<span lang=RU>ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ НАРРАТИВИСТИКА А. Ж. ГРЕЙМАСА : ПОСТМОДЕРНИЗМ.Словарь терминов - Ильин И.П. : Книги по праву, правоведение

ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ НАРРАТИВИСТИКА А. Ж. ГРЕЙМАСА

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 
РЕКЛАМА
<

 

Одной из областей деятельности А. Ж. Греймаса, имевшей значи­тельные последствия для развития французского структурализма, явилось его переосмысление пропповских функций.

Вкратце ревизия Греймасом функционального подхода Проппа свелась к следующему: 31 функцию Проппа он сократил до 20 (Creimas: 1966, с. 175) по принципу парности многих функций, на­ходящихся по отношению друг к другу в оппозиции, а затем выде­лил три «ансамбля» функциональных пар как основных для существования повествования:

I) договор,

2) коммуникация и

3) испытание.

Здесь наибольший интерес представляет разработанная Грей­масом схема «глобальной корреляции», впервые сформули­рованная им под влиянием Леви-Стросса в статье «Описание зна­чения и сравнительная мифология» (Greimas:1963, с. 51-66), позд­нее вошедшей в его книгу «О смысле» (Greimas:1970).

Считая, что мифемы связаны между собой парадигматически­ми отношениями, он вывел структуру мифа:

Впоследствии Греймас распространил эту формулу и на связь между такими мифологическими полюсами (опять же под воздей­ствием Леви-Стросса), как «жизнь» и «смерть». На основе этой формулы Греймас и вывел свой «семический квадрат» как выра­жение ахронической парадигматической структуры, служащей порождению всякого рассказа, любого возможного повествования. Этот «семический квадрат» лег в основу второй актантовой моде­ли Греймаса, которая описывает не синтагматику текста — зако­номерности его линейного развертывания, а его парадигматику —систему функционирования глубинного смысла всякого культур­ного текста, как вскрытие динамики взаимодействия фундамен­тальных оппозиций, обеспечивающих стабильное поддерживание самого существования текста как целостной системы.

В работе «Элементы повествовательной грамматики», также вошедшей в книгу «О смысле», Греймас следующим образом опи­сывает свой «проект фундаментальной семантики»: «Проект фун­даментальной семантики, отличной от семантики лингвистической, может быть основан только на теории смысла. Этот проект, следо­вательно, связан с выявлением условий, в которых смысл может быть постигнут, и с элементарной структурой значения, кото­рая на этой основе может быть выведена и представлена как ак­сиоматика. Эта элементарная структура... должна пониматься как логическое развитие бинарной семической категории, типа белое vs черное: отношение термов этой категории — это отношения вза­имных противоречий, каждый терм в одно и то же время способен проецировать новый терм, которой будет ему контрадикторным;

контрадикторные термы, в свою очередь, способны войти в отно­шения пресуппозиции по отношению к контрарным термам, нахо­дящимся в оппозиции:

 (——> знак пресуппозиции, <———> знак противоречия).

Вытекающее из этого предположение заключается в том, что эта элементарная структура значения дает семиотическую модель, вполне адекватную для того, чтобы объяснить начальные артику­ляции смысла внутри семантического микроуниверсума (Greimas:1970, с. 25).

Анализ сформулированного таким образом «семического квад­рата», различные варианты которого постоянно присутствуют в работах французского исследователя и который Гото-Мерш назы­вает аватарой логического квадрата, в значительной степени помо­гает прояснить и смысл, и ход мысли Греймаса, поскольку именно «семическому квадрату» принадлежат в ней центральное место.

Независимо от того, каким образом Греймас пришел к идее «семического квадрата» — под влиянием ли методики Леви-Стросса и функций Проппа, или непосредственно опираясь на традиционную готовую формулу логического квадрата (некоторые исследователи указывают даже на влияние византийского ученого XI века Михаила Пселла, впервые его сформулировавшего) — одно остается несомненным: Греймас со слишком большой легко­стью находит семический квадрат в любом анализируемом про­изведении, произвольно навязывая его структуру как неизбежную данность невзирая на сопротивления материала.

Что же касается ключевого для Греймаса понятия «смысл», то тщетно было бы искать у исследователя его содержательную ин­терпретацию. «Смысл» здесь — чисто формальное понятие, это «работа» семических категорий, образующих семический квадрат, их артикуляция: «...смысл может быть понят, только если он ар­тикулирован. Эти артикуляции смысла могут быть объяснены ... как результат комбинаторной операции, осуществленной на основе ограниченного набора семических категорий»(Greimas:1970, с. 25).

Таким образом, соединяя два контрарных (или противных, как их именуют в логике) суждения (или понятия) отношениями «глобальной корреляции», т. е. «желанием уточнить эти отношеия»(Greimas:1970, с. 155), Греймас и получает искомый «смысл», который в конечном счете является ничем иным, как возмож­ностью совершать подобные операции по трансформации и дока­зательством существования этой самой «глобальной корреляции»:

«Значение (signification), следовательно, является всего лишь транспозицией из одного языкового уровня на другой, одного языка в другой язык, а смысл (sens) — просто этой возможностью транскодировки» (Greimas:1970, с. 13).

Перед нами еще одна попытка философски объяснить мир в структуралистском духе: мир явлений, природный мир понимается с точки зрения человеческой деятельности и логики, т.е. как куль­турный мир, что достигается благодаря тому, что в природном ми­ре выявляется структура; иначе говоря, кажущийся хаос, бессис­темность природных и социальных феноменов упорядочивается, поскольку в них находится (или, вернее, произвольно постулиру­ется) «смысл». Поэтому, как бы ни пытался Греймас разграни­чить понятия структуры и смысла, они у него в конечном счете всегда оказываются тождественными.

В первых работах Греймаса многие зарубежные исследователи не находили четкого соотношения двух актантовых моделей, и хотя уже сразу было ясно, что «семический квадрат» претендует на большую «глубину залегания», чем первая шестиактантная мо­дель, конкретные контуры взаимосвязи обеих моделей не были им проработаны достаточно четко, тем более что и «семический квадрат» еще не имел прямого выхода на поверхностный «лексематический» уровень.

Очевидно, что и для самого Греймаса первоначально не были ясны многие детали, например, количество уровней. Лишь только в конце 60-х гг. в статье 1968 г. «Взаимодействие семиотических принуждений», вошедшей в книгу «О смысле», можно более чет­ко выявить общее очертание иерархии уровней, где по мере про­движения от глубинных слоев «имманентности» к поверхностным «манифестациям» выделяются три группы структур:

глубинная (область парадигматической, логической организации),

поверхностная (сфера синтагматических, процессуальных структур) и

группа структур манифестации (организация означающих в каком-либо определенном языковом медиуме).

Лишь сравнительный анализ работ в основном 70-х гг., таких, как «Элементы повествовательной грамматики» (1969; см. Greimas:1977), «Актанты, акторы и фигуры» (Greimas:1973a, с. 161-176), «Проблема повествовательной семиотики: ценностные объ­екты» (Greimas:1973b, с. 12-35), «Мопассан: семиотика текста» (Greimas:1976), дает основание говорить о существовании пяти (или шести) уровней, причем в каждой из этих работ одни и те же уровни носят разные названия, не в каждой упоминаются все уровни и нигде не приводится вся схема целиком. Поэтому все операции по определению уровней и их взаимодействия могут быть проведены лишь с известной долей гипотетичности, и сте­пень предположительности их фиксации в определенных теорети­ческих рамках существенно варьируется от работы к работе. Если судить по «Элементам повествовательной грамматики», то к глу­бинным структурам Греймас относит два уровня: фундаментальную семантику и фундаментальную грамматику.

1. Фундаментальная семантика как раз и является тем уровнем, где происходит, с помощью семического квадрата, абст­рактно-логическое осмысление мира, т. е. «выявление условий, в которых смысл может быть постигнут», или «начальные артикуля­ции   смысла   внутри   семантического   микроуниверсума» (Greimas:1977 с. 25). Введя впервые на этом уровне семический квадрат, Греймас в дальнейшем возводит его в основной методо­логический принцип, который он последовательно применяет на каждом уровне.

2.   Фундаментальная  грамматика   (или «логико-семантический уровень» в «Мопассане») включает в себя морфо­логию и синтаксис и дает «конституционную модель». Выступая в

качестве «таксономической модели», фундаментальная граммати­ка создает первоначальную, весьма при этой абстрактную и выво­димую пока все еще вне зависимости от любого конкретного тек­ста «систему ценностей», или «аксиологию». Единственной кон­кретизацией, проявляющейся на этом уровне, является постулирование двух типов «аксиологических структур» в зависимости от того  факта,  имеет ли  анализируемый  текст дело  с «индивидуальным» или «коллективным универсумом». По принципу семического квадрата в каждом из универсумов вы­деляются четыре «дискретных, категориальных терма»:

в индивидуальном жизнь, смерть, нежизнь, несмерть,

в коллективном природа, культура, некультура, неприрода.

В построении семического квадрата и установлении предписан­ных им «отношений взаимных противоречий» и заключается мор­фология «фундаментальной грамматики». В рамках ее синтаксиса логические операции, являвшиеся синтагматическим выражением парадигматически-логических отношений между термами, должны посредством трансформаций одних термов в другие осуществить превращение   статических   «аксиологий»   в  динамические «идеологии». Греймас называет эти превращения содержательны­ми и выстраивает их ряды.

3. «Нарративный уровень» («Актанты, акторы и фигуры»), «синтаксический уровень» («Проблема повествова­тельной   семиотики»),   «грамматический   план   дис­курсивного уровня» («Мопассан»). Все эти уровни составля­ют своего рода поверхностную грамматику повествования и отно­сятся к сфере поверхностных структур. Здесь следует сделать сра­зу одно пояснение: речь идет именно о поверхностной грамматике, а не о той конечной форме, которую приобретает повествователь­ный текст, являясь перед глазами читателя в виде ху­дожественного произведения. Собственно до самого произведения тут еще очень далеко, поскольку в этой гипотетической области, несмотря  на  все  приводимые  Греймасом  отличия  от «фундаментальных уровней», господствует абстрактная логика.

Здесь прежде всего следует отметить довольно сложный по составу и количеству объем операций, предусматриваемый на этом уровне поверхностной грамматики. Так например, тут можно вы­делить до четырех подуровней, учитывая количество основных иерархически взаимоотносивдых операций. Однако главное, что отличает данный срез структуры повествования, — это введение, или,   если   пользоваться   греймасовской   терминологией, «адъюнкция» классемы «человеческий», что, по мысли француз­ского ученого, должно способствовать превращению чисто логиче­ских категорий в эквивалентные им антропоморфные категории. На этом основании Греймас называет иногда данный слой «антропоморфным уровнем».

Как раз на этом уровне ученый вводит понятие &&нарра­тивной компетенции, сыгравшее существенную роль в оформле­нии постмодернистской концепции &&нарратива.

4.  Самым сложным по выделению и теоретическому обосно­ванию оказался для ученого четвертый уровень — уровень интеграции семантических компонентов. Собственно само его выделение в теории Греймаса довольно проблематично, так как он им практически рассматривается вместе с пятым уровнем — уровнем манифестации. В «Элементах повествовательной грамматики» он вообще не упоминается, хотя в «Структурной се­мантике» 1966 г. для него были намечены вполне определенные предпосылки. Это «фигуративный уровень» в «Актантах, акторах и фигурах», «семантический уровень» в «Проблеме повествовательной семиотики» и «семантический план» в «Мопассане». То, что именно этот слой, должный теоретически прояснить процесс перехода нарративных поверхностных структур в структуры манифестации, так неясно и бегло разработан Грей­масом, не может вызывать особого удивления, поскольку это как раз тот срез структуры, где по идее происходит содержательное наполнение («семантическое облачение») абстрактных структур, равнодушных к своему содержанию. Иными словами, тут возни­кают проблемы, чуждые интересам французского семиотика. По­этому те умозаключения, которые можно сделать на основе имеющихся в его работах высказываний, кратко можно суммиро­вать следующим образом: повествовательные программы превра­щаются в дискурсивные программы (но как это делается — тре­бует дальнейших объяснений); актантовые роли, получив «содержательное наполнение», проецируются в тематические ро­ли, которым соответствуют определенные семы (или семемы как большая степень конкретизации).

5.   И, наконец, пятый — уровень манифестации — также практически не рассматривается Греймасом. Здесь темати­ческие роли и семемы, на основе которых из лексемного словаря языка подбираются соответствующие им лексемы, трансформиру­ются в «лексематические фигуры» (актор) и «дискурсивные кон­фигурации».

В заключение этого краткого обзора структуры уровней пове­ствовательной теории Греймаса, в изложении которой я в значи­тельной степени обязан весьма поучительным результатам анализа Ангелики Шпармахер (Sparmacher:198i), вынужденной, несмотря на всю свою благожелательность и почтение к этому ученому по­стоянно отмечать регулярно возникающие неясности и противоре­чия, необходимо еще раз подчеркнуть гипотетичность предпола­гаемой здесь реконструкции. Это в первую очередь касается самой структуры уровней и объемов операций, совершаемых на каждом из них.

Обе актантовые модели Греймаса вызвали оживленную дис­куссию в структуралистских кругах и породили обширную лите­ратуру по этому вопросу как теоретического, так и практического характера, и, несмотря на довольно критическое к ним отношение со стороны большинства постструктуралистски и постмодернист­ски настроенных ученых, некоторые из них, в частности влиятель­ный теоретик постмодернизма Ф. Джеймсон и не менее извест­ный театролог Анна Юберсфельд, активно пользуются концеп­циями Греймаса для своих теоретических построений.