§ 1. Эмпирическое познание и прибор

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 
РЕКЛАМА
<

Известно, что первой и исходной ступенью познания является непосредственное, чувственное восприятие объектов. Ощущения и восприятия реальных событий составляют «фактический фундамент» всякого знания и при этом единственный первичный источник знания. В. И. Ленин отмечал: «Иначе, как через ощущения, мы ни о каких формах вещества и ни о^каких формах дви-жения ничего узнать не можем»1. Ощущения %редйав-

ляют непосредственное отражение объективного свойства предмета, а восприятие— отражение, также непосредственное, совокупности свойств, присущих объекту, создающее цельный чувственный образ.

Эмпирическое чувственное восприятие обеспечивает отражение «...в основном единичных вещей и их простейших пространственных и временных отношений»2. Формой такого восприятия является простая констатация наличного факта.

Сказанное должно быть прямо и непосредственно отнесено и к познанию истины по уголовному делу, т. е. к процессу доказывания.

В основе всех сведений, всей информации, заключенной в материалах уголовного дела, в конечном счете так-

, В. И. п                                                                                                                                                         п       собр. соч., т. 18, стр. 320.

1                                                                                                                                   Ленин,  Поли.      F       '        '    F

См. также Г. Клаус, Введение в формальную логику, ИЛ, 1960, стр. 59; Р. Г а р о д и. Вопросы марксистско-ленинской теории П03Н2аЗД.я>В^тетгвед:т.рб, 1^ОрИЯ отражения и ее естественнонаучное

обоснование,  М.,  1963, стр. 131;  М. Н. Руткевич, Диалектический материализм, М., 1959, стр. 226.

4 А. А. Эйсман                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                       49

 

же лежат данные о непосредственно воспринятых фак-тах, событиях и явлениях'.™ эмпирической ступени^-знания, вообще говоря, еще нет места логическим выводам, рассуждениям, ибо факты не выводятся, а констатируются.

Если факты (следы, предметы) «.не лежат на поверхности», их приходится отыскивать. Разумеется, поиск — это сложная деятельность, требующая использования прежнего опыта, построения гипотез, словом — логической деятельности. Но когда вещь или след найдены, обнаружены, мы вновь приходим к простой эмпирической констатации факта: такой-то предмет находится там-то.

Что же касается всей предыдущей деятельности (в том числе и логических рассуждений), то она остается вне сферы процесса доказывания.

Иногда для успешного поиска нужны специальные знания, профессиональный опыт: пулю, застрявшую в тканях тела потерпевшего, может найти только Ерач. Но, найдя эту пулю, он только констатирует то, что видит воочию, а не «высказывает мнения» о том, что там есть пуля.

Логическая форма результата исследования явно начинает выступать лишь на той ступени доказывания, когда наблюдение, восприятие перестают быть, строго говоря, непосредственными, в частности когда между наблюдателем и объектом появляется прибор.

В том случае, когда для обнаружения пули применены рентгеновские лучи и на экране возникает изображение, лишь в некоторых отношениях похожее на пулю, появляется необходимость в выводе, умозаключении. Это верно прежде всего пс отношению к процессу исследования вещественных доказательств, независимо от цели и предмета такого исследования.

Для того, чтобы сравнивать рукописи, нужно видеть написанный текст; чтобы установить расстояние выстрела, нужно наблюдать следы, расположенные вокруг пулевого отверстия на мишени.

Это утверждение может показаться банальным, но не следует забывать, что самое обнаружение и наблю-

1д^ С. Строгович, Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе, М.,  1955, стр.   120.

50

 

дение фактов при определенных условиях становится трудно разрешимой проблемой, требующей применения тонких и сложных методов исследования.

Далеко не все свойства могут быть непосредственно восприняты человеком, его органами чувств. Даже те свойства, которые поддаются прямому восприятию, например яркость, цвет, звук, температура, доступны лишь в небольшом интервале изменений —- в области ощущений цвета, например в интервале длин волн, составляющих около одной миллионной доли процента ко всему спектру длин волн электромагнитного излучения (от гамма-лучей до длинных радиоволн).

«В потоке невидимого света, доступного умственному взору физика, глаз человека почти слеп, ибо слишком мал интервал колебаний, которые он превращает в ощущения»,— писал один из создателей квантовой физики Макс Борн1.

Непосредственное восприятие многих свойств и явлений невозможно и заменяется косвенным наблюде-дением с помощью различных приспособлений и приборов, преобразующих первичное свойство в некоторое другое, поддающееся непосредственному восприятию. Так, изменение температуры сильно нагретого тела преобразуется, например, в изменение объема ртути в термометре или в изменение электродвижущей силы в термоэлементе и затем в механическое перемещение стрелки электрического прибора.

В последнем случае требуется двойное преобразование свойства: изменения температуры в изменение электродвижущей силы и изменения электродвижущей силы в механическое движение.

Когда для наблюдения используется прибор или специальный прием, связь между объектом и наблюдателем перестает быть прямой, она приобретает более сложную структуру. Объект сначала воздействует на прибор, а прибор, преобразуя это первичное воздействие, действует на органы чувств наблюдателя.

Такое непосредственное, чувственное восприятие преобразованных свойств обьекта, наблюдаемого с помощью прибора, В. Ф. Глаголев   называет   усложненным

1 ^' Боен ®изика в жизни моего поколения, сб. статей, „„ 1963, стр. 11.

*4                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              •                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        51

 

непосредственным наблюдением'. Применение приборов расширяет возможности ощущений и восприятий человека, но именно только ощущений и восприятий2.

Естественно, что в случае усложненного непосредственного восприятия вопрос о соответствии (адекватности) восприятия самому воспринимаемому предмету, его свойствам также становится более сложным.

На уровне прямого (не усложненного применением специальных средств) наблюдения неходят из общего принципа о том, что ощущения и ворлпияхин суть «ко-

 Ш оёщее ^оложе

 и ворияхин

пии», «изображения» самих вещей'. Ш оёщее ние подтверждается всем опытом человеческой общественной практики. Отклонения от этого принципа (ошибки, иллюзии и т. п.) рассматриваются как исключения, как своего рода «патология». Поэтому «в норме» и не возникает надобности каждый раз обосновывать, доказывать, что наблюдаемый предмет таков, каким он представляется.

Чувственное восприятие потому и называют непосредственным, что оно не требует вмешательства логического, мыслительного процесса с его системой выводов4.

Восприятие пальцевого узора, запечатленного на фотографическом снимке, все еще остается непосредственным восприятием: мы видим узор непосредственно (его форму, расположение линий и деталей), а не представляем его умозрительно, на основании описания, данного другим лицом, и не выводим его логически из каких-то посылок. Но мы вправе и обязаны поставить вопрос: в какой мере то, что мы видим на фотографическом снимке (в окуляре электронно-оптического преобразования, на контактной копии и т. п.), отвечает тому, что есть на са-

1                        В. Ф. Глаголев, О роли мышления в познании (сб. «Вопросы теории познания и логики», изд-во АН СССР, 1960, стр. 171

и примечание на стр. 172).       ,                                                                                                                                                                                                                    ,

2                 Вопросы  о логических  функциях кибернетических устройств

мы здесь де рассматриваем.     .                                                                                                                                                                                               ._         ...

3                     В. И. д е н и ц  Подн  собр. соч., т. 48, стр. 244.

4                     Мы оставляем'в стороне более глубокий   анализ

ВОСПрИЯ" |[Я

как акта, в котором необходимо присутствуют элементы предыдущего опыта и обобщения (см. об этом, например, Н. К- О д у е в а, О переходе от ощущения к мысли, изд-во АН СССР, 1963, стр. 18; Н. С. Мансуров, Ощущение — субъективный образ объективного мира, М., 1963, стр. 84).

52

 

мом исследуемом объекте, каковы объем, полнота и точность этого соответствия.

Из сказанного следует, что «усложненное» восприятие, будучи непосредственным, чувственным со стороны содержания, всегда протекает в сопровождении (явном или неявном) некоторого вывода, умозаключения, ответственного за достоверность, полноту, точность этого восприятия. Без такого объясняющего вывода пользование прибором недопустимо, потому что неизвестно, показывает ли прибор действительное состояние объекта или, например, свои собственные случайные шумы и флуктуации.