенное в конце книги "Дополнение" (с.268-278): "Об официозном выступлении консулов в судах", а также приложение VIII "Торговая дипломатия". "Может ли быть привлечен к суду комиссар торговых сношений без предварительного разрешения на то его правительства?" (с.168-172). Основываясь на авторитете Порталиса, автор отвечает на вопрос отрицательно. Автор, как и Порталис, склонен видеть в консулах политических агентов низшего порядка, пользующихся известными дипломатическими привилегиями.

В приложении напечатаны постановления королей Арагона и Сицилии XIII в., касающиеся консулов, статьи договоров о том же, в том числе договоров России с Сицилией, Швецией и Турцией, инструкция Петра I 1723 г. консулу нашему в Кадиксе Евреинову, ордонанс 1781 г. французского короля о консулах, французский регламент 1779 г. о функциях консулов в отношении морских призов и др.

Книга Бореля была для своего времени лучшей и, если не считать работу Штекка*(653), первой монографией по консульскому праву и долгое время была единственным руководством в этой области. Об этом свидетельствует и факт появления второго издания, предпринятого за границей*(654).

Вслед за этой монографией, в том же году, в виде дополнения к ней, для руководства консулов в их практике, Борель издал "Формуляр консульств"*(655).

Триполи Ж. Своеобразное, чисто практическое руководство для дипломатов составил преподаватель Пажеского корпуса Жан Триполи. Оно было издано после его смерти. Заглавие его таково: "Essai de diplomatie pour servir d'introduction a l'etude des sciences politiques"*(656) (St. Petersbourg, 1827). Во "Введении" автор дает определение дипломатии, говорит о ее значении; в гл.I - краткий очерк международного права в мирное и военное время; гл.II посвящена дипломатическим агентам; гл.III - дипломатическому церемониалу; гл.IV - дипломатическому стилю. В последней, самой обширной главе излагается дипломатическая переписка (между государями, государя к дипломатическим агентам и последних к государям, министерства иностранных дел с дипломатическими агентами, своими и чужими, министров между собой и дипломатов при одном дворе между собой) и дипломатические акты, гласные (манифесты, декларации, прокламации, протесты, ратификации, гарантии и посредничество) и негласные (протоколы, прелиминарные договоры, мирные договоры, союзы, договоры о помощи, о нейтралитете, о торговле, о гарантии, перемирии, капитуляции, картели, реверсалы).

 


<