1.2. Изменение родительского правоотношения : Защита в советском семейном праве - З.В. Ромовекая : Книги по праву, правоведение

1.2. Изменение родительского правоотношения

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 
РЕКЛАМА
<

Забота о воспитании детей, подготовка их к обществен-

но полезному труду является конституционной обязан-

ностью граждан СССР. КПСС и Советское правительство

уделяет постоянное внимание созданию благоприятных

условий для физического и духовного развития детей,

обеспечения каждому ребенку счастливого детства. Как

известно, процесс воспитания подрастающего поколения

длителен и сложен. Важную, ведущую роль в системе со-

циального воспитания играет семья. Именно в ней, как

правило, закладывается прочный фундамент положитель-

ных черт и качеств гражданина. Поэтому носителем кон-

ституционной обязанности по воспитанию детей являются

прежде всего родители.

В Основных направлениях реформы "общеобразователь-

ной и профессиональной школы (ст. 29) детально раскрыта

сущность обязанности родителей по воспитанию детей,

указано на необходимость усиления помощи семье, повы-

шения ее ответственности за воспитание подрастающего

поколения ^.

Одновременно родители наделены и правом на воспи-

тание детей,

Вопрос о юридической природе права и обязанности по

.воспитанию детей является спорным.

В литературе распространено мнение, что право роди-

телей на воспитание ребенка является вместе с тем и их

обязанностью ^. Как считает А. И. Пергамент, для воспи-

тания детей родители наделяются так называемыми роди-

тельскими правами, которые представляют собой не только

меру возможного, но и меру должного поведения, нераз-

рывную связь прав и обязанностей ". Однако конструиро-

вание такого искусственного образования, как родительское

право, вызывает возражения: во-первых, оно противоречит

положениям правовой науки по вопросу о сущности

субъективного права, а во-вторых, превращая в право юри-

.дическую обязанность, умаляет значение последней именно

как обязанности правовой.

Несмотря на их органическую взаимосвязь, права и обя-

занности родителей по воспитанию детей должны рассмат-

риваться самостоятельно ^.Обязанность действовать опре-

деленным образом не может превратиться в право, как и

право на определенное поведение не может рассматривать-

ся в качестве обязанности ^. Нельзя в связи с этим согла-

ситься с Е. М. Ворожейкиным в том', что воспитание детей

в духе требований закона является правом названных в

законе лиц ^.

Обязанности родителей по надлежащему воспитанию

детей корреспондирует субъективное право ребенка на по-

лучение такого воспитания. Надлежащее исполнение этой

обязанности соответствует интересам не только несовер-

шеннолетних детей, но и общества в целом. Поэтому над

воспитанием детей в семье установлен государственный

контроль, осуществляемый органами опеки и попечи-

тельства.

Качество получаемого в семье воспитания во многом

зависит от царящего в ней микроклимата. Конфликтные

ситуации в семье, раздельное проживание супругов, растор-

жение брака накладывают свой отцечаток не только на их

взаимоотношения как родителей, но часто и на их взаимо-

отношения с детьми.

Согласно ч. 6 ст. 203 ГПК УССР в решении по делу о

расторжении брака суд должен определить, при ком из

разводящихся супругов и кто из детей остается. Анализ

судебной практики показывает, что ушедшие из семьи отцы

в абсолютном большинстве случаев требований о передаче

им детей не заявляют. Поэтому суды закрепляют в своем

решении, как правило, уже фактически сложившуюся си-

туацию; ребенок остался проживать с матерью.

Одновременное рассмотрение требований о разводе и

спора о будущем месте жительства ребенка - явление

крайне редкое. Если после развода предполагается даль-

нейшее совместное проживание бывших супругов в одном

доме (квартире), рассмотрение вопроса о месте прожива-

ния ребенка является преждевременным.

Согласно ст. 17 ГК УССР местом жительства несовер-

шеннолетних детей в возрасте до 15 лет является место

жительства родителей, одного из них или опекуна. Таким'

образом, дети этого возраста не могут сами определить,

где и с кем из родителей они будут проживать. Что каса-

ется детей, достигших пятнадцатилетнего возраста, то

этот вопрос они вправе решать сами, и спор между ро-

дителями по этому поводу предметом судебного разбира-

тельства быть не может, за исключением случаев, когда

ребенок удерживается одним из родителей помимо его воли.

Закрепленное в судебном решении о расторжении брака

место жительства ребенка не исключает его изменения в

будущем по взаимному соглашению родителей или же по

решению суда. Такие споры в судебной практике не еди-

ничны, как и случаи, когда один из родителей без согласия

другого самовольно меняет место жительства ребенка.

Так, М. после расторжения брака увез ребенка с собой,

в связи с чем М-ва обратилась в суд с иском о его воз-

врате. Суд в иске отказал. Судебная коллегия по гра-

жданским делам областного суда, удовлетворив кассацион-

ную жалобу, в своем определении отметила, что суд не дал

оценки поступку ответчика, который не посчитал нужным

обсуждать с истицей вопрос о месте дальнейшего прожи-

вания ребенка, а увез его. По мнению судебной кол-

легии, дело в таком случае следует квалифицировать

как спор об отобрании ребенка, а не о его месте жи-

тельства.

В. по договоренности с бывшей супругой увез ребенка

к себе в гости, но впоследствии отказался его вернуть. Суд

иск В-ой об отобрании сына удовлетворил. Судебная кол-

легия по гражданским делам областного суда оставила

это решение без изменений.

Указанные судебные постановления имеют принципи-

альное значение. В случае завладения ребенком при по-

мощи силы или обмана суд должен постановить решение

о его возврате за исключением ситуаций, в которых будет

доказано, что проживавший ранее с ребенком родитель

злоупотребляет алкоголем или же ведет аморальный образ

жизни. Такая твердая позиция судов преграждает путь

самоуправству одного из родителей, является действенным

способом охраны интересов -ребенка. К сожалению, само-

управство родителей пресекается судами не всегда.

Интерес в этом плане представляет дело по иску Ф.

Ответчик без ведома бывшей жены увез ребенка к своим

родителям. При рассмотрении дела об отобрании ребенка

суд утвердил мировое соглашение, по которому на протя-

жении трех дней ответчик должен вернуть ребенка матери.

Стороны обязались впоследствии воспитывать и содержать

ребенка совместно. Однако ребенок добровольно возвращен

не был. По протесту прокурора области определение об

утверждении мирового соглашения было отменено как

якобы неконкретное, поскольку не устанавливало, кому ре-

бенок передан на воспитание.

Правильность отмены такого мирового соглашения вы-

зывает сомнение. Ответчик по нему взял на себя вполне

конкретное обязательство вернуть ребенка по его прежнему

месту жительства, и эта обязанность может быть прину-

дительно исполнена. Кроме того, живя с одним из роди-

телей, ребенок не перестает находиться на воспитании у

обоих.

Судебным решением может быть определено лишь ме-

сто жительства ребенка, указание же в судебном решении

о передаче ребенка на воспитание одному из родителей не-

правомочно.

Споры между родителями о месте, проживания детей

относятся к числу наиболее сложных по досудебной под-

готовке, процедуре рассмотрения и по способам принуди-

тельного исполнения решений.

По закону необходимым условием -судебного разбира-

тельства является наличие заключения органа опеки и по-

печительства о том, проживание с кем из родителей

наиболее соответствует интересам ребенка. Такому заклю-

чению должно предшествовать обследование условий жизни

ребенка и обоих родителей, отраженное в соответствующих

актах. Для выяснения действительных условий жизни ре-

бенка одноразового посещения недостаточно.

Согласно п. 21 (в мовой редакцрш; постановления Пле-

нума Верховного Суда УССР от 15 июня 1973 г. <О неко-

торых вопросах, возникших в судебной практике по приме-

нению Кодекса о браке и семье УССР> такие заключения

в городах представляются городскими (районными) отде-

лами народного образования исполкомов городских

(районных) Советов народных депутатов, на которые

в соответствии с ч. 2 ст. 129 Кодекса о браке и семье УССР

возложено непосредственное ведение дел по опеке и попе-

чительству. Заключение органа опеки и попечительства

суд оценивает в совокупности с другими материалами дела.

Несогласие суда с этим заключением должно быть аргу-

ментировано в принятом по делу решении ^.

Сложность разрешения подобных дел состоит в том,

что часто спорящими .сторонами являются любящие и за-

ботливые родители. Кому же из них отдать-предпочтение?

Советское законодательство не знает никаких презум-

пций в пользу отца или матери при разрешении спора о

детях ^. Однако дети в большинстве случаев остаются про-

живать с матерью. Хорошо это или плохо? Плохо, считает

Л. Жуховицкий и предлагает <отменить закон, которого

нет>. Судебная практика, по его мнению, должна изме-

ниться, и ребенка при разводе надо оставлять с отцом так

же часто, как и с матерью. Это должно, пишет он, заста-

вить многих женщин пересмотреть свое намерение раз-

вестись (женщины в настоящее время составляют почти

две трети среди инициаторов развода), тем самым будет

способствовать уменьшению количества разводов и одно-

временно разрешит. проблему недобросовестных алимент-

щиков ^.

Что же в действительности происходит в судебной прак-

тике? Из четырех тысяч изученных нами судебных дел о

разводе требование о передаче ему ребенка заявил лишь

один мужчина, но и тот в ходе судебного заседания отка-

зался от него.

Нельзя не учитывать и того, что каждый второй брак,

расторгнутый по инициативе женщины, распадается в свя-

зи со злоупотреблением алкоголем со стороны мужа. Пере-

дача ему ребенка, безусловно, не будет соответствовать

интересам последнего. Наукой доказано, что разлука с

матерью в первые месяцы и годы жизни ребенка, особенно

на продолжительный срок, отрицательно сказывается на

его психическом развитии ^. Следовательно, и в этом слу-

чае передавать ребенка отцу нецелесообразно. Известно..

что мачеха, как бы она хорошо ни относилась к ребенку,.

не может, как правило, заменить ему мать. Поэтому такая:

перемена в жизни ребенка целесообразна лишь тогда, когда

она необходима. Сложившаяся судебная практика является

не <подгоном решения к готовому ответу>, как выразился"

Л. Жуховицкий, а результатом постоянно повторяющихся

ситуаций. Она является свидетельством того, что именно

мать в большинстве случаев проявляет большую заботу о

детях как в обычных, так и особенно в экстремальных си-

туациях и именно к ней дети чувствуют особую привязан-

ность.

Сказанное выше, конечно, не означает, что детей,

особенно мальчиков, нельзя передавать отцу. В каждом

конкретном случае суд должен исходить не из интересов

родителей, а из интересов детей, интересов действительных,

а не мнимых ^. А для того чтобы уметь различать эти

интересы, необходим жизненный опыт, психологическое

чутье-

Согласно п. 3 постановления Пленума Верховного Суда

СССР от 7 декабря 1979 г. <О практике применения судами

законодательства при разрешении споров, связанных с

воспитанием детей> суд, исходя из равенства прав и обя-

занностей отца и матери, должен вынести решение, которое

бы соответствовало интересам несовершеннолетних детей.

При этом суд учитывает, кто из родителей проявляет боль-

шую заботу и внимание к детям, их возраст и привязан-

ность к каждому из родителей, личные качества родителей,

возможность создания надлежащих условий для воспита-

ния, имея в виду, что преимущество в материально-быто-

вом положении одного из родителей не является опреде-

ляющим условием для передачи ему детей.

Особого внимания заслуживает вопрос об определении

места жительства нескольких несовершеннолетних детей.

Судебная коллегия по гражданским делам областного суда'

отменила решение суда, по которому один ребенок остался

с м'атерью, а второй был передан отцу. Такое решение

было признано необоснованным, поскольку суд не учел

взаимной привязанности детей. В подобных случаях дети

должны быть переданы на воспитание вместе одному и

тому же родителю ^. Таково общее правило, но из него,

конечно, возможны исключения. При разрешении споров

об изменении места жительства детей не могут принимать-

ся за основу взаимоотношения супругов, а также то, по

чьей инициативе или вине расторгнут брак".

При разрешении спора о месте жительства ребенка, по-

стигшего 10-летнего возраста, суд должен выяснить у него,

при ком из родителей .он желает остаться. Однако желание

ребенка не является для суда решающим фактором, если

суд признает, что оставление ребенка с указанным им ро-

дителем не соответствует его интересам.

Согласно п. 142 Инструкции р порядке исполнения су-

дебных решений, утвержденной министром юстиции СССР

24 апреля 1973 г., исполнение судебных решений по пере-

даче детей на воспитание производит судебный исполни-

тель с участием' лица, которому передается ребенок, пред-

ставителей органов опеки и попечительства. Постановление

Пленума Верховного Суда СССР от 7 декабря 1979 г..

включает в перечень этих лиц. в случае надобности пред^

ставителей органов внутренних дел и общественных орга-

низаций. Правовым основанием принудительного исполнен

ния должен быть исполнительный лист.

Изменение места жительства ребенка по судебному

решению, как уже отмечалось, ведет к изменению его пра-

воотношений с родителем, с которым он ранее проживал ^.

Хотя личные и имущественные права и обязанности при

этом сохраняются, меняются способы их осуществления:

постоянные личные контакты с ребенком заменяются более

или менее продолжительными свиданиями с ним; обязан-

ность по содержанию ребенка, предоставляемая ранее в

натуре, превращается в обязанность по содержанию, испол-

няемую в виде предоставления определенной денежной

суммы,

Меняются и правоотношения с ребенком того родителя-,

с которым он стал проживать по решению суда.

Защитой права ребенка на надлежащее воспитание спо-

собом изменения правоотношения является лишение его ро-

дителей или одного из них родительских прав. В ст. 70

Кодекса о браке и семье УССР содержится исчерпывающий

перечень оснований для применения этой правовой санк-

ции. Таким основанием прежде всего является уклонение.

родителей от выполнения своих обязанностей по воспи-

танию.

Необходимо подчеркнуть, что уклонение от обязанности

и неисполнение обязанности - не одно и то же.

Б. обратилась к Р.с иском о лишении родительских

прав, поскольку Р. страдает психическим заболеванием и

в связи с этим не может воспитывать детей. Решением

народного суда Ленинского р-на г. Винницы иск был

удовлетворен. По протесту заместителя Председателя Вер-

ховного Суда УССР решение было отменено. В постанов-

лении президиума Винницкого областного суда отмечалось,

что истица не сослалась ни на одно из предусмотренных

законом' оснований, а указывала лишь на психическую бо-

лезнь ответчика, что не может привести к применению ука-

занной санкции ^. Конечное разрешение спора соответст-

вует закону. Вместе с тем следует отметить, что предъяв-

ление иска и его удовлетворение судом первой инстанции

явились результатом не расширительного толкования

.ст. 70 Кодекса, а непониманием сущности уклонения от

обязанности. Р. объективно не мог воспитывать детей.

Более того, поскольку право регламентирует поведе-

ние людей, наделенных сознанием и волей, сохранение

у Р. лично-правовой обязанности является проблема-

тичным.

Раскрывая содержание данного противоправного пове-

дения родителей, Н. М, Ершова отмечает, что примером

неисполнения указанной обязанности является уклонение

родителей от уплаты алиментов ^Ї. Однако с этим согла-

ситься трудно. Обязанность по воспитанию детей и обязан-

ность по их содержанию занимают в группе родительских

обязанностей самостоятельные места, в связи с чем не-

исполнение первой из них не может проявиться в уклонении

от уплаты алиментов. Поскольку обязанность по воспита-

нию, в отличие от обязанности по содержанию, принуди-

тельному исполнению не подлежит, лишение родительских

прав связывается законом лишь с уклонением от выполне-

ния обязанности неимущественного характера^.

При этом важно подчеркнуть, что речь идет об укло-

нении от надлежащего воспитания ребенка. Тот, кто созна-

тельно воспитывает ребенка в противоречии с обществен-

ными интересами, в такой же мере признается уклоняю-

щимся от воспитания детей, как и тот, кто не желает

даже видеться с ними.

В соответствии со ст. 70 Кодекса о браке и семье УССР

к лишению родительских прав может привести злоупотреб-

ление родительскими правами. Такое положение явилось

результатом законодательного признания теории зло-

употребления субъективным правом ^

Высказано мнение, что в качестве злоупотребления

правом на воспитание детей выступает неосуществление

этого права или ненадлежащее его осуществление^.

Имеется и иной взгляд, по которому злоупотребление ро-

дительскими правами является не бездеятельностью, а

всегда действием активным. Примерами злоупотребления

родительскими правами считают упорное сопротивление

учебе ребенка, участию его в общественной жизни ^.вовле-

чение в преступную деятельность, склонение к алкоголиз-

му и т. п.

Супруги Л. нигде не работали, занимались кражами,

пьянством; своих шестерых детей приучали к совершению

правонарушений, паразитическому образу жизни. Народ-

ный суд констатировал злоупотребление правами на воспи-

тание детей и лишил Л. родительских прав. В другом'

случае злоупотребление родительскими правами было

усмотрено судом в воспитании ребенка в духе религиозно-

го фанатизма.

Пленум Верховного Суда СССР в п. 14 постановления

от 7 декабря 1979 г. разъясняет судам, что под злоупотреб-

лением родительскими правами следует понимать исполь-

зование этих прав в ущерб интересам детей (например,

препятствие в обучении, в выполнении общественных пору-

чений, склонение к попрошайничеству). Однако такое

разъяснение, как и вообще мысль о возможности зло-

употребления правом, представляется спорным.

Субъективное право - это не только вид, но и мера

возможного поведения в обществе. Нельзя поэтому считать

неосуществление этого права поведением противоправным,

как и нельзя принудить лицо к его осуществлению. Нет

оснований и для вывода о том, что лицо, осуществляющее

субъективное право, может нарушить интересы других лиц

или общества в целом. Поскольку закон определяет пре-

делы, меру субъективного права, то, что им дозволено,

всегда правомерно.

Регулируя взаимоотношения родителей и детей по вос-

питанию, закон прежде всего определяет обязанности ро-

дителей по воспитанию: воспитывать детей в духе уваже-

ния и любви к труду, приучать к порядку и дисциплине,

соблюдению норм жизни нашего общества, своим отноше-

нием к труду и общественным' обязанностям показывать

детям пример (п. 29 Основных направлений реформы обще-

образовательной и профессиональной школы), заботиться

об их физическом развитии и обучении, готовить к обще-

ственно полезному труду, растить достойными членами

общества (ч. 2 ст. 18 Основ законодательства о браке и

семье). Таковы общие требования к воспитанию детей

в семье. Следовательно, содержание обязанности по воспи-

танию детей не могут составлять действия, противоречащие

общественным интересам.

Предоставляемое родителям в связи с исполнением ими

обязанности по воспитанию право на воспитание является

не чем иным, как правовым средством обеспечения испол-

нения этой обязанности. Право на воспитание подчинено

обязанности надлежаще воспитывать детей. Содержание

родительского права на воспитание включает в себя воз-

можность самим' воспитывать детей, пользоваться помощью

других лиц, услугами специальных детских учреждений,

избирать наиболее приемлемые формы и средства воспи-

тания.

Если родители не пускают детей в школу, вовлекают

их в преступную деятельность или же воспитывают их в

националистическом духе, - налицо уклонение от надле-

жащего исполнения обязанности по воспитанию.

Приводимые в литературе примеры из судебной практи-

ки не только не подтверждают тезиса о возможности зло-

употребления субъективным правом, а, наоборот, как отме-

чает Н. С. Малеин, являются аргументами не в его пользу ^.

Поэтому представляется, что употребление в тексте ч. 1

ст. 19 Основ законодательства о браке и семье, ст. 70

Кодекса о браке и семье УССР термина <злоупотребление

правом> не имеет под собой необходимого теоретического

основания.

Лишение родительских прав возможно в случае жесто-

кого обращения с детьми. Поведение родителей в отноше-

нии детей является жестоким, если оно характеризуется

особой суровостью, беспощадностью. Жестоким следует

считать и такое поведение, которое не причиняет в момент

его совершения сильных физических или душевных страда-

ний, однако способно вызвать тяжелые последствия в буду-

щем. Жестокость по отношению к детям может проявляться

не только в телесных наказаниях, но и в других средствах

влияния на детей.

Лишение родительских прав по этому основанию встре-

чается в судебной практике крайне редко. Имеющиеся еще

единичные случаи жестокого обращения с детьми пресека-

ются своевременными и активными мерами государствен-

ных и общественных органов.

В капиталистическом мире жестокое обращение родите-

лей с детьми - настолько распространенное явление, что

потребовалось специальное рассмотрение этого вопроса на

состоявшемся в Женеве конгрессе двенадцати западных

держав ^. Капиталистическое общество продолжает жить

по принципу неприкосновенности права родителей на ре-

бенка. Хотя законодательством целого ряда буржуазных

государств предусмотрена возможность лишения родитель-

ских прав, однако судебные дела о лишении родительских

прав почти не возбуждаются ^.

Основанием для лишения родительских прав является

и вредное влияние, оказываемое на детей аморальным,

антиобщественным поведением родителей.

Понятия аморальное и антиобщественное поведение

взаимосвязаны, однако не тождественны. Последнее шире

первого. Антиобщественным считается поведение, не соот-

ветствующее интересам общества и проявляющееся в не-

соблюдении как законов, так и норм общественных органи-

заций и правил коммунистической морали.

Аморальное, антиобщественное поведение родителей

может проявляться как внутри семьи по отношению к

другим членам, так и по отношению к посторонним гражда-

нам, организациям, государству в целом.

Основание для лишения родительских прав имеет место

прежде всего тогда, когда поведение родителей, ведущих

аморальный, антиобщественный образ жизни, уже оказало

вредное влияние на ребенка.

Однако, как отмечает Е. М. Ворожейкин, не следует

ждать, пока аморальное поведение родителей окажет вред-

ное влияние на ребенка и лишь тогда решать вопрос о

лишении их родительских прав^. Поэтому иск о лишении

родительских прав может быть удовлетворен с учетом ре-

альной угрозы вредного влияния на ребенка в будущем.

К лишению родительских прав может привести хрони-

ческий алкоголизм или наркомания родителей.

Известно, что алкоголь особенно тяжело поражает те

отделы головного мозга, которые обеспечивают контроль

за поведением человека. Понятно, что осуществлять надле-

жащим образом воспитание детей родители, являющиеся

хроническими алкоголиками или наркоманами, не могут;

их поведение является постоянной угрозой жизни и здо-

ровью детей.

Хотя лишение родительских прав возможно и в случае

самого факта хронического алкоголизма или наркомании,

во время судебного разбирательства дела часто устанав-

ливается наличие и иных оснований для применения этой

санкции, являющихся прямым следствием алкоголизма или

наркомании. Наличие хронического алкоголизма или нар-

комании должно быть удостоверено лечебным заведением,

подтверждено материалами органов внутренних дел.

Для лишения родительских прав по этому основанию

предварительное ограничение родителей в дееспособности

по ст. 15 ГК УССР не требуется. Такой вывод вытекает из

положения, согласно которому ограничение дееспособности

имеет своей целью ограничение имущественной самостоя-

тельности лица (невозможность без согласия попечителя

заключать отдельные виды сделок), однако к сфере его

семейных прав и обязанностей отношения не имеет ^.

В юридической литературе распространено мнение, что

лишение родительских прав возможно только тогда, когда

предварительно принятые к родителям меры воздействия

оказались безрезультатными *". Однако такой вывод не

вытекает из закона и опровергается практикой^.

Средства общественного или государственного воздей-

ствия целесообразно применять лишь тогда, когда поведе-

ние родителей в отношении своих детей не стало преступ-

ным. Следует также учитывать, что само наличие в кодексе

"нормы о лишении родительских прав оказывает воспита-

тельное и превентивное воздействие.

Дела о лишении родительских прав составляют в судеб-

ной практике по сравнению с другими категориями семей-

ных споров незначительное количество, однако в целом по

СССР оно ежегодно увеличивается ^.

Поскольку одной из основных' причин уклонения роди-

телей от исполнения своих обязанностей по воспитанию

детей является злоупотребление спиртными напитками ^,

борьба с пьянством' должна рассматриваться одновременно

и как способ защиты интересов детей и одновременно

семьи в целом.

Лишение родительских прав возможно лишь в случае,

если будет установлено противоправное поведение родите-

лей. Если же ненадлежащее исполнение обязанностей по

воспитанию детей связано с болезнью или другими причи-

нами, от них не зависящими, санкция ст. 70 Кодекса о

браке и семье УССР применена быть не может ^.

Право на возбуждение дела о лишении родительских

прав принадлежит государственным или общественным

организациям, одному из родителей, опекуну или попечи-

телю ребенка, а также прокурору. По данным Верховного

Суда Украинской ССР, иски в основном предъявляются

исполкомами местных Советов и комиссиями по делам не-

совершеннолетних.

В качестве ответчиков может выступать один из роди-

детей или отец и мать вместе. В случае предъявления иска

к одному из них другой (если он не является истцом) дол-

жен быть привлечен в качестве третьего лица. ^

В целях полного и всестороннего выяснения всех обсто-

ятельств дела, причин и мотивов противоправного поведе-

ния родителей дела о лишении родительских прав должны

рассматриваться, как правило, в присутствии ответчика.

В соответствии с п. 20 постановления Пленума Верховного

Суда РСФСР от 21 февраля 1973 г. <О некоторых вопро-

сах, возникших в практике применения судами Кодекса

о браке и семье РСФСР> в случае неявки ответчика без

уважительной причины суд вправе подвергнуть его штрафу

в размере до 10 р. и принудительному приводу. Если место

жительства ответчика неизвестно, суд вправе объявить его

розыск через органы милиции.

Такие меры применяются и судами Украинской ССР на

основании ст. 174 ГПК УССР, так как одновременно с ли-

шением родительских прав ими рассматривается и требо-

вание о взыскании алиментов.

Поскольку противоправное поведение родителей может

касаться не всех, а лишь отдельных детей ответчика, то и

лишение родительских прав возможно лишь в отношении

тех детей, имена которых указываются в судебном реше-

нии.

Такое лишение родительских прав не касается других

детей ответчика, как и тех детей, которые родились

позднее.

Лишение родительских прав может состояться как в

отношения детей, рожденных в браке, так и детей, отцов-

ство которых было признано добровольно или установлено

судом, однако последнее встречается крайне редко.

Известно, что мужчина, отцовство которого признано

судом, как правило, уклоняется от воспитания ребенка.

Этому способствует и конфликтная ситуация между роди-

телями ребенка, пассивность многих матерей, ограничи-

вающих цель иска о признании отцовства зачастую лишь

возможностью записи имени ответчика в актовой записи о

рождении ребенка и взыскания с него алиментов, а также

пассивностью органов опеки и попечительства, обществен-

ных организаций. Обществу следует ужесточить требова-

ния к таким родителям, что, несомненно, будет соответство-

вать интересам детей.

Носителями родительских обязанностей и прав могут

быть граждане различного возраста, в том числе несовер-

шеннолетние. Хотя в законе это специально не оговорено,

лишение родительских прав несовершеннолетнего не долж-

но допускаться.

В чем же состоит сущность лишения родительских прав,

иными словами, какова структура данной правовой санкции?

Прежде всеге, родители теряют право на личное воспи-

тание ребенка; они не только не вправе вмешиваться в

процесс воспитания ребенка, но и автоматически освобо-

ждаются от обязанности по его воспитанию. Это возможно

лишь при условии изоляции ребенка от такого родителя.

Если лишен родительских прав один из родителей, прожи-

вающий отдельно, такая изоляция легко осуществима.

Если же иск предъявлен к тому из родителей, с кем про-

живает ребенок, суд привлекает к участию в деле другого

родителя, выясняет, желает ли он взять ребенка к себе, и

обсуждает вопрос о возможности такой передачи.

При лишении родительских прав обоих родителей или

одного из них (если другого нет в живых или мать одино-

ка) дети передаются органу опеки и попечительства, кото-

рый и определяет их дальнейшую судьбу. Передача ребен-

ка осуществляется путем его отобрания у проживающего

с ним родителя. Им'енно отобрание ребенка у родителя

является самым важным в структуре санкций лишения

родительских прав; указание об этом должно содержаться

в резолютивной части судебного решения. Исполнение ре-

шения о передаче ребенка перелагается, как правило, все-

цело на исполкомы городских, районных Советов народных

депутатов, куда суд направляет копию вступившего в силу

решения. Не выписывается по таким делам и исполнитель-

ный лист, поскольку традиционно сферой его действия счи-

таются лишь имущественные притязания. Между тем для

такой практики нет ни теоретических, ни законодательных

оснований.

Согласно ст. 362 ГПК УССР судебному испол-

нителю вменено в обязанность не только обращать взыска-

ние на имущество, изымать определенные предметы, но и

осуществлять иные меры, предусмотренные решением суда.

Поэтому выписка исполнительного листа по этим делам не

только возможна, но и необходима. В исполнении этого

решения судебному исполнителю должна быть отведена

активная роль.

До недавнего времени изоляция ребенка осуществля-

лась исключительно путем его отобрания у родителей. По-

следние продолжали проживать на прежнем месте, не чув-

ствуя часто реальных обременений такого наказания.

Основы жилищного законодательства Союза ССР и со-

юзных республик (ч. 1 ст. 38) с учетом высказанных пред-

ложений ^ предусмотрели возможность выселения лиц,

лишенных родительских прав, из занимаемого ими поме-

щения без предоставления другого жилья, если совместное

проживание с детьми, в отношении которых они лишены

родительских прав, признано невозможным. Однако не

всегда выселение практически осуществимо. Так, его

нельзя исполнить, если с родителями проживают другие

дети, в отношении которых не выносилось судебное ре-

шение.

Вопрос о выселении должен решаться одновременно с

требованием о лишении родительских прав^.

Таким образом, изменение родительского правоотноше-

ния как способ защиты прав и интересов детей состоит в

изменении способов осуществления личных и имуществен-

ных прав и обязанностей, а также в лишении прав и обя-

занностей личного неимущественного характера или огра-

ничении их объема.

Родители лишаются и возможности общаться со своими

детьми. Общение может быть разрешено лишь органом

опеки и попечительства, если это не противоречит интере-

сам ребенка.

Право на свидание, по мнению некоторых авторов, не

означает участия родителей в воспитании детей ". Но, как

известно, воспитывает и внешний вид, и сказанное слово,

и жест, и интонация. Поэтому следует признать, что, ви-

дясь со своими детьми, родители оказывают на них в опре-

деленной мере воспитательное воздействие.

Поскольку ребенок отбирается и родитель лишается

возможности общаться с ним, автоматически прекращаются

правомочия родителя как его законного представителя.

Ему прекращается выплата назначенных детям пенсий,

пособий, а также алиментов. В связи с этим суду, в соот-

ветствии с п. 18 постановления Пленума Верховного Су-

да СССР от 7 декабря 1979 г., надлежит выяснить эти

вопросы и при вступлении решения в силу направлять

копии решения органам, производящим такие выплаты, или

в суд по месту вынесения решения для обсуждения вопроса

о перечислении их в пользу детского учреждения или лица,

которому ребенок передан на воспитание.

Лишение родительских прав не освобождает родителей

от обязанности по возмещению причиненного детьми вре-

да ^ Согласно ст. 446 ГК УССР родители отвечают за

вред, причиненный детьми, не достигшими 15 лет, если не

докажут, что вред возник не по их вине. Учебное, воспита-

тельное или лечебное заведение, под надзором которого

находился ребенок, несут имущественную ответственность

за причиненный им вред, если также не докажут, что вред

возник не по их вине. На этом же основана дополнитель-

ная ответственность родителей за вред, причиненный ребен-

ком в возрасте от 15 до 18 лет.

Имущественная ответственность родителей возникает

не за сам факт причинения вреда, а лишь при наличии

общих к тому оснований, сформулированных в ст. 440 ГК

УССР. Требуется, в частности, наличие причинной связи

на двух уровнях: между противоправным в прошлом пове-

дением родителя и вредоносным поведеним ребенка, а

также между поведением ребенка и причиненным ущербом.

Если, например, вред был причинен несколько лет спустя

после вынесения решения, ответственность родителя воз-

можна при доказанности такой причинной связи.

Согласно ч. 1, ст. 74 Кодекса о браке н семье УССР

лишение родительских прав ведет к утрате всех прав, осно-

ванных на факте родства с ребенком, в отношении кото-

рого родители лишены родительских прав, в том числе и

права требовать от него в будущем предоставления им

содержания. Здесь имеется в виду не только утрата субъек-

тивных, уже имеющихся у родителя прав, но и сужение

объема его семейной и отчасти гражданской правоспособ-

ности. Так, он не может стать в дальнейшем усыновителем,

опекуном или попечителем, наследником по закону после

смерти детей, в отношении которых вынесено судебное

решение. Что касается права таких родителей на алименты,

то оно вообще возникнуть не может. Поэтому спорным

представляется утверждение Н. Масленниковой и Н. М. Ер-

шовой, что лишение родительских прав является безуслов-

ным основанием для освобождения детей от обязанности

содержать такого родителя ^.

С учетом изложенного ч. 1 ст. 74 Кодекса о браке и

семье УССР нуждается в корректировке.

Лишение родительских прав не влияет на обязанность

родителей содержать детей. Согласно п. 17 постановления

Пленума Верховного Суда СССР от 7 декабря 1979 г.

<О разрешении судами дел, связанных с воспитанием де-

тей> суды обязаны во всех случаях взыскивать алименты,

причем решение в этой части должно исполняться немед-

ленно.

Применение санкции ст. 70 Кодекса о браке и семье

УССР не может, естественно, разрушить биологическую

связь родителя с ребенком; поэтому родители не могут

быть лишены отцовства, как это иногда утверждают. Не

разрывается, как было показано, полностью и правовая

связь с ребенком. Лишение родительских прав поэтому не

прекращает, а лишь изменяет родительское правоотно-

шение.

Высказано мнение, что лишение родительских прав пре-

кращается смертью родителя или ребенка ^. Однако смерть

ребенка не прекращает полностью правового резонанса

ст. 70: ведь такой родитель и в дальнейшем не может при-

обрести целого ряда юридических возможностей.

Лишение родительских прав как вид ответственности в

семейном праве происходит без установления срока ^. Спе-

цифика семейных отношений порождает возможность пре-

кращения состояния ответственности путем восстановления

родительских прав при наличии необходимых к тому осно-

ваний.

Изменение родительского правоотношения происходит

и в случае отобрания ребенка без лишения родительских

прав. Согласно ч. 1 ст. 76 Кодекса о браке и семье УССР

это возможно, если оставление ребенка у лиц, у которых

он находится, является для него опасным'. Нечеткость фор-

мулировки привела к возникновению в литературе спора о

том, чем отличается отобрание ребенка с лишением роди-

тельских прав от отобрания ребенка без такового. Было

высказано мнение, что для отобрания ребенка без лишения

родительских прав необходима опасность для него, про-

являющаяся в реальной угрозе наступления вредных по-

следствий, в то время как при лишении родительских прав

такой опасности может и не быть ^.

Представляется, однако, что наличие опасности для.

ребенка должно считаться общим условием применения

как ст. 70, так и ст. 76 Кодекса о браке и семье УССР.

Жестокое обращение с ребенком, хронический алкоголизм

родителей, их аморальное поведение так же опасны, как,

например, проживание с психически больным родителем.

Лишь в отдельных случаях, например при уклонении одно-

го из родителей от обязанности по воспитанию ребенка, но

при надлежащем воспитании его другим родителем, такая

реальная опасность может отсутствовать.

В литературе эти правовые последствия разграничива-

ются по признаку противоправности поведения и вины.

Если опасность для ребенка вызвана противоправным по-

ведением, допустимо лишение родительских прав, если та-

кая опасность - результат невозможности осуществления

родительских обязанностей, допустимо отобрание ребенка

без лишения родительских прав.

Судебная практика заняла позицию, наиболее полно

учитывающую интересы несовершеннолетних детей. С. по-

сле трагической смерти мужа стала злоупотреблять спирт-

ными напитками, деградировала как личность. Однако,

учитывая все обстоятельства дела, суд ограничился лишь

отобранием ребенка, требование о лишений С. родитель-

ских прав оставив без удовлетворения. По другому делу

ответчица, ранее уклонявшаяся от воспитания ребенка,

искренне раскаялась, просила не лишать ее родительских

прав. Суд счел возможным лишь отобрать ребенка, передав

его органу опеки и попечительства. Такая судебная прак-

тика была одобрена Пленумом Верховного Суда СССР,

указавшим в п. 15 постановления от 7 декабря 1979 г.

<О практике применения судами законодательства при раз-

решении споров, связанных с воспитанием детей>, что при

доказанности виновного поведения родителя суд с учетом

характера его поведения, личности и других конкретных

обстоятельств вправе отказать в иске о лишении родитель-

ских прав и одновременно решить вопрос об отобра-

нии ребенка у родителей, если этого требуют интересы

ребенка.

Остается спорной правовая природа отобрания ребенка.

А. М. Нечаева характеризует отобрание ребенка как лише-

ние родительских прав в полном объеме ^. Более обосно-

ванным представляется взгляд на отобрание детей как на

изменение правоотношений между родителями и ребен-

ком ^. Поскольку ребенок передается органам опеки и

попечительства, именно они определяют его новое место

жительства и лиц, обязанных его воспитывать, а также и

другие права и обязанности, которые не противоречат на-

значению опеки и могут реализоваться без ущерба для де-

тей (право давать согласие на усыновление, обязанность

по содержанию и по возмещению причиненного детьми

вреда)^.