Классификация органов корпорации : Корпорации в России Правовой статус и основы деятельности – С.Д. Могилевский, И.А. Самойлов : Книги по праву, правоведение

 Классификация органов корпорации

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 
РЕКЛАМА
<

 

 Для того чтобы в полной мере представить все разновидности органов корпорации и выявить характерные черты каждого из них, есть смыл классифицировать их с учетом различных критериев.

 Наиболее распространенными являются следующие классификационные критерии:

 1) наименование органов корпорации;

 2) в зависимости от того, формирует орган корпорации ее волю, или ее изъявляет вовне;

 3) число лиц, входящих в органы корпорации;

 4) порядок формирования органов корпорации или способ приобретения ими полномочий;

 5) характер полномочий и задач органов корпорации, что определяет их место, занимаемое в иерархии органов хозяйственных обществ;

 6) функции, выполняемые органами корпорации;

 7) сроки деятельности органов корпорации.

 Корпорация является наиболее сложной разновидностью юридического лица. Предполагается, что в корпорации имеется сразу несколько органов управления и органов внутреннего и внешнего контроля с распределением между ними компетенции, установлением порядка принятия этими органами решений, определением возможности действия от имени общества, определением ответственности и порядка ее возложения. Поэтому еще при создании корпорации необходимо выбирать оптимальную структуру органов управления или рационально распределять между ними полномочия.

 С учетом обозначенных критериев проведем классификацию органов корпорации.

 1. По наименованию органы корпорации подразделяются на следующие виды:

 общее собрание акционеров (участников);

 совет директоров (наблюдательный совет);

 единоличный исполнительный орган (президент, генеральный директор, директор и др.);

 коллегиальный исполнительный орган (правление, дирекция и др.).

 Особенность этой классификации определяют, как минимум, три момента.

 Во-первых, некоторые из перечисленных видов органов четко поименованы в законодательных актах, при этом закон фиксирует лишь одно название органа. Это относится к общему собранию акционеров и общему собранию участников, ревизионной комиссии общества, ревизору общества. Федеральные законы "Об акционерных обществах" и "Об обществах с ограниченной ответственностью" используют для корпораций только эти названия органов, причем делают это в императивном виде и тем самым исключают возможность для акционеров и участников называть их в учредительных документах как-то иначе.

 Во-вторых, для участников предоставляется возможность выбора из двух вариантов, хотя орган и поименован в законодательных актах. Это касается органа, который осуществляет свою деятельность в период между общими собраниями и имеет два названия - совет директоров и наблюдательный совет. Как видим, закон представляет два варианта названий, но это исчерпывающий перечень, и участники могут выбирать только из них.

 В-третьих, некоторые органы могут именоваться самими участниками в учредительных документах, а закон дает лишь родовое понятие, определяющее их место в иерархии органов управления корпорации. Это относится к единоличному и коллегиальному органам корпорации.

 В качестве единоличного исполнительного органа законом в обязательном порядке называются генеральный директор и директор. Фактически в акционерных обществах этими названиями выбор и ограничен. Но в обществах с ограниченной ответственностью закон не ограничивает выбор конкретных названий, поскольку здесь используется открытый перечень за счет указания, что могут быть и другие (ст. 40 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").

 Аналогичным образом решается вопрос и в отношении коллегиального исполнительного органа. К наиболее часто используемым, как их называет ФЗ "Об акционерных обществах", относятся правление и дирекция. В обществах с ограниченной ответственностью на этом список не заканчивается за счет все того же указания, что могут быть и другие (ст. 41 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").

 Следовательно, в отличие от акционерных обществ, участникам обществ с ограниченной ответственностью предоставляется возможность самостоятельно определять названия этих органов, указывая, к какому органу - коллегиальному или единоличному - он относится. Так, единоличным исполнительным органом часто считается исполнительный директор, председатель правления, коллегиальным исполнительным органом - президиум.

 Для акционерных обществ эти положения являются императивными, но на практике мы не наблюдали серьезного отношения к нормам ФЗ "Об акционерных обществах", определяющим названия для исполнительных органов. Нет на этот счет и судебной практики, которая бы ограничивала самодеятельность акционеров в этих вопросах.

 2. В зависимости от того, формирует орган корпорации ее волю или изъявляет эту волю вовне, органы могут подразделяться на волеобразующие и волеизъявляющие.

 Следует признать достаточно обоснованной позицию, уже сформулированную в литературе, о том, что органы юридического лица могут создаваться для формирования его воли (волеобразующие органы) и для одновременного выражения его воли вовне, т.е. по отношению ко всем третьим лицам - участникам имущественного оборота (волеизъявляющие или исполнительные органы) *(100).

 Таким образом, можно говорить о том, что различаются органы: 1) созданные только для формирования воли юридического лица и 2) одновременно выражающие его волю вовне. Последние для совершения сделок от имени юридического лица не нуждаются в доверенности, однако лишь при условии, что они действуют в рамках компетенции, предусмотренной законом, иным правовым актом или учредительными документами. Особенность унитарных предприятий составляет то, что в них руководитель, назначенный собственником либо лицом, уполномоченным собственником, и им подотчетный, является одновременно единственным волеобразующим и волеизъявляющим органом.

 Это общее правило применяется для всех юридических лиц независимо от их конкретных организационно-правовых форм, т.е. для акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью. Среди органов корпораций также происходит разделение на органы, созданные только для формирования воли юридического лица и для выражения его воли вовне, но при этом необходимо иметь в виду, что они могут быть:

 * только волеобразующими;

 * как волеобразущими, так и волеизъявляющими.

 В первом случае имеются в виду общее собрание акционеров (участников), совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган (правление, дирекция), во-втором - единоличный исполнительный орган. Последний, как волеизъявляющий орган, реализует вовне волю, сформированную волеобразующими органами. Так, решением общего собрания акционеров (участников) или совета директоров (наблюдательного совета) о совершении крупной сделки формируется воля юридического лица на осуществление определенных действий - сделки, которую и реализует вовне единоличный исполнительный орган, заключая договор от имени общества, т.е. выступая при этом как орган волеизъявляющий.

 Но при этом единоличный исполнительный орган в пределах своей компетенции может и сам формировать волю хозяйственного общества, например, в отношении сделок, совершаемых в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности, и сам же реализовывать эту волю вовне, заключая конкретные договоры. Таким образом, единоличный исполнительный орган может выступать и как волеобразующий, и как волеизъявляющий орган.

 В связи с тем что единоличный исполнительный орган изъявляет волю юридического лица вовне, на протяжении многих лет идет спор относительно определения его правовой природы: он является органом корпорации или ее представителем. Широко известны две теоретические концепции, объясняющие природу единоличного исполнительного органа.

 Во-первых, единоличный исполнительный орган рассматривается в качестве особого представителя, полномочия которого действовать от имени юридического лица в гражданских правоотношениях основаны на законе и уставе, а поэтому не требуют выдачи доверенности (уставное представительство). Философской подоплекой данной концепции является разновидность теории фикции (олицетворения).

 Во-вторых, единоличный исполнительный орган рассматривается как структурно обособленное, организационно оформленное подразделение самого юридического лица, предназначенное для реализации его правосубъектности. Данная теория так или иначе базируется на реалистическом понимании сущности юридического лица.

 С точки зрения последователей теории фикции (олицетворения), признающих юридическое лицо не просто искусственным, а фиктивным, вымышленным субъектом, понятие органа исчезает в понятии представителя. В начале 20-х гг. И.В. Шерешевский считал орган юридического лица его законным представителем *(101). Первоначально этого взгляда придерживался также С.Н. Братусь, который в учебнике "Гражданское право" (1944 г.) рассматривал органы в качестве уставных представителей юридических лиц *(102). Впоследствии С.Н. Братусь признал, что "действия органа являются действиями самого юридического лица, поскольку формирование и осуществление его воли воплощено в предусмотренной уставом или положением деятельности этого органа" *(103). Уставным представительством считал выступление органа от имени юридического лица С.Н. Ландкоф *(104). На материале гражданского процесса тот же взгляд развивает Д.М. Чечот, который считал органы законными представителями юридических лиц. Он признает теоретически ошибочным и практически вредным отождествление органа юридического лица в лице его руководителя с самим юридическим лицом, являющимся стороной или третьим лицом *(105). В настоящее время сходных взглядов придерживается Е.В. Богданов *(106).

 Противники этой теории (О. Гирке, Н.С. Суворов), напротив, отмечали, что юридическое лицо есть самостоятельный субъект, который имеет собственные интересы и может действовать по своей воле. Воля юридического лица проявляется в актах волеобразующих органов (общего собрания, правления и др.), а его деятельность - в действиях исполнительных органов. Орган, через который действует юридическое лицо, рассматривается как его составная часть, представленная живыми людьми. При таком подходе говорить о представительстве юридического лица его органом можно только в смысле представительства целого его частью. "Разумеется, - писал Б.Б. Черепахин, - в известном смысле можно считать, что и орган представляет юридическое лицо, которое в его лице совершает правомерные юридические действия: сделки, процессуальные действия и т.д. Однако ни в коем случае нельзя сказать, что орган представительствует от имени юридического лица. Представителями юридического лица являются лица (граждане или юридическое лицо), уполномоченные органом юридического лица (добровольное представительство) или наделенные соответствующим полномочием в силу закона (обязательное представительство)" *(107). Такой же точки зрения придерживается К.С. Юдельсон, который считает ошибочным признание выступления органа юридического лица на суде выступлением представителя и обращает внимание на то, что "выступление в суде органа юридического лица есть участие самой организации в лице своего органа, призванного вырабатывать и осуществлять волю учреждения или коллектива" *(108). Та же точка зрения выражена А.Ф. Козловым, который правильно считает, что "ведение дела органом юридического лица (директором, управляющим, председателем колхоза и т.д.) не является судебным представительством, так как в суде участвуют само учреждение, предприятие, организация в лице своего органа" *(109).

 Необходимо отметить, что четкое представление о том, можно ли единоличный исполнительный орган рассматривать только в качестве представителя юридического лица либо его способность действовать от имени юридического лица без доверенности, включающая и представление интересов этого лица, является его свойством как органа, имеет не только теоретическое, но и сугубо практическое значение.

 В первую очередь это связано с практикой применения п. 3 ст. 182 и п. 1 ст. 183 ГК РФ. Первая из них предусматривает: "Представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично. Он не может также совершать сделки в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев коммерческого представительства". Во второй записано: "При отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку". Казалось бы, что в процитированных нормах закона все достаточно четко определено. Речь идет о "представителях", а не "органах". В первом случае - об ограничениях в отношении представителя лица, который не может действовать в своем интересе. Во втором - о последствиях в тех случаях, когда представитель не имел полномочий на осуществление определенных действий. Судебная практика также исходит из того, что указанные ограничения касаются именно представителя. В качестве типичной иллюстрации может служить одно из рассмотренных Высшим Арбитражным судом РФ дел. Так, ОАО предъявило депозитарию иск о возмещении убытков, причиненных списанием со счета пакета акций без его распоряжения. В ходе разбирательства выяснилось, что ответчик произвел списание на основе передаточного распоряжения, подписанного брокерской фирмой, действовавшей на основании доверенности истца. При этом спорная сумма акций в соответствии с передаточным распоряжением была зачислена на счет самой брокерской фирмы. Последняя представила договор купли-продажи, подписанный вице-президентом фирмы в качестве продавца, действовавшего в этом случае от имени того, кто стал истцом, и одновременно от имени той же фирмы, но уже в качестве покупателя. Договор был признан Президиумом Высшего Арбитражного суда РФ недействительным со ссылкой на то, что в силу п. 3 ст. 182 ГК РФ доверенность не дает поверенному права совершать сделку от имени представляемого в отношении себя лично *(110). Однако следует признать, что до сих пор практика рассмотрения подобных споров не всегда последовательна и логична. Так, в другом деле истец - общество с ограниченной ответственностью - предъявил иск о признании договора купли-продажи акций, заключенного с акционерным обществом, недействительным. Сославшись на ст. 182 ГК РФ, Президиум Высшего Арбитражного суда РФ удовлетворил заявленные истцом требования. При этом он указал на то, что лицо, подписавшее по доверенности договор купли-продажи от имени истца, одновременно являлось представителем ответчика, занимая должность генерального директора ОАО. По этой причине оно не могло являться законным представителем продавца *(111).

 Обратим внимание на тот факт, что в первом случае речь идет именно о представителе ОАО - брокерской фирме (юридическом лице), которая, действуя на основании доверенности от ОАО, заключила с собой договор купли-продажи от имени ОАО, что явно подпадает под запрет, предусмотренный п. 3 ст. 182 ГК РФ. Во втором же случае физическое лицо, выступая поверенным ООО, заключило договор с юридическим лицом, в котором оно выполняло функции единоличного исполнительного органа. Фактически своим решением ВАС РФ признал орган юридического лица представителем этого юридического лица и на этом основании попытался применить к этой ситуации п. 3 ст. 182. На наш взгляд, это неправомерно, поскольку орган юридического лица не может рассматриваться как представитель юридического лица. Это определяется следующими положениями:

 1. Представитель - это лицо (физическое или юридическое), признаваемое законодательством самостоятельным субъектом права, в то время как орган юридического лица не является самостоятельным субъектом права.

 2. Представитель как субъект права выступает обособленно по отношению к юридическому лицу, а орган юридического лица является лишь обособленной частью самого юридического лица, представленной либо одним, либо несколькими физическими лицами.

 3. Между представителем и юридическим лицом существуют самостоятельные гражданско-правовые отношения, между органом и юридическим лицом нет никаких отношений.

 4. Представитель действует самостоятельно в рамках предоставленных ему полномочий, реализуя собственную волю. У органа юридического лица нет собственной воли, поскольку своими действиями он реализует волю юридического лица.

 5. Действия представителя - это действия самостоятельного субъекта права, которые являются основанием возникновения прав и обязанностей непосредственно у представляемого им юридического лица. Действия же органа юридического лица признаются именно действиями самого юридического лица.

 6. Представитель действует на основании доверенности, выданной исполнительным органом от имени юридического лица, которой представитель наделяется полномочиями во исполнение обязанностей, возложенных на этот исполнительный орган. Орган же юридического лица действует в соответствии с уставом этого юридического лица в объеме полномочий, не являющихся его субъективным правом, а принадлежащих самому юридическому лицу, устанавливающихся для исполнительного органа самими учредителями (участниками) посредством формирования компетенции этого органа в уставе юридического лица.

 Таким образом, понятия и статусы представителя и органа юридического лица различаются. Орган юридического лица не является его представителем. К действиям единоличного исполнительного органа не могут быть применены положения ст. 182 и 183 ГК РФ. И это, на наш взгляд, справедливо, поскольку соответствует его роли как органа юридического лица, определенной действующим законодательством. Так, согласно абз. 3 п. 2 ст. 69 ФЗ "Об акционерных обществах" "Единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, утверждает штаты, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества". Таким образом, законодатель абсолютно четко установил, что директор юридического лица, осуществляя действия от его имени, может в том числе и представлять его интересы, но в рамках реализации своих полномочий как органа, а не как представителя этого лица.

 Справедливости ради необходимо отметить, что в последние годы арбитражная практика рассмотрения споров по этим вопросам свидетельствует о том, что "действия, совершенные физическим лицом как директором фирмы, должны рассматриваться как действия юридического лица" *(112).

 Кроме этого Президиум Высшего Арбитражного суда РФ в постановлении от 9 февраля 1999 г. N 6164/98 прямо указал, что "согласно статье 53 Гражданского кодекса Российской Федерации органы юридического лица, к числу которых относится и руководитель, не могут рассматриваться как самостоятельные субъекты гражданских правоотношений и являются частью юридического лица. Поскольку орган юридического лица не является его представителем, то в случае превышения этим органом своих полномочий при заключении сделки п. 1 ст. 183 ГК РФ применяться не может".

 3. По числу входящих в них лиц органы корпорации подразделяются на коллегиальные и единоличные.

 Коллегиальный орган - это группа физических лиц, избранных или назначенных в порядке, установленном законом и учредительными документами, принимающими решение по вопросам своей компетенции коллективно путем совместного обсуждения согласно процедуре, описанной в законе и учредительных документах.

 Из этого определения следует, что к коллегиальным органам могут быть отнесены: общее собрание акционеров (участников), совет директоров (наблюдательный совет), правление (дирекция), ревизионная комиссия. Отметим, что эта группа органов может иметь внутреннее деление. В одном случае члены этой группы лиц имеют по одному голосу и не могут иметь большего количества голосов. Это правило применяется к таким органам, как совет директоров (наблюдательный совет), правление (дирекция), ревизионная комиссия. В другом случае количество голосов может быть как равным, так и неравным и закон не устанавливает требования о равенстве по количеству голосов между акционерами (участниками). К таким органам относится общее собрание акционеров (участников). Так, в акционерном обществе количество голосов зависит от размера пакета голосующих акций у акционера, и голосование на общем собрании осуществляется по принципу: одна голосующая акция общества - один голос (ст. 59 ФЗ "Об акционерных обществах"), поэтому соответственно чем больше пакет голосующих акций, тем больше голосов *(113).

 В практике корпораций часто возникают вопросы о числе лиц в коллегиальном органе и о том, существует ли в законодательстве требование к минимальному количеству лиц, входящих в коллегиальный орган. Оба эти вопроса взаимосвязаны, поскольку положительный ответ на второй вопрос означает ответ и на первый вопрос.

 Анализ законов, регулирующих порядок организации и деятельности хозяйственных обществ, показывает, что для коллегиальных органов обществ с ограниченной ответственностью по общему правилу не устанавливается какого-то специального минимального количества лиц, входящих в эти органы. Но исходя из буквального толкования термина "коллегиальный" и смысла норм законов, посвященных коллегиальным органам, следует вывод, что минимальное количество лиц в коллегиальном органе - это два лица. А вот для акционерных обществ ситуация несколько иная.

 Во-первых, согласно п. 3 ст. 66 ФЗ "Об акционерных обществах" "количественный состав совета директоров (наблюдательного совета) общества определяется уставом общества или решением общего собрания акционеров, но не может быть менее чем пять членов". Во-вторых, для открытого акционерного общества с числом акционеров - владельцев обыкновенных и иных голосующих акций общества более одной тысячи количественный состав совета директоров (наблюдательного совета) общества не может быть менее семи членов (п. 3 ст. 66). В-третьих, для общества с числом акционеров - владельцев голосующих акций общества более десяти тысяч количественный состав совета директоров (наблюдательного совета) общества не может быть менее девяти членов.

 Единоличный орган - это физическое лицо, назначенное или избранное в порядке, определенном законом и учредительными документами, которое принимает решение самостоятельно и единолично по вопросам, отнесенным к его компетенции. Как правило, к единоличным органам относятся директор, генеральный директор. Отличительной особенностью единоличного исполнительного органа является олицетворение его с физическим лицом, которое может как избираться, так и назначаться.

 4. По порядку формирования или способу приобретения полномочий все органы корпорации подразделяются на выборные и назначаемые.

 Федеральный закон "Об акционерных обществах" (ст. 66 и 85) однозначно относит к выборным органам акционерного общества совет директоров (наблюдательный совет) и ревизионную комиссию (ревизора). Что касается единоличного и коллегиального исполнительных органов, то, как мы уже отмечали ранее, общее собрание акционерного общества (или совет директоров(наблюдательный совет), если это отнесено уставом к его компетенции) вправе как выбирать, так и назначать личный состав исполнительного органа общества (коллегиального и единоличного) *(114).

 Но возникает вопрос: в каких случаях происходит избрание, а в каких назначение? Ответ на этот вопрос, на наш взгляд, лежит в плоскости определения и понимания сути как избрания, так и назначения.

 Попытаемся на основе анализа различных терминов, связанных по своему корню с термином "избрание", определить этот термин применительно к исследуемому предмету: избрать - это выбрать кого-нибудь, наиболее нужного, оказывая ему предпочтение в отличие от остальных, также предложенных для выбора *(115). Термин "назначить" означает поставить кого-либо на какую-нибудь должность, работу *(116).

 Таким образом, избрание возникает только тогда, когда есть выбор. И если при образовании единоличного исполнительного органа в бюллетене для голосования указаны фамилии нескольких кандидатур, то происходит избрание, а если представлена одна кандидатура, то это назначение. Следовательно, там, где законодатель дает возможность через положения устава определять порядок формирования органов управления, возможно и то, и другое. Если же принят порядок избрания, но отсутствуют другие кандидаты, от такого решения следует отказаться, поскольку не выполнены условия образования этого органа.

 Опыт формирования исполнительных органов во многих акционерных обществах может служить примером нарушения этих норм. Действительно, если в уставе акционерного общества определено, что исполнительный орган избирается, то при избрании, например, единоличного исполнительного органа должно быть несколько кандидатур (как минимум две). Однако в большинстве случаев на это положение закона не обращается внимания. А если порядок формирования органа, определенный уставом, не соблюдается, то можно ли признать данный орган сформированным? При отсутствии легальной процедуры формирования единоличного исполнительного органа, соответствующей положениям устава этого акционерного общества, может ли данное физическое лицо осуществлять полномочия органа акционерного общества как юридического лица? Ответ, на наш взгляд, вытекает из всего вышеизложенного. Если в отношении единоличного исполнительного органа закон допускает выбор - избрание или назначение, то совет директоров (наблюдательный совет) подлежит только избранию.

 Вопрос кажется на первый взгляд ясным. И тем не менее проблема может возникнуть там, где закон прямо определяет порядок их формирования, например, в отношении совета директоров (наблюдательного совета) в акционерном обществе. Мы уже отмечали, что в законе есть прямое указание на порядок формирования этого органа - избрание. Следовательно, при принятии решения по этому вопросу на общем собрании акционеров должны быть представлены кандидатуры на избрание в количестве, превышающем число мест в совете директоров (наблюдательном совете). Если же эти цифры совпадают, то происходит назначение, а не избрание, что не согласуется с требованием закона.

 Следующая, достаточно типичная иллюстрация демонстрирует, что же произойдет, если не следовать этому требованию.

 В открытом акционером обществе с численностью 4300 акционеров - владельцев голосующих акций одной категории (обыкновенные) на годовом общем собрании избирается совет директоров. По уставу в совете директоров семь членов. Акционерами были выдвинуты семь кандидатов, имена которых и внесены в бюллетень для голосования. Основное количество голосов было отдано за пятерых, а за двух проголосовали 10 000 и 5000 голосами соответственно. По результатам голосования все семь были признаны избранными в совет директоров.

 На самом деле в рассмотренном случае совет директоров не был сформирован. Обратимся к закону.

 Согласно п. 4 ст. 66 ФЗ "Об акционерных обществах" выборы членов совета директоров общества осуществляются кумулятивным голосованием, при котором в соответствии с абз. 3 п. 4 ст. 66 этого же закона избранными в состав совета директоров общества считаются кандидаты, набравшие наибольшее количество голосов.

 Следовательно, если на семь мест в совете директоров было семь кандидатов, то один из них, как в нашем примере, набрал наименьшее по сравнению со всеми остальными кандидатами количество голосов (5000). Таким образом, он не может быть отнесен к тем кандидатам, которые набрали большее количество голосов, и считаться избранным в совет директоров. Но избрание совета директоров кумулятивным голосованием не предполагает возможность избрания его отдельных членов на внеочередных собраниях. По логике нормы закона (абз. 3 п. 1 ст. 66), предусматривающей, что в случае избрания совета директоров кумулятивным голосованием решение общего собрания акционеров о досрочном прекращении полномочий не может быть принято в отношении отдельных его членов, а может быть принято только в отношении всех членов совета директоров общества, исключается возможность функционирования совета директоров не в полном составе. Это же положение подтверждается п. 2 ст. 68 ФЗ "Об акционерных обществах". Таким образом, в приведенном примере совет директоров не избран. Но если орган не образован, то он и не может принимать никакие решения. Те же решения, которые он принимает, юридической силы иметь не будут.

 В практике акционерных обществ часто не учитывают некоторые особенности, связанные с тем, что эти органы образуются в обществах, являющихся обществами одного лица. В таких обществах все акции или 100% долей принадлежат одному лицу. Когда таким лицом является физическое лицо, то, как правило, сложностей не возникает, поскольку это лицо и будет формировать органы в учрежденном им хозяйственном обществе. Проблемы возникают тогда, когда этим единственным акционером или участником выступает юридическое лицо. Поскольку такой характер отношений (отношения основного и дочернего общества) свойствен для сложных организационных структур, которые часто именуются "холдингами", то именно при подобных отношениях наиболее часто возникают ошибки, связанные с формированием органов в дочерних обществах. Один такой ошибочный механизм связан с тем, что органы управления дочерних обществ пытаются формировать единоличным исполнительным органом основного общества путем издания приказа о назначении или "избрании" как единоличного исполнительного органа дочернего общества, так и его совета директоров или наблюдательного совета. Недостаток такого механизма в том, что инструментами (в данном случае речь идет об издании локального акта) одной отрасли права пытаются решить вопросы, которые регулируются совершенно другой отраслью права, которая имеет свой инструментарий, свойственный именно этой отрасли права. Приказ - это "акт руководителя органа государственного управления, государственного учреждения, коммерческой организации, содержащий обязательные для работников установки" *(117).

 Согласно ст. 68 Трудового кодекса РФ прием на работу работника оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Также через издание приказа (распоряжения) работодателя, согласно ст. 193 Трудового кодекса РФ, осуществляется применение дисциплинарных взысканий.

 Но приказ имеет юридическую силу и для работников того юридического лица, органом которого он был издан. Вместе с тем дочернее общество, даже в том случае, когда оно имеет одного акционера или участника, является самостоятельным юридическим лицом - субъектом права. Единоличный исполнительный орган этого юридического лица имеет возможность издавать приказы самостоятельно, и они будут иметь юридическую силу для работников этого юридического лица. Но закон не предусматривает возможность локального акта одного юридического лица влиять на регулирование правовых отношений в другом юридическом лице.

 Другой механизм, который также относится к ошибочным, связан с тем, что в уставах дочерних обществ указывается, что "функции общего собрания осуществляются советом директоров основного общества". Такая формулировка может создать иллюзию того, что на один из органов основного общества переносятся все механизмы действия высшего органа управления дочернего общества. На практике это приводит к тому, что при принятии решения на заседании совета директоров основного общества по вопросам компетенции общего собрания акционеров дочернего общества нередко начинают голосовать акциями дочернего общества, распределенными между членами совета директоров основного общества.

 Третий механизм связан с тем, что акционер "как бы проводит собрание", результатом которого и является принятие необходимых решений. "С моей точки зрения, - пишет И. Шиткина, - в хозяйственных обществах с одним участником (акционером) должно существовать общее собрание участников (акционеров) как высший орган управления этого общества, и все решения, относящиеся к компетенции общего собрания, должны исходить именно от этого органа управления дочернего общества, а не от самого участника (акционера). Такая позиция может быть аргументирована следующими обстоятельствами. Во-первых, хозяйственное общество с единственным участником представляет собой юридическое лицо, которое формально обособлено от создавшего его другого физического или юридического лица, и выражать свою волю вовне оно должно через "свои" органы управления, а не "чужие". Во-вторых, из буквы закона все же следует, что в обществе с одним участником общее собрание как высший орган управления существует. Так, согласно п. 3 ст. 47 ФЗ "Об акционерных обществах" положения гл. 7 "Общее собрание акционеров", определяющей порядок и сроки подготовки, созыва и проведения общего собрания акционеров, все голосующие акции которого принадлежат одному акционеру, не применяются за исключением положений, касающихся сроков проведения годового общего собрания акционеров" *(118).

 На наш взгляд, вывод И. Шиткиной о том, что даже при одном акционере (участнике) решение по вопросу компетенции общего собрания акционеров (участников) все равно должно приниматься на общем собрании акционеров, не согласуется не только с позицией законодателя, но и с ее собственной аргументацией. Первое - относительно того, что дочернее общество должно выражать свою волю вовне через "свои" органы, а не "чужие". Поскольку речь идет об общем собрании акционеров дочернего общества, то это орган волеобразующий, а не волеизъявляющий, и воля, сформированная единственным акционером, вовне в любом случае будет изъявляться единоличным исполнительным органом самого дочернего общества, т.е. по терминологии И. Шиткиной "своим" органом, и поэтому этот аргумент не работает в пользу ее позиции. Однако законодатель предусматривает и такие случаи, когда даже волеизъявление дочернего общества будет осуществляться не ее органом, а органом другого юридического лица, являющегося для него единственным акционером (участником), то есть органом основного общества. Это возможно, когда полномочия единоличного исполнительного органа согласно абз. 3 п. 1 ст. 69 ФЗ "Об акционерных обществах" будут переданы самому основному обществу. Что же касается второго аргумента, что общее собрание акционеров как орган существует в любом акционерном обществе, то с этим как раз никто и не спорит, но какое отношение это утверждение имеет к ситуации, когда полномочия этого органа реализуются единственным акционером? Опять же можно привести пример с ситуацией передачи полномочий единоличного органа хозяйственного общества коммерческой организации (управляющей организации). В этом случае в структуре управления управляемой организации также фигурирует единоличный исполнительный орган, компетенция которого также определяется в уставе, как и компетенция общего собрания акционеров, но реально этот орган в своих действиях ее не реализует, а реализует сама управляющая организация через свои органы. И разница между этими примерами лишь в том, что возможность решения вопросов компетенции общего собрания акционеров со стороны акционера возникает с того момента, как он становится единственным акционером (участником) этого хозяйственного общества, а передача полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации происходит на основе решения общего собрания акционеров и договора с управляющей организацией. Что же касается позиции законодателя на этот счет, то согласно п. 3 ст. 47 ФЗ "Об акционерных обществах" "в обществе, все голосующие акции которого принадлежат одному акционеру, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания акционеров, принимаются этим акционером лично и оформляются письменно". Эту норму структурно можно разделить на три части, каждая из которых может быть рассмотрена как самостоятельный правовой элемент.

 Первый правовой элемент связан с определением того, кто должен принимать решения. Закон четко определяет, что это сам акционер. Отметим эту особенность и попробуем проанализировать две ее составляющие части.

 1. В том случае, когда акционеров несколько, для принятия решения по вопросам компетенции собрания, в том числе и по вопросу образования органов управления общества, созывается высший орган управления акционерным обществом - общее собрание акционеров. Следовательно, в этом случае при образовании органов управления общества решение принимается одним органом юридического лица в отношении другого органа того же юридического лица. Когда же акционер один, то в этом случае не орган самого юридического лица принимает решения по вопросам своей компетенции, а лицо, владеющее 100% акций этого юридического лица. Если единственным акционером является гражданин, то он сам и принимает решение об образовании органов управления. Но если этим акционером выступает юридическое лицо, то оно может принять решение посредством осуществления определенных действий уже своих органов. Следовательно, решение по вопросам компетенции органа одного общества принимается не этим органом, а органом или органами другого юридического лица, которое является единственным акционером первого.

 2. Когда речь идет о ситуации с несколькими акционерами, общее собрание этих акционеров действует в пределах своей компетенции, которая определяется уставом общества, и соответственно принятие решения по формированию его органов управления, осуществляемое в соответствии с порядком, описанным в Законе и уставе, не требует какой-либо иной легитимизации и обладает свойствами прямого действия по своим юридическим последствиям для этого общества в части формирования его органов. С момента принятия такого решения орган считается образованным, поскольку формирование воли самого юридического лица через действия его высшего органа направлено в отношении самого себя и не требует дополнительных действий иных органов для того, чтобы эту волю изъявить и реализовать вовне.

 В том случае, когда мы имеем дело с обществом одного лица, решение, принимаемое органом управления основного общества (т.е. органом единственного акционера) по вопросам компетенции общего собрания дочернего общества, не имеет характера прямого действия, поскольку оно направлено не в отношении органов своего юридического лица (основного общества), а в отношении другого юридического лица - дочернего общества. Поэтому одного такого решения недостаточно, поскольку ни совет директоров, ни правление, хотя и формируют волю своего юридического лица, но по своему статусу не могут действовать от имени своего общества, изъявляя эту волю вовне. Наряду с решением одного из этих органов необходимо решение того органа, который согласно закону может изъявлять волю юридического лица вовне, действуя от его имени. Таким органом является единоличный исполнительный орган основного общества. Следовательно, при формировании органа управления в обществе одного лица необходимо учитывать, что если уставом основного общества в компетенции совета директоров или правления и предусмотрена возможность образования органов управления дочернего общества, то их решения все равно недостаточно. На основе и во исполнение их решения единоличный исполнительный орган основного общества принимает решение, которым фактически изъявляет и реализует вовне волю основного общества в отношении своего дочернего общества по вопросу формирования его органов управления.

 Второй правовой элемент нормы (п. 3 ст. 47 ФЗ "Об акционерных обществах") связан с видом документа (или документов), которым оформляется волеобразование и волеизъявление лица, являющегося единственным акционером. Определение этого вида документа является весьма важным, поскольку нередко в практике акционерных обществ подобные решения оформляются протоколом общего собрания акционеров дочернего общества. Такая позиция находит поддержку не только в практике акционерных обществ, но и на страницах специальной литературы. Так, И. Шиткина указывает, что "решения общего собрания акционеров (участников) дочернего общества со стопроцентным участием в его уставном капитале основного общества должны быть оформлены протоколом общего собрания с единственным участником, составляемым по аналогии с решением единственного учредителя о создании общества. Протокол общего собрания должен содержать все обычные реквизиты протокола (курсив наш. - Авт.)" *(119). На наш взгляд, подобная позиция является весьма спорной. Это связано с двумя положениями  ФЗ "Об акционерных обществах".

 1. Согласно п. 3 ст. 47 ФЗ "Об акционерных обществах" в тех случаях, когда все голосующие акции общества принадлежат одному акционеру, положения гл. 7 ФЗ "Об акционерных обществах", "определяющих порядок и сроки подготовки созыва и проведения общего собрания акционеров, не применяются..." Отказывая в применении норм, регулирующих процедуры всех трех этапов работы собрания акционеров, законодатель не делает исключения и для тех документов, которые принимаются или оформляются в процессе реализации этих процедур. Это касается и списка лиц, имеющих право на участие в собрании акционеров, который формируется в рамках подготовки собрания, и извещения о проведении собрания, которое направляется акционерам на этапе созыва общего собрания, а также протокола общего собрания и протокола и отчета об итогах голосования, которые составляются в результате осуществления третьего этапа работы высшего органа управления дочернего общества - проведения собрания. Таким образом, законодатель исключил возможность составления протокола общего собрания акционеров.

 2. Содержание ст. 63 ФЗ "Об акционерных обществах" также исключает возможность применения протокола общего собрания акционеров как документа, которым оформляются решения, принимаемые единственным акционером. Так, непонятно, как будут реализовываться такие требования к протоколу, как, например, следующие: оба экземпляра протокола "подписываются председательствующим на общем собрании акционеров и секретарем общего собрания акционеров", или в протоколе общего собрания акционеров указываются "председатель (президиум) и секретарь собрания, повестка дня собрания", или, наконец, "в протоколе общего собрания акционеров общества должны содержаться основные положения выступлений, вопросы, поставленные на голосование, и итоги голосования по ним, решения, принятые собранием." На наш взгляд, комментарии излишни. Надо отметить, что судебная практика также не способствует четкому формулированию ответа на вопрос о виде документа, которым оформляется волеобразование и волеизъявление лица - единственного акционера общества. Так, в п. 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 13 марта 2001 г. N 62 "Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением хозяйственными обществами крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" содержится следующее разъяснение по рассматриваемому вопросу: "В обществах, состоящих из одного акционера, документом, равноценным решению общего собрания акционеров, является решение этого акционера или иной письменный документ, в котором выражена его воля (согласие на совершение сделки)" *(120). Более правильным и в целом соответствующим положениям ФЗ "Об акционерных обществах", на наш взгляд, является следующая позиция в отношении вида документа, которым оформляется решение единственного акционера (участника) хозяйственного общества.

 В том случае, если таким лицом является гражданин, то его волеизъявление реализуется через единственный документ, который ФЗ "Об акционерных обществах" определяет как "решение", в котором от имени самого физического лица и выражается его воля по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания акционеров общества, 100% акциями которого владеет это физическое лицо. В том же случае, если речь идет о юридическом лице, необходимо два документа. Первый документ необходим для формирования воли юридического лица. К нему относятся решения либо совета директоров (наблюдательного совета), либо правления, в зависимости от того, к компетенции какого из этих двух органов относятся рассматриваемые вопросы, в частности вопрос об образовании органов дочернего общества. Это решение должно оформляться протоколом заседания того коллегиального органа, который его принимает.

 Второй документ необходим для реализации воли юридического лица вовне. Этим документом является решение, которое основное общество в лице своего единоличного исполнительного органа, действующего от имени основного общества, издает на основании устава основного общества и решения либо совета директоров, либо правления основного общества.

 Третий правовой элемент (п. 3 ст. 47 ФЗ "Об акционерных обществах") определяет требование, предъявляемое к оформлению этого документа. Это требование простое - решение акционера должно быть оформлено письменно.

 Особый разговор о таком коллегиальном органе корпорации, как собрание. Как мы отметили ранее, это орган обязательный, к тому же еще и высший, поэтому для нас небезразличны некоторые нестыковки при определении его правового статуса. До сих пор в абсолютном большинстве публикаций об органах юридического лица не возникало никаких сомнений относительно того, что собрание - орган юридического лица. Вместе с тем, возвращаясь к положению абз. 2 п. 1 ст. 53 ГК РФ относительно того, что порядок назначения или избрания органов юридического лица определяется законом и учредительными документами, зададим себе вопрос: каков порядок формирования собрания? Если законодатель связывает определение статуса органа с процедурой его формирования, то может ли собрание, которое, казалось бы, никем не избирается и уж тем более не назначается, претендовать на статус органа юридического лица?

 В иностранной юридической литературе высказывалась точка зрения, что положение о том, что общее собрание акционеров является органом юридического лица, да еще и высшим, далеко не бесспорно *(121). По мнению авторов этой позиции, положение о том, что собрание акционерного общества является высшим органом акционерного общества, не вполне соответствует положению п. 1 ст. 53 ГК РФ о том, что порядок назначения или избрания органов юридического лица определяется законом и учредительными документами. Для общего собрания, как считают эти авторы, указанного порядка просто не может быть, поскольку общее собрание формируется путем составления списка лиц, которые вправе принимать в нем участие, а список, в свою очередь, составляется на основании реестра акционеров общества на дату, устанавливаемую советом директоров (наблюдательным советом) общества (п. 1 ст. 51 ФЗ "Об акционерных обществах"). Поэтому при определении места и роли общего собрания, по мнению цитируемых авторов, следовало бы исходить из положения п. 2 ст. 53 ГК РФ, предусматривающего, что в определенных законом случаях юридическое лицо может приобретать гражданские права, принимать на себя гражданские обязанности через своих участников. В акционерном обществе общее собрание акционеров является формой (способом) реализации акционерами своих прав по управлению обществом путем участия в собрании и голосовании по вопросам, вынесенным на решение собрания. В таком случае, заключают указанные авторы, акционерное общество приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через решения его участников.

 Можно ли с этим согласиться?

 Действительно, наряду с тем, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, ГК РФ допускает в предусмотренных законом случаях приобретение юридическим лицом прав и принятие обязанностей через своих участников (п. 2 ст. 53 ГК РФ). Так, установлено, что в полном товариществе дела ведутся всеми участниками сообща (ст. 72), в товариществе на вере управление (ведение дел) осуществляют только полные товарищи (ст. 84).

 Выполняют ли участники в этом случае только роль органов или сами являются органами юридического лица? И в первом, и во втором случае ответ может быть только отрицательным. Они выполняют роль участников, которым законом предоставлено право своими действиями, т.е. действиями участников, приобретать права и принимать обязанности для юридического лица. Поэтому в отличие от всех других корпоративных юридических лиц в ст. 70 ГК РФ, определяющей требования к учредительному договору полного товарищества, нет обязанности описывать порядок создания органов. В этом случае у юридического лица нет органов. Для сравнения возьмем ст. 89 ГК РФ, где аналогичным образом описываются требования к сведениям, содержащимся в учредительных документах общества с ограниченной ответственностью: в п. 2 устанавливается, что эти документы должны содержать сведения "о составе и компетенции органов управления обществом и порядке принятия ими решений, в том числе о вопросах, решения по которым принимаются единогласно или квалифицированным большинством голосов". Аналогичные нормы предусмотрены в ГК РФ и для акционерных обществ (ст. 98), и для производственных кооперативов (ст. 108). Причем в описанных ситуациях по общему правилу каждый участник имеет один голос (п. 2 ст. 71 ГК РФ), что дает возможность говорить о равенстве при выработке решения, чего трудно достичь в том же акционерном обществе.

 Необходимо отметить также, что авторы рассмотренной точки зрения исходят из неверной, на наш взгляд, посылки о том, что акционеры в акционерном обществе имеют право на управление юридическим лицом. На самом деле у акционеров есть право на участие в работе высшего органа общества - собрания, что, разумеется, на наш взгляд, не является одним и тем же.

 Это четко отражено в ст. 31 ФЗ "Об акционерных обществах", где устанавливается, что акционеры - владельцы обыкновенных акций общества могут участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам его компетенции. Там же, где юридическое лицо приобретает права, принимает на себя обязанности через своих участников, участники действительно имеют право на управление юридическим лицом. Так, согласно п. 1 ст. 71 ГК РФ, "управление деятельностью полного товарищества осуществляется по общему согласию всех участников". Но наличие этого права всегда корреспондируется с возникновением обязанности у участника непосредственно участвовать в деятельности самого юридического лица. Согласно ст. 73 ГК РФ "участник полного товарищества обязан участвовать в его деятельности в соответствии с условиями учредительного договора".

 Наконец, последнее. Общее собрание юридического лица имеет все признаки органа, которые были определены нами ранее, и соответственно у нас есть все основания признать, что собрание - самостоятельный орган юридического лица, в том числе и акционерного общества.

 Убежденные в своей правоте, мы не можем не отметить, что положения ст. 53 ГК РФ сформулированы некорректно, поскольку упущен еще один вариант приобретения органом своего статуса - регистрационный. Известно, что согласно ст. 51 ГК РФ юридическое лицо считается созданным с момента его государственной регистрации. Соответственно именно с этого момента оно приобретает права и дееспособность, но именно с этого момента собрание учредителей юридического лица становится органом юридического лица. Эта особенность присуща только собранию. Все остальные органы - и коллегиальные, и единоличные - избираются также на этом собрании, но в отличие от собрания они приобретают статус органа сразу после голосования об их избрании.

 5. По характеру полномочий и задач органы корпорации подразделяются на органы управления (руководящие и исполнительные) и контрольные, т.е. определяется их место в иерархии органов.

 Это очень важная классификация, поскольку четко определяет, какие органы корпорации обладают полномочиями по осуществлению управления, а какие нет. При этом органы управления имеют свою внутреннюю структуру, подразделяясь на руководящие и исполнительные.

 Федеральные законы "Об акционерных обществах" и "Об обществах с ограниченной ответственностью" к руководящим органам относят общее собрание акционеров и совет директоров (наблюдательный совет). Согласно нормам этих  Законов общее собрание акционеров (участников) является высшим органом управления общества, что определяет его место на вершине управленческой пирамиды. Совет директоров (наблюдательный совет), занимающий второе место после общего собрания, осуществляет общее руководство деятельностью общества. Таким образом, и общее собрание, и совет директоров (наблюдательный совет) - руководящие органы акционерного общества.

 Исполнительные органы общества подразделяются на коллегиальные - правление, дирекция и единоличные - президент, генеральный директор. Назначение исполнительных органов - организация текущей деятельности хозяйственного общества. Называя эти органы исполнительными, законодатель подчеркивает исполнительный характер их деятельности, обусловленной деятельностью руководящих органов - общего собрания и совета директоров (наблюдательного совета).

 К контрольным органам относятся ревизионная комиссия или ревизор. ФЗ "Об акционерных обществах" прямо указывает: ревизионная комиссия (ревизор) избирается для осуществления контроля за финансово-хозяйственной деятельностью общества (п. 1 ст. 85).

 6. По выполняемым функциям органы корпорации подразделяются на общие, специальные и вспомогательные. Эта классификация связана с набором тех функций, которые призван осуществлять каждый из органов корпорации и которые рассматриваются нами далее при исследовании характера деятельности органов общества.

 Общие органы осуществляют общее руководство; к ним относятся общее собрание акционеров (участников) и совет директоров (наблюдательный совет). В компетенцию общих органов входит решение общих вопросов, определяющих стратегию развития общества, основные направления и т.д.

 Специальные органы призваны решать вопросы текущего характера, что определяет их конкретность. К ним относятся исполнительные органы (коллегиальный и единоличный) и ревизионная комиссия (ревизор).

 Третья категория органов - вспомогательные - необычна. Они не являются в полной мере органами самого общества, но существуют как бы внутри этих органов, обеспечивая их деятельность. В практике хозяйственных обществ создание таких органов идет достаточно активно, поэтому было бы неправильно не учитывать их при выстраивании всей системы органов. К ним относятся органы, существование которых определяется законами о хозяйственных обществах, а также те, которые явились результатом творчества отдельных корпораций.

 К первым относятся счетная комиссия и президиум общего собрания.

 Счетная комиссия призвана определять кворум общего собрания общества, разъяснять вопросы, возникающие в связи с реализацией акционерами (участниками), их представителями права голоса на общем собрании, разъяснять порядок голосования по вопросам, выносимым на голосование, обеспечивать установленный порядок голосования и права акционеров (участников) на участие в голосовании, подсчитывать голоса и подводить итоги голосования, составлять протокол по итогам голосования, передавать в архив бюллетени для голосования.

 Президиум общего собрания призван осуществлять функции рабочего органа общего собрания, т.е. решать все организационные вопросы, возникающие в ходе собрания (например, предусмотренные ст. 63 ФЗ "Об акционерных обществах").

 Ко вторым относятся секретариат совета директоров (наблюдательного совета) и секретариат правления (дирекции), которые призваны обеспечивать техническую сторону работы этих органов: своевременную рассылку материалов членам этих органов, подготовку заседаний и оборудование места, где они проходят (в том числе канцелярскими принадлежностями), и т.д.

 7. По срокам деятельности органы корпорации подразделяются на постоянные и временные.

 Все органы, за исключением общего собрания общества, являются временными с ограниченным сроком действия.

 Общее собрание акционеров - это единственный постоянный орган периодической деятельности.

 Таким образом, анализ основополагающих признаков корпорации позволяет сформулировать ее определение:

 

 Корпорация - это юридическое лицо, обладающее общей правоспособностью, основной целью которого является извлечение прибыли (коммерческая организация), уставный капитал которой разделен на доли (акции), удостоверяющие обязательственные права его участников (акционеров) по отношению к юридическому лицу, которые объединяются на основе заключаемого между ними гражданско-правового договора, не отвечают по обязательствам юридического лица, принимая риск убытков, связанных с его деятельностью, в пределах стоимости принадлежащих им долей (акций). Корпорация создается в форме акционерного общества, общества с ограниченной или дополнительной ответственностью.