а) Понимание как основное определение бытиявмире : Основные проблемы феноменологии - Мартин Хайдеггер : Книги по праву, правоведение

а) Понимание как основное определение бытиявмире

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 
РЕКЛАМА
<

В чем состоит различие между пониманием и постижением в по_

нятии? Что вообще означает понимание и понятность? Хочется

сказать: понимание есть определенный вид познающей деятель_

ности. Сегодня принято, вслед за Дильтеем, отделять понимание

как определенный вид познавания от другого вида познавания—

объяснения. Мы не хотим здесь втягиваться в эту дискуссию о

соотношении объяснения и понимания, не хотим потому, что

эта дискуссия страдает неким фундаментальным изъяном, де_

лающим ее неплодотворной. Изъян этот состоит в том, что ей не_

достает хоть сколько_нибудь удовлетворительной интерпрета_

ции того, что мы вообще понимаем под познаванием—ведь объяснение и понимание должны служить «видами» познавания.

Можно было бы привести целую типологию видов познавания и

тем самым потрафить обыденному рассудку, но с точки зрения

философии это ничего не значит, покуда не прояснено, что за вид

познавания представляет собой это самое понимание в отличие от

вида познания, называемого объяснением. Как бы мы ни мысли_

ли познавание, оно есть как то, что объемлет объяснение58 и пони_

мание, истолкованные в привычном смысле,— способ соотно

ситься (Verhalten) с сущим, если пока оставить в стороне философ_

ское познавание как отношение (Verhältnis) к бытию. Но и любой

вид практически_технического обихода, обхождения (Umgang)59 с

сущим есть также способ соотноситься с сущим. И в практиче_

ски_техническом способе соотноситься с сущим заключено, по_

скольку мы вообще обходимся с сущим как сущим, понимание

бытия. В каждом способе соотноситься с сущим, будь то познава_

ние в специфическом смысле, которое чаще всего обозначают как

теоретическое, или же практически_техническое, заключено уже

некоторое понимание бытия. Ведь только в просвете понимания

бытия сущее может встретить нас как сущее. Если же понимание

бытия всякий раз уже лежит в основе любого принадлежащего

Dasein способа соотноситься с сущим, будь это теоретическое или

практическое отношение, тогда, очевидно, понятие понимания

не может быть определено достаточно полно, если я при этом

ориентируюсь только на определенные виды познающего отно_

шения к сущему. Значит, требуется найти некоторое, в надлежа_

щей степени исходное понятие понимания, из которого только и

можно основательно ухватить в понятии различные способы по_

знавания—и не только их, но и всякое отношение (Verhalten), ко_

торое зряче_осмотрительно соотносится с сущим. Если понимание заключено в понимании бытия, а понимание

бытия конститутивно для бытийного устроения Dasein, то ока_

зывается, что понимание есть некоторое исходное определение

экзистенции Dasein, независимо от того, занимается ли Dasein

объясняющей или понимающей наукой. Более того, в конечном

итоге понимание первично не есть некоторое познавание, но,

коль скоро экзистирование есть нечто большее, чем простое по_

знавание в привычном смысле наблюдения, и последнее пред_

полагает первое, понимание это — фундаментальное определе_

ние самой экзистенции. Так что мы на самом деле должны схва_

тить понятие понимания.

Мы попытаемся охарактеризовать это понятие, пока еще не

ссылаясь явно на то понимание, которое заключено в понятно_

сти бытия (Seinsverständnis). Мы спрашиваем: в какой мере по_

нимание присуще экзистенции Dasein как таковой, независимо

от того, занимается ли оно (Dasein) понимающей историей, или

понимающей психологией, или чем_то совсем другим? Экзисти_

ровать означает по сути, если не исключительно—понимать. По

поводу сущностной структуры экзистенции мы уже кое_что за_

метили выше. Экзистенции Dasein принадлежит бытие_в_мире,

а именно так, что для этого бытия_в_мире дело идет о самом этом

бытии. Дело идет об этом бытии, т. е. этому сущему, Dasein, его

собственное бытие определенным образом вручено, вручено в

той мере, в какой оно так или иначе соотносится со своей спо_

собностью быть, в той мере, в какой оно приняло решение в ее

пользу или ей вопреки, за или против. «Для Dasein дело идет о

собственном бытии» означает, более точно,— о собственной спо

собности быть. Dasein как экзистирующее свободно в отноше_

нии определенных своих возможностей. Оно есть своя собствен_

ная способность быть. Эти возможности самого Dasein — не

просто логические возможности, которые лежат вне Dasein и в

которые оно может себя вовлечь или от которых может отгоро_

диться, но они суть сами по себе определения экзистенции. Если

Dasein свободно в отношении определенных своих возможно_

стей, в отношении своей способности быть, то оно есть в этом

свободобытиидля; оно есть сами эти возможности. Каждая такая

возможность есть только как возможность экзистирующего, как

бы он сам к ней не относился. Возможность есть всегда возможность самого собственного бытия. Она есть как такая_то и та_

кая_то возможность лишь постольку, поскольку в ней Dasein ста_

новится экзистирующим. Быть самой самой_собственной_бы_

тийной_способностью, взять ее на себя и удержаться в этой воз_

можности, понимать самого себя в своей фактической свободе,

иными словами,— понимать себя самого в бытии самой собствен

ной способности быть — вот в чем состоит исходное экзистенци

альное понятие понимания. Его терминологическое значение вос_

ходит к привычному словоупотреблению, когда мы говорим:

некто «умеет справиться с делом», т. е. понимает в нем толк. По_

скольку понимание — фундаментальное определение экзистен_

ции, как таковое оно есть условие возможности всех возможных

способов cоотноситься [с сущим], присущих Dasein. Понимание

есть условие возможности не только всех видов практического

отношения, но также и познавания. Объясняющие и понимаю_

щие науки — если вообще соглашаться с этим членением и счи_

тать его оправданным — возможны лишь потому, что Dasein как

экзистирующее в себе самом — понимающее.

Мы попытаемся разъяснить структуру понимания, консти_

туирующего экзистенцию. Понимать — означает точнее — на

брасывать себя в направлении некоторой возможности, в наброске

всякий раз в некоторой возможности удерживаться. Только в на_

броске, в набрасывании, вбрасывании себя в некоторую способ_

ность_быть, эта способность_быть, эта возможность как воз_

можность есть вот тут. Если же я, напротив, всего лишь рефлек_

тирую по поводу какой_то пустой возможности, в которой я могу

очутиться, и ее как бы забалтываю, тогда эта возможность не есть

вот тут, именно как возможность, но она для меня, можно ска_

зать, действительна. Характер возможности обнажается только в

наброске и остается обнаженным, покуда возможность в набро_

ске твердо удерживается. В феномене наброска заключена двой_

ная структура. Во_первых: то, в направлении чего Dasein себя на_

брасывает, есть принадлежащая ему самому способность быть.

Способность быть раскрывается первично в наброске и благода_

ря наброску, но так, что сама возможность, в направлении кото_

рой Dasein себя набрасывает, не схватывается предметно.

Во_вторых, этот набросок в направлении... есть всегда набрасы_

вание чегото. Поскольку Dasein набрасывает себя в направлении некоторой возможности, оно набрасывает себя в том смыс_

ле, что обнажает себя как эту возможность_быть, т. е. в этом оп_

ределенном бытии. Поскольку Dasein набрасывает себя в на_

правлении некоторой возможности и в ней себя понимает, «по_

нимать» означает—«становиться для себя открытым». Это вовсе

не самонаблюдение в том смысле, что Я становится как бы пред_

метом некоторого знания, напротив, набросок есть способ, ко_

торым я есмь некоторая возможность, т. е. способ, которым я

свободно экзистирую. Самое существенное в понимании заклю_

чается в том, что в нем Dasein само себя экзистентно (existentiell)

понимает. Поскольку набросок выявляет нечто, не превращая

при этом выявленное как таковое в предмет наблюдения, в каж_

дом понимании заключено для Dasein усматривающее вглядыва

ние в себя самого. Но это усмотрение не есть некое ничем не свя_

занное знание о самом себе. Присущее усматривающему вгляды_

ванию знание лишь в той мере обладает подлинными чертами

истины, т. е. лишь тогда соразмерно выявляет экзистенцию

Dasein, которая для самого Dasein должна стать выявляющей,

когда оно имеет первичный характер самопонимания. Понима_

ние как самонабрасывание есть основной вид события вот_бы_

тия (Geschehen des Daseins). В нем заключен, как мы могли бы

еще сказать, самый собственный смысл поступания. Через по_

нимание характеризуется событийность вот_бытия (Dasein) —

его историчность (Geschichtlichkeit). Понимание — вовсе не вид

познавания, но фундаментальное определение экзистирования.

Мы обозначаем его также как экзистенциальное понимание, по_

скольку в нем экзистенция временит себя как событие вот_бытия

(Dasein) в его истории. В этом понимании и благодаря ему Dasein

становится тем, что оно есть, а есть оно всякий раз только то, в ка_

честве чего оно себя выбрало, т. е. в качестве чего оно понимает

себя в наброске своей самой собственной способности быть.

Этого, пожалуй, достаточно, чтобы охарактеризовать поня_

тие понимания в соответствии с его конститутивной ролью для

экзистенции Dasein. Теперь, коль скоро понимание конституи_

рует экзистенцию, встает задача пролить свет на саму возмож_

ность понимания исходя из временности; заодно необходимо от_

личить понимание вообще от такого понимания, которое мы на_

зываем в более специальном смысле пониманием_бытия (Seinsverständnis). Присущее экзистенции понимание набрасывает

Dasein в направлении его возможностей. Так как Dasein по сути

есть бытие_в_мире, набросок раскрывает всякий раз некоторую

возможность бытия_в_мире. Понимание в своей функции рас_

крытия не привязано к некоей изолированной Я_точке, но — к

фактично экзистирующей способности быть_в_мире. А это зна_

чит, что вместе с пониманием всегда уже набрасывается то или

иное возможное бытие с другими и то или иное возможное бытие в

направлении внутримирного сущего. Так как основному устрое_

нию Dasein принадлежит бытие_в_мире, экзистирующее Dasein

есть всегда совместноебытие (Mitsein) с другими как бытие при

внутримирном сущем. Как бытие_в_мире оно никогда не есть

сперва только бытие при внутримирно наличных вещах, которое

только задним числом должно обнаружить среди этих вещей

других людей, но как бытие_в_мире оно есть совместное бытие с

другими независимо от того, присутствуют ли (и как присутству_

ют) фактически эти другие рядом. Однако с другой стороны,

Dasein не есть ближайшим образом лишь совместное бытие с

другими, так чтобы только в этой совместности впоследствии

натолкнуться на внутримирные вещи, но совместное бытие с

другими означает совместное бытие с другими в бытии_в_мире,

т. е. совместное_бытие_в_мире. Насколько бессмысленно проти_

вопоставлять объектам некий изолированный субъект, не видя в

структуре вот_бытия (Dasein) основного бытийного устроения—

бытия_в_мире, настолько же бессмысленно полагать, что удаст_

ся_де посмотреть в корень проблемы и убрать ее с дороги, если

заменить солипсизм изолированного Я неким солипсизмом

вдвоем в отношении междуЯиТы.Как отношение между Dasein

и Dasein оно становится возможным только на основании бы_

тия_в_мире. Иначе говоря, бытие_в_мире есть равноисходно со_

вместное бытие и бытие_при. Другой вопрос, как для единич_

ных, фактично онтически_экзистентных возможностей единич_

ного Dasein релевантно со_бытие некоего Ты. Но это вопрос

конкретной антропологии60.

В самопонимании понято бытие_в_мире и, тем самым, пред_

начертаны определенные возможности совместного бытия с

другими и обхождения с внутримировым сущим. В понимании

себя как способности быть в мире, равноисходно понят мир. Так

как понимание в соответствии со своим понятием есть свобод_

ное понимание себя из той или иной возможности собственного

фактичного бытия_в_мире, за которую Dasein ухватилось, пони_

мание в самом себе обладает способностью так или иначе себя

откладывать. Этим мы хотим сказать, что фактичное Dasein мо_

жет понимать себя первично из встречающего [Dasein] внутри_

мирного сущего, оно может позволить определить свою экзи_

стенцию, исходя не из самого себя, но из вещей и обстоятельств,

а также исходя из других. Это такое понимание, которое мы на_

зываем несобственным пониманием. Мы его уже разъяснили

раньше, а теперь растолковали, исходя из принципиально важ_

ного понятия понимания. «Несобственное» не означает здесь,

что речь идет не о действительном понимании. Термин подразу_

мевает такое понимание, в котором экзистирующее Dasein пер_

вично понимает себя не из самых собственных, им самим ухва_

ченных возможностей. Или иначе: набросок может совершаться

из свободы самого собственного (eigenst) бытия Dasein и к нему

возвращаться в качестве собственно_своего (eigentlich) понима_

ния. Но этими свободными возможностями, лежащими в самом

понимании, нам здесь больше заниматься не следует.