Начало

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 

К VI веку, когда восточнославянские племена и их объединения вступили на историческую арену, на территории будущей Руси про­должал господствовать общинный строй. Бурные европейские события — "христианская революция" в Римской империи в начале IV века, ее разделение в 395 году на Западную и Восточную и наконец паде­ние Западной Римской империи в 476 году — практически не затро­нули судеб полян, древлян, кривичей, дреговичей, волынян и много­численных угро-финских племен. Далеко впереди по оси времени были и процессы феодализации экономики, начавшиеся в Европе на рубе­же VI—VII веков.

Важнейшим занятием восточных славян было земледелие. Выращи­вались просо, рожь, пшеница, лен. Но система земледелия была са­мая примитивная: переложная (когда использованная несколько лет земля забрасывалась на несколько десятков лет) и подсечно-огневая (когда вырубался и сжигался участок леса и использовался до полного истощения земли). Легко понять, что земледелие было исключительно экстенсивным, трудоемким, а ввиду сурового климата и крайне рискованным1. В таких условиях объективно возникала необходимость в общин­ном владении землей и в совместном общинном труде. Пожалуй, имен­но в этом, в природно-климатических условиях, надо искать живучесть и консерватизм русского общинного строя.

И действительно, все исторические источники — византийские, арабские, скандинавские — подтверждают незыблемость русской со­седской общины, верви на юге и мира на севере ареала расселения прарусских племен.

С самого начала своего цивилизационного развития восточные сла­вяне не испытывали недостатка земли, что и явилось причиной пре­небрежения к возможным интенсивным формам земледелия. Крестьян­ская общинная колонизация новых территорий — характерная черта рус­ской экономики, сохранившаяся до настоящего времени. Ход колониза­ции находился, очевидно, в сильной зависимости от рек, перерезав­ших в разных направлениях страну, а также от лесов, ее покрывавших:

поселенцы двигались именно по рекам и обыкновенно замыкались в бассейне той реки, где оседали, будучи изолированы от своих соседей непроходимыми лесами, занимавшими водоразделы между разными бассейнами.

Крупные передвижения племен и народов ("великие переселе­ния") — характерная черта той эпохи, и славяне в этом отношении ничем не отличались от, например, франков, которые начали свою эк­спансию в обратном направлении, на запад, в V веке. И если в своих бурных походах германские племена сталкивались с Западной Рим­ской империей и ее развалинами, то крепость русского меча очень скоро ощутили жители Константинополя (Царьграда)2.

Однако при всей важности земледелия в VII—VIII веках в хозяй­стве восточнославянских общин сохраняли первостепенное значение охота и звероловство. Летописные легенды рассказывают, что первые русские князья, Кий, Щек и Хорив, были звероловами. Северяне — крупнейшее племенное объединение славян — платили в этот период дань хазарам по шкурке белки с дыма, то есть с одного крестьянского двора. Еще в 883 году князь Олег, подчинив древлян, установил дань по черной кунице с дома, твердо зная, что у них, древлян, этот пуш­ной зверь наверняка есть.

Пусть вас, читатель, не обманывает слово князь. В описываемую эпоху, политический строй которой иногда называют военной демо­кратией, князь всего лишь — военный предводитель, как правило, из­бранный народным вече. Понятия княжеской династии появилось, судя по всему, лишь в конце VIII века, когда выделился у полян "род Кия".

Частной собственности на землю прарусские племена тогда не знали, в отличие, например, от тех же франков, у которых в VI—VII веках уже появился аллод — частная земельная собственность, формировав­шаяся за счет королевских пожалований.

Несмотря на некоторую локализированность жизни общин, особен­но в северных лесных зонах, будущие россияне уже в те времена пре­красно демонстрировали свою способность к коммерции и торговле. Во всяком случае, торговля с арабами и хазарами к VIII веку была зау­рядным делом. Правда, у славян тогда не было собственных денег в мо­нетной форме, но они вполне довольствовались шкурами пушных зве­рей или иностранными серебряными монетами, например, герман­скими шлягами. Чем же торговали восточные славяне? А тем же, чем торгуют сейчас россияне — предметами добывающих, а не перераба­тывающих отраслей: мехами, медью, воском да рыбой. Вот и весь на­бор экспортных статей и в IX, и в Х веках.

Поскольку экстенсивное хозяйствование оставалось основным и у западных земледельческих соседей, и у восточных кочевых народов, славянам приходилось много воевать. Воевать порой не вполне удачно: поскольку племенные союзы часто сталкивались друг с другом, они плохо оборонялись от внешних врагов. В конце VIII столетия северные племена были покорены варягами, а южные — хазарами. Сама жизнь, задача выживания и сохранения своей самобытности, едва народив­шейся цивилизации объективно требовали объединения. Только мощ­ный государственный союз восточнославянских и угорских племен мог противостоять разбойничьим походам викингов и "гнетущей власти иудейских каганов Хазарии"*.

Поскольку сами славянские князья не смогли выделить явного ли­дера, достаточно авторитетного для трудного объединительного про­цесса, они обратились за помощью к варяжским вождям, и в 862 году на Руси появился основатель первой великокняжеской династии Рю­рик. Политическая деятельность варяжских князей — не наша тема, да и сюжеты о призвании варягов и "норманнской теории" — тема из­битая и даже банальная. На мой взгляд, здесь просто нет предмета для спекуляций. Норманны не только не "оваряжили" русских, но и сами очень скоро стали русскими. Об этом свидетельствуют даже имена пер­вых князей Рюриковичей. Если Рюрик, Олег, Игорь и Ольга — имена явно норманнского происхождения, то уже князь Святослав (964— 972) наверняка идентифицировал себя как русского. Подозреваю, что варяги и не ставили перед собой цели "норманнизации". Им и без того было хорошо и вольготно на Руси.

Для нас важно сейчас другое: с приходом варягов и с образовани­ем Киевского государства (датой образования Киевской Руси традици­онно считается 882 год, когда новгородский князь Олег захватил Киев и стал Великим князем), на Руси н ачался длительный процесс формиро­вания особой цивилизации, которую лишь условно можно назвать фео­дальной по той причине, что в "чистом" виде феодализма в России не было никогда.