3. АННУЛИРОВАНИЕ СЕМЕЙНО-ПРАВОВОГО АКТА

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 

Каждое правоотношение должно выполнять определен-

ные социальные функции, соответствовать личным и об-

щественным интересам. Нормальная жизнь правоотноше-

ния возможна лишь тогда, когда при его возникновении

соблюдены установленные законом предписания. Однако

в семейном праве они зачастую не формулируются прямо

в качестве юридической обязанности. Их обязательный

характер выводится при помощи логического толкования,

мысленным добавлением частицы <не> ^. Так, согласно

ст. 15 Кодекса о браке и семье УССР для заключения

брака необходимо согласие лиц, вступающих в брак, и

достижение ими брачного возраста. Следовательно, закон

обязывает граждан не скрывать своего действительного

возраста и не принуждать другого при помощи запугива-

ния, силы или обмана к вступлению в брак и одновремен-

но вменяет в обязанность органам ЗАГСа контролировать

соблюдение указанных требований. То же касается и усы-

новления. Устанавливая условия усыновления и препят-

ствия к нему, закон обязывает граждан, исполнительные

комитеты городских, районных Советов народных депута-

тов неукоснительно соблюдать эти предписания. Это имен-

но обязанности юридические, а не пожелание избрания

наиболее благоприятного варианта поведения с целью до-

стижения желаемого правового результата.

Несоблюдение установленных законом предписаний на

стадии заключения брака или осуществления усыновления

может привести к признанию их недействительными. Та-

кова терминология законодателя. И если с практической

точки зрения сущность такого правового последствия счи-

тается как будто понятной, то в теоретическом плане

По Кодексу о браке и семье ЛитССР признание брака

недействительным лишает супругов всех прав, возникших

из данного брака (ч. 1 ст. 50), а в случае признания не-

действительным усыновления все права и обязанности

ребенка в отношении усыновителей и их родственников

утрачиваются (ч. 1 ст. 131). Следовательно, законода-

тельно признается факт возникновения в прошлом этих

прав и обязанностей.

Позиция законодателя УССР по данному вопросу не-

последовательна. Признание брака недействительным,

гласит ч. 1 ст. 49 Кодекса о браке и семье УССР, влечет

за собой прекращение всех прав и обязанностей, возник-

ших ранее и предусмотренных для лиц, состоящих в бра-

ке. Однако в отношении усыновления содержится иное

правило: в случае признания усыновления, недействитель-

ным в отношении усыновителя, его родственников и усы-

новленного никаких прав и обязанностей, вытекающих из

усыновления, не возникает (ст. 122).

Позиция Кодекса о браке и семье ЛитССР пред-

ставляется наиболее правильной. Законодатель учел тот

очевидный факт, что лица, состоящие в браке, заключен-

ном с нарушением закона, получают ряд юридических

возможностей. В равной мере эти возможности возникают

и при незаконно произведенном усыновлении: возмож-

ность получения содержания, поселения на жилплощадь,

занимаемую ранее супругом или усыновленным. При этом

лицо получает не только личное и имущественное благо,

но и право на него. Подтвержденное соответствующими

документами, это право признается государственными

органами, другими гражданами, и соответствующим' обра-

зом обеспечивается его охрана. Так, в случае взыскания

алиментов в пользу одного из таких супругов суд защи-

щает его право на содержание. Сомневаться в истинности

этого права суду не приходится. Если акт государствен-

ного органа (а регистрация брака или решение исполкома

об усыновлении - не что иное, как административный

акт) издан в пределах компетенции, отвечает требова-

ниям, относящимся к порядку издания, форме приобре-

тения и юридической силе, создается презумпция его за-

конности, причем презумпция законности, истинности та-

ких актов отличается максимально высокой степенью

вероятности ^Ї.

Следовательно, именно благодаря этой презумпции по-

лученные в результате незаконного акта блага облекают-

ся внешне в ранг субъективного права. Отличаются ли

качественно эти права от прав, приобретенных на закон-

ном основании? Вероятно, лишь неустойчивостью квази-

права, которое в любой мом'ент может быть аннулировано.

До вынесения судебного решения авторитет выданного

государственным органом свидетельства прикрывает факт

нарушения правового предписания, тайно, умышленно или

неумышленно совершенного сторонами. Однако из этого

не следует, что правонарушение может явиться основа-

нием для возникновения у лица, совершившего его, субъ-

ективного права, ибо факт правонарушения обнаружива-

ется лишь впоследствии. Как только он будет установлен

судом, происходит переоценка возникших между сторона-

ми отношений. То, что ранее считалось правом, перестает

быть таковым. Более того, обнаруживается, что это было

вовсе не право, а тем самым и не правовое отношение,

поскольку законность приобретения должна быть непре-

менным условием возникновения субъективного права.

Следовательно, незаконный акт может по существу

привести лишь к возникновению квазиправоотношения,

отличающегося от истинного правоотношения незакон-

ностью своего возникновения.

Поэтому с момента заключения брака или вынесения

решения исполкома об усыновлении до признания их не-

действительными правового вакуума не существует. Он

заполняется соответствующим правовым содержанием.

Исключение составляют браки и усыновления, совер-

шенные без намерения создания семьи, приобретения вза-

имных семейных прав и обязанностей. Они существуют

лишь формально, порождая, однако, правовые возмож-

ности в области жилищных или наследственных отно-

шений.

Спорным является и вопрос о правовой природе санк-

ции, следующей за таким незаконным актом. Прежде

всего, следует выяснить, что признается недействитель-

ным: брак, усыновление как правоотношения или же тот

административный акт, который в сочетании с другими

действиями породил их.

Как считает А. М. Рабец, признанием брака недей-

ствительным аннулируется актовая запись о браке ^'. Ана-

логичную позицию занимают и некоторые другие авторы ^.

Получается, что суд сначала признает брак недействи-

тельным и лишь в результате этого происходит аннулиро-

вание актовой записи, т. е. административного акта. Так,

ст. 127 Кодекса о браке и семье УССР требует от суда

в случае признания усыновления недействительным на-

править копию решения в орган ЗАГСа для аннулирова-

ния актовой записи об усыновлении. Согласно ст. 209 Ко-

декса о браке и семье БССР аннулирование записи об

усыновлении производится органом ЗАГСа на основании

решения суда.

Данные нормы искажают сущность судебной защиты

в таких случаях. В правовой литературе брак, усыновле-

ние рассматриваются не только как длящиеся правоотно-

шения, но прежде всего как юридические акты, порожда-

ющие эти правоотношения ^. Представляется, что именно

в таком значении закон употребляет данные понятия.

Поэтому, говоря о возможности признания брака или

усыновления недействительным, законодатель подразуме-

вает под браком или усыновлением не фактически возник-

шие отношения, а административный акт, повлекший за

собой их появление. В связи с этим суд, обнаружив, на-

пример, нарушение закона моногамии, признает незакон-

ным и аннулирует административный акт, каковым явля-

ется актовая запись о браке. И лишь в результате этого,

а не наоборот, происходит автоматическое аннулирова-

ние возникшего <правоотношения>. Следовательно, акто-

вая запись аннулируется самим судом, а не органом

ЗАГСа.

Применительно к усыновлению признается незакон-

ным и отменяется решение исполкома районного, город-

ского Совета народных депутатов и произведенная на его

основе актовая запись об усыновлении ^. Суд тем самым

реализует свое право контроля за деятельностью государ-

ственных органов, что является свидетельством демокра-

тичности советского законодательства ^.

В связи с изложенным представляется целесообразным

изменить употребляемую в законе терминологию, указав

на право суда аннулировать актовую запись о браке, ре-

шение исполкома и актовую запись об усыновлении. По-

скольку абсолютно недействительных семейных состояний

не существует^, до вынесения судебного решения брак,

усыновление презюмируются возникшими на законном

основании, а посему влекут последствия, предусмотренные

законом для данного вида правоотношений.

Многими авторами признание брака или усыновления

недействительным расценивается как способ его прекра-

щения ^. Однако это противоречит как общетеоретиче-

ским положениям, так и полиции законодателя, проводя-

щего четкую грань м'ежду прекращением брака и призна-

нием его недействительным (ст. 14и 15 Основ законода-

тельства о браке и семье). Прекратиться может лишь то,

что возникло на законном основании, Коль скоро судом

отменяется правовое основание для возникновения семей-

ного состояния, аннулируются возникшие права и обязан-

ности ^. Нельзя в связи с этим считать правильным по-

ложение ч. 1 ст. 49 Кодекса о браке и семье УССР о

прекращении прав и обязанностей в связи с признанием

брака недействительным. Эти права и обязанности не пре-

кращаются, а аннулируются, и именно этот' термин должен

быть применен в законе. Судебное решение, таким обра-

зом, им'еет правопреобразующую силу, сущность которой

состоит в аннулировании возникшей ранее правовой свя-

зи ^, Однако аннулирование прав и обязанностей с мо-

мента их возникновения не всегда осуществимо. Если

обязанность лица как участника семейного отношения

исполнена, возврат в прежнее правовое состояние невоз-

можен (нельзя, например, требовать возврата полученно-

го содержания). Такой возврат практически невозможен

в случае исполнения обязанности личноправовой, например

по воспитанию детей. Таким образом, реальным объектом

аннулирования может быть лишь нереализованное право,

неисполненная обязанность. Что касается прав в других

областях отношений (жилищных, пенсионных, наслед-

ственных), то они подлежат аннулированию независимо

от факта их осуществления, кроме случаев, указанных в

законе.

Считается, что признание семейного состояния недей-

ствительным означает признание его юридически не суще-

ствовавшим. Однако такое мнение является спорным.

Юридически не существовавшим можно признать лишь

то, что вовсе не функционировало как правовое отноше-

ние. Примером может служить так называемый несосто-

явшийся брак, заключенный на основании похищенных

документов или без заявления и явки в ЗАГС, а также

фиктивные браки и усыновления.

Если же признание брака недействительным произо-

шло по иным основаниям, до такого признания они как

акты гражданского состояния и как семейные правоотно-

шения фактически существовали. Именно это обстоятель-

ство обеспечивает сохранение прав и обязанностей <супру-

гов> как родителей ребенка, не превращая брачное

рождение во внебрачное, объясняет сохранение права на

фамилию и т. п.

Кроме указанных двух недействительных семейных со-

стояний, существует и третье, возникающее в связи с не-

законной регистрацией лица в качестве отца или матери

ребенка. Специфика последнего состоит в том-, что оно

порождается обстоятельствами, исключающими возмож-

ность их документального подтверждения; его существо-

вание, как правило, не противоречит общественным ин-

тересам.

Аннулируя запись об отце (матери) ребенка в актовой

записи о его рождении, суд аннулирует существовавшую

между ними правовую связь. Семейное отношение, являю-

щееся до решения суда отношением правовым, утрачивает

это качество ^.