§ 4. Право на иск из абсолютных правоотношений : Право на иск - М.А. Гурвич : Книги по праву, правоведение

§ 4. Право на иск из абсолютных правоотношений

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 
РЕКЛАМА
<

1. Переходим к следующей группе исков – к негативным искам о присуждении, составляющим средство защиты притязаний из абсолютных правоотношений.

57 Как уже указывалось в нашей литературе М. М. Агарковым (ук. соч., стр. 46), «советское гражданское право принципиально исходит из признания обязательности исполнения в натуре». Тем не менее, за исключением арбитражной практики, в которой такое исполнение обеспечивается рядом мер (см. цит. работу), наше советское процессуальное право, как общее правило, до настоящего времени не установило санкций, посредством которых возможно было бы принудительное осуществление ответчиком обязанности в натуре. Исключение составляют случаи передачи индивидуально-определенных предметов (ГК, ст. 120) и совершение действий за счет должника средствами истца или исполнительных органов, когда это по их характеру возможно, например, уничтожение фирменных знаков и т. п.

167

Что представляет собой право на иск (притязание) из абсолютного правоотношения, в чем его общие черты и особенности по сравнению с притязанием из относительных правоотношений, а также особенности защищающего его негативного иска о присуждении?

Для ответа на этот вопрос необходимо исходить из существа абсолютного права, как обращенного против всякого и каждого и состоящего из неопределенного множества правомочий58 (мы бы предпочли сказать – правоотношений), направленных на воздержание от действий, составляющих посягательство на благо, охраняемое абсолютным правом. Противостоящая абсолютному праву обязанность воздержания от совершения запрещенных действий, в частности, обязанность не сопротивляться и не мешать действию управомоченного, терпеть это действие исполняется до тех пор, пока какое-нибудь из обязанных лиц не совершит запрещенного позитивного действия. Только тогда возникает притязание из абсолютного права, как переход одного из составляющих его правоотношений в состояние права на принудительное исполнение.59 Переход абсолютного права в

58 М. М. Агарков. Обязательство, стр. 19.

В соответствии с задачей настоящей работы – исследовать право на иск, т. е. субъективное гражданское право в состоянии принудительного в отношении должника веления, абсолютное право рассматривается здесь в его негативном аспекте – требования и обязанности воздержания. Обязанность воздержания, как и обязанность положительного характера, в своем конкретном воплощении, конечно, не может мыслиться отвлеченно от того действия (и, следовательно, предмета действия), которые определяют содержание обязанности. Так, например, содержание обязанности воздержания, составляющей элемент собственности, как правоотношения, определяется его объектом – пользованием и владением вещью со стороны собственника, на которые всякий и каждый не должен посягать. Только и именно подобное посягательство составляет то нарушение абсолютного права, от которого охраняет закон путем правосудия (ст. 10 Конституции СССР, ст. 2 Закона о судоустройстве).

Процесс перехода права из неискового состояния в исковое одинаков для всех случаев нарушения абсолютного права, т. е. независим от того, какая группа положительных правомочий. нарушена. Поэтому, исследуя в настоящей работе характер этого процесса в абсолютных правоотношениях, мы имели все основания вынести предмет нарушения (владение, пользование) за скобки и .рассматривать обязанность воздержания от посягательства на чужое право в ее .обдай и в этом 'смысле абстрактной форме.

59 Отличие понятия притязания в отстаиваемом нами содержании от принятого в германской юриспруденции особенно резко проявляется в области абсолютных прав. «Вещное притязание не тождественно абсолютному праву, на котором оно покоится,– говорит Эннекцерус,–а также не является его составной частью» (Lehrbuch, Bd. I, 1923, S. 575). Также см. Hellwig. Lehrbuch, Bd. I, S. 201, 203, в особенности примеч. 18 и 19). Это различие коренится в разном понимании нами природы абсолютного права, которое немецкие юристы рассматривают как право господства над

168

исковое состояние, вызываемый нарушением одного из составляющих его правомочий, совершается при этом только в составе этого нарушенного правомочия. В отличие от всех и каждого, являющихся субъектами обязанностей, вытекающих из абсолютного права, субъектом, против которого направлено право на иск из абсолютного права, является индивидуально-определенное лицо, нарушь гель абсолютного права. Против него, и только против него, направлена проявившаяся вследствие нарушения исковая, принудительная сила абсолютного права, абсолютное право в состоянии права на иск. Оно изменило свой характер, перейдя из неискового состояния в состояние права на принуждение. Но содержание и юридическая природа его остались теми же: оно по прежнему направлено на воздержание от посягательства на охраняемое абсолютным правом благо и только на такое воздержание.60

Отсюда, из этой сущности права на иск, из абсолютного права вытекают как общие для него, единые с притязанием из относительного права свойства, так и ряд значительных его особенностей.

Общие свойства притязания проявляются в праве на иск из абсолютного права, во-первых, в значении фактов, вызывающих переход одного из правоотношений, составляющих абсолютное право, в состояние права на иск, как материально (а не процессуально) правообразующих фактов, именно фактов пассивного основания иска.

________________

вещью. См. по поводу этого взгляда М. М. А г а р к о в. Обязательство, стр. 21; также Учебник гражданского права, т. I, М., 1944, стр. 66 и сл.

60 Мы решительно не согласны поэтому с утверждениями, что веяний иск, как направленный к определенному лицу, поскольку он содержит требование именно к этому лицу, всегда покоится на обязательственном правоотношении (в советской литературе такой взгляд высказан проф. Черепахиным. См. его статью «Приобретение права собственности по давности владения» в журн. «Советское государство и право», 1940, № 4, стр. 53. См. также Lutzau. Die Lehre von der Klagenverjahrung (1904– 1906), Bd. I, S. 96, и приведенную там литературу). Требование, заключающееся в праве на иск из абсолютного правоотношения, направлено, как и абсолютное право в неисковом состоянии, на воздержание от посягательства на охраняемое благо и, следовательно, по прежнему тождественно по своему содержанию всем остальным требованиям, вытекающим из абсолютного права к неопределенному множеству обязанных лиц. Таким образом, природа абсолютного права, существенным признаком которого является его направленность против всякого и каждого, в требовании, принявшем характер права на иск, не изменилась: такое же требование направлено против всех прочих. Оно лишь развилось в иное состояние, именно в состояние принуждения к данному определенному лицу. Но переход в состояние права на принуждение не изменяет юридической природы того или иного права; в нем проявляется общая для всех видов прав присущая им способность развития из ненапряженного состояния в состояние исковое, в котором проявляется присущая всем им сила принуждения.

169

Далее, так же как в области относительных прав, подтверждение притязания из абсолютного права всегда означает и подтверждение абсолютного права, так как если подтверждено существование хотя бы одного из правоотношений, составляющих абсолютное право, принявшее форму притязания, то тем самым подтверждено и существование самого права, вне которого такое правоотношение было бы невозможным.

Отказ в подтверждении притязания из абсолютного права на основании отсутствия фактов пассивного основания иска, совершенно так же как в области относительных правоотношений, не означает отсутствия абсолютного права, а означает только то, что абсолютное право (если оно вообще существует) не находится в состоянии права на иск в материальном смысле по отношению к данному ответчику. Поэтому и в отношении исков, защищающих абсолютное право, являющихся негативными исками о присуждении (т. е. о присуждении к воздержанию от запрещенного посягательства), применима при установлении отсутствия фактов пассивного основания иска форма отказа в иске «за отсутствием права на иск». Она окажется уместной, например, в случае предъявления виндикационного иска к лицу, не владеющему спорной вещью или владеющему ею закономерно, например, в качестве нанимателя.

Несомненно, наконец, что так же, как и в области относительных правоотношений, признание судом наличия у кого-нибудь абсолютного права, например, права собственности или права застройки, ни в какой мере не исключает возникновения потребности в исках о присуждении, в случае перехода абсолютного права в право на иск, и законности предоставления такой защиты.

Порядок судебного исследования материала при негативных исках о присуждении также может свободно устанавливаться судом в зависимости от сравнительной простоты установления фактов пассивного и активного основания иска. В соответствии с этим вопрос о наличии владения у ответчика по виндикационному иску будет, как правило, разрешаться сначала; порядок же рассмотрения вопроса о законности владения, если ответчик на нее указывает, не утверждая за собой права собственности на спорный предмет, будет определяться в зависимости от сравнительной сложности этого вопроса, с одной стороны, и фактов активного основания иска – с другой.

Наряду с указанными общими свойствами притязания, право на иск в материальном смысле из абсолютного права обладает и двумя существенными особенностями.

170

а)         Первая из них заключается в том, что нарушение кем-

нибудь обязанности, вытекающей из чужого абсолютного права, вызывает переход в состояние права на иск только правоотношения с нарушителем, до нарушения находившегося в неисковом состоянии. Оно ни в какой мере не влияет на

положение всех остальных, составляющих абсолютное право правоотношений, сохраняющих свой прежний характер.

Нарушение одного из правоотношений, составляющих абсолютное право, и переход его в связи с этим в состояние права на иск не устраняет возможности нарушения остальных правоотношений из абсолютного права, правоотношений с другими лицами, и переход их также в состояние права на иск. Поэтому одно и то же абсолютное право может одновременно порождать два и больше самостоятельных, друг от друга не зависимых притязаний и, следовательно, быть предметом нескольких одновременных исков о защите, например, иска о выселении нанимателя из помещений дома, находящегося в чужом незаконном владении, и иска о виндикации того же дома.

б)         Вторая особенность притязания из абсолютного права состоит в том, что оно способно прекратиться с возвращением составляющего его права в неисковое состояние. Это бывает в тех случаях, когда прекращается нарушение обязанности воздержания и, следовательно, фактическое положение приходит в соответствие с

правом.

Притязание имеет здесь, таким образом, условный характер; его возникновение не означает бесповоротного перехода соответствующего правоотношения в состояние притязания.

Способность абсолютного правоотношения восстанавливаться в своем неисковом состоянии, возвращаясь к нему из состояния права на иск, определяет развитие абсолютного права в право на иск, как процесс обратимый.61

61 Было бы неправильным считать (как, например, у S a v i g n у. System, Bd. V, § 242, S. 313), что прекращение нарушения производит только перерыв в исковой давности однажды возникшего и продолжающего существовать притязания из абсолютного права, которая при новом нарушении возобновляет свое течение. При таком взгляде оказывается необъяснимым, почему в случае, если прекращение нарушения абсолютного права имело место в результате принуждения, осуществленного через суд (т. е. при наличии rei judicatae), новое нарушение вызывает притязание, способное служить предметом нового иска, что само по себе едва ли требует доказательств. Если бы прекращение нарушения вызвало только перерыв исковой давности, то при всяком новом нарушении возобновлялось бы течение давности того же, уже «осужденного» (в смысле res judicata) однажды притязания; предъявление нового иска было бы невозможным.

171

С этим свойством связаны некоторые дальнейшие, имеющие в судебном процессе значение (процессуально-релевантные) последствия.

а)         Одно и то же правоотношение, вытекающее из абсолютного права, способно неограниченно переходить в состояние права на иск (притязания) и служить предметом защиты негативных исков о присуждении к одному и тому же лицу.

б)         Всегда возможен переход от негативного иска о присуждении к иску о признании того же правоотношения в том же процессе. Так, например, лицо, предъявившее виндикаци-

онный иск, вправе в том же процессе заменить его иском о признании права собственности, чем в предмет иска вносится изменение не по содержанию правоотношения (права собственности), а лишь по тому состоянию этого правоотношения, в котором оно рассматривается судом.

в)         Из свойства обратимости процесса перехода абсолютного права в право на иск вытекает, что прекращение притязания без возвращения его в неисковое состояние обязательно означает прекращение абсолютного права.

Так именно обстоит дело при погашении права на иск истечением срока исковой давности. В самом деле, если притязание прекратилось без обращения составляющего его правомочия в ненапряженное состояние, то тем самым прекратилось и соответствующее правоотношение, входящее в абсолютное право. Но это влечет за собой и уничтожение абсолютного права в целом, как права, обращенного против всякого и каждого. 62

Таковы особенности притязаний, направленных на воздержание и служащих их защите исков о присуждении.

2. При обсуждении притязаний из абсолютных прав нельзя обойти вопрос о смежных с ними притязаниях, имеющих, однако, иное содержание, юридическую природу и форму судебной защиты.

Очевидным является, что если запрещенное действие совершено, то устранить его невозможно. Невозможно совершившееся сделать несовершившимся. Мыслимо лишь:

62 Конечно, если не придерживаться взгляда, что советское право признает существование абсолютных прав, лишенных принудительной силы. Подобный взгляд в отношении обязательственных правоотношений, как известно, подвергся фундаментальному опровержению в работе М. М. А г а р к о в а. Обязательство, стр. 50 и ел. Если учесть, что единственные две статьи ГК (ст. 47 и 401), служащие для аргументации существования так называемых «натуральных обязательств», относятся к возврату уплаченного по обязательству, то тем менее существует оснований для утверждения существования «натуральных» правоотношений абсолютного характера, которое мало согласовывалось бы со значением ст. 10 Конституции Союза ССР.

172

а)         устранить последствия нарушения путем совершения соответствующих положительных действий,

б)         либо воспретить их совершение в будущем,

в)         либо принудить должника к воздержанию против и помимо его воли.

Устранение последствий нарушения абсолютного права является по своему содержанию предметом нового и притом относительного правоотношения и составляет предмет уже рассмотренного нами иска о присуждении к действию.

Воспрещение действия в будущем, способное в качестве решения о присуждении получить актуальное значение в процессе лишь при введении специальных принудительных мер, могло бы в настоящее время (как уже раньше указано, стр. 167 и ел.) обсуждаться за отсутствием в советском процессе таких санкций, de lege ferenda. Следовательно, de lege lata задачей нашей являлось рассмотрение только третьей группы последствий нарушения обязанностей воздержания, именно – принуждения должника к воздержанию помимо и против его воли, составляющего содержание притязания на воздержание, что было посильно здесь сделано.


<