а) Временность, темпоральность и онтологическая дифференция

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 

Временность как экстатически горизонтальное единство време_

нения есть условие возможности трансценденции и тем самым

условие возможности фундированной в трансценденции темпо_

ральности. Временность в силу своего экстатического характера

делает возможным бытие некоторого сущего, которое, экзисти_

руя как Сам рядом с Другим, в качестве так экзистирующего об_

ращается в обиходе с сущим как с подручным, соответственно,—

наличным. Она придает образу действий (Verhalten) Dasein ха_

рактер отношения к сущему (Verhalten zu Seiendem), будь то к

себе самому, к другим, подручному или наличному. Времен_

ность, в силу принадлежащего ее экстатическому единству един_

ства горизонтальных схем, делает возможным понимание бы_

тия, так что только в свете этого понимания бытия Dasein спо_

собно вступать в отношения с собой, с другими как сущими и с

наличным как сущим. Поскольку временность образует фунда_

ментальное устроение того сущего, которое мы назваем Dasein, а

этому сущему принадлежит, как определение его экзистенции,

понимание бытия, и поскольку время образует исходный набро_

сок себя просто как таковой, постольку в каждом фактичном

Dasein, коль скоро оно экзистирует, всякий раз уже выявлено

бытие, а это значит: сущее разомкнуто или открыто. Вместе с

временением экстазисов и в нем набрасываются соответствую_

щие горизонтальные схемы—это необходимым образом заклю_

чено в самой сущности отстранения к... — и при этом именно

так, что экстатически, т. е. интенционально, структурированные

отношения к чему_то это «что_то» понимают всякий раз как су_

щее, т. е. в его бытии. Но деятельное отношение к сущему, хотя в

нем понято бытие сущего, не обязательно явно отличает это уже

понятое бытие от того сущего, с которым отношение соотносит_

ся. Тем более нет необходимости в том, чтобы это различие бытия от сущего было постигнуто в понятии. Напротив, поначалу

даже само бытие берется как сущее и разъясняется с помощью

определений сущего, как было в начале античной философии.

Когда Фалес на вопрос «Что есть сущее?» отвечает — «Вода», то

здесь он изъясняет сущее, исходя из сущего, хотя по сути он ра_

зыскивает, что есть сущее как сущее. В своем вопросе он имеет в

виду нечто такое, как бытие, в ответе же интерпретирует бытие

как сущее. Этот способ интерпретации бытия в течение долгого

времени остается для античной философии общепринятым.

Даже после существенного продвижения, сделанного Платоном

и Аристотелем, эта интерпретация по сути остается в философии

общепринятой и по сей день.

Бытие берется как сущее и в постановке вопроса, что есть су_

щее как сущее. Здесь бытие, хотя и интерпретируется не так, как

должно, становится все же проблемой. Dasein всегда знает о

чем_то таком как бытие. Dasein понимает, коль скоро оно экзи_

стирует, бытие и соотносится с сущим. Различие бытия и сущего,

хоть и не сознаваемое явно, латентно есть вот_здесь (ist da) в

Dasein и его экзистенции. Различие есть вот, т. е. оно имеет тот

же способ быть, что и Dasein, это различие принадлежит экзи_

стенции. Экзистенция как бы означает «быть в исполнении это_

го различия». Только такая душа, которая может провести это

различие, пригодна для того, чтобы перерасти душу животного и

стать душой человека. Различие бытия и сущего временится во

временении временности75. Лишь поскольку это различие всегда

временит себя на основе временности и вместе с временностью,

т. е. поскольку оно выявлено, его можно собственным образом и

явно сознавать, как сознаваемое — ставить под вопрос, как по_

ставленное под вопрос—исследовать, как исследуемое—пости_

гать в понятии. Различие бытия и сущего доонтологично, т. е. без эксплицитного понятия бытия, уже естьвот латентно в экзи

стенции Dasein. Как таковое оно может стать членораздельно поня

той дифференцией. Экзистенции Dasein принадлежит в силу вре_

менности непосредственное единство понимания бытия и отно_

шения к сущему. Лишь потому, что это различие принадлежит

экзистенции, оно может тем или иным способом стать экспли_

цитным. Поскольку в членораздельности этого различения бы_

тия и сущего различенные члены выделяются по отношению

друг к другу, бытие становится возможной темой постижения в

понятии (логосе). Поэтому мы называем членораздельно осуще_

ствленное различие бытия и сущего онтологической дифференци

ей. Членораздельное осуществление и образование онтологиче_

ской дифференции, поскольку она основывается в экзистенции

Dasein, также не есть нечто произвольное и мимолетное, но

это — деятельное отношение, лежащий в основании Dasein, и в

этом деятельном отношении конституируется онтология, т. е.

философия как наука. Чтобы ухватить возможность и понять

способ этого конституирования философии как науки в экзи_

стенции Dasein, нам потребуется несколько предварительных

замечаний по поводу понятия науки вообще. Мы попытаемся в

этой связи показать, что философия как наука не есть некий слу_

чайный каприз Dasein, но что свободная возможность философ_

ствовать, т. е. экзистентная необходимость философии, имеет

свое основание в сущности Dasein.