§ 2. Развитие нотариата в дореволюционной России : Нотариат в России - Вергасова Р.И. : Книги по праву, правоведение

§ 2. Развитие нотариата в дореволюционной России

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 
РЕКЛАМА
<

Шли годы. Нотариусов в России становилось все больше. Нотариальные конторы открывались не только в крупных городах, но и маленьких уездных, а также в местечках и селениях. К концу XIX в. в столице Российской империи — Санкт-Петербурге было 25 нотариальных контор, а в 1903 г. уже 30.

Нотариусы по ст. 420 Учреждений судебных установлений стали считаться наравне с присяжными поверенными и судебными приставами должностными лицами, состоящими при суде. Но судебные органы смотрели на профессию нотариуса как на коммерческое, а не государственное дело. Надзор судов за служебной деятельностью нотариусов, отмечал А. Боборыкин в своей книге "Опыт реформы нотариата как сословия" (Киев, 1917), практически был сведен к дисциплинарным репрессиям, отчего служебное положение нотариусов сделалось "крайне шатким". Судье-ревизору в редких проверках нотариальных контор, проводимых в порядке ст. 58 Положения о нотариальной части, не хватало времени вникнуть в просматриваемые им у нотариуса акты и засвидетельствования, оценить их на соответствие законам и найти недостатки и упущения. Проводить же часто проверки судьи-ревизоры не могли из-за чрезмерной загруженности окружных судов работой и недостатка материальных средств на разъезды судей по делам службы.

Вначале нотариусы и нотариальные архивы со старшими нотариусами во главе составляли единое учреждение, но постепенно это единство нарушилось. Нотариальные архивы сделались как бы особыми отделениями окружного суда. Все заботы и законодательное попечение сосредоточилось только на них. Вместе с тем проблемы, связанные с деятельностью нотариусов, никто не разрешал. Проблем же было много, и число их постоянно росло. О них писали сами нотариусы в статьях и заметках на страницах издававшихся в начале XX в. еженедельного научно-практического журнала "Нотариальный вестникъ", еженедельного вестника русского нотариата "Нотарiусъ", журнала "Вестник права и нотариата" и др.

Едва ли не самой главной проблемой русских нотариусов после сорока лет существования нотариата в России стала проблема оплаты их труда. Нотариальная такса, названная временною еще в 1866 г., просуществовала больше полувека и создала совершенно невозможные условия оплаты труда большинства нотариусов, особенно провинциальной России. Нотариусы столичных городов и крупных центров вырабатывали 15 тыс. номеров реестра в год, а захолустных городов — 500—700, т.е. в 30 раз меньше. К тому же значительной была и разница существа сделок. Если нотариусы столичных и крупных городов совершали купчие на большие суммы, то нотариусы маленьких городов, местечек и селений, как правило, совершали акты, малые по сумме. Эти обстоятельства прямо влияли на заработки нотариусов: десятки нотариусов вырабатывали министерские содержания, а тысячи нотариусов получали плату, которой едва хватало лишь для насущного проживания. Поэтому в начале 1900-х годов одна треть вакансий нотариусов в каждом судебном округе провинциальной России оставалась незанятой. Однако причиной тому была не только скудость заработка, но и ответственность перед судом, перед старшим нотариусом, перед публикой, а в перспективе и отсутствие служебного продвижения, а также пенсии1. В печальном положении находились и служащие нотариальных контор — писцы, конторщики, посыльные, — которые получали заработки в зависимости от заработка самого нотариуса. Например, писцы в нотариальных конторах после нескольких лет работы получали в месяц 30—35 руб., и это была, как они сами утверждали, "вершина их благополучия"2.

Другой важной проблемой нотариальной деятельности стало исполнение нотариусами ст. 87 Положения о нотариальной части, которая предусматривала необходимость обязательного присутствия свидетелей при совершении каждого нотариального действия. Институт свидетелей, отмечал П. Подгорецкий, в том виде, в каком он сложился в нотариальной практике русских нотариусов, — почти при каждой нотариальной конторе состояли постоянные свидетели, которые за известное вознаграждение подписывались под каким угодно нотариальным актом, вовсе не зная даже участников оного, — противоречил истинному смыслу закона, и той основной цели, ради которой он был введен в Положение о нотариальной части, не соответствовал1. Цель законодателя была таковой: с одной стороны, свидетели должны были защищать интересы нотариусов от всяких неправильных на них жалоб, с другой стороны — гарантировать соответствие содержания нотариального акта действительным намерениям его сторон. "Наши российские нотариусы, — писал далее П. Подгорецкий, — повсеместно обратили его в пустую, ничего и никого не гарантирующую формальность, заведя при своих конторах постоянных свидетелей, готовых за деньги удостоверить своей подписью совершение какого угодно акта, не ведая его содержания, не зная контрагентов оного и даже иногда не видя совсем их в глаза, а занимаясь рукоприкладством на актах у нотариуса в виде ремесла для своего пропитания"2. На страницах юридических журналов все настойчивее высказывались предложения об устранении свидетелей из процедуры совершения всех нотариальных актов3. "Институт свидетелей в нотариате в том именно виде, как он установлен нашими нотариальными законоположениями, — отмечал П. Подгорецкий, — у нас в пределах Российской империи пока еще неосуществим на деле"4.

Несмотря на то, что никакие проблемы созданного в России нотариата практически не решались, правительствующий Сенат во всех своих решениях, касающихся нотариального дела, высоко ставил деятельность нотариусов. Общественные деятели начала XX в. отмечали в своих публикациях, что нотариат пользуется большим доверием и расположением общества. Почет в обществе русские нотариусы создали себе сами — своими нравственными качествами, честным исполнением своих обязанностей, возложенных на них государством.

Вместе с тем само нотариальное законодательство в обществе оценивали достаточно критически, считая, что созданное по иноземным образцам и заимствованное в существенных своих частях с чужбины Положение о нотариальной части от 14 апреля 1866 г. оказалось во многом непригодным к условиям жизни и быта России и не отвечало в полной мере запросам, нуждам и потребностям ее населения.

По высочайшему повелению о пересмотре всей системы нотариальной части, последовавшему еще 19 мая 1899 г., был составлен проект новой редакции Положения. Вместе с проектом новой таксы он был рассмотрен и утвержден особым совещанием при Министерстве юстиции 14 мая 1904 г. В объяснительной записке к проекту Положения говорилось: "Исходным пунктом при работах по пересмотру нотариального Положения служило стремление вводить в эту важнейшую законодательную область возможные по современным условиям усовершенствования, не подвергая, однако, самого Положения от 14 апреля 1866 г.... коренной ломке". После опубликования законопроектов для всеобщего сведения они стали предметом широкого обсуждения. При этом не осталось без внимания, что в проекте Положения не затрагивалась проблема заработка нотариусов, что безусловно не позволяло в перспективе привлечь в нотариат квалифицированных юристов с солидной теоретической и практической подготовкой. Не было в проекте подробного и точного изложения обязанностей нотариуса. Оставались нерешенными вопрос об осуществлении реального наздора за нотариальной деятельностью со стороны окружных судов; широко обсуждавшиеся среди нотариусов проблемы создания нотариальных советов, а также проведения съездов нотариусов. В еженедельном вестнике русского нотариата "Нотарiусъ" отмечалось, что усовершенствования, предлагавшиеся законопроектом, крайне недостаточны, поверхностны и не достигают целей пересмотра, что чинам Особого совещания обязательно надлежит больше творить применительно к своему доморощенному, а не заимствовать извне. Наилучшим материалом для усовершенствования законоположений по нотариату должны служить собственный опыт, отзывы самих нотариусов, личные наблюдения и суждения чинов судебных установлений1.

Отзывы и суждения были таковы. Одни полагали целесообразным принятие заработка нотариуса в доход казны и выдачу нотариусам жалованья, другие — выплату добавочного к заработку содержания. Третьи высказывались за регулирование заработка нотариусов путем накопления в нотариальном фонде при Министерстве юстиции отчислений от нотариальной таксы, взысканной при совершении нотариальных действий на большие но стоимости суммы, превышающие установленные в законодательном порядке суммы вознаграждения, в пользу действующего нотариуса. Накопления предлагалось периодически и пропорционально делить между всеми нотариусами Российской империи. Несмотря на разный подход к решению этой проблемы, все участвовавшие в ее обсуждении были едины во мнении, что необходимо установить справедливое распределение получаемого нотариусами из средств их клиентов вознаграждения так, чтобы у одного и того же государственного дела не было слишком голодных и слишком сытых1.

С учетом специфики труда нотариусов, необходимости солидной теоретической и практической их подготовки обосновывалась необходимость назначать на должности нотариусов только лиц, имеющих юридическое образование.

Высказывались предложения и по поводу проекта нотариальной таксы. Предлагалось сделать ее более справедливой и дополнить положениями, согласно которым нотариусы вправе были бы в случае совершения актов и договоров от большего чем трое числа лиц взимать за свой труд дополнительную плату за каждое лицо. Ив. Алякритский писал на страницах еженедельного вестника "Нотарiусъ": "Мне всегда представлялось ненормальным и неправильным упущение в существующей таксе того обстоятельства, что не сделано никакого различия — один ли продает и покупает или несколько человек, а иногда даже несколько десятков лиц. У меня бывали, и это не единичные случаи, по 30—40 человек, а раз явка договора о продаже леса на сруб была от 78 человек!.. Обыкновенно покупщики — крестьяне по большей части малограмотные; чтобы подписать в актовой книге, в проекте, на выписи и в реестре свое звание, имя, отчество, фамилию и местожительство, им нужно употребить столько времени, сколько настоящий средний писец употребляет на писание 1/16 части листа: малограмотный не скоро возьмется за перо, не скоро осмотрит его, опустит его в чернильницу, стряхнет с него в сторону от себя и поставит его на то место, где нужно писать; порядочно подумавши, он начинает выводить, "рисовать" буквы... Недавно совершалась у меня купчая крепость на 17 человек и я совершал ее в течение 5 1/2 часов, так что окончил все в половине четвертого, а начал в 10 ч. утра; между тем в это же время можно совершить три купчих крепости!"2. Далее Ив. Алякритский находил справедливым уменьшить размер оплаты за акты ценою до 50 руб., мотивируя это тем, что "часто случается делать явку па векселях в 10, 15, 20, 25, 30 рублей", а "такие векселя даются бедными людьми, которых только крайняя нужда заставляет переписывать или давать векселя на такие ничтожные суммы"1.

Однако ни новая редакция Положения от 14 апреля 1866 г., ни новая такса в Российской империи приняты так и не были. Законодательная деятельность ограничилась лишь принятием законов, направленных на усовершенствование делопроизводства в нотариальных архивах: Закона от 10 июня 1910 г. о пересылке выписей и утвержденных нотариальных актов по почте и Закона от 24 мая 1911 г. об уничтожении особых крепостных книг в нотариальных архивах и о расширении компетенции помощников старших нотариусов по утверждению крепостных актов и выдаче выписей. Русские нотариусы ожидали реформу нотариата с 19 мая 1899 г. Но несмотря на тот чрезвычайно активный отклик, который последовал со стороны нотариусов на Высочайшее повеление о пересмотре всей системы нотариата в России, реформы они так и не дождались.


<