ЗАКЛЮЧЕНИЕ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 

Изучение проблемы вещных прав, состояния их гражданско-правового регулирования в России позволило сформулировать конкретные предложения по совершенствованию действующего гражданского законодательства. Эти предложения, составляющие авторское видение проблемы, формулировались как итог рассмотрения вопроса, вынесенного в заголовок главы. Вот почему есть смысл краткого резюме, некого объединения всех тех предложений, мыслей, идей, высказанных на страницах данного издания.

Заметим, что размышления над новыми редакциями статей действующего ГК у любого цивилиста обостряют чувство колоссальной ответственности за каждый штрих, малейшее изменение или уточнение легальной редакции, поскольку гражданское законодательство по своей природе консервативно и не терпит частых пересмотров и мелких уточнений. Сравнение гражданского законодательства с дворцом, старинным замком, где каждый уголок овеян традицией, своей величайшей историей, более чем справедливо.

Однако общая ситуация в России (в отечественном гражданском законодательстве, в частности), связанная с вещными правами и их регламентацией, оказалась действительно особой. События отечественной истории нарушили естественный ход развития статических гражданско-правовых отношений. Властные политические решения вынуждали законодателя приспосабливаться к различным ситуациям, изобретая порой специфические гражданско-правовые средства для регулирования вещно-правовых отношений. Наоборот, переход к рынку заставил гражданское законодательство, посвященное правам вещным, некогда вышедшее из своей привычной колеи, возвращаться в нее обратно. Гражданский кодекс 1994 года, можно сказать, ознаменовал это возвращение. Тем не менее целостность механизма регулирования на предшествующей ухабистой дороге была нарушена. Для его восстановления требовалось время, однако даже малейшая задержка с принятием нового

234

ГК в тот момент была недопустимой. В результате, не все идеи законодателем были доведены до логического конца, ряд вопросов из разряда сущностных оказался неразрешенным.

Вещное право, возвращенное в гражданское законодательство как родовая категория, фактически оказалось «нераскрученным». Интересно, что во всем разделе 2 ГК, специально посвященном вещным правам, сам термин «вещное право» упоминается (используется) лишь в одной статье (216 ГК). Таким образом, получается, что «обязывающий» заголовок раздела также, как и «обязывающие» заголовки глав (17, 18,20), на деле не отразились в содержании конкретных гражданско-правовых норм кодифицированного гражданского закона России.

В чем суть авторских предложений по совершенствованию гражданско-правового регулирования вещно-пра-вовых отношений в нашей стране? В о-п е р в ы х, нами предложена другая структура раздела 2 ГК. Глава 13, открывающая данный раздел, должна, как представляется, содержать общие положения о вещных правах. Сегодня она носит название «Общие положения» и фактически посвящена общим положениям о праве собственности. Следующая глава, 14, могла бы быть посвящена самому «сильному», «главному» вещному праву – собственности. Эта глава должна быть самой объемной и иметь ведущее, основополагающее значение для всего раздела. В нее должны войти традиционные нормы, в том числе об основаниях приобретения и прекращения права собственности, общей собственности, защите права собственности с небольшими уточнениями. Например, уточнения коснутся определения самого центрального понятия – субъективного права собственности. Оно видится нами в следующей редакции: «Право собственности – это закрепленная за субъектом гражданского права возможность совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия по своему усмотрению, неся бремя содержания имущества, одновременно не превышая пределов, установленных правопорядком, не нарушая прав и законных интересов других лиц и не нанося ущерба окружающей среде».

Последующие главы могли бы иметь названия, со-

235

ответствующие другим разновидностям вещных прав:

праву владения (15), вещным правам на земельные участки (16), вещным правам юридических лиц на хозяйствование с имуществом собственника (17), праву застройки (18), сервитутам (19), праву проживания (20). Право залога и удержание, также рассматриваемые нами как права вещные, могли бы остаться в «привычных» параграфах общей части обязательственного права, как по причине их двойственной природы, так и ради сохранения целостности системы гражданско-правового регулирования. Сам раздел 2 ГК нам видится с иным названием, подчеркивающим роль и значение родовой категории: «Вещное право».

В о-в т о р ы х, нами сформулированы задачи института вещного права, постановкой которых могла бы быть дополнена действующая редакция ст. 2 ГК. В п. 1 ст. 2 ГК можно было бы предусмотреть: 1. «Гражданское законодательство определяет... круг вещных прав, основания их возникновения, границы, соотношение разновидностей вещных прав друг с другом и с правом обязательственным, порядок осуществления вещных прав, а также пределы возможного публично-правового вмешательства».

В-третьих, нами предложены формулировки таких важных конструкций, как вещь – объект вещного права и субъективное вещное право. 1. «Вещь как объект права вещного всегда телесна, т. е. существует как физическое тело, доступна для господства субъектов гражданского права и ценна для них за счет способности удовлетворять потребности людей благодаря своей материальной (физической) форме. 2. «Вещным признается право, предметом которого является вещь, существующая в форме физического тела, закрепляющее принадлежность этой вещи лицу и непосредственное над ней господство в определенном объеме правомочий, пользующееся защитой от любого нарушителя». Эти конструкции могли бы быть закреплены в главе 13, посвященной общим положениям о вещных правах. Здесь же важно нормативно закрепить наличие у вещных прав трех важных свойств: исключительности, преимущества, установления только законом. Кроме того,

236

по-новому могла бы звучать в данной главе статья, посвященная вещным правам лиц, не являющихся собственниками (ныне ст. 216 ГК): «Вещными правами наряду с правом собственности являются: право владения, право пожизненного наследуемого владения земельным участком, право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, право застройки, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право самостоятельного распоряжения доходами учреждения, сервитута, право проживания, залог, удержание».

В-ч е т в е р т ы х, исследование перспектив развития прав юридических лиц на хозяйствование с имуществом собственника привело нас к выводу о необходимости в будущем отказа от конструкции права хозяйственного ведения и уточнения понятия права оперативного управления применительно к казенному предприятию и учреждению. Статьи ГК, посвященные данным правам, могли бы звучать следующим образом: 1. «Казенное предприятие с имуществом на праве оперативного управления владеет им и пользуется в соответствии с целями своей деятельности, заданиями собственника и назначением имущества. Использование имущества не по назначению, а также неиспользование может повлечь его изъятие собственником и последующее перераспределение. Казенное предприятие вправе самостоятельно распоряжаться готовой продукцией, остальные действия по распоряжению оно осуществляет лишь с согласия собственника». 2. «Учреждение с имуществом на праве оперативного управления владеет им и пользуется в соответствии с целями своей деятельности, задачами собственника и назначением имущества (неиспользование или использование имущества не по назначению может повлечь его изъятие и перераспределение собственником), при этом лишено права распоряжаться, в том числе и отчуждать любое закрепленное за ним имущество».

В-пятых, важной составляющей раздела «Вещное право» должна стать глава, специально посвященная сервитутам, как земельным, так и иным. В ней можно предложить такое понятие сервитута; «Сервитут – это такое обременение земельного участка или другой не-

237

движимости, которое может заключаться как в ограниченных полномочиях по его использованию другим собственником (собственником соседнего земельного участка или другой недвижимости), так и в ограничении собственнических полномочий». Отдельная статья могла бы быть посвящена видам сервитутов, где были бы закреплены следующие виды возможностей: право прохода, проезда, сенокоса, пастьбы скота, забора воды, водопоя и иного использования водных объектов, право проведения строительных, ремонтных, инженерных, дренажных и иных видов работ. Основания установления сервитутов могли бы быть предусмотрены следующие: договор, прямое указание закона, судебное решение, акты государственных органов и органов местного самоуправления, завещательный отказ.

Договору, порождающему сервитут, законодатель должен уделить особое внимание. Он мог бы получить название «Договор об установлении сервитута». Для него важно установление обязательной нотариальной формы, как это было в условиях дореволюционной России. Нотариальная практика может и должна, с нашей точки зрения, активно содействовать распространению сервитутов в России, помогая гражданам в отстаивании своих прав по ограниченному использованию соседних земельных участков, в большинстве случае не доводя разногласия до судебного разбирательства. Статья «Прекращение сервитута» предусмотрит такие возможные основания для прекращения этого вида вещных прав, как гибель служебной земли или иной недвижимости, слияние в одном лице собственников господствующего и служебного участков, односторонний отказ сервитуа-рия от своих прав, расторжение договора об установлении сервитута.

В-шестых, специальный раздел ГК России должен быть посвящен праву пожизненного проживания в доме (квартире). Он включит в себя отдельные статьи, касающиеся таких субъектов права проживания, как член семьи собственника, отказополучатель (легатарий), получатель ренты в договоре пожизненного содержания с иждивением. Специальной нормой должен быть установлен запрет на распоряжение предоставленной

238

недвижимостью в виде жилого дома или квартиры. Одновременно на субъекта права проживания, вне зависимости от основания его возникновения, могли бы быть возложены обязанности, состоящие в добросовестном и осторожном пользовании жилищем, осуществлении пользования с наименьшими стеснениями для собственника, предотвращении повреждений и разрушений жилого помещения.

Итак, в развитии института вещного права видятся большие перспективы, а значит, у него есть будущее, как и у всей нашей страны – России.