37. Противоречия и пропуски в свидетельских показаниях

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 

 

Для судьи совести самым ценным является показание свидетеля, который взвешивает каждое слово, стойко держится одного и того же мнения, согласие или несогласие его показания на судебном следствии с тем, что он говорил при дознании или на предварительном следствии. Иногда те свидетели, которые при дознании или на предварительном следствии прямо изобличали обвиняемого, на суде дают уклончивые показания. Свидетели, которые не могли не знать обстоятельств дела, отговариваются полным неведением.

Если свидетель не только разноречит прежним своим показанием, но упорно утверждает, что он никогда не говорил того, что записано в протоколе его допроса, то в такого рода случаях суду предстоит лишь верить протоколу следователя.

Противоречия в показаниях свидетелей - существенный признак, возбуждающий недоверие к ним; они имеют серьезное значение. Но при этом не следует терять из виду, что для признания существования противоречия недосточно подметить противоречие в нескольких разновременно данных показаниях одного и того же свидетеля или несогласие показаний разных свидетелей между собою или с другими показаниями, а нужно выяснить причину его. Важно знать, когда именно даны они, так как в течение долгого промежутка времени частности могут изгладиться из памяти свидетеля. Память в этом деле играет большую роль.

Можно требовать, чтобы не было противоречий в изложении главных фактов, но нельзя ожидать, чтобы свидетель помнил все подробности, и невозможно его уличать во лжи на том основании, что он или просто забыл или ошибся в изложении деталей. Самый искренний свидетель может сделать ошибку и сам поправить себя. Но это не значит противоречить себе; напротив, он покажет этим уважение к истине и приобретет наибольшее право на уважение других и доверие. Он говорит перед людьми, которые по опыту знают эти минутные ошибки, от которых нечего краснеть. Необходимо ввиду этого, чтобы во всех случаях, а в особености в тех, когда представляются косвенные доказательство, не давать большой веры свидетельским показаниям, относящимся к преступлениям, после совершения которых прошло много времени.

Но если свидетель отвечает только на вопросы той стороны, которая его вызвала, если он помнит из недавно прошедшего главные факты и не помнит второстепенных, то это прямо доказывает, что он боится сделать ошибку и тем самым обнаружить обман. Лживость эта еще более бросается в глаза, если свидетель помнит все то, что совершилось несколько лет тому назад, и забыл все события, которые имели место накануне заседания. Знаменитый английский оратор Шеридан в 1787 году сказал в палате общин: "Мне не нравится память Макдональда, который помнит отчетливо все, что касается фактов, имевших место пять лет тому назад, и не помнит ничего из событий последнего времени".

При несогласии показания свидетеля с показаниями других свидетелей нужно еще выяснить, нельзя ли объяснить существование этого несогласия различными положениями, в которых находились свидетели, относятся ли эти противоречия к одним и тем же фактам и не следует ли объяснить существование их личными качествами свидетеля.

Когда свидетели взаимно себе противоречат, судья должен употреблять в дело критическую свою способность и оценить характер каждого свидетеля и согласие или несогласие его показания с обстоятельствами дела, после чего он должен более вероятное принять, а менее вероятное отвергнуть; при предположении же, что все эти свидетели имеют одинаковое достоинство, показание большинства принять за наиболее согласное с истиной.

Сговор свидетелей становится затруднительнее с увеличением обстоятельств, о которых они показывают, причем в случае лжи увеличивается возможность противоречий, от которых не может предохранить лжесвидетелей никакая осторожность и которые всегда считались доказательством лживости показания, потому что гораздо труднее сохранить связь и последовательность в вымышленном рассказе, подтверждаемом несколькими сговорившимися лицами.

Поэтому лжесвидетели очень неохотно вдаются в подробности.

Если в рассказах разных лиц о том же происшествии встречаются изменения, касающиеся незначительных подробностей, то это не может считаться признаком обмана или доказательством лжи, не может возбуждать серьезного сомнения, если их рассказы в отношении серьезных обстоятельств, главных событий согласны между собою, если эти противоречия нельзя приписать предубеждению или дурным побуждениям, потому что люди бесконечно разнообразны в отношении природных способностей, приобретенных привычек в наблюдении, верной памяти и точного рассказа, умственного и нравственного образования.

Когда несколько лиц рассказывают о каком-либо происшествии, то почти всегда можно отыскать действительное или воображаемое противоречие в их рассказах.

Пропуск какого-либо обстоятельства в рассказе свидетеля еще менее может служить причиной недоверия к его показанию, которое является безупречным во всех других отношениях, ибо ум и внимание человека до того сильно могут быть заняты известным фактом, что некоторые второстепенные обстоятельства совсем упускаются из виду или забываются. Но иногда умолчание имеет значение утайки.