§ 3. Демокрит *(18)

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 

 

 В учении Сократа и теория познания и нравственный долг опираются, в конце концов, на ничем не доказанные положения. Почему мы должны быть уверены, что обобщение частных представлений, как они выражаются в языке, даст нам действительно истинные понятия, что объективный порядок сущего есть действительно благо, что подчинение ему ведет к блаженству? Сократ предполагает это несомненным, но не дает этому никаких объяснений, наперед отказываясь проникнуть в понимание законов, управляющих миром.

 Испытующая мысль человека не могла, однако, успокоиться на таком решении вопроса. Сама собою выдвигалась потребность объяснения, почему анализ и обобщение частных представлений может дать объективное знание, почему благо заключается в подчинении объективному порядку? Две совершенно противоположные попытки разрешить этот вопрос представляют философские системы Демокрита и Платона.

 Учение Демокрита (460-350 г.) - материалистическое. Он представляет себе мир, как пустое пространство, в котором двигаются бесчисленные, качественно однородные и только по размерам и форме различные атомы. Всякое явление предполагает движение и соприкосновение атомов - в частности, и явления духовной жизни. Душа человека также особое вещество, состоящее из гладких и круглых атомов, самых подвижных, проникающих в тело и порождающих в нем явления жизни. Атомы души подобны атомам огня. Ощущения Демокрит объяснял отделением от вещей маленьких частичек ( (***)), проникающих в наши органы чувств и приводящих в движение заключающиеся в них атомы. Ощущения субъективны, потому что вызваные проникновением в органы чувств отделяющихся от вещей частичек, движение определяется не только ими, но и нашими органами чувств. Вкус, цвет, температура - все это только субъективные состояния того, кто воспринимает ощущения. Объективно же существуют только пустота и движущиеся в ней атомы. Чувственный опыт дает, поэтому, лишь темное представление о действительности. Истинное же познание дает только мышление. Но и мышление есть также движение атомов, но только более тонкое, порождающее созерцание самых мелких движений атомов. У большинства людей эти мельчайшие движения заслоняются более грубыми и сильными движениями. Мудрец же восприимчив к ним. Точно так же чувство и желание Демокрит объясняет как движение атомов. Резкие, бурные движения нарушают равновесие души, между тем как нежное ритмическое движение дает истинное блаженство.

 Так как для Демокрита вселенная представляется не как нечто созданное и управляемое стоящей над нею сверхъестественной волей божества, а как естественное произведение движения бесчисленных атомов, то и задача этики у него сводится не к определению отношения человека к какому-либо высшему началу, а просто к тому, как может человек своею разумною деятельностью достигнуть собственного блаженства. Признание души особым веществом приводило Демокрита, несмотря на его материализм, к дуалистической этике. Блаженство человека обусловлено, по учению Демокрита, не внешними благами, а состоянием, настроением души. Душа в человеке главное; тело - только ее сосуд. Богатство еще не обеспечивает осуществления всех наших желаний, а с другой стороны, и в бедности можно быть довольным своею судьбой и потому счастливым. Нет ничего худого или хорошего в самом себе, а все худо или хорошо потому, в какое настроение оно приводит человеческую душу. Поэтому всякий сам властен стать счастливым. Человек, правда, зависим от внешних условий, но с помощью разума можно освободиться от этой зависимости. Разумом можно побороть так называемую судьбу, выдуманную людьми для того, чтобы гибельные последствия их собственных ошибок свалить на какую-то воображаемую высшую силу. Разум дает возможность избегнуть вреда, так, чтобы не утонуть в воде, изобрели искусство плавать. Вместе с тем естественные свои потребности каждый легко может удовлетворить сам. Потребности, удовлетворение которых сопряжено с напряжением и страданием, коренятся не в природе, а в ложно направленных чувствах, расширяющих наши потребности в ущерб требованиям здоровья и пользы.

 Первое условие человеческого блаженства есть, поэтому, самоограничение: надо уступить пред необходимостью и довольствоваться необходимым. Разумный довольствуется тем, что имеет, и не заботится о том, чего у него нет; неразумный, напротив, ничем не доволен, стремится всегда к тому, чего ему недостает, и не пользуется тем, что имеет. Второе условие блаженства - правильное различение и оценка наслаждений, действительно приносящих нам благо. В особенности не следует ценить чувственных наслаждений, которые всегда кратки и оставляют после себя недовольство. Человек должен более заботиться о душе, чем о теле, и извлекать наслаждения из самого себя. Блаженство состоит в душевном состоянии, ровном, веселом.

 В душе же следует искать и мерило нравственных действий: совершившему постыдное следует, прежде всего, стыдиться самого себя, в раскаянии в дурных поступках заключается спасение жизни. Не ради страха, а ради долга следует воздерживаться от дурных поступков.

 Однако в законах Демокрит видит необходимое средство к самоограничению в целях общего блага совместно живущих. Законы во многом стесняют человека, но зато препятствуют проявлению злобы и зависти, порождающих раздор. Дело государственное должно ставить выше всех остальных и заботиться о правильном его ведении. Не следует бороться против правды и личное могущество предпочитать общественной пользе, ибо правильно ведомое государство есть величайшее счастье; в нем заключается все, и когда спасено государство, спасено все, а гибнет государство, и гибнет все. Из форм правления он предпочитает демократию всем другим, как свободу рабству, но высказывается против слишком частой смены правителей.

 Любопытно при этом, что к семейной жизни Демокрит относился отрицательно. В жене и детях он видел помеху блаженству. Женщина более склонна ко всему дурному, чем мужчина. Подчиняться женщине - крайнее оскорбление и слабость. Если скучно жить одному, то лучше взять чужого ребенка: чужого можно выбрать какого хочешь, а со своими приходится мириться, каковы бы они ни уродились.