2. Устность процесса

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 

 

Устность, или непосредственность, ускоряет процедуру производства, устраняет посредствующие элементы, излишних посредников, вторжение субъективных элементов, стоящих между судьей и исследуемым событием, она дает возможность суду, насколько то возможно, встретиться с преступлением лицом к лицу, проверить своими чувствами достоинства и недостатки уголовных доказательств, прочувствовать подлежащий его обсуждению случай во всех его фактических отношениях, предохраняя суд от одного из главных заблуждений.

Чем более, говорит Гейер, существует субъектов между судьей и судимыми действиями, тем более существует источников для ошибочного их познания. Судья в интересах образования в нем внутреннего убеждения должен испытать на себе убеждение, которое производят на него, напр., наказание свидетеля и объяснения сторон, принимая во внимание все индивидуальные особенности, все мельчайшие подробности дела. Благодаря устному допросу свидетеля суду предоставляется возможность извлечь из его показания все то, что в состоянии только дать свидетель, выяснить значение обнаружившейся неясности или противоречия в его показании, а также определить, насколько личность его заслуживает доверия и, следовательно, какой степенью достоверности и доказательной силы обладает его показание.

Но провести начало устности в его чистом, идеальном виде невозможно. Событие преступления совершается не на глазах суда, а принадлежит прошлому времени. Без помощи свидетелей суд обойтись не может; свидетель может умереть, след предступления может уничтожиться, и поэтому является необходимость для суда пользоваться тем материалом, который собран следователем, в том виде, как он изложен в протоколах его, т. е. пользоваться посредственно.