§ 7. Научное обоснование вывода о групповом и индивидуальном тождестве : Заключение эксперта - А.А. Эйсмап : Книги по праву, правоведение

§ 7. Научное обоснование вывода о групповом и индивидуальном тождестве

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 
РЕКЛАМА
<

Выше уже отмечалось, что установление групповой принадлежности широко применяется в естественных науках, технике, производстве. Естественно, что в этих областях сложились вполне четкие универсальные классы объектов и созданы специальные методы установления принадлежности объектов к этим классам.

Особенно хорошо развиты и теоретически глубоко обоснованы некоторые методы анализа веществ и материалов, созданные на базе физики и химии и широко используемые в самых разнообразных отраслях науки и практики.

По отношению к различным объектам применяются также различные аналитические методы: для идентификации неорганических веществ, например, спектральный эмиссионный анализ, а для идентификации белковых тел различные антигенные реакции (агглютинации преципитации и т. п.). Свойства, характеризующие универсальный класс (например, сплав определенной марки, известная разновидность горючего и т. п.), обычно точно фиксированы, подробно описаны и часто имеют четкую количественную характеристику. Наличия совокупности таких свойств достаточно для достоверного однозначного вывода о природе анализируемого вещества.

Примером научного обоснования связи между комплексом свойств и природой вещества может служить со-време'нная теория спектров испускания и поглощения, л,ежашая в основе применения методов спектрального '(эмиссионного и абсорбционного) анализа.

42

 

Обоснование вывода о том, что в качестве орудия использован данный конкретный предмет и только он, представляет сложный, многоступенчатый процесс, протекающий на нескольких уровнях.

На первом уровне должно быть обосновано общее утверждение, что данный объект в целом (предмет, человек) существует в одном и только одном «экземпляре».

Обоснование такого утверждения выходит, по-видимому, за рамки возможностей естественных наук, и мы не находим ни в физике, ни в химии, ни в какой-либо иной специальной науке подобного обоснования, сформулированного в виде научного закона.

Но уже самое понятие «данный предмет», «единичный предмет» выражает исторический человеческий опыт, фиксирующий существование таких индивидуальных, неповторимых объектов. Сознательно отправляясь от этого опыта, мы можем сформулировать его общепризнанный результат в виде исходного обоснования: всякий предмет индивидуален, неповторим и в принципе может быть отличен от любого другого.

В. И. Ленин много раз и в различной связи подчеркивал богатство особенного, индивидуального, конкретного, постоянно отмечал многообразие связей всякого отдельного, тысячами переходов связанного с другими отдельными1.

«В понятии тела заключаются прежде всего признаки отдельности, индивидуальности», — отмечает А. И. Уемов и далее приводит формулировку Лейбница: «Две вещи тождественны, если все их свойства общие», которая в известном смысле подытоживает представление здравого смысла об индивидуальности вещи2.

Вещь невозможно мыслить без присущих ей качеств и свойств: лишенная их, она обращается в пустую абстракцию. Можно согласиться с тем, что вещь — это система качеств, а одна и та же вещь — это одна и та же система качеств.

Следовательно, индивидуальность вещи нельзя интерпретировать иначе как индивидуальность некоторой

1                       В. И. ггрнин  ппп„ собр. соч., т. 29, стр. „19  318.

2               А. И. vf,*!""' ЪЬШ; свойства, отношения,'ед-во АН СССР,

<У с М О В,

1963, стр. 8.

43

 

системы или совокупности качеств и свойств, носителем которой является вещь1.

Это обоснование может быть подкреплено также следующим рассуждением.

Любой предмет, очевидно, обладает бесчисленным множеством свойств, причем разнообразны не только свойства, но и их количественные характеристики. Бесчисленные свойства образуют, разумеется, бесконечное множество сочетаний, каждое из которых соответствует индивидуальному предмету и неповторимо уже в силу того, что они составляют бесконечный ряд, тогда как число реально существующих объектов, подлежащих идентификации, всегда конечно2. С°лУчаийое сйшадйЫе полного комплекса свойств двух объектов — событие практически невероятное. Но в реальных условиях процесс индентификации вещи никогда не охватывает всех без исключения ее свойств, ибо тогда сам этот процесс оказался бы бесконечным и потерял бы какой-либо практический смысл.

Идентифицируемым объектом, как он обычно понимается в теории идентификации, является тот объект в целом, который фигурирует в разные моменты времени, в разных условиях, либо тот, который сначала выступает как целое, а затем в виде частей. Так, идентифицируемым является человек, который был на месте преступления в определенное время, и человек, задержанный впоследствии по подозрению в краже. В данном случае усилия эксперта направлены не на отождествление человека, а на отождествление его пальца (по следам папиллярного узора) или его зубов (по следам укуса) и т. п. Отождествление оружия в одном случае сво-

1                      В. П. Тугаринов подчеркивает, что вещь не сводима к свойствам, а является их носителем. Вместе с тем он справедливо дополняет эту мысль, говоря, что вещь не может наблюдаться вне своих свойств. Быть может, точнее было бы сказать: вещь не может существовать вне своих свойств и качеств иначе как в абстракции («Соотношение категорий диалектического материализма», Л., 1956,

стр. 2Х).

2               Думается, что мощность множества, выражающего различные

сочетания из признаков, намного превышает мощность множества, составленного из самих предметов, даже и в том случае, если оба эти множества бесконечны (см. о теории множеств: А. М. X и л-тон, Логика и цепи переключения, М., 1962; Э. Беркли, Символическая логика и разумные машины, М., 1961).

44

 

дится к отождествлению его ствола (по следам на пулях), в другом — бойка или патронного упора (по следам на донышке гильзы), в третьем — механизма магазина и т. п. Из этих примеров видно, что вывод о тождестве часто приобретает более сложную, ступенчатую структуру: выводу о тождестве части предмета неявно сопутствует вывод о том, что эта часть необходимо присуща и предмету в целом. В случае пальца и человека этот дополнительный вывод очевиден. В других случаях он не с голь очевиден и требует обоснования. Отождествление пишущей машинки по особенностям ее шрифта, вообще говоря, допустимо лишь при условии, что шрифт не заменялся.

В подобных случаях иногда говорят о «непосредственном объекте» идентификации (в примерах ~ палец, ствол, шрифт и т. п.) — в отличие от главного объекта.

Однако сказанное относится не только к предметам, составляющим более или менее отделимую часть главного идентифицируемого объекта. Идентификация «по голосу», «по почерку», «по составу» и т. п. представляет по существу идентификацию голоса, почерка, состава, т. е. некоторой совокупности или, правильнее, системы функций, свойств, присущих объекту, но не исчерпывающей всех его функций и свойств. Отождествление целого по частям также практически осуществляется по некоторым системам свойств: химическому или атомарному составу, кристаллической структуре или совокупности физических свойств (цвету, коэффициенту отражения, твердости и т. п.).

Воспользовавшись термином, заимствованным современной логикой из физики, можно сказать, что непосредственным объектом идентификации всегда является некоторое «поле» свойств или «поле идентификации». Такими полями идентификации, например, личности человека являются его внешность, почерк, голос, особенности строения кожных узоров и др. Полями идентификации оружия является строение внутренней поверхности канала ствола, строение патронного упора, механизма экстракции гильз и т. п. Полями идентификации материалов являются внешняя конфигурация линии разрыва или внутренние свойства — состав и структура.

На этом уровне обоснования вывода о тождестве возникает новый вопрос, на который должен  быть дан

45

 

ответ. Если вещь в целом индивидуальна, то индивидуален ли комплекс свойств, образующий данное поле идентификации вещи (т. е. если индивидуален человек, то индивидуален ли его почерк, его внешность; если индивидуален молоток, то индивидуальна ли вместе с тем рабочая поверхность молотка, который образовал след)?

Ответ на этот вопрос можно дать с тех же общих позиций, с которых обосновывалась индивидуальность самой вещи. Действительно, часть вещи, равно как н определенная система ее свойств (идентификационное поле), сами могут рассматриваться как «вещи», обладающие бесчисленными свойствами и потому индивидуальные. Бесконечное множество свойств, очевидно, образует такое множество их комбинаций, которого более чем достаточно, чтобы полностью индивидуализировать предметы, образующие, как правило, конечные совокупности (конечное число людей, владеющих письменностью, конечное число орудий и т. п.).

Важнейший аргумент в пользу индивидуальности комплекса признаков, составляющих идентификационное поле, дает практика.

Повседневно опознавая знакомые вещи, мы тем самым постоянно даем положительный ответ на поставленный выше вопрос, хотя наше опознание никогда не строится на анализе «всех» признаков.